Неудачная книга
- -
- 100%
- +
Однако всё же, из-за этого не многое стало лучше: всё равно люди не знали о катастрофе своей веры в человека и продолжались суициды, крах и просто мучительные смерти. Надо всё равно их как-то было остановить, хоть в будущем. Хоть подножку оставить: после попытки убить её в прошлом она не могла игнорировать их действия здесь, при том, что делали всё там, где они непосредственно. Она продолжала разрабатывать план, не зная, что скоро начнётся настоящий ужас.
Люди продолжали мор от параличей, не зная причины и оставляя мнение о том, что их души и разум уничтожены, но на самом деле их нервная система другой свет вытеснить не могла и они, оставаясь живыми не додумались Богу в этих состояниях подарить «понимание». Всегда, если такое случилось, надо так делать. Как уж получится, потому что Бог иначе продолжит причину параличей ТАМ.
Так поступила и Анастасия, когда её пытались убить программой жертвы: с людей начало притягивать Судьбы концов их жизни ей в эмоциональные участки, а это представляет собой с точки зрения алхимии обилие чужого света, достаточное для того, чтобы у человека отказал мозг. Она себя посчитала трупом в составе реальности, взяла нож, узрела образ Бога и в образ, при знании расстояния воткнула нож. Это высший обряд Бога времени на случаи указанного метода употребления трансляционных технологий с использованием физической нервной системы: реальное пространство быстро уберёт весь род Бога в условиях продолжения указанного метода употребления. Главное понимать, что реальность, а не человек, что этим просто пожаловался миру: он никого не убил. Работает и в случаях бездвижия физически: надо осознать в себе и вокруг себя пространство и понять, что человек физически существует. Так можно понять мёртв ты или нет. Она поняла потом что жива и «тот свет» постепенно вышел из неё, впустив свет Солнца. Так её душу забрал дьявол – этот реальный мир, так как больше никак назад свечение «того света» на место не вернуть.
При всей иронии она тогда чуть не умерла, поэтому причину у людей смертельных параличей она знала прекрасно. Они же не поверили в то, что она осталась жива и ждали там своё бессмертие, но через два года все они умерли от того, что у них началось алхимическое отторжение: опасно ждать того, что находится на столь большом расстоянии. Это было их ошибкой: им мало было просто истребить свою расу на чужой планете: они решили использовать людей вообще как подходящий для генерации ДНК скот.
Естественно никому и не рассказать: вслух расскажи, человек может умереть от реакции, особенно, если верит в проклятье.
Тем не менее жизнь продолжалась, и она думала: что сейчас можно изменить. Солнце ей намекнуло на Сатану и её осенило. Она огнём начертила форму обстоятельств, а звёзды в сообщаемости света через космос Богу проявили приключение: в этот день он на его планете, как обычно, издевался над одной из кудрявых шлюх своего гарема и к нему же привели Василису. И только он хотел на неё хотя бы посмотреть, как перед ним возникло то, что мы знаем Сатаной: черное облако тьмы, полное злобы пронзило его мозг и он умер, так и не увидев даже лицо девушки.
Его люди опешили и смотрели на Василису, как на чудовище, потому что, если бы они поверили в разум своей звезды, они бы умерли от физического эффекта, о котором написано выше: если гравитационного кольца вокруг звезды нет, то всё в порядке, но если цивилизация это строит в условиях насилия в составе своего вида, то при принятии разума светил сразу наступает смерть. Или, выражаясь иначе, при естественных гравитационных условиях работы нервной системы, так как эпицентрический принцип проявления света в живом нарушен.
Однако Василиса не была здесь рождена и для неё это нарушение не было столь критичным. Они попытались к ней подойти, но ноги их не слушались, а сами они ощущали на себе злобу чего-то крайне зловещего и не понимали чего.
– Вы кто? Я ещё раз спрашиваю, – попыталась Василиса спросить этих людей по-русски, но они не поняли язык. Что-то им перевело бы, но они построили гравитационное кольцо, из-за которого «тот свет» умеет даже материться.
Они попытались ей ответить, но она их не понимала. Василиса только поняла, что в этой ситуации на самом деле всё очень плохо. Эта цивилизация, в отличие от арийцев, (Мечта Гитлера) не знала общий язык, и они даже не стремились получить эти дипломатические знания, либо разработать аналог общения. У них тоже был лозунг: пришёл, увидел, победил. Вот так они по беде и идут.
Василиса пыталась прикинуть, как оттуда выбраться, но не могла ничего придумать. Пока те были в шоке, она вышла из здания и опять оказалась на обще улице. Внезапно какие-то космические корабли показались в небе и начали палить по всему, куда попадут, так как навигация у них была говно. Василиса в панике уже было хотела тоже, как все вокруг, побежать куда-нибудь, но бежать некуда: она вообще не отсюда. Рядом с ней этично упала крыша рядом стоящего дома. Она в лёгком шоке осознала, что могла стать фаршем и спокойно пошла искать способ выйти теперь из города хотя бы, так как больше вариантов не было. Естественно эту тонкую иронию Судьбы не заметил никто из тех, кто сейчас нападал и спасался, но, схватившись за живот вечером, когда свет истории до неё дошёл, смеялась Анастасия.
– Скажи, как теперь её оттуда достать? – спросила она Солнце.
Оно проявило ответ:
– Мы не знаем. «Тот свет» тоже.
– А как она туда попала? – спросила Анастасия.
– Это не мы, – ответило Солнце, – мы попробуем найти то, что это сделало.
И этот злобный реальный мир продолжал смеяться над своими проявлениями идиотства, когда никто не видит, всё продолжая сеять хаос обстоятельств и случайностей сквозь муки обыденности одного и того же, радуясь новому хотя бы относительно.
Однако девушка не сдавалась и каждый день, формируя в условиях естественного знания пространственной среды давала большему некую навигацию в этого обилии и результат хоть и проявился далеко на Земле было видно косвенное исправление в лучшую сторону: потенциал болезней отступал, появлялись люди, у которых смертельные болезни проходили со сглаженным течением и их становилось больше. Это в условиях, что они вообще непосредственно не вмешивалась в прямой ход истории. Вообще в условиях незнания фактора людьми, который их убивал, вызывая эти болезни. Анастасия уже была рада изменению истории даже в её участии. Однако после проявления, если история взяла изменения она совершила отказ от славы, знания и относительности своего существования, так как иначе от неё была бы обстоятельная зависимости обилия, а не обычная: общностно-естественная. И так она помнила об этом, но фактически по факту обстоятельства сами поменялись: то есть пока она общалась её действия были продолжением слова тому, что изменило ход истории. В этот момент человеку тяжело возвращаться на позицию части истории, но это обязательно, а то зря вообще всё было. Многие, кто создавал сказки знали, что эти сказки тоже случались и не раз в истории. Любая сказка – это память хода изменения истории и не всегда в лучшую сторону.
Однако, как вызвать эти изменения? Здесь имеет место быть принцип Фридриха Вильгельма Ницше: «Если смотришь в пустоту, то и пустота смотрит в тебя». Он охарактеризовал этой мудростью проявление в человеке разума обильного, но не как психику, а как само вещественное проявление состава человека и его разума обильным в этого разнообразии. Всё из чего мы состоим – это одна сплошная химия. Да алхимия и не стоит это считать пустым и бессмысленным.
Вообще звёзд много и они могут проявляться через живое без трансляторов духами, призраками, чудищами и т. д. Любят играть с живым. Детей любят. Просто если опасно становится надо учитывать разум планеты наряду с ними, понимая, что вы мелкие.
Они формируют своим светом повторение и/или искривление горизонта событий Солнца и назад свет может возвращаться с разной скоростью: там не предскажешь.
У людей родное свечение проявляется обыденностью и покоем, а любая яркость чувств – это увеличение концентрации Солнца от нормы или другие звёзды.
Сатана – это название там реальности, как пространства с информацией о местности там и всего, что там есть. Название у них Сатана – это их там звезда. То есть Сатана – это и есть королева Рая верующих. Всех отшивает здесь умирать и никто не хочет. Звёздам, когда им горизонт событий сильно смещает до сильной тяги больно + трансляторы, являющие вымирание проявленного – вот оно и злое. Оно помощи ищет, чтобы они остановились, и вы уж не издевайтесь хоть. Звезды обычно не трогают живое светом других звёзд, просто нужно подать Солнцу хоть словом в огонь сигнал, что оно что-то не может в человеке, что опасно и можно так предотвратить что-то абсурдное и страшное потом, если нет принципиальной просьбы к человеку от звезды.
У всех этих цивилизаций есть звезды:
1) У Богов из мифов древней Греции Артемида (жёлтая);
2) У Мечты Гитлера (арийцы) – Омега (голубая);
3) У расы, которую обожают экстрасенсы – Альфа (ярко-синяя);
4) Сатана на Солнце по свечению похожа, но отличить по злобе можно легко «одержимого», а когда оно выходит, человек Солнце принимать не хочет, так как его ломает, потому организм тут путает.
Остальные не столь известны людям.
Процесс запущенный Анастасией пошёл и началась злая сказка в реальности.
Солнце с Сатаной искали что могло перенести туда Василису и не нашли, потому это проявил реальный мир непосредственно, как всегда убив случайно бессмертного. Обыденность.
– Упс, – сказала Анастасия, смотря на небо в парке на следующий день, – вот они и добились Божественности! Скоро нас туда всех их убить будет переносить, наверное, либо посмотреть на их трупы сразу.
В такие моменты Солнце ей показывало печального клоуна, напоминающего нищего бухгалтера в России, который ещё, наверное, и мужиком только притворялся, а так баба бабой.
И злой печальный бухгалтер как обычно выражал отчаяние живого в их ироничной шутке над жизнью простого человека. (Плак-плак, но история идёт дальше)
Несмотря на то, что многие бомжи начали додумываться вообще не просить у людей помощи и уходили в леса по пути сердца, что проложил им Андрей, в России продолжался гнёт отчаяния. Люди осознали, что сумасшедших нет в стране и это просто эмоциональное делание скрыть факты о том, что религия людям сообщает о Суде Божьем в конце их жизни и их греховность только для того, чтобы опыт мышления в транслятор притягивало и их мысль не шла в порядке природной сообщаемости с другими людьми, а то люди же не дураки: раз один так скатился, а почему от этого застрахован?
Иллюзия, что государство держит их скотом продолжала поддерживать веру единиц в своё превосходство, что отвеивалась в среднем классе уверенностью в будущем, но люди не учитывали маленький нюанс, который учитывала Анастасия при изменении событий в реальности: (по сути она проявляла мысль в условиях отсутствия транслятора (готовой интерпретации реальной мысли), что и вызывало сигнал в реальности через НИЧТО в сообщаемости с местным обилием на Земле (все верили в душу). Бог так пытался её убить заживо, но ей повезло, и она просто осталась жива, созерцая смерти в параллелях людей. Тогда и пошло отторжение реальности: космос принял искривление с естественной точки отсутствия «Божьей воли» и цепная реакция огромной силы уже быть остановлена не могла – Богу просто не повезло.
Миллионы людей рассчитывали только на Божью помощь, не принимая реальные обстоятельства сейчас: они не знали, как жить и от восстановления реального разума сходили с ума от отчаяния, так как возникал парадокс. Человек должен жить, так как пока есть условия жить, но организм отягощён задачей жить вечно, так как душа в реальном понятии – это живой человек. Возникало известное Анастасии состояние парадокса бессмертия: невыполнимая задача и цель организма принудительно. Человек начинал умирать, переставал хотеть жить от контраста мнимого чьего-то бессмертия и комфорта. А это была только искусственная запись в трансляторе, который уже мёртв и гнил: нет бессмертного живого, даже разумного.
Прежде конца
В родной Москве среди иллюзионов праздности, построенных нашими архитекторами руками рабскими скота за маленькую заработную плату, Андрей через месяц поиска работы, созерцая презрение к своей кандидатуре, устроился продавцом-консультантом в МТС, так как больше работать ему негде было: его образование строителя никому не нужно, его умения без корочки подавно: неквалифицированный труд к шовинистам. И нормальный мужчина прилагал на работе всё творчество, рассказывая про новые марки сотовых и мобильных устройств. Он не был идиотом, чтобы не понимать, что это тоже обычный труд – рассказать о товаре потребителю, но что-то в нём не устраивало менеджера и тот не понимал, что. После рабочего дня он объяснил ему, что нужно эффективней продавать, подразумевая эмоционально, что он должен в сердце унижаться перед покупателями и умолять их купить эти телефоны. Андрей ответил, что будет консультировать точнее и спокойно отправился домой к Елизавете, которая в свете своего престижа всегда знала, что и в лесу она спокойно хоть умрёт вне предательства любимой России.
Сидя дома они разговаривали о многом, включая текущее вымирания своего народа: инвалид за инвалидом, в извергизме сумасшествия всё новые приговорённые к клейму изгнания и всё это было лишь предвестием Божьего конца, а также миллионов и больше людей на Земле. (Я надеюсь, что миллионов).
У всех людей в Москве, у каждого человека в России одна и та же Судьба: все люди издевались над слабыми в жажде своего превосходства для того, чтобы быть уверенными, что они на одре смерти не будут опять унижены страхом смерти и эти унижения и были их замкнутым кругом: с каждой смертью похожего на униженного они теряли мнение о превосходстве и в конце орали в страхе умереть безвестными и исчезнуть, так как в мозге, в темени оставались муки парадокса бессмертия. Они думали, что бояться именно смерти, но они боялись не её: они боялись потом в мозге даже ощущать сигналы транслятора, когда уже умрут от остановки сердца. А живые верили, что призраки на том свете, а далеко ходить не надо было: люди умирали просто раньше истинного срока и было неизвестно настоящая ли у них уже сейчас форма естественной старости: животные даже так сильно не имеют костные деформации, извините, как у нас наш вид. Явно неизвестно было людям правильно как даже умереть, так как в страхе исчезновения они все верили только в Судьбу, что была лишь программой исторической деформации через веру в душу или Бога. Всё в старости может быть, бесспорно, но форма мышц живого, кости не могут так сильно деформироваться: это чем-то разрушали, так как скот ставился на убой.
И пошло естественное движение времени: из памяти об искусственных костных деформациях, что списывали на гравитацию проявлялись чудеса природы: звёзды, как лучевые хирурги искали в живом нарушения и пространство отправляло Богам собой весточки, а НИЧТО проявляло им лицо Анастасии и черноту улыбки чудовища во имя их счастья и будущего. Всё из-за того, что злой бухгалтер от своей нищеты не совершил суицид, а решил писать фантастику. И, как всегда, ничего президенту не было в таком парадоксе: плакал писатель рёвом отчаяния, что президенту похер на социальное изгнание и он, как Бог, не грешил. (Шутка конечно) Этот контраст событий не постижим: даже Боги умирали, а Путин всё равно оставался жив в безразличии к народу, понятно? И так ничего и не делал.
И просьбы людей бросить курить, чтобы не писать такую ерунду разносились ветром сквозь вопли умирающих в одиночестве и забвении от Боли «Божьего Суда», что пересекались в этой маленькой и скромной книгой в этом продолжении сюжета.
Каждый человек в толпе, которую обсуждали Андрей и Елизавета жил, считая себя тупым овощем, лишь иногда в конфликтах и спорах ощущая собственный разум. Все боялись только тишину исчезновения.
Это не грозило Василисе, что среди разорванных с кораблей и пехоты на мясо трупов покидала город и никому из них даже не была нужна. Один из представителей расы змиев с белыми волосами, заплетёнными в косичку до плеч, заметил, что уходит, но что-то ему просто подсказывало, что лучше не обращать на это даже внимание. Захватчики продолжали убивать людей в Раю, оставляя среди богатых жилищ лишь разорванную оружием мёртвую плоть с остатками активности мозга.
Василиса вышла из города и шла просто через лес, не зная, куда идти. Она шла три часа и набрела на огромное и мрачное серое здание, похожее на русский старый госпиталь. В этот момент вся охрана этого заведения, весь меняющий в трансляторах трупы заорали от хохота, так как увидели женщину через пространственные датчики, что отображали присутствие людей в определённом от строения радиусе. Василиса не могла понять, что её пришествие означало для них.
Эти дибилы радостно выбежали из своей конуры, хоть и большой и потащили её к шефу, чтобы показать последствия своей работы, так как они часто просматривали данные с планет убоя и знали, как выглядят люди с планет малоразвитых цивилизаций, как Василиса.
Василиса закричала, думая, то её сейчас убьют, а они за животы хватались. Один из мусорщиков открыл дверь кабинета шефа и сказал на их языке:
– Бай Кред! Вы не представляете! Оно вам доказало себя! Повысьте нам оплату нашей работы и перестаньте выполнять их указания!
Мужчина посмотрел на них как на идиотов:
– Это лишь ваши мечты. Что там?
– Вот, – они втолкнули Василису в кабинет, и Бай заметил её одежду, – Ого…
Василиса побледнела, а абсурд обстоятельств шёл своим ходом. Он уже думал, сколько она будет стоить на чёрном рынке, так как инкубационных крыс нельзя было продавать в рабство официально, но в этот момент в параллели обстоятельств Анастасия общалась с реальностью, и оно просило её помочь этому оттуда быстрее обратно отправить Василису, так как оно случайно так сделало с искренними прямо извинениями.
Телепортация – это закон физики движения вещества тоньше атома, если вы не были в курсе.
Это закон проявления: одинаковое вещественно движется через точки своих объектных проявлений в одинаковости формы объекта, вещества, состава. То есть одинаковые атомы есть телепорты электронов в алхимических составляющих и при разработке механизма извлечения информации из состава электричества (он естественный, можно колдовством без жертвы), то и компы не так уж надо. Без них тоже в этом случае можно обходиться.
Естественно в реальных условиях человек должен был бы распасться и умереть, как прежняя форма живого, а потом возникнуть где-то, где угодно источникам его проявления. По существу, смерть – это как телепортация, учитывая всё обилие космоса, но при сохранении формы живое проявляется в тех же самых вещественно-алхимических условиях. В случае с Василисой мир нарушило свои законы и применило волшебство.
В этот же момент Василиса оказалась рядом со зданием Москвы, напоминавшем об имперских временах. Ей до сих пор казалось удивительным место, где она побывала. Она увидела столько нового и, в тоже время, столь похожего на местное и обыденное.
Но в реальной жизни нет шаблона приключений: расправа захватчиков есть расправа захватчиков. Она там, как и в принципе на войне видела лишь трупы, кровь и страх людей, что там живут на фоне холодного убийства напавших. Сказка без ужаса своей опасности никогда не воплощаема: чтобы воплотить или постичь сказку, нужно постигать содержащийся в ней ужас боли тех, о ком она написана.
Почему они воюют? Что не поделили? Василисе это было неведомо. Она шла назад к зданию своих нанимателей, так как никуда в России не возьмут работать шлюху. Анастасия тоже знала эту жестокость Солнца на фоне поддержки отдельных людей: рок конца в агонии презрения за повторения ошибки, чтобы её помнить у природы естественен. Даже в её случае это было что-то подобное. И постоянно одно и тоже, словно над людьми издевается сама их жизнь. Узрев конец истории Василисы, она холодно встала и пошла пить чай: «Раю конец – они получили от природы неисполненное наказание и потерпели свой конец в этой самообороне. Всегда так было: чем ты больше какаешь туда, откуда ешь, тем больнее и мучительней твой естественный конец. Это и животные знают, что какать следует туда, где это приносит облуживание: землю земле, так сказать – растениям требуется, а они оптом их едят, так как являются частью вещественно общего обмена хаотической формы. И несмотря на изменение истории Судеб единиц, Анастасия даже поспособствовать большему не могла: здесь или реальность своим обилием дальше из созданный точек и свойств процесса продолжит изменение, или это просто решение людей умереть, какая в собственную кровь унижением. Она уже на это холодно смотрела, когда наша способ исправления и адаптации к этому процессу чисто природный: выработать выброс веществ, которым человек пытался доминировать и всё. Они и сами выходят, но медленно и люди в этом общем гниении умирали. Запущенный процесс это исправлял включительно, но, теряя органические возможности издеваться они предпочитали суицид. Природа переводила это в естественный обмен, как и положено и человек оживал. Всё от воли Божьей, так как они сами не могли с собой такое сделать.
И тем не менее жизнь продолжается и, раз уж они продолжали попытки создания ей рока искусственно и остальным людям на Земле, у них и усиливались будущие и текущие мучения. И она была дурочка, что даже не попыталась их остановить, принятием суицида в героизме через весь космос, совершив суицид плоти им об этом сообщить! Она сделала покерфейс им опять утром пошла на работу с холодным ликом дьявола: пусть умирают. И радостный смех злой иронии даже их звёзд раздавался тонкими лучиками злости на их решение там: дай тварь все удобства, и они от ожирения себя искалечат ради бегства от обыденности. Анастасия опять холодно шла на работу и думала о том, что-люди-то Сатаной, то есть злым чудовищем, часто видят и наше Солнце. И им сразу страшно даже понять почему: они решают это убить или покорить, оскорбляя один из источников своей же человечности. Надо лечь спокойно умирать, и оно объяснит – всё равно ближе человеку нету ничего. Если умирать рано, то не умрёт. Главное понять причины и продолжать жизнь, существование – что вот нужно сильнее, чем это в реальности? Ничего, так как любой успех предполагает издевательство и проклятие успешного всегда обыденность достигнутого: он не сможет извлекать из имеемого свой истинный успех.
Анастасия, когда чуть не умерла видела свою маленькую победу только в том, что она продолжает жить на фоне описанного массового издевательства в этой обыденности, как в Аду. А что? Когда вокруг Ад нужно найти красоту борьбы вокруг, хоть это и сложно, потому что иначе это опять повторение прошлой ошибки: умереть от отчаяния. Процесс-то естественный. Естественная реакция страха живых людей на правду об их жизни, включая её. Инвалиды живут тоже с такими чувствами, но многие подчинились злобе поражения, а она, как Джек Лондон учил, просто видела победу в возможности продолжить жить в условиях, в каких большинство совершили бы суицид от страха. И в итоге всё снова стало идти по-человечески, но люди останавливались издеваться только из-за того, что начали осознавать, что это с ними будет при продолжении ещё ужаснее.
Анастасия часто в отчаянии своего превращения в дьявола, как форму человека была в холоде отчаяния, так как дьявол на Земле – это преодоление жертвы от агрессии толпы. Никто из людей не мог смириться с тем, что агрессивная человеческая стая по воле Божьей просто часто обвиняет кого в предрассудке и начинает эмоционально убивать. Её от понимания процесса несколько раз даже тошнило: на столько по факту это мерзко, словно черви из одного мочу высасывают. Это просто мерзко даже видеть в реальной жизни. И справедливость они так и не построили: они просто игнорировали мнение людей, избрав единицы доминирующих и покорных. Но ладно хоть конкретику стало видно: это её успокаивало значительно, так как в этих условиях люди умрут вне рамок сумасшествия или шизофрении, но умрут в бешенстве своего безумия от предательства своим видом. Они смогут теперь принять решение в смерти их оставить до поры возмездия или прощения с существа, когда воскреснут. Вероятно, они станут далёкими потенциальными им хищниками, так как ничто будет воплощать их ненависть.
А вся красивая Москва каялась Богу в своих грехах, не понимая, что каждый обманут этим народом «Бог». Если бы они хотя бы поняли, что этот символ «Бог» так или иначе часть реальности, но лишь ЧАСТЬ, то они бы смогли сражаться с этим миром хоть в бравой схватке приключения, как оно обожает, но они поддались страху и оставляли лишь печаль после себя. И хорошо, если хоть эта печаль оставалась познанной, узнанной, вспомненной.
Каждый вел одинаковый цикл жизни: всю жизнь стремясь к успеху он считал, что он грешит перед Богом в ожидании его Суда и копилось несоответствие мышления: человек считал наш реальный мир ненастоящим и оно гневалось на вызов себе, не будучи в курсе, что человека просто так убивают. Мир не знал, что это намеренно просто подставляют живое в вере в мечту. Красоту реальности, оставляя в естественном восприятии лишь уродство незнания красоты от страха собственного истощения.