Она ушла, но обещала вернуться
- -
- 100%
- +
– Садись завтракать. Мама уже давно ушла за магом, они скоро придут.
Меня не пришлось уговаривать. Я поела молочной каши из незнакомого злака и запила травяным чаем. А когда убирала посуду, входная дверь скрипнула, и в дом вошла Дорофея, следом за ней и мужчина в темно-синей рясе с капюшоном или чем-то в этом роде.
– Доброе утро, Катенька! Как спалось? – женщина улыбнулась.
– Доброе. Что-то не очень, все время шорохи и жуткий вой мерещились, – честно призналась я.
– Так это у нас каждую ночь так. Мы уже привычные, – Дорофея небрежно махнула рукой. – А это магистр Николаус, я тебе о нем говорила.
– Здравствуйте, – неуверенно поприветствовала я, глядя на мужчину, который откинул капюшон. Вопреки моим ожиданиям магом оказался молодой парень, примерно одного со мной возраста. Точно не старше двадцати пяти – тридцати лет. Он напоминал айтишника, работающего в моем отделе. Такой же худой и бледный, вызывающий желание накормить и выгнать на улицу, подышать свежим воздухом и дать коже узнать, что такое солнечные лучи. Я никак не могла воспринимать его всерьез.
– П…приветствую, – еще более неуверенно, чем я, поздоровался он.
– Магистр Николаус, вы не стесняйтесь, проходите, – видя наше замешательство, Дорофея решила взять все в свои руки. – Присаживайтесь, я сейчас вам горячего отвару налью.
– Благодарю, – стараясь не смотреть на меня, Николаус прошел к столу.
– Катенька, ты тоже садись! – женщина уже суетилась у печи и гремела глиняными горшками.
А я решила не смущаться и уселась напротив мага, посмотрев прямо в его светло-карие глаза. Еще вчера хотела глянуть на этого шарлатана. Запудрил доброй женщине голову, еще и деньги за свои услуги берет, наверняка.
– Ну, магистр Николаус. Вы сможете помочь мне связаться с родными? – положив руки на стол и сцепив пальцы между собой, напустила на себя максимально серьезный вид.
– Кхмм… – прежде, чем ответить, маг покашлял в кулак. – Думаю, что смогу. Но прежде, мне необходимо считать вашу ауру, чтобы по ней найти родных вам людей, – его голос оказался приятным, таким только романтические песни петь.
– Ну, так считывайте, – сдерживая себя, чтобы не выйти из образа, дала свое разрешение.
– Дорофея, вы не оставите нас? – повернулся он к хозяйке дома и вежливо спросил. «Ну прям, пай мальчик!» Мне с трудом верилось в весь этот фарс. А еще были непонятны его мотивы.
– Только Николаус, я не смогу вам заплатить. Так как нечем, – решила посмотреть на реакцию, когда он узнает, что ему попался неплатежеспособный клиент.
– Ну, что вы! Мне за работу платит государство и Магистерство из налогов, – его ответ ввел меня в замешательство. А когда Дорофея вышла, прихватив с собой детей, маг полез в карманы рясы и достал два стеклянных шара размером с теннисный мячик.
Один он отложил в сторону, а другой взял в ладонь. Шар мягко засветился желтым светом. «На батарейках наверно. Ничего особенного!» Затем он обошел стол и встал за моей спиной.
– Закройте глаза, пожалуйста! – попросил маг взволнованным голосом. Не стала спорить и выполнила его просьбу.
Через мгновенье почувствовала, что надомной проводят руками, а потом по телу как будто прошел разряд, хотела возмутиться, но не смогла даже рот открыть и пошевелиться.
– Это невероятно! – воскликнул Николаус, и паралич меня сразу отпустил.
– Что вы со мной сделали? – спросила, срываясь на крик, так как сильно испугалась. – Что тут вообще происходит?
– Успокойтесь, это была нормальная реакция на ментальное воздействие. Удивительно совсем другое! – он большими глазами уставился на меня.
– Что? – грубо гаркнула, ибо нервы стали сдавать, а он аж подпрыгнул от неожиданности.
– Ва…ваша аура, она – двойная! – бедолага стал заикаться, но я не захотела менять гнев на милость. Весь этот цирк уже порядком надоел и, если сейчас он ничего нормально не объяснит и не поможет связаться с родственниками, я сегодня же пешком пойду к трассе.
– Слушайте, мне надоело, это представление. Я не верю во все эти ваши штучки. Дайте мне телефон и скажите, в какую сторону идти до ближайшего города, а лучше будет, если меня кто-нибудь на машине подвезет. Да хоть на велосипеде, уже все равно.
– Вы… вы не понимаете. У вас две ауры, и одна из них мертвая, – маг продолжал гнуть свое.
– Слушай, Коля, хватит уже. Я что на дуру похожа?
– Вы главное успокойтесь, – игнорируя вопрос, маг стал медленно подходить ко мне, словно хотел поймать опасное животное.
– Что вы задумали? Даже не думайте приближаться! – маниакальный блеск его глаз, мне очень не понравился, и я бросилась к входной двери, хотела позвать Дорофею. Хватаясь за ручку, оглянулась назад и увидела, как из ладоней Николауса вылетает голубой святящийся сгусток и летит в меня. Офигевшая от такого фокуса, замерла на месте, даже не пытаясь избежать столкновения, от которого по телу пробежала дрожь, и сознание в очередной раз помахало мне ручкой.
– Ах ты, маг недоделанный! Ты что натворил? Зачем девочку оглушил! Она только-только оправилась после отравления! – приходя в себя, услышала возмущенные крики Дорофеи, затем послышались звонкие шлепки, словно кому-то надавали подзатыльников.
– У…у…у нее аура, д…двойная. А…а одна как у…у..у не…нежити, – заикаясь, оправдывался маг.
– А я говорил, мертвячка! – добавил свои пять копеек Ерошка.
– А ну брысь, сейчас и тебе достанется! – прикрикнула на него мать.
Решила не показывать, что пришла в себя, и послушать их разговор.
– А ты внятно объясни, что случилось, – женщина продолжила окучивать мага. – Иначе еще подзатыльника получишь, чтобы мозги на место встали, – я мысленно позлорадствовала и поблагодарила Дорофею.
– В общем, я сканировал ее ауру, чтобы найти родных и обнаружил, что она двойная. Одна – как у сильного мага, а вторая – как у нежити высокого уровня, – словно скороговорку выдал информацию Николаус.
– Ты уверен? – уже более спокойно спросила хозяйка дома. «Неужели она верит в эту ерунду?» Хотя голубой сгусток, летящий из рук мага, я никак не могла объяснить.
– Б…более чем.
– Я могу объяснить это только тем, что девушка была на грани жизни и смерти. Видимо, она, действительно, сильный маг, но яд василиска сделал свое дело, хоть и не до конца. Катя многого не помнит, и порой мне кажется, принимает нас за сумасшедших. А еще, она говорит странные вещи. Упоминала какой-то само…лет и телефон. Даже не представляю, что это такое.
– Я тоже. Что будем делать?
– Ничего. Если получится найти ее родных, то хорошо. А если нет, поживет у меня, пока сама не решит, что делать дальше. До весны точно останется здесь. Сам знаешь, одинокому путнику опасно идти. Нежить до того обнаглела, что уже днем стала охотиться. К тому же до зимы она не успеет добраться до Славайна, – многое в словах Дорофеи было странно и непонятно, но все равно я была благодарна за ее доброту. Понятно было одно, придется разбираться в том, что здесь происходит.
– Но, я должен доложить в Магистерство об этом уникальном случае! Ее необходимо исследовать. В конце концов, она может быть опасна! – Николаус все меньше и меньше мне нравился.
– Только попробуй! Я тебя самого на опыты пущу. Твое Магистерство итак многих из нашей деревни забрало, – голос женщины был настолько злой, и не знай я, что кроме нее и мага тут никого нет, не узнала бы Дорофею.
– А если она кому-нибудь навредит? – «Вот ведь упрямый недомаг!»
– Не навредит. Я все сказала. Если, упаси тебя всевышний, тут появятся ищейки Магистерства, ноги твоей рядом с Машкой не будет. Я ее за кузнеца замуж выдам, – грозно закончила она.
– Ну, мама! – послышалось возмущенное из соседней комнаты. «Вот оно что. А я и думаю, почему Дорофея так раскомандовалась!»
– А ты молчи. Ишь чего удумала! Поперек матери говорить! – не на шутку разошлась Дорофея, и я решила заявить о своем пробуждении, пока не разгорелся скандал.
– Катенька, как ты себя чувствуешь? – знахарка тут же отреагировала, увидев, что я открыла глаза.
– Нормально вроде, – и, действительно, у меня ничего не болело. – А что происходит? Удалось найти моих родных? – решила включить дурочку и прикинуться, что не помню, как Николаус шандарахнул меня голубым светом.
– К сожалению, нет. Но ты не расстраивайся, – Дорофея присела рядом со мной и взяла за руку. Потом она повторила свою идею о том, чтобы я осталась у них до весны.
– Спасибо, вы очень добры. Не знаю, что бы я без вас делала, – придется подыгрывать, а там разберусь по ходу действий, как поступить. Главное выбраться на улицу и добраться до трассы.
Если бы я знала, как я сильно ошибалась. Но обо всем по порядку.
Глава 4
Дорофея выпроводила Николауса и, замяв тему с поиском родных, принялась готовить обед.
– Маша! Сходи с братом за хворостом!
Не зная, чем себя занять, я решила отправиться с ними. К тому же разведать обстановку было явно
не лишним.
– Дорофея, вы не против, если я тоже пойду?
– Конечно, милая, – улыбнулась женщина. Бросив свое занятие, она ушла в кладовую, чем-то погремела и вышла с моими берцами и остальным обмундированием. – Вот, я все зашила. Только дыру в грудной пластине не смогла заделать. Потом к кузнецу надо будет отнести, может, сможет починить.
Еще Дорофея дала старенький плащ с капюшоном подбитый мехом и шапку. Все было великовато, но выбирать не приходилось. Одевшись, во все это, мне сложно было представить себя со стороны, а зеркала в доме не было.
Маша с Ерошкой оделись во что-то подобное, как и я, только вместо кольчуги на них были шерстяные свитера, связанные из неокрашенной шерсти, а на ноги надели сапоги из сыромятной кожи, бугристые и грубые.
Выйдя на улицу, я глубоко вдохнула свежий, морозный воздух. Все вокруг припорошило снежком, и он уже, наверняка, не растает, хоть и мороз совсем небольшой. И если бы не тот факт, что из моей памяти выпало целых полгода, я бы насладилась окружающей природой и деревенской атмосферой.
В Москву улетала в начале июня, а сейчас скорее всего конец ноября, это удручало и нервировало. «Ну, не бывает такого!»
Чтобы еще больше не загонять себя в тоску, отогнала мрачные мысли и огляделась по сторонам.
У Дорофеи оказался просторный двор, видно, что когда-то хозяйство было богатое, а сейчас пришло в упадок. Пустые стойла и дровяник без дров подтверждали это.
– Маша! – я догнала детей, которые уже подошли к воротам. – А вы много скотины держите?
– Раньше много держали, а сейчас только одна корова, да кур с десяток. Как отца и брата забрали, стало тяжело, не справляемся, половину забили, а другую половину распродали, – на ее глазах вновь навернулись слезы, и я не стала продолжать разговор на болезненную для нее тему.
Ерофей, не дожидаясь нас, схватил деревянные волокуши и потащил их со двора. Дальше мы шли молча до самого леса. Деревня оказалась небольшой, максимум на тридцать дворов, ее окружал высокий забор частокола. А на входе стояли два суровых, бородатых дядьки.
– Машка, куда собрались? – окликнул нас один из них.
– За хворостом, куда ж еще!
– Смотрите в оба, недалеко от деревни нечисть шалит. Совсем распоясалась, уже днем охотится и добрый люд пугает.
– Спасибо, дядь Мить! – этот самый дядя Митя осмотрел меня с ног до головы хмурым, подозрительным взглядом. Потом хмыкнул в бороду и опять обратился к Маше.
– Смотрю, Дорофея, как всегда, справилась и выходила вашего найденыша.
– Её зовут Катя. Она теперь будет снами жить, – «Не Маша, а находка для шпиона! Все выложила!» – с досадой подумала я.
Мужчина ничего не ответил, только опять хмыкнул в бороду.
До леса было не далеко, и через десять минут мы принялись за работу. На окраине хвороста практически не осталось, видимо, уже все собрали, поэтому пришлось углубиться в чащу.
Оставив волокуши, дети ходили вокруг них и собирали сухие ветки. А я задавалась вопросом: «Неужели не проще распилить сухие упавшие деревья, которых полным-полно вокруг, и запастись на зиму, да и вообще, чтобы не бегать часто в лес?» Спросив об этом у Маши, выяснила, что она не знает, что такое пила. У них есть топор, которым рубить мог только папа или Михаил, а Ерошка еще мал для этого. Поэтому они уже третий год топят печь хворостом. Получив такой ответ, я долго недоумевала и решила больше ничего не спрашивать.
Монотонная работа немного отвлекала, мне даже понравилось собирать ветки. Нехитрое занятие успокаивало нервы, и я не сразу заметила, что что-то не так. Точнее этим что-то оказался туман, низко стелящийся по земле.
Бросая очередную охапку хвороста на волокуши, оглянулась и увидела, как между деревьев расползаются щупальца тумана странного, грязно-серого цвета.
– Мааш! – позвала, привлекая ее внимание. – Это что? – ткнула пальцем в сторону деревьев, когда она ко мне повернулась.
– Ой, мамочки! – взвизгнула она. А туман тем временем все быстрее приближался, словно почувствовал добычу. Не знаю почему, но у меня сложилась ассоциация с опасным хищником, казалось, что если он нас достигнет, то всё, конец!
– Бежим! – крикнула Маша и, схватив брата за руку, бросилась в сторону деревни, но не тут-то было. Коварный туман подкрался с боков и взял нас в кольцо.
– Маша, мне страшно! – захныкал Ерошка.
– Как же так? Как я могла не заметить? – вытащив из-под плаща святящийся амулет, недоумевала девушка.
– Да что происходит? Вы мне объясните или нет? – я начала нервничать. В голове появился шум словно рокот тысячи голосов, звучащих разом.
– На нас напала нечисть! Мы погибнем! – глотая слезы, наконец-то, ответила Маша.
Неожиданно в тумане мелькнула тень человекоподобного существа, бегающего на четвереньках. От этого зрелища холод прошел по спине, а на голове зашевелились волосы. Тень снова мелькнула, но уже с другой стороны, затем еще одна и еще. Через мгновенье их уже было больше десятка.
– Они не подойдут, у нас ведь защитный амулет! – не слишком уверенно сказала девушка.
Окружив нас плотным кольцом, туман перестал двигаться и остановился примерно в трех мерах «Может, и вправду амулеты помогут?»
Рокот голосов мешал нормально думать и становился громче – стали различимы отдельные слова: «Наша… наша… наша…» Я поковыряла в ухе пальцем, но не помогло. Потом закрыла оба уха ладонями, надеясь, что голоса все же не в моей голове, но и после этого они не стали тише.
Маша с Ерошкой жались друг к другу и дрожали от страха, а я, перестав экспериментировать со слухом, вертелась вокруг своей оси и пыталась высмотреть хотя бы небольшой просвет, надеясь выбраться через него. К несчастью, его не было. Потерпев неудачу с этой идеей, хотела уже предложить забраться на дерево, но и тут был большой облом. «Вот почему в этом лесу такие странные деревья? Ни у одного нет веток, растущих близко к земле!» – не успела возмутиться вслух, как меня одолело сильное чувство голода, которое помутило рассудок. Я была готова съесть все, что угодно, лишь бы избавиться от него. Мой взгляд остановился на детях, рот наполнился вязкой слюной, а живот громко заурчал.
В тумане протяжно завыли, и я, встряхнув головой, скинула с себя наваждение. «Боже!!! Что это было? Я что? Хотела их съесть? Неет, так не бывает!» В тумане вновь раздался вой, и одна из тварей выпрыгнула и кинулась на Ерошку. Взвизгнув, Маша заслонила его собой.
Я вскинула руку, пытаясь остановить эту мерзость, и так получилось, что коснулась его плеча до того, как оно схватило девушку. На мгновение показалось, что я слышу, о чем оно думает и что чувствует. «Еда…еда…еда… мое…мое…мое…» – думало оно, разрываемое диким голодом и холодом.
Место нашего соприкосновения засветилось зеленым сиянием, я отдернула руку, и серая кожа твари начала моментально чернеть. Не добегая до детей каких-то пару шагов, нечисть упала на землю и завизжала как свинья, корчась в судорогах. Все это произошло за долю секунд и быстро закончилось. Туман начал отступать, а визг твари резко оборвался, она замерла, скрючившись на опавшей листве припорошенной снегом, еще пару раз дернула ногой и окончательно затихла.
– К..кто эт..то? – меня всю потряхивало от страха и зуб на зуб не попадал. Отвратительное существо теперь будет сниться в кошмарах, а если еще представить, сколько таких было в тумане, так вообще жуть берет. Полностью лысая, с серой кожей, впалым носом и пустыми, черными глазницами нечисть внушала первобытный страх, а в довесок к своей отталкивающей внешности у нее были длинные крючковатые пальцы с острыми когтями и уродливые клыки, в беспорядке торчащие из пасти.
– Это мертвяки! – трясясь так же, как и я, ответил Ерошка, а Маша смотрела на меня большими от страха и удивления глазами.
– Что? Такое ощущения, будто это я вас чуть не съела? – сказала и тут же прикусила язык. Ведь в какой-то момент было такое желание, но я разумно о нем промолчала. Мало ли что они обо мне подумают.
– Нет, просто ты их прогнала! – и, действительно, от моего касания тварь сдохла, а ее рука полностью обуглилась. «А если бы я за нее подольше подержалась?» Заметила, что туман рассеялся, а точнее уполз туда, откуда явился.
– Хватит ворон считать, пошли скорей домой. Не хватало еще, чтобы они снова вернулись! – первой опомнилась я и, схватив наполовину полные волокуши, потащила их в сторону деревни.
В итоге до дома мы добрались в два раза быстрее, чем до леса.
– Вы что так несетесь, словно за вами нечисть гонится! – крикнул нам дядя Митя.
– Гонится, еле ноги унесли! – ответил ему Ерошка и, обогнав нас, первым добежал до ворот, которые тут же поспешили закрыть.
И только дома смогли перевести дух. Захлопнув входную дверь, мы дружно повалились на пол, тем самым напугав Дорофею.
– Что случилось? – она выскочила на шум. – Да на вас лица нет! А ну, давайте, рассказывайте, – и как по команде мы начали говорить, в разнобой рассказывая наши приключения.
– Так. Стоп. Ничего не поняла. Давайте кто-нибудь один, – остановила она бурный поток слов. Дружно решили, что будет рассказывать Маша.
После того, как девушка подробно и с чувством описала происшествие в лесу, Дорофея долго молчала.
– Так, ладно. Мойте руки и садитесь за стол, – прервав размышления, скомандовала женщина. – Катя, после обеда нам предстоит серьезный разговор, – а до меня только сейчас, наконец-то, дошло, что я попала. Причем по крупному и непонятно куда. Это другой мир или другое измерение. Не знаю что, но явно не Земля. И как-то уж больно спокойно, я об этом думала. Наверное, это была защитная реакция мозга, чтобы просто не сойти с ума.
После скромного обеда жиденькой похлебкой с мучными лепешками Дорофея завела меня в спальню, прихватив с собой, толстую, старую книгу. Детей она отправила к родственнице в гости, строго наказав молчать о том, что произошло.
– Катя, ты понимаешь, что сегодня произошло? – она внимательно на меня посмотрела.
– Нет, конечно. Представьте, что перед вами человек, который абсолютно ничего не помнит, кроме своего имени и возраста.
– Зря я надеялась, что ты вспомнишь, хотя бы часть о нашем мире. Тогда слушай.
Так я узнала, что попала в мир Росшор. Сама Дорофея толком не знает о его материках и климатических поясах, только в пределах своей страны. Государство Адефа, занимает большую часть одноименного материка, и господствует здесь монархия. Само государство разделено на графства, и все они подчиняются императору Димитрию Третьему.
В этом мире бал правит магия. Маги всегда были в почете и являлись верхушкой власти. Сам правитель был тоже магом высокого ранга. Так же, как и в фэнтезийных книгах, которые я иногда почитывала, магия делилась на несколько видов по элементам стихии плюс ментальная магия и некромантия. Вот последняя находится под запретом и все, кто рождается с даром некромантии подлежали немедленному уничтожению без суда и следствия. А все из-за того, что двести пятьдесят лет тому назад, один некромант с группой единомышленников поднял армию нежити и решил захватить власть. Разразилась страшная война, распространившаяся по всему миру. Погибло очень много людей, но некроманта удалось уничтожить. Испуганные и ожесточенные войной люди стали винить всех магов черного ремесла, даже несмотря на то, что они могли приносить пользу, упокаивая поднятых умертвиев и уничтожая нежить, которая расползлась повсюду. Не было ни одной страны, не познавшей ужаса нашествия этих тварей.
– Мой дед верил, что в мире магии должен царить баланс, и маги разных видов всегда рождались примерно в одинаковых соотношениях, – продолжала объяснять Дорофея. – Он предрекал, что уничтожая некромантов, люди навлекут на себя беду. И ведь так и случилось. Нынешние маги могут только отпугивать нежить и убивать их на время. Но вместо убитых появляются все новые и новые полчища. Еще дед говорил, что однажды, вся сила некромантии, накопившаяся в мире за долгое время, достанется одному человеку, и в Магистерстве тоже об этом знают, и они очень не хотят, чтобы это случилось. Ведь неизвестно, что это будет за человек, а своей власти они терять не хотят. Но беда в том, что без некроманта нам никак нельзя. Скоро нежить заполонит собой весь мир, и не будет от нее спасения.
Мне было тяжело воспринимать эту информацию, но где-то на подсознательном уровне я понимала, что это правда и теперь придется приспосабливаться к жизни в новом мире, где нет технических благ, и все придется делать ручками и ходить ножками. И этот факт расстраивал даже больше, чем то, что я попала в другой мир. «Хорошо еще, что тут есть баня!» – видимо, на фоне стресса мысли уходили совсем не туда, куда надо.
– Дорофея, а вы не знаете, можно ли мне вернуть память? Кто может помочь с этим вопросом? – решила подумать о насущном и задать правильный вопрос.
– Ох, милая! Думаю, тебе не вспомнить того, что было до отравления, – с сожалением сказала женщина, качая головой. – Тебе придется учиться заново! В каких-то вопросах я смогу тебе помочь. Особого дара к магии у меня нет, я – знахарка и хорошо разбираюсь в травах. Но теорию по магии знаю неплохо, и у меня есть пара книг, они остались от деда, – она ободряюще улыбнулась. Но я не это хотела услышать, мне нужен человек, разбирающийся в магии от А до Я, который знает о путешествиях по мирам и сможет помочь вернуться домой.
– А если обратиться к Николаусу, может, он тоже сможет чем-нибудь помочь? – спросила на всякий случай, хоть мне и не нравился такой вариант, уж больно этот маг подозрительным был. Никогда не забуду, как он хотел меня на опыты отдать.
– Не думаю, что это хорошая идея. Я даже не уверенна, что он не сообщил в Магистерство о тебе. Но будем надеяться, что не сообщил, и справимся мы своими силами. В любом случае, до весны ты застряла в нашей деревне, и сюда никто не придет, – Дорофея встала с табуретки. – Думаю, хватит пока беседы вести. Ты отдохни, позже дам тебе книги, почитаешь. Может, что-нибудь вспомнишь.
Вот и поговорили. Женщина вышла на улицу, а я осталась в гордом одиночестве и глубоко ушла в себя, думая о том, что же все-таки со мной произошло и как меня так угораздило. Но поняла бесполезность этого занятия. Надо ждать до весны и идти в большой город искать ответы на эти вопросы, а пока скоротаю время, узнавая этот мир в пределах этой деревни. Да и подготовиться к путешествию не помешает.
Глава 5
На пятый день после пробуждения мне надоел постоянный холод в доме и вечная нехватка хвороста. К тому же баню больше не топили, так как было нечем. И поломав над этим голову, попросила Машу отвести меня к кузнецу.
Прихватив с собой грудную пластину с дыркой от стрелы, мы вышли на морозный воздух. С каждым днем зима отвоевывала свои права, мороз крепчал, делая некомфортным, проживание в неблагоустроенной избе. «С этим, однозначно, надо что-то делать. Иначе я загнусь тут от воспаления легких!»
Встреча с кузнецом прошла успешно. Высокий, мускулистый мужчина в возрасте за сорок, на удивление, оказался приятным в общении. И имя у него под стать профессии было, Мечигор. Ему подходило. В небольшой кузнице было довольно жарко, и мужчина ходил в одних штанах с передником на голый торс. Смотрелось эффектно.
Сначала он осмотрел грудную пластину и сказал, что через два дня будет готово. А потом я рассказала ему про пилу. Кузнец слушал внимательно, при этом хмуря густые брови.
– А нарисовать сможешь? – спросил он, когда я закончила описывать инструмент.
Второй раз объясняла, схематично рисуя пилу на небольшом клочке желтой бумаги.
– Теперь более или менее ясно! – Мечигор покрутил корявые художества, задумчиво потирая короткую бороду. – Ну что ж попробую, может, чего и получится. Приходи послезавтра.
Через два дня я держала в руках большую пилу с деревянными ручками. Ее мы опробовали на толстом полене. Не знаю, из чего он ее сделал, но она прошлась по дереву словно по маслу. Кузнецу так понравилось, что он не взял с меня оплаты в обмен на разрешение распространять этот инструмент. Я была не против, тем более это не мое изобретение.