Долгожданное счастье Таисии

- А сколько ему?

- Да уж тридцать четыре, но все-то в холостяках ходит, - со вздохом сказала она.

Они подошли к развилке, и Таисия остановилась.

- Спасибо вам, добрый человек, - ласково произнесла она. – Дальше я сама. Мне тут рядом. Вон за тот коттедж зайти, чуть в горку подняться и мой дом уже.

- Гоните? – уточнил Евгений Кириллович.

Таисия глянула на него и заулыбалась. Он выглядел растерянным и явно огорченным.

- Вам тут скучно? – предположила она. – Обычно отдыхающие быстро друг с другом знакомятся, компанию заводят. А вы чего ж?

- Не любитель я компаний этих! Да и плохо с людьми схожусь. И в моем возрасте трудно уже меняться.

- Это да! – согласилась Таисия.

- Тася! День добрый! - услышали они в этот момент и повернули головы.

Из-за высокого забора, огораживающего огромный, красного кирпича коттедж, вышла сухонькая старушка и внимательно на них смотрела.

- Доброго здоровьица, тетя Наташа, - приветливо ответила Таисия и подняла сумку.

- Ты никак сегодня в город моталась? – с любопытством поинтересовалась та, подходя к ним. – Смотрю, и кавалера себе привезла!

Она засмеялась.

- Это отдыхающий, - сообщила Таисия. – Помог мне сумку нести от автобуса. Случайно встретились.

- Понятно, понятно, - закивала Наталья. – Видный мужчина!

- Пойду я, - сказала Таисия. – А то устала.

Она наклонилась за сумкой. Но Евгений Кириллович опередил ее.

- Понятно, - повторила Наталья и хитро прищурилась, глядя на них. – Оно, конечно, утомление одно по Москве шататься.

- Всего доброго, - сухо сказал Евгений Кириллович, подхватил сумку и устремился по тропинке.

- До свидания, - растерянно ответила Наталья.

Когда они завернули за угол, Таисия вдруг прыснула.

- Вы чего? – не понял Евгений Кириллович. – Не вижу ничего смешного! Знаю я подобных женщин. Сплетни любят, медом не корми. Я ведь по гарнизонам много наездился. Одни беды от этих сплетниц!

- Да с чего вы взяли, что тетя Наташа такая? – искренне удивилась Таисия. – Она хорошая, добрая, соседка моя через дом. Я ее с малолетства знаю. А смешно мне из-за того, как вы решительно сумку схватили и меня не спросили.

Евгений Кириллович не ответил, но его лицо разгладилось, и он тоже начал улыбаться.

Они прошли между двумя коттеджами и начали подниматься по кривой неровной лестнице из бетонных плит.

- Представляю, как тут зимой неудобно ходить, - заметил Евгений Кириллович. – Наверняка многие носы разбивают!

- Есть такое, - согласилась Таисия. – Но мне это пространство между коттеджами путь сокращает. А так в обход нужно было бы.

Они вышли на улицу. Таисия направилась к аккуратному дому, обшитому узкими ровными досками, покрашенными в темно-зеленый цвет. Палисадник тоже выглядел аккуратным. Евгений Кириллович увидел за ним куст сирени и клумбу с цветами. Таисия открыла калитку и пропустила его вперед со словами: «Милости просим!» Дорожка, ведущая к дому, была выложена серыми плитами, вдоль нее росли какие-то мелкие белые цветочки. Они пахли одуряюще-сладко. Недалеко от крыльца находилась конура. Большая серая лайка мирно дремала в тени кустов возле нее. При виде хозяйки она вяло повиляла хвостом и зевнула.

- Собак не боитесь? – поинтересовалась Таисия. – Но наша Илка добрая, и просто так на людей не бросается.

- Хорошая собака! – ласково проговорил Евгений Кириллович, глядя на лайку.

Она сразу завиляла хвостом сильнее и с любопытством на него посмотрела.

- А вы ей понравились, - констатировала Таисия, заходя на крыльцо.

- А это что? – с удивлением спросил Евгений Кириллович, изучая металлическую табличку, прибитую к стене, недалеко от двери. – «Дом образцового содержания», - прочитал он и повернулся к засмущавшейся Таисии.

- Так это у нас в поселке что-то типа конкурса проходит. И уже много лет. Вот мне в прошлом году присвоили, - объяснила она. – И не только мне.

- Так приятно должно быть хозяевам, - заметил он. – И почетно. Поздравляю!

- Да с чем? – окончательно смутилась она. – Просто мы любим чистоту и порядок.

Таисия открыла дверь и тут же громко крикнула:

- Мама, это я!

Евгений Кириллович зашел вслед за ней и поставил сумку возле двери.

Коридор был небольшим, пол застилали домотканые на вид, пестрые половики. Он потоптался возле двери, не зная, разуваться ли. Но увидев, как Таисия снимает босоножки, тоже скинул туфли. Она глянула на его чистые серые носки и предложила шлепки. Сама пошла в комнату босиком. Евгений Кириллович двинулся следом.

Дом состоял из трех комнат, довольно большой светлой кухни и застекленной веранды. Везде царила образцовая чистота. Мебели было немного, а вот изобилие комнатных растений, множество вышитых салфеток и подушечек придавало жилищу уютный вид. В гостиной сидела полная румяная старушка. Она смотрела телевизор. При виде гостя заулыбалась.

- Добрый день, - вежливо поздоровался Евгений Кириллович.

- Добрый, добрый, - закивала она.

Таисия быстро их представила. Старушку звали Мария Ефимовна.

- Долгонько ты, доченька, сегодня проездила, - заметила она. – Да и вернулась не одна!

- Я из санатория, - пояснил Евгений Кириллович. – Случайно Таисию Семеновну встретил и вызвался сумку донести.

- Ах, вот оно что! – чему-то обрадовалась Мария Ефимовна.

- Ладно, вы тут пока общайтесь, а я чайник поставлю, - сказала Таисия и вышла из комнаты.

- Присаживайтесь, - любезно предложила Мария Ефимовна и показала на кресло возле дивана. – В ногах правды нет. Да и пиджак снимайте, а то вон ныне жара какая. Совсем погода сдурела!

Евгений Кириллович кивнул, аккуратно повесил пиджак на стул и устроился в кресле, с удовольствием откинувшись на мягкую спинку. Поясница немного ныла.

- Надолго к нам? – поинтересовалась Мария Ефимовна.

- Путевка на двадцать четыре дня.

- Это хорошо! Санаторий у нас известный, врачи грамотные, да и воздух посвежее, чем в городе-то! Вы с супругой или как?

- Я вдовец, - сообщил он и опустил глаза.

- Ох, простите меня, дуру старую, не знала! – с сокрушенным видом произнесла Мария Ефимовна, но отчего-то оживилась. – А сами-то откуда будете?

- Из Москвы, - ответил он, - вернее, из Химок.

- Все равно столица, - заметила она. – И от нас не так и далеко! Вы и раньше тут отдыхали?

- Не приходилось, - ответил Евгений Кириллович. – Я военнослужащий, дома редко бывал.

- Это понятно, - заулыбалась Мария Ефимовна. – Все в разъездах, все по гарнизонам.

- Вот вернулся в родные пенаты, - сообщил он и замолчал, изучая фотографии в простенке между окнами. – А это, наверное, сын Таисии Семеновны? – поинтересовался он и встал.

С фотографии на него смотрел симпатичный молодой человек, кареглазый, темноволосый с улыбчивым приветливым лицом.

- Да, это Димочка, внук мой единственный. Воспитанный и умный парень. И нам постоянно помогает. Вот только никак не женится!

- Да молодежь с этим сейчас не торопится, - заметил Евгений Кириллович.

- Думаю, просто вы, мужчины, с этим не любите торопиться! – тихо засмеялась Мария Ефимовна. – А вот девки-то всегда замуж собираются!

- Интересно, - улыбнулся он и вернулся в кресло. – Да вот смотрю, дочка ваша не очень-то и собирается.

- Так это, вот что я вам скажу, - начала Мария Ефимовна, понизив голос, - не везет ей с мужчинами-то! Как заколдованная. И ведь хорошая она у меня. А судьбы все нет!

- Так ни разу замужем и не была? – тоже зачем-то понизив голос, поинтересовался Евгений Кириллович.

- Нет, - шумно вздохнула она и сложила руки на коленях. – Други-то у ней были, но что-то ни за кого не захотела. Все выбирала. Вот и довыбирала! Жизнь-то она какая?

- Какая? – спросил Евгений Кириллович, видя, что она замолчала и внимательно на него смотрит.

- Короткая! – с готовностью ответила Мария Ефимовна. - Не успеешь оглянуться и уже старость. Ох, и быстро времечко идет! А моя Таисюшка все в облака витает. Мечтает, а о чем? Про то даже мне неведомо. С детства она такая была. Я ж тоже всю жизнь в санатории проработала, вот дочурка ко мне и приходила. Но заберется куда-нибудь, спрячется от всех в какой-нибудь укромный уголок усадьбы, и не видать ее и не слыхать. Очень она про графиню, бывшую хозяйку поместья этого, любит читать. Разные книжки про это собирает. Вот, наверно, как я догадываюсь, все графа ждет себе в мужья. Да поздно уж!

- Ну почему же поздно? – задумчиво проговорил Евгений Кириллович. – Как говорится, любви все возрасты покорны.

- Правда что ль? – оживилась Мария Ефимовна и даже ерзать начала на диване. – Ваши слова да богу в уши, мил человек!

В этот момент в комнату заглянула Таисия. Она уже переоделась в легкое шелковое платье светло-синего цвета. Белый кружевной воротничок делал его нарядным.

- Пойдемте на террасу, - пригласила она. – Я уже чай заварила.

- Да я недавно пила, - отказалась Мария Ефимовна и хитро глянула на Евгения Кирилловича. – Так что вы уж без меня.

- Я вкусные пирожные привезла, мамуля, твои любимые слоеные трубочки, - ласково сказала Таисия.

- Нет, уж уволь меня! По жаре неохота и трубочек.

- А я с удовольствием! – весело произнес Евгений Кириллович и вышел из комнаты.

На террасе уже был накрыт стол. Он был небольшим, круглым и застелен льняной скатертью. Чайный прибор из тонкого, сиреневого, с золотой каемкой фарфора, слоеные трубочки, сложенные горкой на блюде, открытая коробка зефира занимали практически всю его поверхность. Видимо, поэтому большой эмалированный чайник стоял на скамейке возле стола.

- Милости прошу, - пригласила Таисия. – Чем богаты тем и рады. Но вы, может, чего-нибудь более сытного желаете? Могу порезать сыр и колбасу.

- Нет, что вы! – смутился Евгений Кириллович. – Мне так неудобно, что я в гости напросился, да еще и без подарка. Но в следующий раз что-нибудь обязательно принесу!

Таисия внимательно на него глянула и слегка покраснела, подумав, что про следующий раз она пока и не заикалась.

Евгений Кириллович уселся за стол. Она налила чай и пододвинула к нему тарелку с трубочками.

- Угощайтесь! Это я для мамы всегда привожу. Недалеко от вокзала есть магазин, так там всегда они очень свежие и вкусные. Это с белковым кремом. А он легкий. Сколько лет там покупаю, а пирожные все такие же вкусные. А то ведь знаете у нас сейчас как? Товар пока новый, так хороший. А потом что-то все хуже и хуже по вкусу.

- Да это везде так! – согласился он. – Я вот даже стараюсь покупать у вновь открывшихся фирм продукты. Поначалу они все делают по высшему качеству, чтобы привлечь покупателя, так что за это можно не переживать. А потом, ваша правда, качество все хуже и хуже.

Евгений Кириллович помешал чай, потом сделал маленький глоток.

- Я сахар вам не положила, - сообщила Таисия. – Не знала, любите ли вы сладкий. Я сама без сахара всегда пью.

- Да я тоже! – заулыбался он. – К тому же пирожные сладкие. А в моем возрасте лучше воздерживаться от крайностей.

Он вздохнул и взял трубочку. Таисия с любопытством на него посмотрела, но тут же отвела взгляд.

«Про какие такие крайности он тут говорит? – подумала она. – От чего ему лучше воздерживаться? Мужчина-то еще крепкий, хоть куда! На вид - дееспособный. А радикулит – это ерунда! Сейчас и у молодых частенько спины не в порядке».

Таисия вдруг покраснела, удивляясь ходу своих мыслей. Она опустила глаза, но едва сдерживаемая улыбка морщила ее губы. Евгений доел трубочку и заметил, что она на самом деле необычайно вкусная.

- Берите еще! – оживилась Таисия. – Я целую коробку привезла.

- Спасибо, - поблагодарил он. – Но мне хватит. Чай у вас замечательный! Какой-то привкус необычный.

- Так я мелиссу добавляю, - пояснила Таисия. – У меня в огороде растет. Я ее и на зиму сушу. Это она такой привкус лимонный дает. И полезная трава, кстати. Желчь гонит, нервы успокаивает.

- Очень интересно! – сказал он. – Значит, у вас и огород имеется?

- Да, за домом. Но он небольшой. Я выращиваю то, что нужно нам для стола, а вот на продажу нет.

- Это верно. Тяжело большие огороды обрабатывать! У моего свата аж сорок соток. Представляете, сколько это? Плантация! И каждый год картошку приходится выкапывать. Всю родню собирают на это мероприятие. Я вот думаю, что поясницу-то там и надорвал. Раньше и не знал, что такое радикулит.

- Все возможно, - ответила Таисия. – Еще чаю?

- Благодарю, уже напился, - отказался он и встал. – Ну, не смею больше вам надоедать. А то вы с дороги, устали, отдохнуть желаете.

- Я вас провожу, - сказала Таисия.

Когда Евгений Кириллович заглянул в гостиную, чтобы попрощаться, то увидел, что Мария Ефимовна спит перед работающим телевизором. Он тихо прикрыл дверь и вышел на улицу. Таисия ждала его на крыльце, прислонившись спиной к перилам. Он окинул быстрым взглядом ее полную, но ладную фигуру, румяное лицо, большие серые глаза, волнистые пряди высокой прически и неприметно вздохнул, поймав себя на мысли, что уходить ему не хочется. Впервые после смерти жены Евгений Кириллович почувствовал, что его тянет к женщине, и в душе испугался этого.

Таисия проводила его до калитки. Илка шла за ними по пятам, усиленно виляя хвостом. Возле калитки Евгений Кириллович вдруг присел на корточки и взял морду лайки в ладони. Она изумленно тявкнула и расплылась в широкой улыбке.

- Ах ты, собака! – ласково приговаривал он, гладя ее по голове. – Дружище!

Илка лизнула его в нос, вырвалась и игриво заскакала вокруг, яростно виляя хвостом.

- Гулять хочешь? – спросил он, наблюдая за ее прыжками.

- Да она у нас и так не на цепи, - сказала Таисия, улыбаясь. – Гуляет, где хочет и когда. Это она так, придуривается перед вами, понравиться хочет.

- Да ведь первого взгляда понравилась, - серьезно произнес Евгений Кириллович, глядя в глаза Таисии.

- Завтра укол в то же время, - невпопад проговорила она.

- Прибуду без опоздания, - пообещал он и неожиданно склонился и поцеловал ее руку.

- Да что вы! – смутилась Таисия. – Идите уже.

- До завтра, – мягко произнес он и вышел за калитку.

Прошло два дня. Евгений Кириллович являлся на уколы без опозданий, но общался с Таисией сухо, в процедурной не задерживался, лишних вопросов не задавал. Она вначале недоумевала, наблюдая за такими переменами, потом обиделась и стала держаться сугубо официально. Но ее настроение упало. Евгений Кириллович ей понравился, впервые за последние годы она задумалась о будущем и призналась сама себе, что именно такого спутника хотела бы видеть рядом. Но то, что он так внезапно изменился, расстроило ее. Вначале Таисия пыталась понять, не в ней ли причина, не сделала ли она какого-то досадного промаха. Но ничего припомнить не могла и недоумевала все сильнее.

Днем она тщетно пыталась высмотреть его среди прогуливающихся отдыхающих, но нигде не видела его высокой прямой фигуры. На третий день, когда он явился на очередной укол, Таисия даже попыталась выяснить причину такого поведения и мягко поинтересовалась, как он себя чувствует и чем занимается днем. Но Евгений Кириллович поджал губы и отвечал ей односложно. Она сухо попрощалась с ним.

После работы Таисия пошла домой. Но ее настроение оставляло желать лучшего. Когда она оказалась за воротами санатория, то увидела вдали надвигающуюся черную тучу.

«Вот и славно! – подумала она. – Может, прохладнее станет. Да и огород сегодня без поливки обойдется! А я лучше с книжкой отдохну. Но как бы мне под грозу не попасть!»

И Таисия ускорила шаг. Дождь все-таки нагнал ее, но когда она уже подходила к дому. Поднялся сильнейший ветер, и Таисия припустила бегом к калитке, на ходу тщетно пытаясь удержать поднимающийся подол шелковой юбки. Ливень хлынул, когда она вбежала на крыльцо. Таисия задыхалась, стряхивая с волос дождевые капли, но отчего-то начала улыбаться. Ее настроение повысилось. Она даже какое-то время постояла на крыльце, любуясь разбушевавшейся стихией и с любопытством наблюдая, как люди бегут по мокрой дороге к домам. Только ребятишки радовались и прыгали по лужам, подставляя лица ливню. Но когда сверкнула первая молния, а потом ударил гром, то и они с визгом разбежались.

- Дочка, ты чего это в дом не идешь? – раздался испуганный голос, дверь приоткрылась и показалось взволнованное лицо Марии Ефимовны. – Я видела, как ты бежала, вот и гадаю, куда ты запропастилась.

- Озоном дышу, - улыбаясь, сказала Таисия. – А то жара просто замучила. А сейчас такой воздух свежий!

- Да ты вымокла, небось. Иди домой! – заворчала Мария Ефимовна. – Ишь, на волосах вода. Да и молнии вон какие сверкают! Страсти господни!

- Хорошо, - согласилась Таисия и, не переставая улыбаться, зашла в дом.

Гроза оказалась кратковременной. Уже через полчаса небо очистилось, и вновь засияло солнце. Асфальт подсыхал прямо на глазах. Ребятишки снова выбежали на улицу и продолжили свои игры.

- Хоть огород не поливать, - заметила Таисия, убирая посуду после ужина.

- Да, лило сильно! Каждую травинку, каждый листик прополоскало, - сказала Мария Ефимовна. – Так что ложись, дочка, отдыхай. А я пойду сериал смотреть. Или со мной?

- Да не люблю я эти сериалы, мама, ты же знаешь!

- Знаю, знаю, что тебе лучше книжку почитать. А вот тот мужчина интересный, ну с которым ты несколько дней назад приходила, - начала Мария Ефимовна, - он-то где? Обещался еще зайти, да что-то нет!

- Мне он ничего не обещал, - сухо ответила Таисия. – Знаешь, мам, пойду-ка я прогуляюсь, - вдруг решила она.

- И то верно! – охотно согласилась Мария Ефимовна. – Нечего в доме сидеть, раз распогодилось. Вечер обещает быть хорошим. Вон, все тучи унесло.

- Мне вообще-то еще в Лысково нужно, - вспомнила Таисия.

- Это зачем? Даль такая! Неужто пешком пойдешь?

- Да какая даль? – рассмеялась она. – Тут всего-то пара километров! Звонили сегодня, просили прийти, как время будет. Там же санчасти нет. Какому-то отдыхающему массаж нужен. Вот хочу договориться, да и взять подработку. Деньги никогда лишними не бывают.

- Ох, хо-хо, грехи наши тяжкие! – завздыхала Мария Ефимовна. – Мужа тебе хорошего надо! А то всю жизнь работаешь, а радости не имеешь.

- А вот без мужа и радости нет, по-твоему? – улыбнулась Таисия. – Мне кажется, как раз с мужем хлопот не оберешься. Тем более в моем-то возрасте!

- Тоже мне старушка нашлась! Это мне скоро восемьдесят. А ты-то еще молодая баба! А живое, как известно, о живом думать должно.

Таисия усмехнулась, не ответила и вышла из гостиной. Когда она оказалась в своей комнате, то сразу открыла шкаф и призадумалась, что надеть. Из Марфино до Лысково можно было дойти или по асфальтированной дороге или срезать угол по грунтовой. Таисия любила ходить именно по грунтовой и любоваться просторами полей, окаймленных лесами. На полпути можно было свернуть к пруду. Если идти по узкой тропке, то оказываешься прямо у воды на крохотном пляже, облюбованном местными дачниками. Но если взобраться на холм, то с него открывался очень красивый вид. Таисия любила стоять на краю холма, прислонившись к старой толстой березе, и смотреть на расстилающуюся перед ней гладь воды, на небольшой, заросший ивами островок посередине пруда, на возвышающийся противоположный близкий берег с высокими соснами, перемежающимися с березами и липами. Но асфальт был еще сырой после грозы, что уж говорить про грунтовую дорогу. Почва была глинистой, и даже небольшой дождь превращал ее в скользкое месиво.

Таисия после небольшого раздумья выбрала льняную тройку, состоящую из юбки, жилета и жакета. Но в последний момент она отказалась от жакета, подумав, что на улице жарко даже вечером и после грозы. Прямая юбка в сочетании с приталенным жилетом делали ее полную фигуру стройнее и подтянутее. Костюм был темно-зеленым, и легкая вискозная блузка фисташкового цвета красиво сочеталась с ним. Ее ворот был в виде шарфа. Таисия завязала пышный бант, уложила волосы, подкрасила губы розовой помадой и окинула себя внимательным взглядом в большом трюмо. Она осталась довольна своим отражением. Открыв шкатулку с украшениями, начала перебирать их. Остановилась на золотых сережках с зелеными фианитами.

Когда она вышла из дома, Мария Ефимовна стояла на крыльце и разговаривала с соседкой. При виде Таисии они обе мгновенно замолчали.

- Красавица! – восхищенно заметила соседка. – На свиданку, Тасенька, направляешься?

- Что вы, теть Шура, - засмеялась Таисия, - по работе в Лысково сходить нужно.

- Ну да, ну да, - закивала та. – Ишь какие нарядные сейчас медсестры у нас!

- Да ладно тебе, Шурка! – оборвала ее Мария Ефимовна. – Тася всегда аккуратно одевается и со вкусом. Привычка у нее такая с детства. Блюдёт себя!

- Это да! – охотно согласилась Шура. – Ну так, оно и понятно! По-прежнему невеста на выданье.

- До свидания! – сухо сказала Таисия и быстро двинулась к калитке.

Илка вскочила, подбежала к ней и яростно завиляла хвостом, улыбаясь во всю морду.

- Возьми Илку с собой, - крикнула вслед Мария Ефимовна. – Вон как прошвырнуться хочет, прямо вся извивается.

- Ладно, - согласилась Таисия и свистнула Илке.

Та ринулась к калитке, повизгивая от радости.

Таисия вышла к воротам санатория. По асфальту было видно, что здесь дождь был не таким сильным, как в поселке. Видно, туча прошла стороной. Она машинально замедлила шаг, вглядываясь в прохожих.

«Что это я? – спохватилась она. – Не иначе Евгения высматриваю!»

Она приняла строгий вид и бодро двинулась мимо ворот. Илка неслась впереди, периодически останавливаясь, чтобы поздороваться с местными собаками.

Миновав два небольших магазина, Таисия устремилась по асфальтированной дороге в сторону Лысково. Ей очень хотелось свернуть на грунтовую, но она видела, что там сыровато, хотя здесь гроза явно прошла стороной. Илка на знакомой развилке бодро двинулась по грунтовой. Но скоро остановилась и в недоумении посмотрела на хозяйку.

- Идем, Илка, идем! – позвала Таисия. – Неохота мне по грязи топать!

Лайка тут же поменяла курс и ринулась вперед по асфальту. Дорога шла ровно до поворота, затем резко сворачивала влево. Скоро Таисию нагнал газик. Из него высунулся местный электрик и радостно крикнул:

- Тася! Ты куда направляешься такая нарядная? Может, подвезти?

- В Лысково, - ответила она. – Но я с собакой, так что пешком. Тут уже близко!

- А, ну тогда ладно! – заулыбался он и помахал ей рукой.

Таисия проводила удаляющийся газик взглядом и вздохнула. Путь был, и правда, близким, но приходилось идти по дороге и проезжающие машины раздражали ее. Она прошла мимо высокого забора воинской части, который находился справа от нее, затем мимо деревенских домов, располагающихся слева. Это были остатки деревни, в которой жили в основном одни старики. Собаки тут были злые, и она свистнула Илке и строго приказала идти рядом. Та послушно затрусила возле ее ног.

В это момент раздался лай, чьи-то крики, и Таисия невольно остановилась. Илка вздрогнула и прижалась боком к ее ноге. Из проулка выскочил растрепанный мужчина, за ним неслись две огромные лохматые овчарки.

- Назад, сволочи! – раздался крик.

И грузная женщина опрокинула ведро с водой из-за забора на овчарок. Те взвизгнули, поджали хвосты и скрылись за домами. Мужчина выскочил на дорогу, держась за сердце и шумно дыша. Это был Евгений Кириллович. Таисия испуганно ойкнула и бросилась к нему. Она подхватила его под локоть и отвела с проезжей части на обочину.

- И как вас угораздило сюда забраться? – быстро говорила она, достав из сумочки бумажную салфетку и вытирая его мокрое лицо. – Это же место такое, что все стараются его обойти. Тут собаки жутко злые.

- Откуда ж я знал? – взволнованно ответил он. – После грозы погулять захотелось, воздухом свежим подышать, забрел сюда. Коров увидел, удивился, хотел молока парного попросить у хозяев. Давно настоящего молока не пил! И тут такое.

- Легко вы отделались, - заметила она. – А если б эти псы порвали вас? Бывали случаи.

- Ужас! А вы далеко направляетесь, Таисия Семеновна? – другим тоном спросил он.

- В Лысково, - ответила она. – Это рядом. Там раньше заводской пионерский лагерь был, теперь что-то типа пансионата. Но даже медпункта нет. Вот иногда приглашают.