Чародейка. Том 1

День 21

– Отлично, я все узнал. Бал начнется за час до заката. Королевская библиотека находится в здании на краю парка. Доступ туда строго по разрешениям, подписанным королем.

– Я думала, библиотека где-нибудь во дворце…

– Персональная – да. Во дворце есть книжный зал. Там множество книг, из любимых королем жанров. Но главная сокровищница записанной мысли не там, а в неприметном здании в стороне от дворца и любимых мест прогулок аристократии. Именно там хранится то, что сделало библиотеку Ардаст широко известной в узких кругах. Если и существуют книги о Западном континенте, то они там.

– Может король любит почитать на досуге книги о путешествиях?

Саймон глумливо осклабился.

– Сказал бы я, что он любит…

– Так говори, нам будет полезна любая информация.

– Король – известный бабник, если в двух словах.

– Ну ладно. А ты узнал что-нибудь о программе бала?

– Нет. Говорят, это сюрприз. А мы идем на бал? Я думал, это только прикрытие, чтобы попасть во дворец.

– Идем. Во-первых, фен Бриассоны официально приглашены и дали подтверждение участия, и даже прибыли, так что наше отсутствие на балу может навести людей на подозрения, которые без надобности равно как нам, так и герцогу. Во-вторых, мы спокойно дождемся, когда все навеселятся до такой степени, что перестанут обращать внимание на присутствие гостей. И, в-третьих, неужели тебе не хочется побывать на королевском балу? Вот и славно. Зови всех положенных нам по штату слуг, пора готовиться к балу. Да, Саймон, я знаю, что ты отлично можешь одеться сам за две минуты. Но герцог одевается с помощью слуг. За час.

За полчаса до начала бала в дверь постучали. На пороге ожидал слуга-дворецкий в малиновой ливрее, расшитой золотом.

– Если ваши светлости готовы, прошу следовать за мной.

Лайза придирчиво оглядела барда, смахнула несуществующую пылинку с его плеча, глянула в зеркало на себя.

Фигуру чародейки облегало длинное струящееся платье цвета голубой стали. Длинные рукава удерживались на запястьях платиновыми браслетами тонкой работы. Прическа – настоящее произведение искусства: сложная конструкция из множества гладких локонов, мелких косичек и завитых прядей, с вплетенными жемчужными нитями и платиновыми цепочками, над которой Лайза и две служанки работали в течение целых трёх часов, была покрыта тонкой серебристой вуалью с мелкой жемчужной росой. Лоб чародейки украшал тонкий витой обруч из все тех же серебра и платины с бриллиантом-капелькой над переносицей.

Саймон был одет в строгий черный фрак и черные прямые брюки, слегка расклешенные книзу. Белоснежная шелковая сорочка, манжеты которой, украшенные пышными сборками, падали свободно из-под рукавов фрака на кисти, почти целиком закрывая их, была подпоясана синим атласным кушаком. Ворот сорочки был расстегнут, открывая чужим взорам золотую цепь сложного плетения, висевшую на шее, – знак герцогского достоинства. Вместе с распущенными волосами облик получился стильный, хотя и несколько дерзкий. Однако замечания никто герцогу не сделал.

– Мы готовы.

Вслед за дворецким спутники вышли из комнаты, прошли через коридор, парк и зашли в длинную галерею в дальнем крыле дворца, скупо освещенную всего десятком свечей. Пройдя галерею, слуга распахнул высокие позолоченные двери, за которыми оказалась темная зала. Дворецкий зажег маленькую, настолько, что она легко спряталась бы в кулаке, свечу и повел гостей по зале. Света от свечи хватало лишь на то, чтобы освещать малиновый обшлаг на вытянутой руке слуги. Даже улучшенного зрения чародейки не хватало, чтобы при таком освещении разглядеть в зале что-то большее неясных теней.

– Здесь вашим светлостям будет удобно, – их проводник остановился где-то около центра залы, неизвестно по каким признакам определив нужное место. – Бал сейчас начнется.

В зале уже были люди. Во тьме, ставшей кромешной после ухода дворецкого, слышалось дыхание, приглушенные разговоры. Лайза мысленно насчитала что-то около сотни человек.

Неожиданно вдалеке появился свет, вызвав краткий всплеск радостных возгласов. Источник света медленно приближался и вскоре стало понятно, что это идущий человек. Пользуясь особенностями своих глаз, чародейка уже могла рассмотреть его вполне ясно.

По сияющему дубовому паркету в залу неторопливо входил человек. Сюзерен королевства Ардаст, сиятельный князь, опора государства, образец добродетели, король Аравер VII. Вся его фигура мягко светилась.

– Позер, – хмыкнула Лайза про себя.

Король шагал по коридору, образованному стоящими участниками предстоящего бала. Под руку монарх вел красивую молодую девушку, почти ребенка. Как предположила чародейка – свою дочь, принцессу Генриетту.

Аравер VII оказался необыкновенно красивым мужчиной лет тридцати восьми. Подтянутый, высокий, король являл собой просто образец мужской красоты. Умное лицо его украшали тонкие усы и бородка клинышком. Одет глава королевства был в белый френч с алой розой на лацкане и белые же брюки армейского образца. Через плечо была перекинута расшитая золотом белая перевязь.

Король прошел до центра залы, остановился, медленно огляделся вокруг и, хлопнув в ладоши, выкрикнул:

– Бал!

И грянул бал.

Разом вспыхнули тысячи свечей, засияли ярким светом хрустальные шары, свисавшие на длинных цепях с потолка. Свет заполнил огромную залу, многократно отразившись в зеркалах на стенах, преломившись в тысячах драгоценных камней на украшениях гостей, ярко высветив королевское великолепие и роскошь одеяний и убранства.

Гости замерли на мгновение, ослепленные и оглушенные, а оркестр уже исполнял первые такты полонеза1.

Король поклонился спутнице, приглашая на бал. Принцесса мило улыбнулась, сделала в ответ реверанс и подала ладонь. Ведя партнершу, король танцевальным шагом отправился по залу против часовой стрелки, выполняя променад. Участники бала заспешили последовать высочайшему примеру.

Бард с поклоном обратился к чародейке:

– Миледи, вы так прекрасны сегодня! Подарите же мне счастье познать очарование танца с вами!

Лайза с улыбкой присела в реверансе.

Аравер с принцессой тем временем достигли центра хвоста залы и повернули, начав пересекать зал по диаметру, остальные пары выстроились за ними в колонну. Пройдя зал насквозь, королевская пара свернула направо, следующая за ними пара – налево, выполняя расход. Король, шедший вдоль правой стороны зала, вновь оказался в исходной точке, поравнялся с дамой второй пары, которой оказалась графиня Тессен, и подал ей руку. Образовавшаяся четверка продолжила движение по диаметру круга. Остальные пары таким же манером организовывали четверки и направлялись следом. Пройдя зал, первая четверка приостановилась. И раз – принцесса довернулась по часовой стрелке, поднимая горизонтально правую руку, дама второй пары – наоборот, через левое плечо, также поднимая горизонтально правую руку. Все четверо соединили прямые руки в центре круга, руки дам сверху рук кавалеров. Далее образовавшаяся звёздочка двинулась по кругу по часовой стрелке обычным шагом полонеза. И восемь – руки танцующих разомкнулись, принцесса довернулась по часовой стрелке в исходное положение.

Вновь разделившись, танцующие продолжили движение, исполняя фонтан: король повернулся налево и полукругом направился в конец залы. Принцесса зеркально направилась по другой стороне. Встретившись у центра хвоста залы вновь, пара направилась в левый дальний угол. Идущая следом пара – в правый, исполняя веер. Двигаясь после исполнения веера обратно в конец зала, пары шли друг навстречу другу, выполняя траверсе, при котором дама проходила между кавалером и дамой идущих навстречу пар, а кавалер пропускал идущих навстречу дам между собой и своей дамой, проходя снаружи. Пройдя таким образом встречные пары, кавалер вновь подавал даме руку и продолжал движение.

Закончив траверсе, кавалеры расположились в круг лицом по обычному направлению движения, левой рукой в центр круга, дамы лицом к своим кавалерам, правой рукой в центр круга. Начался шен: кавалер сделал шаг по кругу, встретился с дамой правыми руками и плечами, на следующий шаг встретил следующую даму соответственно левыми, при каждой встрече танцующие слегка кланялись. Вернувшись к своей даме, кавалер подал ей руку, пара развернулась по ходу танца.

Пары вновь прошли зал и разошлись по зеркальным полукругам. Затем пары остановились, пройдя зал в обратном направлении, развернулись лицом к парам, шедшим параллельно другим полукругом, и начали сходиться. В центре зала пары расположились двумя линиями визави. Началось соло дам, в котором на первый такт дамы первой линии начали движение к дамам напротив, держа при этом правую руку слегка отведенной вперед, а левую – назад. Поравнявшись с дамой пары визави, дамы сменили руки и направление движения и обошли кавалера пары визави против часовой стрелки. При этом кавалер пары визави подал левую руку, держа правую за спиной дамы на уровне ее талии, как будто прикрывая сзади. Затем дамы таким же образом возвратились к своим кавалерам и также их обошли.

Полонез закончился. Кавалеры повернулись лицом к своим дамам. Саймон поклонился: шаг назад, поклон, спина прямая, взгляд обращен на даму, левая рука в стороне, правая у сердца. Лайза не осталась в долгу, в свою очередь присев в глубоком реверансе.

Король хлопнул в ладоши. В стенах залы, в промежутках между декоративными колоннами, открылись проходы в соседние помещения, где находились игральные столы, кресла для бесед, роскошно накрытые столы, ломящиеся от изысканных яств. Саймон пронаблюдал, как тает очередной участок стены, открывая находящийся за ним альков.

– Интересно, это была иллюзия стены или они на время убрали настоящую?

Лайза только лишь вновь хмыкнула:

– Позерство.

В центр залы вышел распорядитель бала и объявил мазурку.

– Саймон, по этикету два танца подряд с одним партнером не танцуют. Можешь пока отдохнуть, познакомиться с кем-нибудь. У нас еще несколько часов. В библиотеку пойдем ближе к утру. Особо не буйствуй, веди себя достойно, помни, ты – герцог.

Бард кивнул и растворился среди гостей. Лайза огляделась. К ней приближался сам король Аравер VII.

– Герцогиня фен Бриассон, моё почтение. Рад наконец свести личное знакомство с вами. Я много слышал про вас и должен отметить, что слухи бесстыдно лгут – вы еще прекраснее, чем говорят. Благодарю вас, что почтили своим присутствием сей праздник.

Лайза сделала реверанс, не прекращая из-под длинных ресниц смотреть в глаза королю.

– Вы не откажете мне в приглашении на танец, герцогиня?

– Разве кто-то может отказать королю? – ответила чародейка с лёгкой улыбкой, продолжая удерживать взгляд сюзерена.

Король оказался мастерским танцором, этого бы никто оспорить не смог, и мазурку он танцевал великолепно. Изящные высокие прыжки, исполненные монархом в мужском соло, были неподражаемы и вызвали искреннее восхищение как чародейки, так и других гостей.

После танца Аравер пригласил Лайзу к столу.

– Окажите любезность, герцогиня, отведайте моих угощений, – произнес он, восстанавливая дыхание.

Чародейка под руку с королем прошли в одно из смежных помещений, где был накрыт роскошный стол. На их пару люди посматривали с любопытством, а многие и с ревностью.

Сидеть за столом не полагалось. Гости подходили, брали, что хотели, из угощений и могли съесть это, стоя рядом, или отойдя с тарелочкой в сторону. В основном были представлены вина и закуски. Такой способ организации праздничного стола пришел на Лиру от племен Северного материка и оказался весьма удобным для балов и других мероприятий, предполагающих угощение множества гостей, однако не сводящихся лишь к трапезе.

Накрыт стол был действительно по-королевски. Десятки редких сортов вин из разных стран. Фрукты с юга, в том числе и такие, что Лайза видела их впервые. Нежное мясо оленей, добытых в лесах королевства, было предложено тонкими ломтиками, удобными для бутербродов. Рыба, которую ловили только в одной реке на материке, далеко на севере, изумляла взоры своим нежно-розовым оттенком. Изысканные салатные закуски, приготовленные лучшими поварами королевства. Застывшие слёзы горного хрусталя бокалов, прозрачно-бумажный фарфор тарелок и вьющееся серебро искусных столовых приборов на белоснежной мягкой скатерти.

Аравер наполнил два бокала вином, один предложил Лайзе, второй поднял для тоста:

– За наше знакомство.

Чародейка отпила глоток, некстати вспомнила про свое путешествие в бочке вина, фыркнула от смеха, чуть не подавившись.

– Что такое, герцогиня? Вино кислое? – обеспокоился король.

– Нет, извините, мой король, все хорошо. Просто я не привычна к вину.

Лайза оторвала виноградинку от грозди, положила ее в рот.

– Вам говорили, мой король, что вы прекрасно танцуете? – спросила она с легкой улыбкой, пристально глядя на Аравера.

– Поверьте, герцогиня, это не единственное и не главное из моих достоинств.

– Охотно верю.

Король начал что-то рассказывать. Лайза слушала, несколько рассеянно оглядывая зал и машинально накручивая локон волос на палец левой руки.

– Герцогиня, вам не интересно?

– Нет, что вы, очень интересно. Продолжайте, умоляю вас. Просто здесь столько народу, да и музыка гремит. Это так утомляет с непривычки.

– Эту проблему можно легко решить, – почему-то обрадовался Аравер. – Пойдемте со мной, герцогиня.

Лайза последовала за королем и они зашли в небольшой отдельный кабинет в стороне от залы. В комнате стоял изысканно накрытый столик и два кресла рядом с ним. Король прикрыл за собой дверь, и звуки бальной музыки стихли до почти неслышимости.

– Присаживайтесь, герцогиня.

Аравер сел напротив, вновь наполнил вином бокалы.

– Скажите, герцогиня… – начал он.

– Называйте же меня просто Мари, о мой король, – перебила чародейка.

– Да, хорошо. Мари. Скажите, почему вы столь редкий гость в Астории? Вы не хотели бы переехать сюда, в столицу? Не подобает такой красивой девушке сидеть в замке вашего супруга, который, разумеется, великолепен, но расположен в глуши, в которой некому оценить вашу красоту. А в столице вами будет восторгаться свет, и при дворе вам будут всегда рады.

– Спасибо, мой король. Но поверьте, мне и в замке Бриассон очень хорошо живется. А столичная и придворная жизнь не для меня, я не люблю шумные сборища, да и к тому же на дворцовых мероприятиях обычно такая скука. Однако за приглашение спасибо.

– Да, вы тысячу раз правы, Мари. Такая скука. Весь этот церемониал крайне утомителен. Все эти приёмы и балы приедаются очень быстро. А король обязан посещать множество таких мероприятий. И везде правила этикета, нормы поведения… Часто хочется бросить все это и уехать инкогнито в деревню. Знаете, Мари, это ведь профессиональная болезнь королей, – Аравер горько усмехнулся. – Так надоедает жить не по своей воле, когда мельчайший шаг должен соответствовать тысяче правил и предписаний. Все думают – раз король, то делай что хочешь, все позволено. А на самом деле все иначе… Думаете, нам, королям, легко? У нас даже рабочий день ненормированный. Король априори должен больше, чем любой его подданный. Все решено, все предписано, все расписано. Днем почти нет свободного времени. Ночью, впрочем, тоже. И всегда ответственность. За все, за всех. Ничего удивительного, что правители часто ломаются: начинают пить, безумствовать, проводить все своё время на охоте, менять любовниц, как перчатки. Тысячи способов в попытке хоть немного расслабиться.

– О мой король, в нашем замке вы можете всегда рассчитывать на гостеприимный отдых. Приезжайте в нашу глушь, проведите несколько дней в здоровой атмосфере, и с новыми силами вернетесь к рулю королевства, – предложила Лайза, рассеянно поглаживая высокую ножку стоящего перед ней бокала и неотрывно глядя на собеседника.

– Боюсь, мне не захочется уезжать оттуда, – усмехнулся король, накрыв ладонь чародейки своей.

Лайза вздрогнула, но руку не убрала.

– Вы первая, Мари, кто так хорошо меня понимает, – тон короля сменился на более серьезный. – Все девицы при дворе – либо глупые куклы, думающие только о нарядах и веселье, либо прожженные интриганки, надеющиеся добиться какой-то выгоды для себя или своих покровителей.

Лайза слегка погладила монарха по руке.

– Я вас понимаю, о мой король, и восхищаюсь стойкостью и мужеством, которые требуются от вас каждый день.

– Мари, становитесь моей женой! – вскричал Аравер. – Вы достойны короны! Вместе с вами я смогу вытерпеть жизнь правителя.

– О мой король! Похоже, вы отведали слишком много вина, – Лайза вскочила, многозначительно стрельнув глазами в сторону залы, шум из которой приглушенно доносился сквозь прикрытую дверь. – Вам надо освежиться. Я провожу вас на свежий воздух.

– Да, вы правы, Мари. Я пьян. Я пьян от вас. Давайте пройдем на балкон.

Вслед за королем чародейка по лестнице поднялась на второй этаж дворца. Аравер быстрым шагом пересек зал, обитый зеленым бархатом, и распахнул стеклянные двери. Широкий каменный балкон, опоясывающий целое крыло дворца, был совершенно пуст и слабо освещался светом из дворцовых окон. В парке внизу было темно, украшенные фонариками аллеи, предназначенные для прогулок гостей, располагались с другой стороны дворца. Заливались трелями невидимые птицы. В небе сиял месяц луны, не столько разгоняя, сколько подчеркивая тьму.

Лайза ступила к парапету. Аравер подошел сзади, обнял девушку за плечи, развернул к себе.

– Что вы ответите на мои слова, Мари?

– Но вы женаты, мой король…

– Разведусь! Для вас – разведусь! – мотнул головой король.

– Но и я замужем.

– Ну и что? Ваш муж даст развод, я прикажу ему. А если нет… Отправлю его в ссылку, на войну, только намекните! Все королевство будет вашим!

Аравер решительно отметал возражения герцогини, обняв ее за плечи и настойчиво стараясь поцеловать. Лайза упиралась руками ему в грудь и отворачивала лицо, впрочем, не очень активно, отчего только сильнее возбуждала короля.

– О мой король, не здесь же!

– Здесь. И сейчас, – проговорил Аравер, тяжело дыша.

– Ну уж нет. Тем более не сейчас. Я не хочу быть поводом для разных подозрений. Гости и так наверняка уже заметили наше отсутствие, в том числе и мой супруг. Давайте встретимся после бала… скажем, в библиотеке.

– В библиотеке?

– Почему бы и нет? Достаточно уединенное место. Но я слышала, что мне будет нужен пропуск. Зато никто посторонний не помешает нам. И подозрений не будет. После бала, мой король.

– Этот бал покажется мне вечностью, – проговорил король, чуть поостыв.

Зайдя во дворец, Аравер, схватив лист бумаги, немедленно черкнул разрешение.

– Я буду ждать нашей встречи. И это будет самое трудное ожидание в моей жизни, – произнес он, протягивая листок чародейке.

– А я вам помогу, – с отрешенной улыбкой ответила Лайза, приближаясь к Араверу, кладя ладони ему на виски и заглядывая в его глаза. Тёплый мёд взгляда девушки сменился колючим льдом. – Я вам помогу.

В зал король и чародейка вернулись уже по отдельности. К Араверу немедленно подскочил кто-то из гостей, начал что-то говорить.

Лайза повертела головой, ища Саймона. Бард сидел за одним из столов, повернувшись к молодой красивой девушке в зеленом платье, и что-то ей рассказывал, активно жестикулируя. Девушка слушала, временами заливисто смеясь.

Чародейка пристально уставилась на барда. Почувствовав ее взгляд, Саймон обернулся. Лайза сделала жуткие глаза, указав ими в сторону танцевальной залы. Бард поспешно распрощался с заметно опечалившейся собеседницей и вылез из-за стола.

– В чем дело?

Распорядитель бала объявил вальс.

***

О… Вальс… Самый романтичный танец из всех, существующих в мире. Вальс – это безумный танец, кружащий партнеров в сумасшедшем вихре чистых эмоций. Объятия, музыка, стремительно уносящая за собой, голова, идущая кругом – все это вальс.

По интимной чувственности с вальсом может сравниться лишь танго. Но если танго – это танец страсти, горячей и ломающей запреты, то вальс – танец первой любви, еще робкой и несмелой, летящей куда-то вдаль. Если танго – это отблески пламени на черных и темно-красных платьях, аромат последней ночи, когда можно все; то вальс – это белое платье, летящее, кружась, по сияющей мириадами огней зале, это по-детски распахнутые глаза, это ожидание принца на белом коне…

***

– Дамы приглашают кавалеров. Потанцуем?

Лайза грациозно подала барду правую руку. Саймон осторожно принял ее, про себя поразившись изящной красоте. Длинные тонкие пальцы с аккуратными овальными ногтями, отливающими перламутровым серебром. Нежная, почти что прозрачная кожа. Почему он не замечал этого раньше?

Саймон шагнул к чародейке, обнял ее за талию, и пара унеслась вдаль.

– Кажется, ты понравилась королю. Теперь весь двор будет обсуждать ваши отношения. Сначала король танцует с тобой второй танец бала, а потом вы с ним вообще уединились. Тебя уже принимают за опасную соперницу.

– Какой успех при дворе! – усмехнулась Лайза. – Интересно, что они сказали бы, если бы узнали, что король предлагал мне стать его женой?

– Даже так?

– Угу. Обещал развестись сам и все устроить с моим замужеством. Предлагал мне положение не фаворитки-любовницы, а официальной королевы.

– И ты отказалась?

Лайза вздохнула: