- -
- 100%
- +
Мадлен поставила салат на стол и вдруг замерла, глядя в окно. - О боже, он приехал. Мужчина, который приходит минута в минуту, - это человек, которому можно доверять.
- Или человек, у которого больше нет других дел, - пробормотала Элоиза, но мать её уже не слушала - она расправляла плечи и натягивала на лицо приветственную улыбку.
Прозвучал звонок в дверь.
Мадлен открыла первой, и Элоиза осталась в гостиной, чувствуя себя героиней дурного романа. Она слышала приветственные восклицания матери, мягкий голос Тьери, хлопанье двери в прихожей - и вдруг поняла, что боится выходить.
Не потому, что у матери были на него планы. А потому, что ее до сих пор бросало в жар, когда она вспоминала его руку на своей талии.
- Элоиза, выходи! - позвала Мадлен. - Месье Боннар принёс нам пирог!
Пирог. Он принёс пирог. Это было настолько неожиданно, что Элоиза невольно хихикнула и шагнула в коридор.
Тьери стоял в прихожей и действительно держал в руках коробку с пирогом. Льняной пиджак был тем же, что и днём, но без галстука, рубашка расстёгнута на две пуговицы, волосы чуть влажные - видимо, он успел принять душ после всего произошедшего.
При виде Элоизы он улыбнулся той же тёплой улыбкой и протянул коробку:
- Я спросил в отеле, где можно купить что-то к ужину. Мне сказали, что лучший яблочный тарт в городе у мадам Леблан. Я надеюсь, это так… Вино я тоже принёс.
Мадлен издала звук, похожий на кошачье мурлыканье.
- Вы знаете толк в винах, месье Боннар.
- Пожалуйста, зовите меня Тьери, - он поклонился с шутливой торжественностью. - И да, в Лионе без этого никак.
- В Лионе, - мечтательно повторила Мадлен, и Элоиза поняла, что мать уже мысленно переехала в большой город вслед за будущим зятем.
- У вас прекрасный дом, - заметил Тьери, оглядывая гостиную. Книжные полки от пола до потолка, кресло с бархатной обивкой, камин с резным деревянным орнаментом. - Здесь чувствуется история. Вы давно здесь живете?
- Три поколения, - ответила Элоиза. - Бабушка жила здесь, мама выросла, я родилась. Но ремонт делали только раз, когда я ещё не ходила в школу. С тех пор всё как есть.
- Не трогают то, что работает, - вставила Мадлен, выставляя на стол рагу. - Садитесь, садитесь, не стойте. Вы, наверное, не в себе после всего этого ужаса.
Тьери сел напротив Элоизы.
Блюдо с рагу парило, чесночный хлеб аппетитно похрустывал, а вино в бокалах переливалось рубинами. Мадлен разливала суп с видом королевы, которая знает, что кухня – это её царство.
- Как вы себя чувствуете? - спросила она, подавая Тьери тарелку. - После... ну, вы понимаете.
- Лучше, чем можно было ожидать, - ответил Тьери. - Хотя весь этот кошмар не дает мне покоя. Всё прокручиваю в голове: что увидел, что мог пропустить.
- Это нормально, - сказала Элоиза. - Мозг так перерабатывает травму.
- Вы увлекаетесь психологией? - Тьери поднял бровь.
- Я читаю книги, - пожала она плечами. - Это почти то же самое, что психологическое образование, только без диплома.
- Диплом - это всего лишь бумажка, - улыбнулся Тьери. - А вот способность замечать детали - настоящий талант. Вы сегодня в доме что-то заметили, да? Что-то, что не даёт вам покоя.
Элоиза замерла с ложкой у рта.
Мадлен тоже замерла, переводя взгляд с дочери на профессора.
- Вы правы, - призналась Элоиза. - Что-то в гостиной изменилось. Я не могу понять что. Картина? Мебель? Я сравнила фотографии, которые сделала сегодня, с детскими воспоминаниями - и не могу найти несоответствие. Но оно есть, я чувствую.
- Может быть, тебе просто показалось? - мягко спросила Мадлен. - Столько времени прошло...
Тьери взял бокал, отпил глоток вина, и на секунду его теплый взгляд задержался на ней. Элоиза почувствовала, как к щекам приливает тепло, и поспешно опустила глаза в тарелку.
Мадлен, кажется, заметила этот взгляд - и её улыбка стала шире на несколько сантиметров.
- А как вам университет? - спросила она, нарушая тишину. - Нравится в нашем городке?
- Очень, - Тьери откинулся на спинку стула. – Вы знаете, в Лионе совсем другая скорость жизни. Здесь же время течёт как мёд… И люди... - он посмотрел на Элоизу, - Здесь удивительные люди.
Элоиза почувствовала, что краснеет, и поспешно задала нейтральный вопрос:
- Вы один переезжаете? Семья не будет скучать?
- Женат я никогда не был, детей нет, родители живут в Бордо. Так что – да, один. - Тьери говорил легко, без драмы. - Ищу место, где можно пустить корни. Может быть, Сен-Мартен-де-Розье - это то самое...
И в этот момент позвонили из полиции...
ГЛАВА 5
Следующее утро в Сен-Мартен-де-Розье выдалось таким же солнечным, как и предыдущее, словно ничего не случилось. Цикады стрекотали с тем же усердием, фонтан на площади пел ту же песню, а из пекарни мадам Леблан всё так же пахло свежими круассанами. Только над городом словно нависла невидимая тень.
Элоиза почти не спала.
Она ворочалась до трёх ночи, перебирая в голове детали прошедшего дня: платок на скамье, безжизненная рука, крик матери. Коты - Атос, Портос и д'Артаньян - по очереди запрыгивали на кровать, тыкались мокрыми носами в руки, требуя внимания, но даже они не могли отвлечь от тяжёлых мыслей.
Утром она спустилась в кухню и застала мать уже одетой - идеальный костюм тёмно-синего цвета, безупречный макияж, платок с монограммами. Только лёгкая дрожь в пальцах, когда Мадлен наливала себе кофе, выдавала напряжение.
- Ты не спала? - спросила Элоиза, наливая молоко в миску для котов.
- Немного. - Мадлен сделала глоток и поморщилась - кофе остыл. - В девять собрание в офисе. Комиссар просила собрать всех, кто работал с Элен. Ты со мной?
- Зачем?
- Затем, что ты вчера была там. Затем, что... - Мадлен запнулась и вдруг расплакалась, уронив голову на руки. - Боже, Элоиза, я до сих пор не могу поверить. Мы двадцать лет работали вместе. Она была... она была хорошим человеком.
Элоиза обняла мать, чувствуя, как та дрожит.
- Я поеду с тобой, - сказала она тихо. - Поеду.
…Офис галереи «Мастерская Роз» располагался на первом этаже старинного особняка. Три окна с коваными решётками, дубовая дверь с медной ручкой в виде виноградной грозди, внутри - высокие потолки с лепниной и современная офисная мебель, странно контрастирующая с историческими стенами.
Когда Элоиза и Мадлен вошли, в приёмной уже собрались все.
Восемь человек сидели на стульях вдоль стены и на диване, образуя напряжённый полукруг. Кто-то пил кофе из пластиковых стаканчиков, кто-то нервно листал телефон, кто-то просто смотрел в одну точку.
Вероник Леклерк сидела у окна, прямая как палка, с идеальным каре и неизменным шёлковым платком на шее - сегодня он был тёмно-бордовым, с едва заметным геометрическим узором. На вид ей было около сорока, но держалась она так, будто ей восемьдесят - с холодным достоинством старой аристократки. Единственная в комнате, кто не выказывал никаких эмоций.
Томас Морен пришёл за час до собрания - это было видно по тому, как аккуратно он разложил свои вещи. Пиджак висел на спинке стула строго параллельно краю стола, ручка лежала под углом сорок пять градусов к ежедневнику, блокнот был открыт на чистой странице. Сам Томас - тридцати двух лет, с правильными, но какими-то слишком гладкими чертами лица - сидел, сложив руки на коленях, и смотрел прямо перед собой. Он был одет в безупречный серый костюм, галстук завязан идеальным узлом, ботинки начищены до зеркального блеска. Только лёгкая испарина на лбу выдавала его волнение.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.