Захватчики. Тропы между мирами

Ну и, наконец, в-третьих, Тедди не могла быть уверена, что между долиной и большим миром нечто просто не пропускает мышей. Может, оно сжигает их заживо и до этого ей осталось всего пара шагов?

В последнее отчего-то верилось особенно легко, и Тедди на всякий случай плюхнулась на землю, чтобы ее никто не мог даже подтолкнуть дальше.

– Я мог бы приказать тебе, – вкрадчиво заметил Алисо.

Не напугай Тедди себя уже под завязку, она обязательно бы поверила и предпочла бы рискнуть вместо того, чтобы быть чьей-то марионеткой. Но страх и раньше заставлял ее соображать быстрее, вот и сейчас она даже не шелохнулась.

– Давай приказывай, – буркнула она, разглядывая свои грязные ботинки. Теперь и джинсы будут все в пепле, что за незадача! А стиральных машинок во всей долине нет… Тедди представила, как королева Мара стирает свой плащ в машинке, и захихикала.

– Видишь, даже ребенок догадался, что ты не можешь против нее ее же Голос использовать! – неправильно поняла ее смех Мара. Или уцепилась за возможность хоть что-то рассказать, кто ее разберет.

Тедди с трудом сумела удержать на лице выражение, будто она и до этого знала обо всем. Или что-то вроде того. Сделала умное лицо, одним словом.

– Да она не знала, пока ты не пояснила! – выплюнул Алисо. Кажется, над лицом еще нужно было поработать. – Теперь приказывай ей сама!

– А зачем? – удивилась королева. – Я внучке верю. Да и зачем нам, спрашивается, туда, если ты хочешь завоевать людской мир, в котором провел последние годы?

– На всю долину всего одна рабочая кротовина. – Кажется, Алисо ненадолго забыл про Тедди, а уж девочка сидела тише мышки, чтобы наконец понять, что движет ее отцом. – И она соединяет тот мир и эту долину. Если и есть другие переходы, то наши подданные не нашли их до сих пор.

– Это не объясняет твоего желания забраться в горы, – ответила Мара.

Тедди с трудом заставила себя молчать и слушать, хотя уже сообразила, куда клонит отец.

Как она поняла из объяснений Димки, кротовины, или червоточины, – это такие тоннели в пространстве и времени или же только в пространстве, только во времени. И через них можно попасть как в другой мир, так и в другое время своего мира. Откуда это знал Димка, Тедди так и не поняла, он что-то сказал про передачу по телевизору. Но Тедди не особо поверила. Если бы такое на самом деле существовало, разве не пытались бы все люди найти нечто похожее?

«Если бы из тоннеля на них полезла такая усатая морда, как у отца, нет, не пытались бы», – сама себе ответила Тедди и приготовилась слушать дальше. Она сама не отказалась бы найти проход в какую-нибудь приятную и мирную страну. С феями и принцессами. Подсознательно она догадывалась, что сказочные принцессы по непонятной причине почти всегда идут в паре если не с драконом, то с мышиной шкуркой или гнусным отцом-королем. Но мечтать не перестала.

– Эти кротовины могут быть в большом мире, – пояснил Алисо матери то, что Тедди поняла давным-давно. – Кто знает, может, там есть тоннель в наш родной мир, а там – огромная армия…

Он прервался из-за резкого скрежещущего звука – это смеялась королева. Даже Тедди перестала любоваться грязной обувью и уставилась на бабушку.

– Вот поэтому ты и не король, мой мальчик, – отсмеявшись, заявила Мара. – Из идеалистов получаются плохие правители и хорошие вояки. Как ты думаешь, сколько лет назад мы покинули наш родной мир?

Алисо скуксился.

– Память у нашего племени славится постоянностью, – запальчиво ответил он. – Они будут рады увидеть королевскую кровь!

– А почему ты решил, что у них не осталось королевской крови? – В этот раз усмешка королевы была горькой, если только Тедди правильно научилась разбирать эмоции на мышиных мордах. – Мой прапрадед неспроста покинул дом, им двигала вовсе не жажда наживы, как тобой, мой дорогой.

– Он… – Алисо не сумел сказать больше, но этого и не требовалось.

– Он был изгнанником, как и ты, – мягко ответила королева. – Его сверг младший брат, но позволил забрать с собой единомышленников. Наш родной мир был больше этой долины, но невелик, поэтому прапрадед рискнул и перебрался сюда. Когда он пришел в эту долину, здесь не было людей или летунов. Но разведчики, отправленные за горы, пусть и проходили свободно, обратно не возвращались.

При этих ее словах Тедди мысленно похвалила себя за благоразумное решение оставаться на месте.

– Я ничего об этом не слышал, – с подозрением произнес Алисо.

– Это знание передается по наследству.

Ох, не стоило Маре так нажимать на слово! Теперь Алисо разозлился еще сильнее. Правда, это было заметно только по его морде, встопорщенным усам и яростно горящим глазкам. А вот голос у него оставался спокойным.

– Ну так расскажи мне это сейчас, мама, – процедил он. – Я так понимаю, недолго нашим предкам удалось оставаться в одиночестве? И до того, как дядька притащил двуногих, откуда-то взялись и летуны. С чего ты вообще решила, что они пришли из большого мира, а не из такого же тоннеля, как наш?

– Такие вопросы могла бы задавать твоя дочь, но никак не ты, – укорила его Мара и обвела когтистой лапой вокруг. – В этом мире нет летающих существ кроме них, и все прочие живые существа с шестью конечностями. Отличаются от них лишь те, что пришли с людьми. Жаль, что мы не догадались перетащить из своего мира хотя бы личинок крастоноса, сейчас бы не сидели впроголодь.

Тедди закрыла рот обеими руками. Ей одновременно хотелось и спросить, кто такой крастонос, и в ту же минуту заявить, что не особо они и страдают, объедая людские деревни! К счастью, для первого вопроса у нее был такой же запутавшийся отец.

– Крастонос? – переспросил он с обескураженным видом.

– Это такой мясистый гриб, основная туша которого напоминает огромного и толстого червя, скрытого в земле, – пояснила Мара. – Сложно только найти его щупальца, выступающие на поверхности, – эта охота не для слабых духом. Крастонос может отводить взгляды и заводить в непроходимую чащу. Зато, если все-таки его находят, еды хватает на зиму крупному мышиному городу. А зимы в нашем мире долгие.

– Раз он может отводить взгляд от себя, он что же, разумный? – не выдержала Тедди.

Мара некоторое время молчала. Может, стеснялась признаться, что сама не знает. Все-таки она родилась уже в этой долине.

– Убежать не пытался, – она все-таки прервала молчание. – Значит, не разумный.

Вот и пойми ее, предупреждение это или угроза!

– Она не становилась мышью, а значит, должна перейти горы! – На Алисо их разговоры о разумности гриба не произвели ровным счетом никакого впечатления. Он все думал о своем. – И она была летуньей! На нее действуют травы! Я пытался усыпить Бубо, и она едва не уснула следом!

– Зачем, спрашивается, тебе было трогать принцессу Тинатин! – всплеснула лапами Мара, мигом отвернувшись от Тедди. – Она же залог союза с пернатым племенем, и это на пользу и им, и нам!

– Но не мне, – буркнул Алисо. – Сытое войско – это и не войско вовсе. Как за мной пойдет армия, если у них всего будет вдоволь, и не будет ненависти к чужакам?

– К чужакам? – прервала его Мара. – Да ты сам для них больший чужак, чем пернатые! И куда тебе рваться в большой мир, хоть через кротовину, хоть через горы, если ты не можешь уничтожить даже проклятие нашего рода, эти три деревни!

– Люди-то вам чем мешают?! – не удержалась Тедди.

Нет, ей совсем не нравились деревенские жители, кроме разве что Василия. Если уж совсем начистоту, то чужое воспоминание, что рассказывало об их предках, тоже совсем не впечатлило. Однако какими бы бравыми вояками ни были предки несчастливцев, в которых она узнала завоевателей Урала и Сибири, сами люди в долине были всего лишь их потомками.

Некстати она вспомнила, как Оля Ниточкина пыталась в докладе по истории рассказать о каких-то шишигах, проще говоря, бесах, которые сопровождали русских первооткрывателей. Что, если легенды не лгали и такое тайное оружие у Ермака и впрямь было? Только не потустороннее, всего лишь разумные мыши, нечаянно попавшие в чуждый для них мир и вынужденные служить людям. Но как это касалось праправнуков тех людей, что когда-то перебрались в новый для них мир?

Вспомнив о Ниточкиной, Тедди немедленно захотела встретиться с одноклассницей и рассказать ей, что шишиги никакая не сказка.

Вот тут-то девочка и одернула себя. Расскажет она что-то Ниточкиной, как же! Она даже не может точно быть уверенной, что вернется домой!

Даже если она убежит – не на это ли намекала Мара? Убежит и оставит Димку, понадеявшись на то, что ненаследный и некровный принц лучше никакого, к тому же проклятие прадеда Тедди не должно было коснуться Димки – он был младше сводной сестры на месяц, и если уж соблюдать эту глупую клятву, то именно он мог стать наследником Мары. Что до родной крови, то он сейчас сам выглядел как мышь, куда уж больше! Так можно было бы убедить себя и бежать. Понадеяться на помощь Болотной ведьмы и выбраться в родной мир. Только есть одно «но». Что она будет делать там одна, без отца, мачехи и Димки?

Тедди вдруг поняла, что пусть она и считает себя почти взрослой, но понятия не имеет, как готовить, где платить за квартиру и где, собственно, брать то, чем за нее платить.

Нет, в самом лучшем случае она продержится до конца лета, и это при условии, что Матильда оставила деньги там, где всегда хранила. А потом начнется школа, и ее обязательно вычислят. Отправят в приют или куда там отправляют тех, кому уже исполнилось четырнадцать? О, четырнадцать. Ей нужно будет получать паспорт. Может, и впрямь проще остаться в этом мире?

– Мы напрасно так долго находимся на открытом месте, да еще и рядом со следами дракона, – тем временем спохватилась Мара. – Скорее возвращаемся в лес!

– Дракон вряд ли сюда вернется, не бойся, – хмыкнул Алисо.

– Дорогой мой, я боюсь не дракона, – вздохнула Мара. Она остановилась и вытянулась, становясь на удивление не только словно больше, но и шире. Корона из когтей тускло засветилась. – Только все равно уходить уже поздно. Присмотри за девочкой.

Прежде чем Тедди успела сообразить, о чем говорит Мара, отец одним прыжком оказался рядом с ней, рывком поднял на ноги и крепко обхватил одной лапой за талию, а другой закрыл рот.

– Только пикни, и я рискну Голосом, – на грани возможностей слуха уловила девочка шопот Алисо.

Впрочем, она едва его расслышала не из-за того, что он сказал тихо. В это время воздух оказался наполнен шелестом так, словно кто-то переключил программу. Только что была тишина и пустое небо, и вот уже перед ними прямо на застывший и скользкий кусок горной породы опустились два летуна. На первый взгляд они походили на Сола и Тинатин в ее бытность в перьях, но лишь на первый взгляд. Точнее, женская особь – Тедди определила это по невысоким закругленным ушкам и более мягкому изгибу клюворта – была очень похожа на и принца, и на принцессу, так что девочка поняла, что видит перед собой если не королеву, то старшую принцессу. Ту самую, что убила родного брата, чтобы оставаться наследницей. Вспомнив об этом, Тедди понадеялась, что их посетила все-таки королева.

А вот ее спутник лишь на первый взгляд походил на летунов, в основном своим птицеподобным силуэтом. А вот лицо… или как это называется у птиц? В общем, та часть, что с клювом и глазами, менялась ежесекундно, так быстро, что Тедди видела лишь обрывками, как вдруг удлинялся или укорачивался клюв, а то и вовсе сменялся мышиной мордой или человеческим лицом. Померещилось ей или нет, но мгновение она смотрела даже в свои собственные напуганные глаза. В остальном же казалось, будто лицо летуна скрывает мельтешащая пестрая дымка.

– Чему мы обязаны возможности лицезреть Многоликого? – спокойно спросила Мара.

Но Тедди видела, сколько усилий старой мыши требовалось, чтобы не склониться в поклоне. Напряженность ее спины можно было заметить даже через мантию. Хотя тут девочка в который раз подивилась отваге бабушки. Какой бы сильной колдуньей она ни была, вот так, без свиты и армии оказаться в короне из когтей летунов и мантии из их перьев перед определенно не самыми последними из них и не дрогнуть…

Алисо пошел не в мать. За спиной Мары он попытался сдвинуться в сторону леса, прикрываясь дочерью. Тедди уперлась ногами, а потом с силой ударила ботинком по босой лапе отца. Тот еле слышно охнул, но волочь ее к лесу прекратил. Хоть что-то хорошее! Тедди собиралась присутствовать при этой встрече, чего бы ей не стоило.

– Где. Моя. Дочь, – четко и раздельно произнес многоликий летун. А что голос его при этом менялся от хриплого до писклявого и обратно к басовитому, то это внушало только больший ужас.

Глава пятая

В которой появляются птичьи король и королева

– Тинатин Бубо, – воркующим мягким голосом произнесла спутница Многоликого. Теперь окончательно было понятно, что это король и королева летунов.

«Летунов Неблагой долины», – мысленно поправила себя Тедди.

Странно, но царственные особы путешествовали без свиты, тогда как Сола сопровождали охранники. А охранники ли это были или же надсмотрщики, как за самой Тедди? Сол точно нуждался в таких, раз ночами воровал яблоки. Да и будь такая свита у ее отца, может, он не вырос бы таким… Хотя о чем она вообще думает, вырос бы!

– Тинатин в безопасности, – медленно произнесла Мара, и Тедди только сейчас сообразила, почему ей заткнули рот. Бабушка не собиралась признаваться, что потеряла принцессу! – И вы сами отдали ее нам в знак заключения союза между нашими племенами.

– Какой еще союз? Тина же совсем птенец! – возмутилась королева. Надо же, как похоже с тем, что говорила Тедди про Димку! – И потом, Сол устроил это без нашего ведома. Когда он сказал, что знает способ заключить союз, мы не подозревали о том, что речь идет о Тине.

– Разумеется, ведь вы уже слышали к этому моменту о том, что у меня появилась внучка, не так ли? – усмехнулась Мара. Ее корона стала светиться чуть ярче.

– Сол понесет наказание за обман, – прервал ее Многоликий своим странным меняющимся голосом. – Я не верю в безопасность дочери, когда вернулся твой сын, Мара.

«Кажется, Тину и впрямь любят!» – Тедди даже удивилась этому. Почему-то она привыкла думать о Тине и прочих летунах с точки зрения Сола, а вот о том, что его мнение может разниться с мнением родителей, она и не подумала.

– Как видишь, Алисо здесь, со мной, Многоликий. – Голос Мары посуровел, и Тедди в который уже раз с завистью подумала, что Мара будет защищать сына несмотря ни на что. Это он может надеяться ее свергнуть, быть злобным пакостником и обманывать свою дочь. Для нее он был любимым сыном, и никакие его ошибки не могли изменить эту любовь. Наверное, так бывает и с другими мамами. Тедди этого знать не могла и гнала от себя эти мысли. Лишь бы не вспоминать, кто в этом виноват. Потому что иначе ей придется как-то жить с тем, что убийца – да-да, убийца! – ее матери – это ее отец. И она находится с ним в одном и том же мире, стоит рядом и не пытается ничего сделать. Вот так.

– Сол не настолько глуп, чтобы предлагать сестру моему сыну. У принцессы есть брат.

Королева прижала когтистую лапу-руку к клюву. Похоже, она и впрямь ничего не знала и была уверена, что Тинатин погибла. Теперь она выглядела растерянной. Тедди понимала ее чувства. Бывало, поссоришься с кем-то чуть ли не до драки – и завтра все, ее не миновать. Готовишься всю ночь, думаешь, как если не победить, то хотя бы в грязь лицом не ударить. Приходишь, а противник и думать о тебе забыл. Или того хуже, решил извиниться. А из тебя сила, страх и неуверенность, того и гляди, во все стороны хлестать начнут – не удержишь! Еще в дискуссиях в интернете так бывает, если вдруг с тобой оппонент соглашается. И с королевами, как оказалось, тоже.

– Признанный мною ненаследный принц Дмитрий. Это он жених Тинатин, – добавила Мара рассеянно. – С него и спросите о своей дочери.

Тедди задергалась в лапах Алисо, пытаясь подать царственным особам знак, что Димка понятия не имеет, где Тина, как и сама Мара. Может, королевская чета, имеющая крылья, скорее нашла бы дочь! Но вот незадача: глупый Сол, похоже, перестарался с тайнами, и, наверное, королева и Многоликий даже не подозревали, что непривычно одетая человечка – та самая принцесса, о которой шла речь. И уж тем паче им никто не собирался рассказывать, как сейчас выглядит некогда пернатая принцесса, а значит, искать они ее могут долго. Если, конечно, не догадаются обратиться к Болотной колдунье.

Нет, если бы у самой Тедди под рукой была такая могущественная ведьма, она бы по всем вопросам обращалась сначала к ней.

Тем временем Многоликого заинтересовали следы на земле. Их было сложно не заметить, что и говорить. Только королева летунов, погруженная в мысли о дочери, и могла такое пропустить.

– Что это? – указал он острым когтем на расплавленные камни. Лапы у него были еще более тощие, чем у прочих летунов, но жилистые. Почему-то казалось, что он значительно старше и своей королевы, и даже Мары.

– Похоже на следы огнедышащего ящера. – Мышиная королева ответила с таким жаром, что Тедди даже засомневалась, что правильно поняла ее желание уйти отсюда до появления королевской четы. Может, Мара, наоборот, хотела, чтобы они увидели это? – Почти уверена, что с крыльями. Не иначе как из-за гор залетел, у нас-то в долине я таких огромных ящериц не видела. Маленькие встречались, но без крыльев и огня. Зато шестилапые. А у этого ящера сколько лап, мы пока не выяснили.

Ей пришлось прерваться, потому что к этому моменту лицо Многоликого начало меняться так быстро, что смотреть на это было больно глазам. И одновременно говорить вовсе не получалось бы. Даже у Мары, вот она и замолчала.

– Ты лжешь, Мара, – наконец произнес король летунов. – Таких существ никогда не встречалось за горами.

– Я всего лишь предположила, – ухмыльнулась мышиная королева, так жадно глядя на Многоликого, словно он знал ответы на все ее самые сокровенные вопросы. Хотя… может, так оно и было? Жаль, что Тедди не могла вымолвить ни слова, иначе она бы как спросила!

Девочка на мгновение перестала вырываться и поддалась желанию представить, что было бы, задай она свой вопрос. Неужели Многоликий знает, что находится за пределами долины?

Сзади шею защекотало что-то, будто прядь волос скользнула по позвонкам, а затем девочка услышала голос отца:

– Многоликий, ты действительно знаешь, что находится за горами?

Тедди, наверное, показалось, но Многоликий удивился. Но еще больше удивились обе королевы, впервые с начала этой встречи все их внимание сосредоточилось на Алисо и его пленнице.

– Мы встречались раньше, ненаследный король Алисо Второй, – медленно произнес Многоликий. – И тебе известно, что я последний живой из тех, кто пришел в Неблагую долину управлять и наблюдать. Тебе не стоило использовать против меня Голос. На меня это не действует.

– Это не я! – взвизгнул Алисо и оттолкнул Тедди так, что она, сделав несколько шагов по инерции, упала, больно ударившись локтями и коленками да еще и испачкавшись пеплом. – Это она! Она!

Кажется, всего несколько минут назад Тедди была возмущена тем, что ее игнорируют. Что же, бойтесь своих желаний, исполняются в короткий срок самые дурацкие из них. Теперь все смотрели лишь на нее, а она только и сумела, что неловко подняться на ноги.

– Кто ты, человечка? – мягко спросила королева летунов. – Ты не похожа на тех, что живут в нашей долине, и мне чудится, что ты летала, как мы.

И Тедди не нашла ничего лучше, как сказать правду. Нет, если бы она на самом деле сказала свою правду, назвалась Тедди и заявила бы, что она человек, – ничего бы не случилось. Но общение с Марой и отцом не пошло ей на пользу, и в голове у нее сложилось, будто их правда точно такая же, как ее. Поэтому, отряхнув коленки, она ответила:

– Принцесса Теодора.

Позади что-то забормотала Мара, но Тедди не успела даже оглянуться.

– Отлично, – произнес Многоликий. Он шагнул к девочке и крепко вцепился костлявыми верхними лапами в ее плечи. – Обмен. Будет обмен.

Прежде чем Тедди поняла, о чем речь, она резко оторвалась от земли. Что-то кричала Мара, визгливым писком казался голос отца, но все это осталось внизу, а над Тедди шумели крылья, в плечи больно вонзались когти, и она не могла оторвать взгляд от лица несущего ее Многоликого – до тех пор, пока от мельтешения голова не закружилась настолько, что она обмякла в лапах короля летунов, проваливаясь то ли в обморок, то ли в наведенный кем-то сон.

Конечно, мысль про наведенный сон не сразу пришла ей в голову, а лишь когда очнулась. Пробуждение ее не было приятным. Она лежала на чем-то жестком в полной темноте, щекой упираясь в колючую стену, которая – девочка нащупала руками – простиралась дальше, чем она могла достать. И разумеется, Тедди не успела даже освоиться здесь, как прямо рядом с ней зажглись, как фонари, два больших круглых глаза.

От неожиданности Теодора взвизгнула, да так громко, что глаза немедленно превратились в щелочки.

– Не ори, принцесса, тут и без тебя от каждого звука эхо, – недовольно прощелкали над ухом.

Тедди села.

– Сол? – неуверенно спросила она.

– Смотри-ка, запомнила, – развеселился пернатый принц. – Никак понравился? Вот и ко мне домой без спроса заявилась!

– Ничего себе дом! – присвистнула Тедди. Она успокоилась. Сол был летуном вредным и порой откровенно недобрым, но зла она от него не видела. Да и сидел в этой темнице он вместе с ней, так что выходило, что он товарищ по несчастью. – Это тюрьма какая-то!

Что такое «тюрьма», Сол не знал, а когда Тедди пояснила, неожиданно страшно оскорбился.

– С ума сошла, глупая человечка! Это мое спальное гнездо, между прочим!

– Что-то оно твердое для спального, – съязвила Тедди, нащупывая под собой толстые сплетения ветвей.

– Так ты сначала на мягком лежала, а потом ворочалась во сне да и свалилась на голый пол, – пояснил принц. – Аккурат к моменту, когда мне самому спать захотелось.

Глаза Тедди уже привыкли наконец к темноте, и она разглядела, что принц сидит на чем-то мягком, похожем по своему виду на мантию Мары. Так вот почему пернатые спокойно относились к одеянию мышиной королевы! Они и сами использовали свои перья для создания уюта. Правда, вот ей, Тедди, уюта не хватило. На Сола она не могла разозлиться, как ни пыталась. Уж очень потешно он выглядел, распушившись по всей своей лежанке, как курица-наседка, и пытаясь при этом сохранить воинственный вид.