Тело после родов: вернуть желание, а не только форму
- -
- 100%
- +
И в этом состоянии секс не просто не хочется. Он кажется чем-то чуждым. Чем-то, что отвлекает от главного. Чем-то, что требует ресурсов, которых нет.
Это пройдёт. Постепенно. Когда ребёнок подрастёт. Когда тело восстановится. Когда мозг поймёт, что опасность миновала. Но пока это длится — это может быть очень тяжело. Особенно для партнёра.
История Иры, продолжение
Давайте вернёмся к Ире. Через полгода после родов она пришла ко мне на консультацию. Она выглядела уставшей, но спокойной. Она сказала:
— Я думала, что со мной что-то не так. Я думала, что я больше никогда не захочу секса. Я думала, что стала фригидной. А потом я прочитала про пролактин и про то, как он подавляет желание. И я поняла: это не я. Это гормоны. Это биология. И мне стало легче. Не потому, что желание вернулось сразу. А потому, что я перестала себя винить.
Ира начала разговаривать с мужем. Она объяснила ему, что происходит. Она сказала: «Дело не в тебе. Дело не в том, что я тебя больше не хочу. Дело в том, что моё тело сейчас работает иначе. Дай мне время. Будь рядом. Не дави. И я обещаю: я буду стараться».
Муж Иры — хороший человек. Он выслушал. Он не стал обижаться. Он не стал требовать. Он стал ждать. И помогать. Он вставал ночью к ребёнку, чтобы Ира могла поспать. Он брал на себя домашние дела. Он говорил ей, что она красивая, даже когда она не верила.
И постепенно — очень постепенно — Ира начала чувствовать себя лучше. Не потому, что гормоны выровнялись в один день. А потому, что она перестала воевать с собой. Она приняла своё состояние. Она перестала ждать от себя невозможного. И это принятие — это первый шаг к возвращению желания.
Что это значит для вас
Если вы читаете эту главу и узнаёте себя — знайте: вы не одни. То, что вы чувствуете — это не сбой. Это норма. Это биология. Это временно.
Если вы партнёр женщины, которая проходит через это — знайте: дело не в вас. Дело не в том, что она вас разлюбила. Дело не в том, что вы недостаточно хороши. Дело в гормонах. Дело в теле, которое делает свою работу.
Что можно сделать? Не так много, как хотелось бы. Гормоны не слушаются приказов. Но кое-что всё-таки можно.
Спать. Сон — это лекарство. Когда женщина спит, кортизол падает. Когда кортизол падает, либидо может вернуться. Это не быстро. Но это работает. Если есть возможность спать — спите. Если есть возможность, чтобы кто-то другой встал ночью — используйте её.
Питаться. Гормоны строятся из того, что мы едим. Белки, жиры, витамины, минералы — всё это важно. Не для формы. Для гормонов. Для энергии. Для восстановления.
Двигаться. Не для похудения. Для кровообращения. Для эндорфинов. Для ощущения тела. Даже десять минут прогулки могут изменить день.
Не винить себя. Это самое важное. И самое сложное. Но это необходимо. Вина — это стресс. Стресс — это кортизол. Кортизол — это подавление либидо. Чем больше вы себя вините, тем хуже становится. Замкнутый круг.
Говорить. С партнёром. С подругой. С врачом. С психологом. Говорить о том, что происходит. Не молчать. Не терпеть. Не делать вид, что всё в порядке. Говорить.
Почему об этом молчат
Возникает вопрос: почему никто не рассказывает женщинам об этом? Почему про гормоны после родов говорят так мало? Почему женщины узнают об этом из интернета, от подруг, случайно?
Я думаю, есть несколько причин.
Первая — культурная. Мы живём в обществе, которое хочет видеть матерей счастливыми. Которые хотят видеть их улыбающимися. Которые не хотят слышать о том, что материнство — это тяжело. Что тело меняется. Что желание пропадает. Что бывает больно. Что бывает страшно. Говорить об этом — значит нарушать табу. Значит признавать, что материнство — не только радость.
Вторая — медицинская. Врачи часто заняты. Врачи часто устали. Врачи часто видят только физическую сторону: заживление, швы, восстановление. О гормонах говорят вскользь. О либидо — почти никогда. Это не входит в протокол.
Третья — личная. Женщины стесняются. Женщины боятся, что их осудят. Женщины думают, что проблема только у них. Женщины молчат. И это молчание создаёт иллюзию, что всё должно быть иначе.
Эта книга — попытка нарушить молчание. Попытка сказать: то, что вы чувствуете — это нормально. То, что вы переживаете — это биология. То, что с вами происходит — это не навсегда.
Маленькое упражнение
Прежде чем мы двинемся дальше, я хочу предложить вам одно упражнение. Оно простое, но может быть полезным.
Возьмите лист бумаги. Разделите его на две колонки. В первой напишите: «Что я чувствую». Во второй: «Что я об этом думаю».
Например. Первая колонка: «Я не хочу секса». Вторая колонка: «Я плохая жена». Или: «Я сломалась». Или: «Я больше никогда не буду нормальной».
А теперь посмотрите на вторую колонку. И спросите себя: «Это факт или это интерпретация?». «Я не хочу секса» — это факт. «Я плохая жена» — это интерпретация. Интерпретация, которая не имеет отношения к реальности. Интерпретация, которая причиняет боль.
Попробуйте переформулировать. «Я не хочу секса, потому что у меня высокий пролактин и низкий эстроген». «Я не хочу секса, потому что я устала». «Я не хочу секса, потому что моё тело сейчас занято другим». Это тоже интерпретации, но они ближе к правде. И они не разрушают вас изнутри.
Это упражнение — первый шаг к тому, чтобы перестать винить себя. А перестать винить себя — это первый шаг к возвращению желания.
Что дальше
В следующей главе мы поговорим о тазовом дне. О мышцах, которые играют огромную роль в сексуальном удовольствии. О том, что происходит с ними после родов. О гипертонусе и гипотонусе. О том, почему Кегель — не панацея. О том, как вернуть чувствительность и расслабление.
Это будет не менее важно, чем то, что мы обсудили сейчас. Потому что гормоны — это не всё. Тело — это не только химия. Тело — это ещё и мышцы, ткани, нервы. И с ними тоже нужно работать.
Но, прежде чем мы перейдём к следующей главе, дайте себе время. Подумайте о том, что вы прочитали. Подумайте о своём теле. Подумайте о своих чувствах. И помните: вы не сломаны. Вы не одни. Вы не виноваты.
Продолжение следует.
Глава 2. Тазовое дно: Не только мышцы, но и центр удовольствия
Мышца, о которой не говорят вслух
Есть в женском теле структура, о которой знают все врачи, но о которой почти никто не говорит с пациентками. Есть мышца, которая играет ключевую роль в сексуальном удовольствии, в родах, в восстановлении после родов. Есть зона, которую можно тренировать, можно расслаблять, можно травмировать, можно исцелять.
Эта структура называется тазовое дно.
Тазовое дно — это не одна мышца. Это целая группа мышц, которые образуют «гамак» на дне таза. Они поддерживают внутренние органы: мочевой пузырь, матку, кишечник. Они участвуют в мочеиспускании, в дефекации, в сексе. Они сокращаются во время оргазма. Они растягиваются во время родов.
Тазовое дно — это центр. Центр контроля. Центр удовольствия. Центр силы. И после родов этот центр часто страдает. Иногда — временно. Иногда — надолго. Иногда — навсегда, если ничего не делать.
Но давайте по порядку.
Анатомия удовольствия: как это работает
Прежде чем говорить о проблемах, давайте разберёмся, как устроено тазовое дно и как оно связано с удовольствием.
Представьте себе гамак. Он натянут между двумя точками. Он выдерживает вес. Он пружинит. Он возвращается в форму. Вот так примерно работает тазовое дно.
Мышцы тазового дна делятся на несколько слоёв. Поверхностный слой участвует в сексуальном возбуждении. Глубокий слой поддерживает органы. Средний слой — это сфинктеры, которые контролируют мочеиспускание и дефекацию.
Во время сексуального возбуждения мышцы тазового дна наполняются кровью. Они становятся более чувствительными. Они сокращаются ритмично во время оргазма. Они играют ключевую роль в ощущении наполнения, давления, удовольствия.
Когда женщина рожает, эти мышцы растягиваются. Иногда — сильно. Иногда — очень сильно. Иногда — с разрывами. Иногда — с эпизиотомией (хирургическим разрезом). После родов мышцы могут быть:
— растянутыми и слабыми (гипотонус);
— напряжёнными и спазмированными (гипертонус);
— травмированными (разрывы, швы, рубцы);
— потерявшими чувствительность (повреждение нервов).
И каждое из этих состояний влияет на сексуальность по-своему.
Гипотонус: когда мышцы слишком слабые
Гипотонус — это снижение тонуса мышц тазового дна. Мышцы растянуты, ослаблены, не могут выполнять свою работу. Это может проявляться по-разному:
— недержание мочи при кашле, чихании, смехе, беге;
— ощущение «тяжести» внизу живота;
— ощущение «выпадения» органов;
— снижение чувствительности во влагалище;
— достижения оргазма;
— ощущение, что влагалище «стало шире».
Гипотонус — это часто результат родов. Особенно если роды были долгими, если ребёнок был крупным, если были разрывы или эпизиотомия. Но гипотонус может быть и до родов. Особенно у женщин, которые мало двигаются, которые имеют лишний вес, которые страдают запорами.
Гипотонус влияет на сексуальность так: женщина может не чувствовать наполнения. Она может не чувствовать трения. Она может не достигать оргазма. Она может чувствовать, что секс — это «не то», что «раньше было лучше». И это может убивать желание.
Но гипотонус — это не приговор. Мышцы можно тренировать. Мышцы можно восстановить. Об этом мы поговорим чуть позже.
Гипертонус: когда мышцы слишком напряжены
Гипертонус — это повышенный тонус мышц тазового дна. Мышцы напряжены, спазмированы, не могут расслабиться. Это может проявляться так:
— боль при сексе (особенно при введении);
— боль при гинекологическом осмотре;
— ощущение «зажатости» внизу;
— частое мочеиспускание;
— запоры;
— боль в пояснице, в копчике, в бёдрах.
Гипертонус — это часто результат страха, стресса, травмы. Женщина, которая боится секса, которая пережила боль, которая напрягается в ожидании боли — у неё развивается гипертонус. Мышцы сжимаются рефлекторно. И чем больше она боится, тем сильнее сжимаются. Замкнутый круг.
Гипертонус влияет на сексуальность так: секс становится больным. А боль убивает желание. Женщина начинает избегать секса. Она начинает бояться. Она начинает чувствовать себя сломанной. И это только усугубляет гипертонус.
Гипертонус — это не редкость. Многие женщины после родов страдают от него. Но об этом почти не говорят. Женщины думают, что боль при сексе — это норма. Что «так и должно быть». Что «надо терпеть». А это не норма. Это проблема. И её можно решить.
Эпизиотомия и разрывы: как это влияет на ощущения
Эпизиотомия — это хирургический разрез промежности, который делают во время родов. Его делают, чтобы избежать тяжёлых разрывов, чтобы ускорить роды, чтобы помочь ребёнку родиться. Эпизиотомия — это спорная практика. Некоторые врачи считают её необходимой. Некоторые — вредной. Но факт остаётся фактом: многим женщинам её делают.
Разрывы — это естественные повреждения тканей во время родов. Они бывают разных степеней: от первой (небольшие трещины) до четвёртой (разрыв до прямой кишки). Разрывы зашивают. Швы заживают. Но след остаётся.
Что происходит после эпизиотомии или разрывов?
Во-первых, рубец. Рубец — это не эластичная ткань. Он не тянется так, как здоровая кожа. Он может быть плотным, болезненным, спаянным с окружающими тканями. Он может создавать натяжение. Он может вызывать боль при сексе.
Во-вторых, нарушение иннервации. Во время разрывов или разрезов могут повреждаться нервы. Это может приводить к снижению чувствительности. Или, наоборот, к повышенной чувствительности (гиперчувствительности). И то, и другое влияет на удовольствие.
В-третьих, психологический след. Женщина, которая пережила боль во время родов, которая помнит швы, которая боится повторения — она напрягается. А напряжение — это гипертонус. А гипертонус — это боль. Замкнутый круг.
Но рубец можно работать. Его можно массировать. Его можно растягивать. Его можно «размягчать». Об этом мы поговорим в практической части.
Почему Кегель — не панацея
Если вы когда-нибудь искали информацию о тазовом дне, вы наверняка слышали про упражнения Кегеля. Это упражнения, которые заключаются в сокращении и расслаблении мышц тазового дна. Их рекомендуют для укрепления мышц, для профилактики недержания, для улучшения сексуальной функции.
Кегель — это полезно. Кегель — это важно. Но Кегель — это не панацея. И вот почему.
Первое. Кегель укрепляет мышцы. Но если мышцы в гипертонусе, укрепление только ухудшит ситуацию. Представьте, что у вас спазм в шее. И вам говорят: «Качай шею». Вы будете качать — и станет хуже. С тазовым дном то же самое. Сначала нужно расслабить. Потом укреплять.
Второе. Кегель не работает с рубцами. Если у вас есть рубец после эпизиотомии, Кегель его не размягчит. Нужны другие техники: массаж, растяжение, работа с дыханием.
Третье. Кегель не работает с координацией. Тазовое дно — это не только сила. Это ещё и координация. Мышцы должны работать синхронно с дыханием, с движением, с другими мышцами. Кегель этого не даёт.
Четвёртое. Кегель часто делают неправильно. Женщины напрягают ягодицы, бёдра, живот. Женщины задерживают дыхание. Женщины делают слишком много. И вместо пользы получают вред.
Кегель — это инструмент. Но инструмент, который нужно использовать правильно. И который не заменяет другие подходы.
Расслабление: ключ, о котором забывают
В культуре, которая одержима «тренировками» и «укреплением», мы забываем о расслаблении. Мы думаем, что, если что-то не работает, это нужно «накачать». Но с тазовым дном часто всё, наоборот.
Тазовое дно должно уметь расслабляться. Оно должно уметь отпускать. Оно должно уметь быть мягким. Потому что секс — это не только напряжение. Секс — это и расслабление. Введение, наполнение, оргазм — всё это требует способности отпустить.
Женщины с гипертонусом не могут отпустить. Их мышцы сжаты. Их тело напряжено. Их секс — это боль, а не удовольствие.
Что помогает расслабить тазовое дно?
Дыхание. Глубокое, медленное дыхание животом. На вдохе живот надувается, тазовое дно опускается. На выдохе живот втягивается, тазовое дно поднимается. Это простое упражнение, но оно может творить чудеса.
Тепло. Тёплая ванна. Тёплый компресс. Тепло расслабляет мышцы. Тепло успокаивает нервную систему.
Массаж. Внешний массаж промежности. Внутренний массаж (если есть возможность и желание). Массаж рубца. Всё это помогает размягчить ткани и снять напряжение.
Йога. Некоторые позы йоги помогают раскрыть таз и расслабить тазовое дно. Поза ребёнка. Поза бабочки. Поза голубя.
Принятие. Это самое сложное. Принять, что ваше тело изменилось. Принять, что секс может быть другим. Принять, что путь к удовольствию может быть длинным. Без принятия не будет расслабления. Без расслабления не будет удовольствия.
История Марины: путь от боли к удовольствию
Марина родила дочь в тридцать пять лет. Роды были долгими. Была эпизиотомия. Были швы. Через три месяца после родов Марина попробовала секс. И это было больно. Очень больно. Она сказала мужу: «Подожди». Через месяц попробовала снова. Снова больно. Она сказала: «Ещё подождём». Через полгода попробовала снова. Опять больно. И тогда Марина сдалась.
Она решила, что секс для неё закончился. Она решила, что её тело сломано. Она решила, что она больше не женщина. Она перестала раздеваться перед мужем. Она перестала говорить с ним о сексе. Она перестала надеяться.
Но однажды подруга рассказала ей про тазовое дно. Про гипертонус. Про то, что боль при сексе — это не норма. Про то, что с этим можно работать. Марина нашла специалиста — физиотерапевта, который работал с тазовым дном.
Первые сеансы были неловкими. Марине было стыдно. Ей казалось, что она «неправильная». Но специалист был терпелив. Он объяснил, что происходит. Он показал упражнения. Он научил Марину дышать. Он научил её расслаблять мышцы.
Процесс был медленным. Недели. Месяцы. Но постепенно боль начала уходить. Сначала стало менее больно. Потом — ещё менее. Потом — почти не больно. А потом Марина почувствовала что-то новое. Что-то, чего не чувствовала уже давно. Удовольствие.
— Я не верила, что это возможно, — сказала она мне. — Я думала, что секс после родов — это просто боль, которую надо терпеть. А оказалось, что это может быть хорошо. Даже очень хорошо. Просто нужно было разобраться.
История Марины — не уникальна. Тысячи женщин проходят через это. И тысячи женщин могут найти выход. Если знать, куда идти. Если знать, что делать.
Что это значит для вас
Если вы читаете эту главу и чувствуете, что что-то не так — знайте: вы не одна. Боль при сексе — это не норма. Слабость мышц — это не приговор. Гипертонус — это не навсегда.
Что можно сделать?
Поговорить с врачом. Найдите гинеколога, который разбирается в послеродовом восстановлении. Найдите физиотерапевта, который работает с тазовым дном. Не все врачи знают об этом. Но те, кто знает, могут помочь.
Начать с дыхания. Простое упражнение: лягте на спину, положите руку на живот. Вдох — живот надувается. Выдох — живот втягивается. Делайте это каждый день. Пять минут. Это первый шаг к расслаблению.
Не давить на себя. Восстановление — это марафон, а не спринт. Не ждите быстрых результатов. Не сравнивайте себя с другими. Ваш путь — ваш.
Пробовать. Секс — это не только проникновение. Это прикосновения. Это поцелуи. Это нежность. Начните с того, что не больно. Начните с того, что приятно. И постепенно двигайтесь дальше.
Что дальше
В следующей главе мы поговорим о груди. О том, что происходит с грудью после родов. О том, как грудное вскармливание меняет ощущения. О том, как перестать воспринимать грудь как «инструмент» и вернуть ей чувственность.
Это ещё одна тема, о которой молчат. Ещё одна тема, которая причиняет боль. Ещё одна тема, с которой можно и нужно работать.
Но, прежде чем мы перейдём к следующей главе, дайте себе время. Подумайте о своём теле. Подумайте о своих ощущениях. Подумайте о том, что вы можете сделать — маленький шаг, маленькое действие, маленькое изменение.
Продолжение следует.
Глава 3. Грудное вскармливание и сексуальность: конфликт функций
Грудь, которая больше не ваша
Есть в материнстве опыт, о котором не принято говорить. Опыт, который вызывает стыд. Опыт, который женщины прячут глубоко внутри. Опыт, который связан с грудью.
До родов грудь была частью тела. Частью женственности. Частью сексуальности. Её касался партнёр. Её ласкали. Она отзывалась. Она была источником удовольствия.
После родов грудь становится чем-то другим. Она становится источником питания. Она становится инструментом. Она становится «рабочей лошадкой». Её сосёт ребёнок. Её сцеживает молокоотсос. Её показывают врачам. Её трогают чужие руки. Её оценивают: «Достаточно ли молока? Правильно ли прикладываете? Не болит ли?».
И в какой-то момент женщина понимает: эта грудь больше не моя. Она не для меня. Она для ребёнка. Она для функции. Она для работы.
И когда партнёр пытается её коснуться — что-то внутри сжимается. Отторжение. Раздражение. Усталость. «Не трогай». «Не сейчас». «Я не могу».
Это не значит, что женщина разлюбила партнёра. Это не значит, что она стала холодной. Это значит, что её грудь перегружена. Она выполняет слишком много функций. Она не может быть одновременно едой и эрогенной зоной. Она не может быть работой и удовольствием.
Сенсорная перегрузка: когда прикосновения утомляют
Давайте поговорим о сенсорной перегрузке. Это термин из психологии, который описывает состояние, когда мозг получает слишком много стимулов. Слишком много звуков. Слишком много света. Слишком много прикосновений. И перестаёт справляться.
Мать новорождённого ребёнка живёт в состоянии постоянной сенсорной перегрузки. Ребёнок плачет. Ребёнок сосёт. Ребёнок трогает. Ребёнок требует. Ребёнок висит на руках. Ребёнок прижимается. Ребёнок не отпускает.
К вечеру женщина чувствует, что её кожа «стёрта». Что её тело «использовано». Что к ней прикасались столько раз, что ещё одно прикосновение — это слишком.
И вот в этот момент приходит партнёр. И хочет близости. И касается. И это прикосновение — не радость. Это ещё одна нагрузка. Ещё одно требование. Ещё одна обязанность.
Женщина не может объяснить, почему ей так. Она чувствует вину. Она думает: «Что со мной не так? Почему я не хочу? Почему я отталкиваю человека, которого люблю?».
А ответ простой: сенсорная перегрузка. Мозг перегружен. Нервная система истощена. Тело просит покоя. Тело просит, чтобы к нему не прикасались. Хотя бы немного. Хотя бы иногда.
Как вернуть груди чувственность
Это возможно. Но это требует времени и работы. И это требует понимания.
Первое: разделить функции. Грудь может быть и едой, и эрогенной зоной. Но не одновременно. Не в один и тот же момент. Когда ребёнок ест — грудь работает. Когда партнёр ласкает — грудь чувствует. Это разные режимы. И их нужно разделять.
Как это сделать? Например, не совмещать кормление и близость. Не пытаться «переключиться» с одного на другое мгновенно. Дать груди «отдохнуть» между функциями. Хотя бы немного времени.
Второе: начать с не-груди. Если грудь сейчас «выключена», не нужно начинать с неё. Начните с других зон. Шея. Спина. Бёдра. Руки. Пусть тело вспомнит, что прикосновения могут быть приятными. Пусть грудь «отдохнёт» от внимания. А потом, постепенно, можно вернуться к ней.
Третье: изменить прикосновения. Если грудь ассоциируется с кормлением, попробуйте другие прикосновения. Не сосание. Не сжатие. Лёгкие поглаживания. Тёплые ладони. Медленные движения. Без давления. Без требования. Без ожидания.
Четвёртое: говорить. Сказать партнёру: «Сейчас моя грудь — это еда. Я не могу воспринимать её как эрогенную зону. Но это не навсегда. Дай мне время. И давай найдём другие способы быть близкими».
Пятое: принимать. Принять, что сейчас — так. Что грудь изменилась. Что ощущения изменились. Что это нормально. Что это не навсегда. Что тело вернётся. Не сразу. Но вернётся.
История Ольги: между ребёнком и мужем
Ольга кормила сына грудью до полутора лет. Она любила это. Она чувствовала связь с ребёнком. Она чувствовала, что даёт ему что-то важное. Но параллельно она чувствовала, что теряет что-то другое.
— Я перестала воспринимать грудь как часть себя, — рассказывала она. — Она стала какой-то... общей. Как будто она принадлежит не мне, а всем. Ребёнку. Молокоотсосу. Врачу. И когда муж пытался её коснуться, я чувствовала... злость. Не на него. На ситуацию. На то, что моё тело больше не моё.
Ольга не говорила об этом мужу. Она боялась, что он обидится. Она боялась, что он подумает, что она его больше не хочет. Она терпела. Она позволяла ему касаться. Она делала вид, что всё в порядке. Но внутри всё сжималось.
Однажды муж сказал: «Ты какая-то другая. Ты меня избегаешь». И Ольга расплакалась. Она рассказала ему всё. Про грудь. Про усталость. Про то, что чувствует себя «общественной собственностью». Про то, что хочет вернуть своё тело.
Муж выслушал. Он не обиделся. Он сказал: «Почему ты не сказала раньше? Я думал, что дело во мне». Они договорились. Они решили, что пока Ольга кормит, грудь — это «зона ребёнка». А для близости они найдут другие способы. Другие зоны. Другие прикосновения.
Это помогло. Не сразу. Но помогло. Ольга перестала чувствовать вину. Она перестала делать вид. Она начала говорить. И постепенно — очень постепенно — она начала возвращать своё тело. Свою грудь. Свою чувственность.
Когда кормление заканчивается
Рано или поздно кормление заканчивается. Ребёнок растёт. Молоко уходит. Грудь возвращается к «не-рабочему» состоянию.
Но это не значит, что всё сразу становится как раньше. Грудь изменилась. Она может быть менее упругой. Она может быть более чувствительной. Она может быть менее чувствительной. Она может вызывать смешанные чувства.
Некоторым женщинам нужно время, чтобы «присвоить» грудь обратно. Чтобы снова почувствовать, что она — их. Чтобы снова разрешить ей быть эрогенной зоной. Чтобы снова получать от неё удовольствие.