Форгс. Портрет из гвоздей

      Наконец, Ана и Ник приехали к бывшему дому семьи Бейкеров. По-сравнению с обителям Анабель, в котором она жила сейчас, этот был явно меньше и проще. Машину пришлось оставить. Анабель утверждала, что домик. Они шли напрямик через кусты и буреломы, то есть кратчайшим путем. Этот путь стоил Нику штанов. Он порвал штанину, зацепившись ею за неизвестно откуда взявшийся в лесу кусок ржавого металла.

      Лачуга все же была найдена. Совсем простенькое, деревянное, не поддающееся достойному описанию строение. Маленький покосившийся сарайчик посреди заросшей полянки, обвитый плющом, с просевшей крышей, усыпанной сухими ветками и листьями.

– Я и подумать не могла, какое же это гнусное чувство, когда узнаешь о смерти человек. И не важно, когда вы виделись в последний раз, сколько времени знакомы и в каких были отношениях, все равно это ужасно, будто часть тебя исчезла. Ты стоишь и думаешь о том, как кто-то бегал, улыбался, говорил, мыслил, а теперь не может ничего. Банально, но правдиво до жути.

– Уверен, тот, кто совершил это с твоим другом, поплатится втройне, и его жизнь будет хуже ада, – ответил Ник, положив руку на плечо Аны.

– Зайдем внутрь.

      Просевшую, вросшую в землю, обвитую колючей травой дверь, было очень нелегко открыть. Ане дверь естественно не поддалась, поэтому на помощь подоспел Мартин. Повозившись, Нику удалось отпереть дверь, которая, стоило Мартину ее отпустить, сначала наклонилась вперед, а потом и вовсе отвалилась и упала у ног Анабель.

– Надо было сразу с ноги, – хмыкнула Ана.

– Прости, конечно, но я не виноват, что эта дверь старше моего прадеда!

– Ничего подобного! Отличная дверь! Может забрать ее домой и поставить у себя в комнате? – наигранно воскликнула Ана.

      Николас отошел немного в сторону, указывая рукой на проход в лачугу. Анабель вошла. Ник не успел сделать и шагу, как раздался оглушительный душераздирающий крик. Он исходил из домика, а издавала его Ана Бейкер.

                                     ***

      Нетти, твердо решив узнать, причастен ли Элтон Смит к сумасшедшему из леса, не стала откладывать разговор в долгий ящик. Она хотела поскорее разобраться в этом, чтобы спокойно жить и быть уверенной, что Рей и Ник не навестят Эла с друзьями-качками. Поэтому, наспех пообедав и сделав уроки, сразу же пошла к Смиту в гости. Он жил недалеко, да и предлог Нетт не надо было придумывать, ведь они хорошо дружили и часто ходили в гости друг к другу.

Девушка, как ни в чем не бывало, не подавая виду, что волнуется из-за предстоявшего разговора, прогулочной походкой шла по известному адресу.

– Здравствуйте, миссис Смит, – поздоровалась Нетт с мамой Эла, остановившись у палисадника. Женщина средних лет, с легкой проседью у висков копалась в земле, собирая сухие, увядшие цветы.

– О, привет, Нетти, – оторвалась от своего занятия Селена. – Ты к Элтону? Но его нет дома. Он у своего друга Джорджа. Они вчера повздорили. Вот Эл и поехал мириться, – выдала женщина.

– А вы не знаете, где они были вчера? Я ждала Элтона в кафе, но он не пришел.

– Не знаю, почему он не пришел к тебе, Нетти. Видимо, ссора слишком его разозлила. Я знаю лишь, что он ездил с Джорджем в лес. Они уехали на целый день, как обычно. Но Эл вернулся поздно, какой-то грустный и нервный. Еще я заметила, что у него были грязные руки, одежда, ноги, колеса на машине. Ой, ты уж поговори с ним. Я за него очень волнуюсь. Он ведь мне ничего не рассказывает.

– Вы уверены, что они были в лесу?

– Я не могу утверждать, так как не видела своими глазами, но мне Эл сказал, что едет в лес. Да и где бы он мог так испачкаться?

– Я обязательно с ним поговорю, – Данетт была настолько поражена, что не могла контролировать мимику своего лица, которая тут же ее выдала.

– Нетт, ты что-то знаешь? – сощурилась Селена.

– Нет, просто задумалась, вспоминая, говорил ли мне что-нибудь Эл. Нет, не говорил. Я пойду. Спасибо, миссис Смит. До свидания.

      Изумлению Нетти не было предела. Серьезно? Она верила Элтону, считала его своим другом. И чем он ей отплатил? Пугает ее подругу, переодевшись в лохмотья? Какой бред! Данетт было обидно и стыдно одновременно. Обидно из-за поступка лучшего друга. Стыдно за то, что Нетт защищала и оправдывала его и в итоге облажалась. Теперь еще выслушивать тупые шутки Эдриана! Но Данетт понимала, что ей придется рассказать правду и чем раньше, тем лучше.

      Достав телефон, Нетт зашла в социальную сеть и написала сообщение в общую беседу, в которой состояли Ник, Ана, Рей и сама она.

      «Я поговорила с миссис Смит и мои новости не самые лучшие».

      Сообщение почти сразу прочли, но ответил тот, кого Нетти меньше всего ждала. Правильно, Эдриан.

      «Значит Элтон сумасшедший из леса?» – спросил Рей.

      Нетти, горестно вздохнув, ответила:

      «Да. Я не ожидала от него такого».

      Эдриан снова моментально прочитал и так же быстро ответил:

«Собираемся сегодня в шесть вечера у меня. Данетт, ты же любишь «Пятьдесят оттенков серого»? У меня есть собственная комната боли».

      Нетт закатила глаза, возмущенно нахмурившись.

      «Иди к черту, Моррис!»

      Телефон в кармане джинсов Николаса Мартина содрогался от приходящих сообщений, но Нику было совершенно не до этого. Он стоял посреди комнаты домика Кельвина и с ужасом смотрел на женский труп. Молодое тело было полуобнажено, так как серое платье кто-то безжалостно разорвал и смешал с землей и кровью. Открытые опустошенные глаза бессмысленно уставились в потолок. Сложно было сказать какова причина смерти, ведь шокированный Николас видел все в тумане, словно во сне, но большое пятно крови кляксой расплылось на животе, а значит, скорее всего, девушку застрелили или зарезали. Но не все ли равно? Перед Николасом лежит мертвое тело! Труп! Мартин делает вдох, но сердце начинает колотиться еще быстрее, в висках гулко пульсирует, а в ушах звенит так, будто только что взорвали бомбу у него под носом.

– Звони в полицию, – прорезался сквозь пелену дрожащий от страха голос.

– Как мы объясним, что тут забыли? – спросил Ник, переведя взгляд с трупа на Анабель.

– А что нам делать? Не оставлять же миссис Альбертсон здесь? Давай выйдем, мне дышать трудно…

      Ана успела схватиться за Мартина, чтобы не упасть, ведь ватные ноги совсем ее не слушались. Николас взял Анабель за руку и вывел на свежий воздух. Ему самому было не по себе, и смотреть на хладный труп было уже невозможно, поэтому он с радостью вышел оттуда. На воздухе Анабель более или менее стало лучше и она, как это всегда происходило, стала рассуждать и задавать вопросы.

– Кто убил нашу учительницу? За что? Как ее тело попало в этот заброшенный всеми забытый домик? Я ничего не понимаю. Что нам теперь делать?

– Я могу ошибаться, но дверь была сорвана с петель не от старости. Когда я ее открыл, она отвалилась, хотя… – начал осматривать откос двери Николас, – здесь вообще нет всех этих болтов и железок, словно дверь вырвали, а потом выкопали в землю, обвив вокруг ручки вьюнков и колючей травы.

– Да уж. Миссис Альбертсон убили недавно, так что нам повезло, что мы приехали позже, иначе были бы следующими, как свидетели.

– Думаешь, мы можем быть полностью уверены, что убийца уже уехал?

– Не пугай меня, Ник.

– Так что будем делать с учительницей?

– Господи, мы ввязываемся во что-то очень плохое, – сжала руками виски Ана. – Мне очень жаль миссис Альбертсон, мои руки дрожат, хочется реветь в голос, но нам надо быть благоразумными, как бы то ни было. Учительнице уже не помочь. Сейчас закрываем дверь и уходим. Тогда нас ни в чем не будут подозревать, и убийца не выйдет нам на след.

– У нас нет другого выхода, – кивнул Николас, стиснув челюсти.

      Вернув дверь на прежнее место, Ник и Анабель опрометью выбежали из леса и, запрыгнув в машину, укатили. Им в след, ухмыляясь, смотрел человек, чье худое тело скрывало длинное пальто с капюшоном.

                                    7 глава

                         Особняк Джека Морриса

      Над городом постепенно сгущался вечер. Солнце залило небо красной, словно смущая его. Подходил к концу сумасшедший денек. Анабель сидела на водительском месте, вцепившись в руль, надеясь только на то, что ее не вырвет прямо на лобовое стекло. Девушка чувствовала себя омерзительно, еще и жутко нервничала. А как иначе? Она нашла труп человека, который дарил ей знания, и просто оставила его тлеть в заброшенной лачуге. Ана не только была поражена от случившегося, но и презирала саму себя. Но девушка не хотела в первую очередь подставлять Николаса. Голова шла кругом, а нервы натянуты, как гитарная струна. Бейкер всеми силами заставляла себя сохранять спокойствие, но руки предательски дрожали. Ана чувствовала на себе взгляд Ника, но не смотрела на него в ответ, продолжая следить за дорогой.

– Давай сейчас заедим ко мне, я возьму телефон и поедем вместе к Рею? – предложила Анабель.

– Да. И, пожалуйста, я понимаю, что это сложно, но попытайся успокоиться, – попросил Ник, положив ладонь на руку Анабель, которая схватилась за рычаг коробки передач.

      Ана взглянула сначала на руку Мартина, потом на него самого и почувствовала разлившееся по телу тепло от его прикосновения. Несмотря на свое состояние, девушка улыбнулась Николасу. Какое же прекрасное чувство, когда тебе действительно искренне сопереживают.

      Через пару минут Бейкер остановила машину у дома. Переведя дыхания и, более или менее, собравшись с мыслями, она отстегнула ремень безопасности и сказала:

– Пошли, за одно зашью твои штаны. В конце концов, ты их порвал из-за меня.

      Ана и Ник вышли из машины. Мартин следовал за Анабель, осматривая дом Бейкеров. Во всем доме преобладали постельные оттенки и мрамор. Мраморные вазы, статуэтки, перила лестницы, плитка на полу в холле. Также Николасу понравились большие двустворчатые окна с белой рамой, откуда открывались прекрасные виды на Форгс. Весь дом в принципе выглядел богато. В зале присутствовал камин, на полке над ним стояли семейные фото с отдыха в жарких странах и настольные часы. На стене висели грамоты Стефании за творческие успехи в журналистике. На подоконниках и специально отведенных деревянных полочках стояли живые цветы в горшках.

– Подожди меня тут, а я схожу в спальню и вернусь, – указала на большой диван Анабель.

– Хорошо, – кивнул Николас.

      Ана выбрала из гардероба кожаную юбку и водолазку и, нацепив одежду, взяла корзинку с нитками и иголками и спустилась к Мартину. Тот терпеливо ждал, осматривая фотографии на камине.

– Раздевайся! – потребовала Анабель.

      Оба сели на диван и, когда Ник освободил джинсы, Анабель занялась ими. Бейкер аккуратно прокладывала шов, а Ник внимательно наблюдал за ней. Из-за его пытливого взгляда, девушка не могла сосредоточиться и глупо улыбалась, сама не зная чему. То ли шок на нее так подействовал, то ли присутствие полуголого Мартина.

– Не смотри на меня, – попросила она.

– Почему?

– Потому что я чувствую себя под твоим взглядом так, будто не штаны зашиваю, а танцую стриптиз.

– И вовсе нет! Просто ты неправильно делаешь.

– Я? – подняла на Мартина возмущенный взгляд Анабель. – Я-то неправильно делаю?

– Дай покажу! – потребовал Николас и попытался отобрать штаны из рук Аны, но она не отдала, откинув иголку на стол, чтобы было удобнее сопротивляться.

      Началась «борьба» за штаны, из-за которой джинсы Николаса стали трещать по швам. В итоге этого столкновения начинающих умелых ручек Анабель оказалась под Ником, прижатая к дивану, упрямо не отпускавшая штаны. Мартин угрожающе навис над девушкой, уперев руки по обе стороны ее головы. Когда же обоим дошло, в какой позе они лежат, «борьба» моментально завершилась, а Ана и Николас оказались сидящие на разных краях дивана.

– Шей сама, – смилостивился Мартин.

– Не хочу тебя огорчать, но… – договаривать Анабель не пришлось, ведь она распрямила джинсы, выставив на обозрение огромную дырку. – Я принесу тебе штаны отца.

                                     ***

      Смеркалось. Форгс погружался в меланхолию ночи, наполняя души загадочным трепетом, предвкушением прекрасного звездного неба и вдохновения. С наступлением темноты на улице воцарилось романтическое настроение. В легкие проникал прохладный успокаивающий воздух с примесью аромата осенних трав. Атмосфера сказывалась и на состоянии людей, гуляющих в это время. Становилось легче и спокойнее, будто все дневные проблемы остались днем, а ночь это не просто другое время суток, а другая вселенная. Анабель тоже чувствовала этот прилив спокойствия и, идя под руку с Николасом, наконец, не думала о миссис Альбертсон. Они шли к Рею не спеша, наслаждаясь прохладным воздухом. Машину Ана решила оставить дома и совсем не пожалела об этом, даже несмотря на то, что падала температура воздуха и листва кружилась маленькими вихрями по дорогам. Анабель и Николас даже не заметили, как рука Аны опустилась, и их ладони сомкнулись.

– Так хорошо, даже не хочется заходить в особняк, – вздохнула Бейкер.

– Можно погулять сегодня ночью.

– Ты приглашаешь погулять меня? – переспросила Ана.

– Я зайду за тобой.

      Данетт Коллинз, кипя от злости, метала громы и молнии, сокрушая их на Эдриана, который, продолжая издеваться над Нетт, тыкал в нее китайскими палочками. Нетти было и смешно, и обидно одновременно, ведь Рей, хоть и стал менее жестоким, все равно вел себя невыносимо. Какова же была радость девушки, когда в спальню зашли Анабель и Николас. Нетти оборвалась на пол фразе и поспешила к Ане, словно к ангелу-хранителю.

– Так, ребят, у нас куча новостей, – откинулся в кресле Эдриан.

– Да. Дни идут, а становится все запутаннее, – вздохнула Нетт, сев на кровать рядом с Николасом.

– Сначала расскажи ты про Элтона, – попросила Анабель подругу.

– Все плачевно. Я еще вчера была уверена в Эле, а сегодня узнала, что он был в лесу с Джорджем. Он сам сказал миссис Смит, что едет именно в лес, – сообщила Данетт, потупив глаза.

– С Джорджем? А откуда он знает ди-джея? Ладно, знать, в конце концов, Элтон элита школы и мог познакомиться с ним на тусе, но гулять с Пумой в лесу вдвоем ночью? – удивился Рей.

      Ана и Нетт переглянулись. Девушки понимали, что не имеют право разглашать чужую тайну, которая, как такого, не повлияет на их «расследование».

– Они познакомились в раннем детстве… Их мамы подруги, – солгала Нетти. – В общем, миссис Смит волнуется за сына, так как он вернулся домой грустный и грязный. Все улики на лицо.

– Но остался открытым вопрос. Зачем это нужно Элтону? Я бы мог понять, если бы он пугал тебя, чтобы свести какие-то личные счеты, – обратился Рей к Данетт. – Например, ты сломала его детскую психику своими развращенными играми, как мне сегодня. Бедный я!.. Но зачем ему пугать Ану?

– С этим придется разобраться, – кивнул Ник. – И единственное, что мы можем, это поговорить с ним в непринужденной обстановке. Предлагаю, заманить его в гости и расспросить, но действовать предельно осторожно. Неизвестно, что он может выкинуть.

– Я могу пригласить Эла к себе. Потом придет Ана без приглашения. Я буду приятно удивлена и приведу тебя к Элтону. Вдвоем что-то мы да узнаем, – кивнула Нетти.

– Вы, мальчики, будете охранять нас в соседней комнате, чтобы не вызвать у Элтона подозрения огромной толпой, – сказала Ана.

– Элтон не глуп, чтобы открывать тайну о поездке в лес при тебе. К тому же, если он действительно пугал нас в лесу, значит, он и подбрасывал тебе записки с угрозами, – обратился к Анабель Эдриан.

– Но я ведь приду позже. Пока меня не будет, Нетт сможет что-то выпытать у Эла или хотя бы получше его осмотреть, а, когда я нежданно нагряну, посмотрим на его реакцию на меня.

      Наступило молчание. Николас и Ана понимали, что теперь их черед, что молчать о случившемся больше нельзя. Пора уже скинуть гору с плеч и разделить эту ношу на четверых. Анабель в нерешительности поглядывала на Ника, тот кидал косые взгляды в ответ. Напряжение накалялось. Ане хотелось выдохнуть и выложить все на чистоту, но с каждым новым вздохом из груди девушки вырывался лишь слабый стон и неразборчивое мычание.

– Что с вами? – спросила Данетт, взглянув сначала на подругу, а затем на Николаса.

– Ну… – протянул Мартин. – Сегодня мы с Аной видели труп, – сказал он и взглянул на Анабель. Та выпучила глаза и опустила поникшие руки. Переведя свой взгляд на Нетт и Рея, Николас увидел шок с долей ужаса на их лицах. Чего-чего, но такого ни Нетти, ни Моррис точно не ожидали.