- -
- 100%
- +
Но это их не спасло. Из груди императора вырвалась темная волна, сметающая бесчисленных теней, как пушинки. Вереща, они распадались на ошметки и чернильную слизь, пытались спастись в дальних углах, но исчезали, не добравшись до цели.
Я вздрогнула, когда волна прошла сквозь меня, не причинив вреда, но с легкостью разрушив барьер. Тень, как раз зависшая позади, с хлопком взорвалась тьмой.
– Боже..
Задрав голову, я видела, как, поднявшись в воздух, император выгнулся. Черные крылья вырвались из его спины, развернувшись на всю пещеру… Такие огромные! Они заняли все пространство…
Ашрея вздрогнула, отступив, побледнела, утратив последние краски. Что бы ни происходило, но это напугало её – и даже Шейран прижался к стене.
– Черный… Черный дракон, – выдохнул он.
Может быть, и черный. Я стиснула кулаки, когда вихрь тьмы окутал Норана. Дракон, появившийся из него, не был мне знаком. С хрустальным перезвоном чешуйки вставали на места. Они были похожи на сверкающие алмазы, смертоносные и дарящие неуязвимость огромному дракону.
Я не раз видела вторую ипостась императора. Но тот дракон был меньше размерами, не такой ошеломительно прекрасный…
Он будто переродился в бесподобное существо. Более гибкое и опасное. Острая корона из шипов венчала его голову, янтарные глаза сияли потусторонним светом…
Исчезли красные полосы. Только две белых линии шли от висков дракона, сменяясь абсолютной, невыразимой чернотой. Я отступила, чувствуя мощь…
Дракон впервые пугал меня. Не знаю, почему…
– Ты не можешь!!! Ты не должен!!! – заорала Ашрея. В ее голосе сквозил страх, она отпрянула от одного взгляда дракона, тени встревоженно заклубились вокруг нее.
Подпрыгнув, она поспешно обратилась костяным драконом. Дёрнулась назад, избегая атаки императора…
– Паж! Заверши, ты поклялся!!! – раздался ее отчаянный приказ по всей пещере.
Я только и успела, что повернуться, чтобы заметить, с какой яростью атакует чёрный дракон. Как панически Ашрея избегает столкновения с императором…
Она его боялась. Боялась невероятно, до паники! Засмотревшись на сражение драконов, я не сразу заметила появление Шейрана.
– Руфь, Руфь… Боюсь, у меня нет выбора. – Лишь когда раздался его невозмутимый голос, я отшатнулась.
И напрасно! С пальцев эльфа сорвалось заклятие, и мои запястья оказались прижаты к стене. Черные кандалы с щелчками сомкнулись на руках, только и оставалось, что в гневе вскрикнуть.
– Подлец! – Я попробовала использовать магию, но кандалы будто поглощали любые силы.
Пользуясь тем, что император занят Ашреей, принц приблизился ко мне. Его взгляд ничего не выражал. Ни следа сомнения или скорби, или сожаления… Шейран оставался невозмутим и по-светски небрежен, как всегда. Я зарычала, связанная его силой.
– Ты просто жалкий предатель, вот ты кто!!! – выкрикнула я.
Эльф сделал ко мне еще один шаг, оказавшись ближе, чем я бы хотела. Его взгляд с сожалением скользнул по мне, задержавшись на каждом интересном месте, и после вернулся к глазам.
– Как жаль, Руфь, – покачал он головой, – что ты так и не стала моей женой.
Он вскинул руку, и на его ладони что-то щёлкнуло. Черный туман завертелся, оформляясь в знакомый предмет. Блеснули лезвия, способные легко разрезать плоть. Выгнулись, как острые паучьи лапы…
– Нет, – вздрогнула я.
На руке принца появилась ловушка душ. Та самая, которая однажды едва не стоила мне жизни…
ГЛАВА 13
Не скажу, что поступки Шейрана удивляли, какая-то часть меня всегда знала, что он способен на все. Но я почти научилась доверять эльфу в том, что касается сохранности моей жизни. Смотрела в его глаза – и не верила, что все это взаправду.
Пещера содрогнулась от схватки, идущей наверху, драконы сражались насмерть. Шейран подбросил на руке шар, немедленно завертевшийся на его ладони с тихим нарастающим звуком.
Зеленые глаза смеялись надо мной и немудрено: со связанными руками я была беспомощнее котенка. Дернув рукой, зашипела; особенно громко, когда эльф подошел ближе.
– Я должен сознаться, пришлось заколдовать твоих докучливых демонов и фамильяров. Больно мешались, надеюсь, тебя порадует, что они станут собой через пару часов?
Тихо зарычала; все продумал! Ловушку на Вратах, выходит, тоже он подстроил? Шейран нахмурился.
– Однако ничего личного, Руфь. Ты должна понять, я заключил контракт еще до нашей встречи, мне придётся его выполнить, – невозмутимо вскинул он бровь, а я стиснула зубы. – Однако буду бесконечно скучать по тебе…
Его глаза сверкнули, а свободная рука коснулась пуговиц моей рубашки. Эльф склонился ниже.
– Но не волнуйся. Это не больнее первой брачной ночи…
Я резко отвернулась, непреклонно избегая поцелуя. Поверить не могу, что доверилась ему в этом путешествии! Его вкрадчивый голос заползал в уши, дразнил и искушал, было, от чего прийти в ярость! Больше всего мечтала ударить его, но могла только судорожно дергаться в магических кандалах.
– Ну так давай! – с вызовом процедила я, посмотрев в его глаза. – Вперед, я не боюсь тебя. Просто знай, насколько я тебя ненавижу!
Громкие слова, но они достигли цели. Шейран дёрнулся, будто от пощёчины. В его потемневших глазах мелькнуло сомнение, рука стиснула металлический шар. Моя фраза будто его ударила.
Он заслужил. Я пережила немало из-за принца, но до сих пор утешала себя мыслью, что во всех его обманах была доля моей вины.
Но сейчас ему не было оправданий. Все ради власти, не так ли? Мои эмоции смешались в гремучий коктейль, состоящий из презрения, ярости и горькой обиды.
Я вскинула голову, всматриваясь во вспышки. Отсюда едва могла разглядеть императора и почти наверняка знала, что он меня не видит, но не могла не отметить, насколько черный дракон великолепен. Каждое движение яростно и смертоносно, атаки точны…
Костяной дракон силился отобрать себе хотя бы кроху преимущества, но все его удары сводились к обороне. Действия все судорожнее, движения скомканные…
Не могу сейчас отвлечь императора, это может обернуться его смертью! Я вонзила ногти в свою ладонь, где-то слышала, что кровь пробуждает магию, а она была мне сейчас безмерно нужна. Но все, чего добилась, это дымок, развеявшийся без следа.
Мне нечего было противопоставить Шейрану, оставалось надеяться, что это все жуткий сон. В его потемневших глазах я видела колебание, сомнение и… нотку ожидания. Так, будто эльф напряженно ждал кого-то или чего-то.
Но, в конечном итоге, он выдохнул.
– Наконец-то…
Стоило словам прозвучать, как поблизости блеснул металл клинка. С удивлением заметила его владелицу – донельзя знакомую девушку. Ее черная коса растрепалась, на лбу выступила испарина. Поставив ладонь на один из камней, она смотрела в спину эльфа, а ее глаза сверкали нетерпеливым гневом.
– Почему ты медлишь? Убей девчонку! – От ее громкого окрика Шейран сузил глаза, полные задумчивого замысла и тьмы.
Таналия! У меня поползли глаза на лоб, это действительно Таналия! Именно ее я видела на рынке, именно она вешалась на шею императора на последнем балу. Почему она здесь?
Наверху раздался взрыв и угрожающий треск. Часть свода обвалилась вместе с рухнувшим костяным драконом. Трон брызнул в разные стороны, богиня со вспышкой обратилась в человеческую форму. Ее взгляд метнулся вверх…
– Паж! Скорее! – крикнула она. Шар на ладони эльфа завертелся быстрее, он поднял руку, замахиваясь…
Меня бросило в холод, секунды хватит, чтобы он сделал своё дело. Император не успеет выбить шар с чужой ладони, не успеет спасти меня.
Блик скользнул по металлу, острые лапки вытянулись еще выше. Все это было словно ужасный сон, в глазах эльфа я видела решимость.
– Ну же! Убей дочь Ашреи, или я сама это сделаю! – Таналия ринулась ко мне. Не знала, что ей от меня надо, откуда такое рвение расправиться со мной.
Но она желала мне смерти, без колебаний и раздумий.
– Будь по-твоему, – глаза эльфа сверкнули, и мое сердце забилось сбивчиво и рвано. – Повинуюсь…
Я заметила блеск в его глазах за секунду до удара. Зажмурившись, вскрикнула, и этот крик слился с ревом дракона. Император заметил!
Но боюсь, что слишком поздно… В груди сжалось от предчувствия удара, сердце подпрыгнуло.
Я ждала боли, которую уже не раз чувствовала. Ждала яркой вспышки смерти, снова охватывающей меня…
Но вскрикнула вовсе не я.
– Ты!… – От яростного всхлипа Таналии, я распахнула глаза. Девушка цеплялась за шар, вонзившийся в ее грудь. – Ты нарушил договор!!!…
– Ошибаешься. – Эльф равнодушно отступил, и Таналия пошатнулась, когда шар вгрызся еще глубже в ее тело. – Уговор был, что я доберусь до дочери Ашреи, забыли сказать, до какой.
Его глаза сверкнули жестким блеском. Взмахнув рукой, он заставил мои кандалы разжаться, и я вздрогнула, вновь обретя свободу. Но в моей голове не укладывалось то, что произошло. Что значит, "до какой дочери"?
Разве я не единственный потомок богини?
*** ***
Однако Шейран не спешил объяснять, почему выбрал в жертвы Таналию. Его слова повисли между нами недосказанной тайной, и мне осталось лишь ёжиться от бегущего по спине холодка. Все происходило так быстро! Мои ноги словно приросли к полу, а кровь девушки струилась сквозь ее пальцы.
На ее месте должна была быть я… Шейран преградил мне путь, когда попыталась кинуться к ней. Не знаю, может, чем-то помочь?
– Даже не думай. Она убьет тебя без колебаний, – жестко отрезал он.
Я крепко поджала губы; верно. Таналия вцепилась в ловушку двумя руками.
– Мать моя, помоги мне! – Ее вскрик был полон отчаяния.
Поневоле я проследила за ее взглядом и нахмурилась, увидев богиню. Рухнув с такой высоты, Ашрея не сдавалась, хотя на ее лице была написана боль. Только вряд ли связанная с падением…
Тело богини истончалось, превращаясь в тень, ее здорово потрепало. Она взглянула на меня с обжигающей, но бессильной ненавистью…
…И в тот же миг рассыпалась тенями, каждая из которых метнулась к Таналии – и втянулась в ловушку, будто та звала богиню с неудержимой силой. Залп огня, сорвавшийся сверху, ударил в место, где богиня находилась секунду назад – неужели дракон обладает и такими силами?
Я вскинула голову, чтобы заметить, как величественно, но стремительно черный дракон опускается вниз. Свет играл на его чешуе, переливаясь всеми оттенками, отражаясь серебром. И все же судорожный вдох отвлек меня от императора…
Опустив голову, увидела, что с Таналией что-то происходит. Она выдохнула и рухнула на колени, как кукла с подрезанными нитями. Я помнила это чувство, и по мне прошла дрожь… секунда и другая. Дракон опустился вниз, дрогнули камни. Таналия взлетела в воздух, ее выгнуло от боли. Каждая косточка ее тела ломалась с треском, ловушка добралась до ее сердца.
Все происходило так быстро, что я успела отступить лишь на шаг. Боль ушла с лица Таналии, сменившись зловещим торжеством. Запрокинув голову, она истерично расхохоталась, как самая ужасная из королев подземного мира.
– Да, я надеялся, богине это тело не подойдет… – с досадой процедил Шейран. – Руфь…
Эльф схватил меня за локоть, видимо, чтобы увести из опасного места, но черная вспышка метнулась вбок, чудом не убив меня. Отскочив от пробитой в полу трещины, я развернулась к девушке. Вот только этого не хватало!
– Как хорошо! Давно я не чувствовала себя живой… – Глаза богини узнаю на любом лице. Таналия пристально всмотрелась в меня, ну конечно! Какие еще глаза должны быть у богини смерти? Только кроваво-красные!
Похоже, Ашрея вполне комфортно чувствовала себя в чужом теле. Я вскинула руки, зеркально повторяя действия богини; в моей голове царил сумбур, не успевала осознавать, что происходило.
Какое-то безумие происходило, лучше не скажешь! Богиня хотела вселиться в мое тело, но вселилась в Таналию – и теперь, разумеется, хочет моей смерти. Вполне в духе моей жизни.
Девушка метнулась ко мне, но была отброшена яркой вспышкой сбоку. Чёрный дракон опустился неподалеку, черный туман окутал его, уплотняясь и возвращая императору человеческий облик.
Норан смотрел на Таналию непонятно. Губы крепко поджаты, глаза сверкают гневом, но и еще чем-то… сожалением? Стоило ему сделать шаг, как девушка подхватилась с места, а ее взгляд полыхнул страхом и ненавистью.
– Ваэлл, призываю тебя! Принеси мне феникса!!! – крикнула она, прежде чем вспыхнуть красным пламенем. Оно не причиняло ей вреда, я ощутила магию перехода. Ашрея спасалась бегством, невероятно!
Заклятие императора опоздало лишь на мгновение, даже не на секунду, Ашрея скрылась в клубах огня. Дракон зарычал, перекатывая в горле рык, а я завертела головой в писках Ваэлла. Богиня отдала ему приказ, он тоже здесь?
Но демона рядом не обнаружилось, зато… я наткнулась на взгляд императора.
– Не смотри ему в глаза, – Шейран отступил, будто признавая Норана сильнейшим. А я… посмотрела в глаза императора, сделав ровно то, чего просил не делать эльф.
Почему нет? Глаза ведь такие красивые… и все же стало не по себе, взгляд императора проникал так глубоко в душу, что становилось трудно дышать. Будто видел всю меня, как есть, со всеми тайнами и секретами.
Норан остался прежним, но что-то в нем неуловимо и окончательно изменилось. Не поручилась бы, что именно. Быть может, его взгляд, более жесткий и проницательный. Или еще больше почерневшие волосы с проседью двух прядей, которые раньше были красными. В моей памяти вспыхнул образ чёрного дракона и белоснежных линий у его висков.
Ну или нотка тьмы, окружавшей его. Всеохватной, безжалостной. И его глаза….
Они не стали темными, как прежде. Сохранили янтарный оттенок, красивый, завораживающий, но такой опасный цвет.
Мои ноги сами сделали шаг назад. Пристальность драконьего взгляда вызывала легкую дрожь.
– Рута. – Я отступила еще на шаг, в то время, как дракон шагнул ближе. Хищно, не отрывая от меня взгляда…
Его заостренный ноготь коснулся моего подбородка, вынуждая поднять голову. Стояла, как завороженная, пошевелиться не могла. Только смотрела и смотрела в его глаза, такого бесподобного цвета, и понимала, что это мой Норан, но совсем незнакомый мне. Сердце замирало то от страха, то от восторга.
Свободная рука императора скользнула по моей, к запястью. Его ногти зацепились за помолвочный браслет. Я уже знала, что снять это украшение невозможно, но взгляд императора полыхнул гневом.
– Запомни… – вкрадчиво прошептал он, и мою кожу обожгло пламенем. – Ты навсегда принадлежишь только мне…
Что-то хрустнуло, треснуло. Браслет разломился на две половинки, освободив запястье.
Я вздрогнула. Что-то гневно крикнул Шейран, а я смотрела в глаза императора, и моя голова кружилась все больше… он не заявлял на меня права, лишь сообщал: хочу или нет, а буду принадлежать ему.
Навеки.
*** ***
Император поднял к своим глазам мою ладонь, но его взгляд сосредоточился на узоре, оставшемся после браслета. Тонкая вязь вилась по моему запястью. Ревность, гнев и темная решимость – вот что я прочитала в глазах мужчины. Гремучая смесь, от которой можно ждать, чего угодно…
Но дракон лишь склонился ниже, его ноготь еще сильнее вдавился в мой подбородок, вынуждая оставаться на месте. Его поцелуй обжег властностью. Не поцелуй любви – поцелуй гнева.
Дракон меня, похоже, не простил. Я вздрогнула от силы его эмоций, они прокатились по мне огненным желанием, отдавшись в плече, где раньше находился узор королевской помолвки. Теперь он померк, но император словно возродил его вновь.
Жжется, как же жжется! Я попробовала отстраниться, но Норан погрузил пальцы в мои волосы, неумолимо сплетая вязь новых чар. Было чувство, будто из меня вырвали какое-то согласие, и принудили принять непонятные условия.
Лишь, когда жжение прошло, император отстранился, но его пальцы запутались в моих волосах.
– И не забывай, чья ты, – с нажимом прошептал он.
Я моргнула, не зная, что должна чувствовать. Благодарность? Любовь? Страх? Страсть? Все вместе и понемногу. Сила дракона опьяняла, и я отступила, едва мне позволили.
Тьма завихрилась вокруг мужчины, он возвращался в драконью форму. Распахнулись мощные крылья, у меня перехватило дыхание, когда увидела дракона вблизи. Его гибкое тело и черную чешую, похожую на алмазы.
Такой прекрасный – такой устрашающий. Я знала, что его когти сейчас схватят меня, что император не позволит мне найти сердце Ашреи. Оказавшись во Дворце, не смогу вырваться, и это станет моей – и дракона – погибелью. Богиня доберется до меня, сейчас или потом, рано или поздно.
– Я не могу вернуться! Не сейчас! – крикнула я, пытаясь пересилить звук крыльев. Мои волосы отбросило назад, не знала, что делать.
Но зато Шейран знал. Что-то сверкнуло в его руке; он со всего размаху ударил флаконом о камень. Повалили черные клубы, быстро заволакивая все непроглядной тьмой. Через секунду не могла и собственных рук разглядеть; лишь услышала гневный рык дракона.
– Положись на меня, Руфь! Иди за мной! – Эльф схватил меня за руку, но я резко выдернула ладонь из его хватки и отступила.
Если уйду сейчас – император никогда меня не простит. Я хотела найти сердце Ашреи, но не так. Однако принц не сдавался. Он так крепко схватил меня за волосы, что на глазах выступили слезы.
– Руфь! – Или это не принц? Голос Шейрана раздался вдалеке, что меня до чертиков напугало. Если это он, а император обратился, то кому я понадобилась?
К тому же, так грубо и резко ни один из этих мужчин со мной не поступал. Ноздри обжег приторный и очень знакомый запах. Я вскрикнула, теряя равновесие, и едва не упала от нового рывка. Что-то холодом пробежалось по коже…
Неожиданно волосы отпустили, и я смогла твердо встать на ноги. Завертев головой, задохнулась от тревоги: это совсем другое место!
Тронный зал исчез, а я оказалась в невероятных масштабов пещере, под сводом ползли черные облака. Кое-где прорывались из-за камней язычки пламени; все еще подземный мир. Я стиснула кулаки.
– Кто здесь? – Ведь кто-то меня сюда перенес?
Сквозь белесый туман ничего не разглядеть. И никого! Я обернулась, но позади было то же самое. Бескрайняя пустыня тьмы и смерти, без единого проблеска света.
И все же я кое-что увидела. Силуэт мужчины, проявлявшийся из мрака. Его зеленые глаза и светлые волосы. Хищные четы лица и сумрак взгляда.
«Ваэлл, призываю тебя!» – в воспоминаниях мелькнул последний приказ Ашреи. Боже мой…
– Знаешь, что такое королевская шиала? – Вокруг руки мужчины обвивалась шипящая змея. Она казалась призрачной и гипнотизировала меня одним своим видом.
Сглотнув, отступила назад и подняла руки. Надо срочно возводить барьер.
– Яд шиалы не убивает. Но сон, вызванный ей, подобен смерти. Это вечность бесконечного сна, жаль, что в мире смертных этой змее не выжить. – Ваэлл улыбнулся, любуясь змеей, и, наконец, посмотрел на меня в упор. – Но я подумал, раз ты здесь, зачем убивать тебя? Бездыханной ты будешь полезнее… я просто заберу тебя и передам богине.
От Ваэлла нельзя ждать ничего хорошего. Я вскинула руки, и золотые искры охватили мои ладони.
– Ты сама виновата, – зло прищурился он. – Тело Таналии не выдержит силы богини. Ашрея будет иссушать ее день за днем. Максимум через полгода Таналия распадется в прах…
Что бы ни связывало Ваэлла с Таналией, но его хмурость и непреклонность были очевидны. Он сделал еще шаг.
– Я не допущу этого. Таналия вернется, – он поднял голову, чтобы посмотреть мне в глаза. – А ты умрешь.
С его ладони сорвалось заклятие. Оно вихрем помчалось в мою сторону, и я даже успела вскинуть руки в защитном жесте…
Но не успела. Магия ударила в грудь, к моему удивлению, не причинив вреда, но толкнув меня достаточно, чтобы лишить равновесия. Ноги запнулись о тонувший в тумане камень, я всплеснула руками.
Крик сорвался с моих губ, когда почувствовала пустоту под собой… я падала! Ветер взметнул волосы, пробежался по телу…
– Норан!!! – крикнула в отчаянии, но голос запутался в ветре.
Что-то обожгло спину, падение сменилось болью, и я застонала, отплёвываясь от собственных волос. Пахло сыростью, даже затхлостью. Видимо, падать было не так уж и высоко; не пропасть, а всего лишь нора.
– Шшшш….
Но от шипения, раздавшегося со всех сторон, я содрогнулась. Проклятье, только не это! Звук похож на…
– Черт, – я всхлипнула, едва сев. Помогая себе руками, поползла назад, спасаясь от большой змеи. Она напоминала ту, которую демон держал на своей руке…
Но и позади меня раздались похожие звуки. И сбоку, и везде, буквально везде! Это было худшее, что могла представить, из груди вырвался крик, а меня бросило в могильный холод. Вскочив, я отшатнулась от бросившейся на меня змеи, и тут же отпрянула от следующей.
Но эти "шиалы" были повсюду, агрессивные и проворные, бесчисленные и безжалостные. Отбивалась, как могла, но казалось, что я уже вся в этих укусах, что меня жалят, а змеи заползают под одежду, их так много!!!
Я вскрикнула и отшатнулась к дальней стене. Подняв руку, посмотрела на узор, оставшийся после эльфийского браслета. Два укуса на одной сочились кровью…
Рисунок мерк, расплывался в глазах, невыразимо кружилась голова, вдруг стало так темно…
– Норан… – шепнула из последних сил. Наверное, я упала, звук вышел мягким.
Сквозь закрывающиеся глаза увидела, как свет обрисовывает силуэт мужчины, опустившегося в пещеру. Как полыхнула вспышка, отгоняя змей, как блик пляшет на черных крыльях. Сильные руки подхватили меня…
А может быть, это был просто сон. Я не уверена…
ГЛАВА 14. РУТА
Так много огоньков сияет внизу. Смотрю и не могу оторваться, этот мир волшебен и ужасен в равной степени. Мое сердце бьется рвано, на губах вкус крови. Я здесь чужая.
Впрочем, знаю это место. Подземный мир простирается внизу, во всем своем ужасе и великолепии. Опускаю ноги в белый туман, смотрю на подошедшую девушку.
– Знаешь, тебя не должно быть здесь. – Она миловидна. Ее платье разлетается черными лоскутами, а красные губы ярко алеют на лице. Волосы заплетены в косу и доходят до поясницы, она красива и грациозна.
А у меня будто гири на ногах. Не могу пошевелиться.
– Тебе надо проснуться. – Она садится рядом и смотрит на плывущие под сводом багровые облака. – Поверь своей тете.
Смотрю на нее и хмурюсь. Она ведь моложе меня! Да и впервые ее вижу…
– Забыла? Я сестра твоего отца, – поворачивает она голову и довольно смотрит. – Ты ведь уже знаешь, Ашрея убила меня, но я всегда где-то рядом с тобой…
У меня взлетают брови, не знаю, как к этому относиться. Но девушка подхватывается с места и дует на меня. Золотые искры пляшут вокруг, наполняют пространство: кажется, весь воздух разом вспыхивает и мерцает.
Это держится недолго. Вихрь искр гаснет, сменяясь густым, как кисель, туманом. Наконец, могу подняться и в удивлении оглядываюсь: но ничего не видно. Ужасно болит плечо на месте сияющего узора.
Я оступаюсь и оказываюсь в объятиях невероятно красивого, чем-то неуловимо знакомого мужчины. Его чёрные волосы разлетаются от ветра, он обхватывает мое лицо ладонями, а в моей душе наконец-то воцаряется покой…
Теперь все будет хорошо. Я знаю.
– Рута… Пора проснуться. – Чувствую его губы на своих, тянусь навстречу, купаюсь в его тепле. Поцелуй полон нежности и настойчивости; я растворяюсь в нём, а сердце трепещет.
Все во мне тянется к нему.
– Пора просыпаться… – шепчет он мне в губы, и я хватаюсь за мужчину, пытаюсь поймать. – Прошу…
Он исчезает, растворяется, меркнет… Все вдруг тонет в невозможном свечении, почти болезненном. Оно проникает внутрь меня, вглубь, все дальше и дальше…
Оно душит меня, выталкивая из мира. Больно, страшно!…
Я резко села, хватая ртом воздух. Легкие горели, в животе будто сплелся комок. Застонав, перевернулась и свесила голову с края кровати. Странным образом тошнота отступила, хотя легче не стало.