- -
- 100%
- +
– Куда ты направляешься? Ты хочешь найти Врата, чтобы вернуться в свой мир? – с горечью уточнил он. Но девушка лукаво улыбнулась.
– Остановишь? – поддразнила она и тут же помрачнела. – Не совсем…
Интересный ответ. Норан поднял голову, пристально изучая девушку. Она не отрицает, что идет к Вратам, но… Вода всколыхнулась от резкого ветра, задрожала. Что бы Рута ни задумала, это не внушало ей уверенности. Мир сна волновался, очевидно, что сама девушка тоже.
Она отвела взгляд в сторону, не желая рассказывать, но сердце Норана сжалось в тревоге.
– Что ты задумала? – быстро спросил он. – Рута!
Вместо ответа налетел яростный ветер. Он закружился в небе, сорвался вниз мощным порывом. Краски потекли, перестраиваясь, меняясь…
Сон рушился. Прямо сейчас, здесь – менялся, подчиняясь эмоциям девушки.
Камни затрещали, взмывая ввысь острыми скалами, река забурлила, окрашиваясь в кровавый. Свет сменился черным туманом, а голоса птиц превратились в зловещий шепот сотен голосов, слитых в один.
Пальцы Руты вцепились в ткань его камзола. Дракон притянул ее к себе, мрачно оглядывая знакомый пейзаж.
Откуда, когда, девушка видела это место?
– Руфф-фия… – Скрипучий голос разнёсся с высокого трона, и, сцепив зубы, Норан выдохнул.
Ошибки быть не могло – они в чертогах подземного мира.
*** ***
Это место было ему знакомо. Мрачное, с проблесками молний, ветвящихся по каменному своду, оно навевало худшие из воспоминаний. Время, посвященное службе у богини, до сих пор отравляло его жизнь; тогда он не понимал, что Ашрея воплощение зла.
Тронный зал подземного мира поражал размерами. Тени скользили по острым камням, падали к подножию трона, что состоял сплошь из костей. Ашрея любила роскошь, но это помещение было призвано устрашать демонов. Здесь карали мятежников, все было пропитано чужой кровью.
Ашрея не отличалась добрым нравом. Единственный, кто мог усмирить ее, это Айруэллин, один из первейших драконов, божество мрака и смерти. Пока богиня не погрузила мужа в «бесконечный сон», все шло своим чередом. Ашрея развлекалась, отдыхала – и плела планы по порабощению мира.
Типичная жизнь любого высшего демона, если подумать.
– Ты пришла, дочь моя? – Голос Ашреи возвысился. Во сне богиня выглядела жалкой копией самой себя. Лишь отражение страха, подделка, копия. – Ты мой сосуд. Полагаешь, сможешь меня сокрушить? Гадалка соврала тебе!…
Лже-Ашрея наклонилась вперед, поставив локоть на подлокотник. Ее губы растянулись в хищной улыбке, глаза сверкнули алым.
– Ты никогда не найдешь мое сердце!!!
Рута судорожно выдохнула, но Норан знал, что это лишь сон. Взмахом руки он заставил рассыпаться пеплом взметнувшуюся с трона огромную птицу.
У настоящей богини вторая ипостась выглядела иначе. Дракона, состоящего из костей, трудно забыть, так что, видимо, Руте не приходилось встречаться с темной стороной Ашреи. Император прищурился.
– Сердце? Гадалка? – внимательно посмотрел он на феникса. – Рута, при чем здесь сердце богини? – с тревогой повторил император, подозревая, что в этом кроется ключ к ее планам.
– Только это ее остановит, – бесцветно прошептала Рута. "Остановит"? Душа сжалась в тревоге, мелькнула ужасная мысль.
– Не говори, что ты хочешь спуститься в подземный мир!
Девушка и не говорила, просто молчала. Норан мысленно застонал, это хуже всего, что он мог представить!
Ведь Ашрея мертва, невозможно найти ее сердце! Разве что…
Норан сузил глаза, пораженный догадкой. В подземном мире есть способы жить и без сердца. Если Ашрея предчувствовала свою смерть, она могла пойти на ритуал.
Реальность треснула, разрываясь на части. Дракон поднял голову, изучая дрожащий свод. Сновидение – хрупкая вещь; достаточно одного звука, чтобы построенный мир рухнул.
Именно это происходило. Рута просыпалась. Время вышло
Дракон перевел напряженный взгляд на девушку. Свое сердце Ашрея охраняла бы пуще жизни, а подземный мир полнится тысячами демонов, да они в клочья ее раздерут!
Не говоря о том, что это царство Ашреи. Даже если богиня мертва, часть ее души до сих пор привязана к подземному миру, там она будет всесильна. Она ни за что не позволит коснуться единственного, что может вернуть ей жизнь. Будет кружить поблизости, поджидать.
Рута сама идет в западню. В подземном мире ее ждет смерть!
И дракона не будет рядом, чтобы спасти ее…
– Проклятье, – выдохнул мужчина, осознав, что времени на поиски не осталось. Он должен найти Руту как можно быстрее, немедленно!…
…Пока еще не поздно.
*** ***
– Не ходи туда! – Он схватил девушку за плечи и всмотрелся в глаза. – Слышишь? Не ходи в подземный мир!
Он пытался повторить так, чтобы она запомнила и услышала. Для него сновидение было явью, но для девушки это обычный сон. Она забудет встречу с ним, в лучшем случае, запомнит отрывками.
Этого недостаточно. Свод затрещал, напомнив, что осталось слишком мало времени, чтобы придумать выход. Норан сцепил зубы, игнорируя мощный порыв ветра. Еще немного, и девушка проснется.
У него оставался последний вариант. Дракон резко наклонился, ловя губы девушки в магическом поцелуе. Чтобы передать энергию, всегда нужен контакт глубже, чем просто касание. В реальности это работает, сработает ли во сне?
Рута широко распахнула глаза, почувствовав чужую магию. Вцепилась пальцами в его плечи, привстала на цыпочки, чтобы удержаться на ногах. Император крепко обхватил ее двумя руками.
Собственная энергия притянет его, где бы Рута ни находилась. Так будет проще ее найти, в конце концов, это хоть что-то. Не удержавшись, император на мгновение углубил поцелуй, хотя в этом уже не было нужды. И разорвал касание, пристально всматриваясь в глаза раскрасневшейся девушки.
Даже во сне она краснеет весьма мило.
– Запомни, – он убрал с лица ее волосы, – жди меня так долго, как нужно.
Забудет. Мужчина с досадой поджал губы. Все его слова останутся во сне, он видел, что Руту что-то отвлекает. Она хмурилась и изо всех сил цеплялась за сон, но что-то настойчиво тянуло ее в реальность.
«Просыпайся, красавица!»
Ворвавшийся в сновидение голос заставил дракона вскинуть голову. Голос шел отовсюду и ниоткуда, и был донельзя знаком. Рута тяжело вздохнула, досадуя.
«Я приготовил чай и принёс булочки, но мне не хочется есть в одиночестве. Устал будить, так что решил войти в твой сон, разделим его на двоих. Найдем, чем заняться, что скажешь?»
Дракон зашипел, меньше всего ожидая услышать этот голос во сне своей невесты. Что скажет Рута, он не знал, но у него было достаточно слов для ответа! Повернув голову, он встретился взглядом с мужчиной, явившимся в чужое сновидение.
Тот остановился, будто натолкнувшись на стену. Прищурился с недоверием, поначалу недоумевающе, но с каждой секундой в его глазах разгорался гнев.
– А вот тебя здесь быть не должно, – наконец, жестко отрезал эльф.
Ему хватило пары движений, чтобы сон рухнул, выбрасывая из него и мужчин, и саму Руту.
Дракон распахнул глаза, ощутив вспышку боли, когда его швырнуло обратно в тело. Схватился за сердце, тяжело дыша…
Шейран! Какого он забыл во снах девушки?!
Разумеется, император сам не лучше. Но это его невеста! Единственная настоящая из всех участниц отбора, у него были причины переживать за нее!
Теперь их стало еще больше.
– Проклятье, – зарычал Норан, превозмогая остаточную боль и выпрямляясь. Мир плясал в глазах.
– Ваше Величество! – Орий, до того молчаливо охраняющий «сон» дракона, вскочил. Но император был в порядке, насколько возможно после «сонной» магии. Не считая, конечно, ярости на эльфа.
– Где Шейран? – отрывисто спросил он у стражника. Тот развел руками.
– Я исследовал все пещеры, но его здесь…
– …нет, – завершил Норан фразу и зарычал. Значит, Рута действительно в компании Шейрана, и одни боги знают, что эльф задумал! Мужчина потер ладонями лицо, тщательно обдумывая сон.
– Мы можем разослать ищеек, с приказом найти девушку, но не трогать, и…
– Рассылай, – отрезал дракон и прищурился. – Хотя я знаю, где Рута и знаю, куда пойдет…
Это опаснее всего, что он мог представить! До сих пор самым ужасным, что приходило в его голову, было решение девушки вернуться в свой мир. Но ее замысел хуже, гораздо хуже.
Рута пойдет к Вратам смерти, в компании Шейрана. Навстречу своей гибели.
Император готов был рычать от безысходности.
– Отправляйте ищеек в столицу, выставите дозор на всех столичных порталах, отправьте стражников к Вратам смерти. Следите, чтобы Руфия до них не добралась, приведите ее ко мне невредимой!
Он чувствовал, что Рута на пути к Столице: притяжение магии вступило в силу. Вероятно, ее путь лежит к стационарным порталам? Типичная идея Шейрана: эльф знает, что такие порталы нельзя отследить.
Но собственная магия манила дракона, он найдет Руту, чего бы ему это ни стоило.
И больше она от него не уйдёт. Ни к Шейрану, ни в подземный мир, уж об этом он позаботится.
ГЛАВА 7. РУТА
Меня выдернуло из сна так резко, что закружилась голова. Со стоном я села, пытаясь ухватить остатки сновидения, но они блекли и исчезали в странном тумане, охватившем мою голову.
Одно помню, я видела императора. И это был самый чудесный сон из всех возможных. Нахмурившись, коснулась губ, покалывающих от поцелуя, не то приснившегося, не то выдуманного. Разрозненные обрывки памяти подбрасывали мне ряд картин.
«Я же говорил, что найду»…
Касания императора были теплыми, а взгляд решительным. И поцелуи так сладки! А потом…
– Кхм, кхм!…
Я встрепенулась, сообразив, что уже минуту постукиваю пальцем по губам, силясь вспомнить, что было во сне после горной реки. Ничего не помню! Все было так ярко, и вдруг пустота.
С опаской переведя взгляд на эльфа, засевшего в кресле, дернула к себе одеяло. На ночь в таверне я предпочла самую глухую «пижаму» из всех, которые могла представить, но с эльфом даже она казалась слишком открытой.
Шейран не сводил с меня пристального взгляда. Что-то темное промелькнуло в его глазах – обеспокоенная решимость, смешанная с неодобрением. Зная принца, подобное его настроение до добра не доводит.
– Что снилось? – требовательно спросил он. Нога на колене, поза вальяжная и властная. Я посмотрела на него, на мгновение заглянув в сумрачно-зеленые глаза, и разозлилась.
– Во-первых, как ты здесь оказался? Я закрывала дверь на ночь! И не говори, что…
– Ошибаешься, закрыть ты забыла. Видимо, ждала меня? – невозмутимо вскинул бровь наглый принц, а я скрипнула зубами.
– Вот знала, что скажешь, – с досадой вздохнула.
Шейран – моя головная боль с момента нашей первой встречи. Я закрывала дверь, конечно, закрывала! Навесила кучу чар, наверное, не слишком умело. Магу вскрыть такую защиту – раз плюнуть, но от этого не легче.
Как давно он здесь?
Сев, я старательно замоталась в одеяло, чтобы нигде не показать лишней полоски кожи. Эльф следил за мной с пристальностью хищника.
– Я принес булочки и чай, – не дав мне ответить, быстро отчитался принц. Щедрым жестом он обвел множество тарелок, стоящих на столе. – Обещаю тебе даже твое любимое «кофей-е», если расскажешь сон. Люблю сны, знаешь ли.
Последнюю фразу эльф процедил, отчего по моей коже поползли мурашки. Чем это он так недоволен? Вломился в чужую спальню, закрытую персонально от него, и смотрит волком. Не очень-то дружелюбно.
*** ***
Но в этом весь Шейран. Его поведение всегда на грани заносчивости и светской любезности. Что сказать – принц. Он играл чужими судьбами с легкостью палача.
Посмотрев на его напряженное лицо, поняла: не отстанет. Раз пришел, значит, ему что-то нужно. Вздохнув, крепче укуталась в одеяло и присела; стул как раз находился достаточно далеко от эльфа, чтобы я не тревожилась о его действиях.
Блюда пахли умопомрачительно, чего только не было на столе! Шейран расстарался на славу, здесь были и напитки, и бутерброды, и пирожные. Живот заурчал, а я сглотнула: после Капкана Забвения, кроме куска хлеба, во рту ничего не было.
– Расскажу, если уйдешь, – выбросив мысли о еде из головы, прищурилась.
– Посмотрим, – небрежно отмахнулся эльф.
Он не сводил с меня гипнотизирующего взгляда, в нем было слишком много недовольства. Взяв бутерброд, тут же вернула на место: вдруг в еде зелья? Но это не помогло спастись от внимания мужчины. Он все также смотрел на меня, и что-то подсказывало: не в моих снах дело.
Вздохнув, покачала головой. Лучше говорить о снах, чем выяснять, что принцу от меня понадобилось на самом деле – и что подсыпано в эту прекрасную еду.
– Что ж, хорошо. – Откинувшись на спинку кресла, посмотрела на эльфа. – Мне снилась горная река из моего детства, и дракон. А эльфы, как всегда, все испортили. Они постоянно все портят, такая беда!
– Дракон, – проигнорировав подколку, Шейран заинтересованно подался ко мне.
– Дракон, как дракон. Он змеился по воде, отражаясь хрусталем в солнечных лучах…
– Змеился. Как это в духе императора, – недовольно буркнул эльф себе под нос, а я насторожилась. Намеренно рассказала Шейрану о драконе из китайских легенд, все, что угодно, лишь бы не подставлять императора.
И вообще, что-то подсказывало, не стоит рассказывать больше. С эльфа станется поставить на меня заклятие забвения. Не это ли в представленных блюдах?
– Ешь, – приказал эльф, подвинув ко мне кружку со знакомым запахом. Кофе! Я обхватила кружку, вдыхая запах: пить нельзя, но хоть полюбуюсь. – Это поможет тебе набраться сил. Тебе лучше быть здоровой, вдруг однажды у нас будут дети.
Я закашлялась от неожиданности и с яростью посмотрела на принца. Как есть, что-то подсыпал!
Но эльф невозмутимо выгнул бровь.
– Так что там с драконом?
– Это все, что помню! – огрызнулась я, все еще возмущенная фразой о детях.
– А врешь все лучше, – небрежный тон принца заставил меня отвлечься от созерцания чашки кофе.
Шейран неспешно поднялся, а я вскочила вслед за ним. Что опять задумал? Он смотрел на меня с довольной ноткой превосходства, словно насквозь видел. И приближался все больше, шаг за шагом, вкрадчиво и хищно.
– Ты должна знать, я из народа Шиала. Люди называют нас эльфами, нам невозможно соврать. Я забираю свое обещание. Почему бы нам не поиграть в одну занятную игру?
Мне не нравились игры, особенно исходящие от эльфа. Я спряталась за стол, настороженно следя за незваным гостем; сердце гулко заколотилось в груди. Зеленые глаза мужчины сузились.
– Ты же знаешь, я избрал тебя. Значит, будешь моей.
– А меня спросить не хочешь? – поразилась я и предупреждающе выдохнула: – Шейран!…
Так он меня и послушал! Махнув рукой, он оттолкнул с дороги массивный стол, магия вспыхнула зеленым. Стол проехался с противным скрипом, царапая ножками паркет, а я отшатнулась.
Шейран в мгновение ока оказался передо мной. От неожиданности чашка выскользнула из моих рук и с треском раскололась.
Напиток плеснул, щедро проливаясь на пол, а я нахмурилась. Шейран не церемонился и ждать не желал. Толкнув меня к стене, он с силой сжал мой подбородок.
– Не хочу. Мы начнем все сначала, и переиграем нашу игру.– Он поднял голову, посмотрев на меня сверху вниз. – Не стоит доверять снам, Руфия. Я подарю тебе лучшую из грез этого мира…
Что-то сорвалось с пальцев его свободной руки; светящаяся магия устремилась ко мне. Она пахла озоном и зеленью, щекотала мои ноздри чем-то сладким и сонным. Я почувствовала, как мои веки закрываются, сдаваясь под натиском чар…
Магический туман проникал все глубже в мысли. Не было никаких сил держать глаза открытыми, как бы я ни старалась побороть чужие чары. Они покоряли меня, подавляли волю. Запах Шейрана, мужской и свежий, кружил голову.
– Несправедливо, что он нашел тебя первым. Я исправлю это… – Его голос заползал в голову. Как сквозь ватное одеяло, слышала слова. – Он имеет слишком много власти над тобой.
Не было нужды гадать, о ком он говорит – конечно, об императоре. Я попробовала зацепиться за воспоминания о драконе, но они почему-то ускользали. В голове стало пусто.
Руки эльфа впились в мои плечи, как раз вовремя, чтобы я не поддалась непонятной слабости. Ноги не держали, заклятие все больше овладевало мной. Встряхнув головой, так и не смогла вернуть себе ясность мысли; напротив – погрузилась в оцепенение еще больше. Утратила контроль.
Сердце ударилось в груди, замедляя ритм. Я спала наяву.
– Очень хорошо. Жаль, ты отказалась от моих угощений, все прошло бы мягче, – голос звучал довольно. – А теперь, любовь моя, мы с тобой поиграем. Повторяй за мной. Амео шеда…
– Амео шеда, – послушно произнесли мои губы: тело жило само по себе.
– Лариал де Грет мио-Руфь франжей, – вкрадчиво повторил принц, и губы сами повторили фразу.
Плечо обожгло пламенем, боль проникала внутрь – но, чувствуя ее, не пискнула. Шейран улыбнулся.
– Вот и славно… шена-ли, если бы ты знала, как ты прекрасна…
Принц убрал с моего лица прядь волос и подался ближе. Его дыхание опалило кожу, большой палец скользнул по нижней губе. Мои ресницы опустились, когда эльфу вздумалось склониться на расстояние мизинца. В голове царила пустота, чувствовала себя куклой в чужой власти.
И где-то глубоко внутри зрело понимание, что происходит нечто неправильное. Не отдавая себе в том отчета, я слегка отклонилась, чтобы избежать непрошенного поцелуя, но эльф не смутился.
– Как жаль, что эти чары так недолговечны! Но их хватит, чтобы мы успели связать наши судьбы, и ты подарила мне ночь. Руфь… твоя связь с императором будет навсегда разорвана…
– Навсегда… – Фраза отдалась эхом в моей голове.
На этот раз от души врезалась затылком в стену; поцелуй Шейрана пришелся на мои волосы, а я зашипела, отрезвленная шишкой на голове. Боль разлилась по телу, прогоняя морок чужой магии.
И я вдруг пришла в ярость, сообразив, что задумал принц. Да он меня загипнотизировал! Подло, коварно, исподтишка! Чтобы навязать мне новую помолвку и по-быстрому оформить брак!
Меня бросило в жар от мысли, чего я только что избежала и что было бы, не опомнись я вовремя. Вот уж где не ждала засады, так это в собственной комнате! И значит, была права: блюда щедро укутаны чарами.
Шейран сузил глаза и снова попробовал меня поцеловать, а когда я оттолкнула его, сжал ладонь, сплетая новые чары внушения. Ну уж нет!
Зарычав, я вскинула руки, отдаваясь на волю собственной магии, она обожгла меня яростным пламенем, сплетаясь в мощный узор заклятия. Вспышка сорвалась с пальцев с громким треском, сильнее, чем я ожидала.
Шейран успел заслониться руками, но его все равно снесло, как пушинку. Врезавшись в противоположную стену, он выгнулся от боли, однако удержался на ногах, лишь пошатнувшись. Недобро посмотрел и решительно шагнул ко мне…
Но остановился, натолкнувшись на шипение пушистого фамильяра. Пришедший на выручку Дэш воинственно распахнул крылья, став похожим на небольшого и пухлого, но свирепого хищника.
– Руфия…
– Не подходи! – По коже побежали язычки пламени, сейчас на моей стороне вся магия этого мира. Я больше не беспомощна, и эльфу придется это запомнить.– Ты будто одержим!
– Одержим? Ты узнаешь, что такое одержимость, когда помолвка с драконом будет расторгнута, – голос эльфа понизился, глаза сузились. – А это случится, любовь моя, уже через несколько дней, ведь ты сама произнесла нужные слова.
У меня тяжело потянуло сердце. Плечо ныло и саднило, именно в том месте, где разместился узор…
Шейран уловил тревогу на моем лице, и усмехнулся.
– К тому времени, когда ты покинешь подземный мир, между тобой и драконом ни останется ни единой ниточки. Вот тогда ты вспомнишь мои слова. И все повернётся иначе…
Шейран обманывал столь же искусно, как обольщал девушек. Мне не раз доводилось сталкиваться с последствиями его слов, но именно сейчас что-то подсказывало: не врет. Я накрыла ладонью пульсирующий узор помолвки. Кожа саднила, плечо горело.
– Что ты сделал? – выдохнула я онемевшими губами. Эльф усмехнулся.
– Не я. Ты пожелала разорвать помолвку, император больше не побеспокоит тебя во снах. Неужели не рада?
Вместо радости на меня навалилось беспокойство: это худшая новость из всех возможных. Шейран шагнул ко мне и остановился, наткнувшись на рычание воинственного енота. Для устрашения Дэш оскалился.
– Я защищу тебя, Руфь. Со мной ты всегда будешь в безопасности. – Принц вдруг щелкнул пальцами и исчез. Не успело удариться сердце, как он оказался передо мной. Не глядя, махнул рукой, создавая магический барьер перед енотом.
Эльф действовал внезапно и точно. Его рука взметнулась, толкнула меня к стене. Мужская ладонь ударила рядом с моей головой, впрочем, на этот раз принц не нарушал личных границ.
– Подумай об этом, Руфь, – прищурился Шейран, поймав мой взгляд. – Подумай, я ведь лучше его. Если захочу, демоны мне подчинятся, богиня будет бессильна. Я дам тебе всю власть обоих миров, ты будешь купаться в роскоши.
– Я уже отвечала, – процедила, припомнив, чем именно оборачивались мои прошлые отказы. Например, изрезанной плетями спиной.
– Руфь…
Я воззвала к магии и вскинула руку, ее охватил огонь; стремительно склонившийся ко мне эльф наконец-то отпрянул. Впрочем, скоро поняла, что не от моих заклятий.
– Шумим? – Распахнувшаяся дверь сбила мой воинственный настрой.
«Третий лишний» оказался дюжим парнем старше меня. Накачанный и внушительный, он цепко осмотрел помещение. Разбитую чашку, стол с тарелками, сорванное одеяло и покрывшийся трещинами пол.
Наконец, его нетрезвые глаза нашли меня – и в них вспыхнул нехороший огонек.
– Придется расплатиться, – осклабился он, прикрыв за собой дверь. – Премиленькая девчушка, сойдешь на оплату. Эй ты, эльфеныш! Отвернись на минуту и звереныша придержи!
Ого. Еще не осознала полностью фразу, как эльф, с яростью выдохнув, небрежно махнул рукой. Ему даже не понадобилось оглядываться; гостя от этого жеста снесло в сторону, завоняло магией. Трактирщик смачно врезался в шкаф; дверца брызнула щепками и крошевом. Тоненько вскрикнув, несчастный рухнул на пол и остался недвижим.
– Да не волнуйся, живой, – поморщился Шейран, пряча обожженную руку. От магии? – Я же говорил, со мной будешь в безопасности.
Все произошло так быстро, что я застыла, не зная, как реагировать. Шейран воспользовался заминкой; склонившись, он взял меня за руку. Долго посмотрел в глаза и, не отрывая взгляда, поднёс мою ладонь к губам.
«Я лишь освободил тебя, моя принцесса. Однажды ты поймешь, что снова обрела крылья. Думаешь, он любит тебя? Тогда ты должна знать, что в его сердце другая. Ты для него лишь ее тень…»
Его голос прозвучал в мыслях, бархатный и глубокий, как дуновение ветра. Жестокий, как лезвие меча. Я резко выдернула ладонь из чужой хватки, обрывая разговор.
Не знаю, кому можно доверять в этом мире, но Шейрану доверять нельзя точно.
*** ***
Принц подставлял меня столько раз, что еще немного – и собьюсь со счета. Но он знал, куда бить. Его слова задели больнее, чем надеялась: все, что касалось императора, отзывалось во мне слишком ярко.
Шейран знал дракона гораздо дольше, чем я. Посланная мне мысль могла быть как правдой, так и ложью; но, в конце концов, моего отношения к эльфу это не меняло.
Я встряхнула головой, сопротивляясь обаянию принца. В этом ему не откажешь, он смотрел на меня пристально и непонятно. Словно на что-то решался – а это уже нехорошо. Мало ли, что задумал.
– Думаю, тебе… – Хотела сказать, что эльфу пора, но мои слова перебил громкий свист.
Комнату озарила вспышка завертевшейся в центре воронки. Она вбирала в себя тьму; мои волосы отбросило ветром проявившегося портала.