- -
- 100%
- +
- Да. Видел. Миленькая девчушка, любительница потискать всяких мягких зверюшек с пушистой шёрсткой, - он улыбнулся.
- Её зовут Кристина. И у меня есть подозрение, что девочка может быть моей дочкой, - прямо сказал то, что его больше всего сейчас волновало. Ведь и поверить сложно, что стал отцом. Что у него есть шестилетняя дочка.
Михаил присвистнул, уставился на Гордея удивлённым взглядом.
- Гордей, я понимаю, что тебе в то время было восемнадцать лет и ты являлся студентом первокурсником. Но ты был весьма продвинутым парнем и о средствах контрацепции слышал ведь не понаслышке. Разве мог развлекаться с преподшей и не подумать о последствиях? Не верю, что ты мог позволить себе такую беспечность.
- Не говори так, Миша. Для меня это было не просто развлечение. Я любил Наташу. Действительно любил.
- Брось. Какая там любовь в восемнадцать, а? Ты просто накрутил себе лишнего, вот и зациклился на Наталье. Кроме того, до неё у тебя и не было никого. Ты сильно впечатлился, это пройдёт.
- Да ни хрена ты не знаешь! – повысил голос, - а на счёт Кристины… Я выясню.
- Гордей, вот тебе совет: не лезь во всё это дерьмо. Не стоит. Ты же видел, кем является муж у Натальи! Да он тебя размажет. Контору нашу с землёй сравняет и меня вместе с тобой. А бизнес мы с тобой поднимали вместе. Два года бешеного труда. Я не хочу всё это просто так похерить, потому что тебя торкнуло сунуться к депутату Молотову.
- Да плевать мне кто он там, Миша. Я просто хочу знать, что Кристина точно не моя дочь.
- Твоя или нет, Гордей, какая разница? Девочка считает отцом Молотова. Ты для неё чужой. Да и муженёк Натальи уверен, что дочь его, как я понимаю. Впрочем, не исключая, что могу и ошибаться. Если Кристина окажется твоей, что ты предпримешь?
- Дочь будет жить со мной, Миша, - поджал губы Гордей.
- С ума сошёл? Ой… дурак…, - Михаил покачал головой, удивлённо смотря на друга.
- Если Кристина моя, то дочь я у Натальи заберу, - процедил настойчиво, - так же, как и она забрала её у меня.
- Попридержи коней, Гордей. Не факт, что девочку тебе отдадут.
- Я смогу её отсудить. Не зря на юрфаке корпел пять с лишком лет, - фыркнул в ответ.
- Прости, друг, но я в таком случае умою руки. С сильными мира сего я бодаться не стану.
- Я понимаю тебя, Миша. Но и ты меня пойми.
- Поверить не могу, что наша преподша крутила и с тобой, и с женихом одновременно, - ухмыльнулся, - выходит, что Наталья просто развлекалась с тобой. Из койки мужа прыгала на твой… на тебя.
- Хватит! Я не желаю об этом говорить, - Гордей резко развернул машину на дороге, набирая скорость.
Не хотел вспоминать о том, каким глупым, наивным и доверчивым был в свои восемнадцать. Не видел тогда ни лжи, ни притворства, ни лицемерия.
Полагал, что Наталья его любит. Пусть не так сильно, как он её любил. Но хотя бы немного, да любит. А на деле девушка всего лишь развлекалась, потому что ей захотелось юного и сильного мужского тела.
Гордей с силой сжал руль, обдумывая свои следующие шаги. Нужно тайком сделать тест ДНК на отцовство. А для этого каким-то образом надо подобраться к Кристине.
Завтра же пробьёт полную информацию на семейку Наташи. Выяснит в какой сад ходит Кристина, а после решит, как действовать, чтобы добиться желаемой цели.
А затем, исходя из результатов теста, будет продумывать следующие шаги.
Если Кристина не его дочь, последует совету Михаила. Возьмёт небольшой отпуск, укомплектует мысли в голове и попытается успокоить взбудораженную душу. Сделает всё, чтобы забыть Наташу.
Если же Кристина окажется его дочкой, придётся продумать всё до мелочей, чтобы отобрать девочку у Наташи. Дочь не будет жить в семье, в которой её так легко теряют и оставляют одну в опасной ситуации.
Кроме того, как успел заметить Гордей, отец девочки не слишком ласков с ней. Почему?
Евгений Молотов по жизни такой грубый мужлан и урод? Или он так себя ведёт, потому что в курсе, что Кристина не его дочка?
Одни вопросы и ни одного ответа.
Сейчас Гордей чётко понимал лишь одно: он совершенно ничего не знает о семье Натальи.
Но решительно намерен исправить этот недостаток.
В прошлом он и не замечал, как Наталья играла с ним. Играла в любовь. А сейчас он и сам стал достаточно зрелым, чтобы отплатить ей той же монетой и задать игре собственные правила.
= 10 =
Выходные пролетели словно один день. Наташа смогла отдохнуть и телом, и душой от нелюбимого мужа. Созвонилась с мамой. Неделю назад маму разместили в испанской клинике, где обеспечили наилучшее лечение. И всё благодаря хлопотам Евгения.
Наташа искренне не понимала, для чего Евгений всё это делает. Он из кожи вон лезет, чтобы помочь тёще, но при этом жизнь жены превратил в настоящий ад.
Неужели ему так нравится зависимость, в которую он вогнал жену?
Наташа совсем не могла понять, что творится в голове у мужа. Ради мамы приходится терпеть мерзавца. Благодаря деньгам Евгения мама всё ещё жива. Если бы не это, точно бы умерла несколько лет назад.
Отказаться от матери Наташа не могла. Особенно теперь, когда слишком далеко зашла.
Да и что она может сделать против Евгения?
Стоит попытаться уйти, и мужчина отомстит. Здесь нет никаких сомнений. Не хотелось бы, чтобы дочка попала под раздачу.
Ещё и Гордей объявился…
Наташа надеялась, что Гордей остынет после их разговора и не будет лезть во всё это. Если же сунется, им придётся встретиться и серьёзно поговорить.
- Мама! – Наташа услышала в коридоре голосок дочки. Кристина и Валентина Петровна вошли в дом, начав раздеваться.
Кристина скинула обувь и сразу же помчалась к Наталье. Обняла её, обхватывая руками талию мамы.
Наташа улыбнулась. Поцеловал дочь в макушку, встречая её довольный взгляд.
- Как провела время с бабушкой, моя хорошая?
- Хорошо. Только по тебе скучала! – ответила девочка.
- Наташенька, мы были в городе, ходили в кино и на аттракционы. В следующий раз посетим зоопарк. Кристина очень хочет, - Валентина Петровна присела на диван, устало вздохнув. А после осмотрелась вокруг, - а где Женя?
- Нету его, - ответила Наташа, отправляя Кристину мыть руки, - вы проголодались? Я ужин приготовила.
- Да. Мы как раз в городе были. Ко мне уже не поехали, а сразу к тебе. Завтра ведь Кристине в садик.
- Спасибо вам, Валентина Петровна. Кристина всегда приезжает от вас очень довольная и счастливая.
- Ты же знаешь, как сильно я люблю внучку, - женщина улыбнулась, а Наташа ощутила укол вину.
Совесть мучала нестерпимо.
Как так вышло, что у мерзавца Евгения оказалась такая хорошая мать?
Да о такой свекрови, как Валентина Петровна только мечтать и можно: внимательная, добрая и заботливая, а ещё чуткая и отзывчивая.
Наташе каждый раз неприятно от того, что обманывает женщину. Ведь Валентина Петровна считает Кристину внучкой. А на самом деле…
Неизвестно как она отреагирует, когда выяснит правду!
Наташа убеждала себя, что вынуждена лгать из-за необходимости. Свекровь здорова, а её мать – больна.
Кроме того, Валентина Петровна ведь и понятия не имеет о том, каков мерзавец её сын.
Если бы не помощь и внимание свекрови, Наташа не представляла, как выдержала бы весь этот театр абсурда под названием «замужество».
- А Женя когда придёт домой, миленькая?
- Не знаю, Валентина Петровна, - Наташа отвернулась, подошла к окну и уставилась во двор, обхватывая себя за плечи руками. Не стоит рассказывать свекрови, что её обожаемый сынок сейчас резвится с любовницей.
- Женя рассказывал мне, как помог твоей маме. Ей сейчас легче?
- Да. Мама месяца через два вернётся домой.
- Это хорошо. Наташа, мне очень не нравится, как ведёт себя мой сын в последнее время. Скажи, у вас всё хорошо?
- Как обычно. Ничего нового, Валентина Петровна, - солгала, скармливая свекрови очередную порцию лжи. А как иначе, когда вся жизнь с её обожаемым сыном - сплошная ложь.
- Я не хотела тебе говорить, но пару раз видела Женю с молодой блондинкой. Она ждала его в машине, когда он приезжал ко мне домой.
Наталья мысленно поаплодировали наглости мужа. Подумать только… уже и матери не стесняется. Таскает любовницу за собой повсюду. Скоро и на показ начнёт выставлять эту шлюху. Одну ли? Или их у него множество?
- Наташа, ты слышишь меня? У Евгения другая женщина?
Наталья посмотрела в глаза свекрови. Отрицать очевидное не имеет смысла. Городить чушь более не станет.
- Да, Валентина Петровна, у вашего сына есть любовница. И он сейчас у неё. Вместе с ней провёл все выходные.
- Как же? – Валентина Петровна резко встал с места, подошла к невестке, - и ты так спокойно об этом говоришь? Надо же что-то делать, - развела руками, - а иначе какая-то молодая потаскуха уведёт Женечку из семьи!
Наташа горько усмехнулась. Да она бы лично премию выписала той девке, которая смогла бы увести из семьи её муженька.
- Наташа, ты почему молчишь? Так ты знаешь о любовнице мужа и так спокойно на это реагируешь?
- Знаю. Женя сам сказал мне, что у него есть другая, - Наташа хотела бы много чего высказать свекрови в отношении Евгения. Да обстоятельства вынуждали помалкивать.
- Наташа, я ничего не понимаю. Нужно же что-то делать!
- Я бессильна что-либо изменить, Валентина Петровна. Я предлагала Жене развестись, но он ни в какую не желает и слышать о разводе. Жене удобно сидеть одновременно на нескольких стульях.
Валентина Петровна нахмурилась. Замолчала, так как в комнату вбежала Кристина.
- Мамочка, а почему вы тут так долго? Я уже успела суп себе налить и даже съесть его.
- Мы заболтались с бабушкой. Идём, милая, я приготовила для тебя кое-что вкусное и сладкое, - Наташа попыталась выдавить из себя улыбку, чтобы не портить настроение Кристине своим мрачным видом.
- Мои любимые пирожные с заварным кремом! – подпрыгнула малая егоза, довольно хлопнув в ладоши.
- Конечно же. Разве можем мы провести воскресный вечер без пирожных! - Наталья погладила дочь по голове, а через секунду услышала, как звякнул замок в прихожей.
В гостиной показался Евгений. Слегка удивился, увидев мать здесь. Но быстро натянул на физиономию маску полной невозмутимости.
- Кристина, ты иди на кухню с мамой, а я и папа подойдём позже, - сказала Валентина Петровна, кивая Наталье, чтобы выполнила просьбу.
Наташа сжала руку дочки, отвела Кристину на кухню. Поставила перед дочерью пирожные и чашку с чаем, а сама отправилась к свекрови и ненавистному муженьку.
Застыв в арке, ведущей в гостиную, Наташа округлила глаза, увидев, как свекровь замахнулась и со всей силы, которая была в её теле, залепила сыну увесистую пощёчину.
- Мама! – рявкнул удивлённо Евгений, явно обалдевая от выходки матери. Явно не ожидал от неё столь «тёплого» приёма, - что ты себе позволяешь?
- Мы обязательно это обсудим. Но сначала ты скажешь, Женя. Что это ты такое себе позволяешь?
= 11 =
Евгений бросил прищуренный взгляд на жену, словно пытался понять, что та наговорила матери.
- Мама, я не понимаю. Ты чего кидаешься на меня? Вернувшись домой, я не на такой приём рассчитывал.
- Жень, ты комедию не ломай, - Валентина Петровна ударила сына в грудь раскрытой ладонью, - мне известно с кем и как ты провёл выходные. У тебя красавица жена, дочка. А ты… с какой-то лахудрой путаешься. У тебя совсем нет совести?
Евгений сжал пальцы левой руки в кулак, поджал губы и задрал голову, одаривая мать высокомерным взглядом.
- Мама, я не позволю тебе вмешиваться в мою семью и личную жизнь. Тебя совершенно не касается как, где и с кем я провожу время. Ясно!
- Женя, ты что такое говоришь? Ты мой сын. Наташа мне как дочь. Ты совсем не уважаешь ни жену, ни мать?
- Мама, я люблю и тебя, и жену. А всё остальное… Это лишь игра, развлечения и способ получить новые впечатления. И никого совершенно не касаются способы, которыми я это достигаю. Тебя, мама, в том числе.
- Поверить не могу, что вырастила такого сына, - женщина разочарованно покачала головой.
- Мама, спасибо, что провела выходные с Кристиной. А сейчас тебе пора домой. Я попрошу водителя тебя отвезти.
- Я ещё не закончила разговор с Наташей.
- Мама, мне тоже нужно поговорить с женой. А тебе и правда пора. Уходи! – процедил сквозь зубы, явно едва ли сдерживаясь от грубости.
Наташа со страхом наблюдала за этой картиной. Никогда не видела, чтобы Женя так борзо разговаривал со своей матерью. А ещё больше её напрягали его яростные взгляды, которые он посылал в её сторону.
Свекровь не могла настолько перечить сыну, чтобы остаться в его доме тогда, когда тот настойчиво её выпроваживает. Не скрывая разочарования, свекровь была вынуждена покинуть дом родни.
Оставшись наедине с мужем, Наташа ощутила себя слишком слабой и уязвимой. После того, как Евгений надругался над ней, когда ей было восемнадцать, муж больше никогда не поднимал на девушку руку. Но кто же знает, а вдруг сейчас сделает исключение.
Наташа знала, почему эти годы Евгений был относительно сдержан. Всё дело в её покорности. Ей приходилось бороться с отвращением к мужу и во многом ему уступать. Особенно в том, что касалось интима.
Но сейчас…
- Что ты сказала моей матери? – громко рявкнул, хватая жену за руку.
- Ничего такого, - тихо ответила, бросая взгляд в сторону столовой. Только бы дочка сейчас сюда не вошла. Не хватало ещё, чтобы малышка видела ссору родителей.
- Уверена? Ты рассказала маме о Людмиле? Не вздумай отрицать. Знаешь ведь, что за ложь я тебя накажу!
- Накажешь? – повысила голос, - каким образом, Женя? Изобьёшь или убьёшь? – сипло охнула, когда его рука вцепилась в её горло, а спина оказалась припёрта к стенке.
Его хватка не причиняла боли, но он пугал.
- Я тебя не понимаю, Женя, - хрипло произнесла, чувствуя, как он сильнее сжимает пальцы вокруг её горла, едва ли насквозь не пронизывая острым взглядом, - если ты не хотел, чтобы кто-то узнал о твоей любовнице, то зачем таскаешь её за собой повсюду? Или ты ищешь предлог, чтобы нападать на меня?
- Поясни? – его хватка слегка ослабла.
- Твоя мать видела тебя вместе с любовницей. У неё, Женя, как и у людей вокруг есть глаза. Валентина Петровна стала спрашивать меня о твоей блондинке. И люди тоже скоро судачить начнут о том, как тебе нравится унижать жену.
- А ты и рада была всё рассказать! Выболтала матери, что я выходные провёл с другой женщиной. Какая же ты стерва, Наташа. Ты обязана была промолчать, а не настраивать мать против меня.
- А ты думал, что твоя мать никогда не увидит твоего истинного лица? – Наташа кашлянула, жадно хватая губами воздух, когда Евгений её отпустил.
- Я сейчас едва сдерживаюсь, чтобы не…
- Что бы что, Женя? – крикнула, - а ты не сдерживайся. Ударь. Так же, как и тогда, когда насиловал.
- Заткнись, дура! – рявкнул, снова цепляясь за её руки, осматривая яростным взглядом, - ничего более свежего вспомнить не смогла? Да после того случая ты уже много лет подряд сама и по доброе воле ложишься под меня.
Наташа приоткрыла губы, пытаясь понять мужа. Он так говорит для того, чтобы убедить в этом абсурде себя или её?
- Ты отлично знаешь, почему я так поступаю. Женя, если ты так меня ненавидишь, презираешь и желаешь быть с другой женщиной, то просто отпусти меня. Давай разведёмся.
- А ты не боишься, что после развода я прекращу финансировать лечение твоей мамаши? Средств от продаж твоего имущества вряд ли хватит на то, чтобы погасить хотя бы половину нужной суммы. И эти крохи тоже в моих руках.
- Я ведь твоя жена. Имею право на часть совместно нажитого имущества, - рискнула сказать то, о чём думала уже не менее года. Ведь если получится отсудить свою часть, то это будет весьма внушительная сумма.
Евгений лишь засмеялся, а в его взгляде появился насмешливый блеск.
- А ты глупышка, Наташка. Без меня совсем пропадёшь. Взбрыкнёшь и ничего не получишь. Да, по закону я не могу не дать тебе развод. Если очень сильно пожелаешь развестись со мной, нас разведут, пусть и не сразу. Но я обещаю тебе, что дочь я у тебя отсужу. Тебя лишат родительских прав на Кристину. И поверь, я найду целую кучу заключений о том, что такой аморальной личности нельзя доверить ребёнка. Подмажу всем и каждому, но своего добьюсь.
Наташа широко распахнула глаза, всматривалась в хищное лицо ублюдка и понимала, что он не шутит. С его-то возможностями он способен добиться многого.
- А после, жена, я перестану спонсировать лечение твоей матери. А у тебя, дорогая, даже средств не будет на то, чтобы похоронить её. Я тебе обещаю. Без трусов оставлю, если надумаешь уйти от меня. А ещё, кину ментам видео, на котором видно, что ты убила моего отца. Уверен, что киношке найдут правильное применение. Я лично проконтролирую. И да, не рассчитывай на совместно нажитое. Или ты забыла о брачном договоре, который мы с тобой подписали, заключая брак?
- Договор? – Наташа поражённо уставилась на мужа, не понимая о чём тот говорит.
- Договор, Наташа. Именно.
- Я не понимаю.
- Неужели? Впрочем, милая, это неудивительно. Ты так глупа и наивна. Иногда нужно смотреть что и как ты подписываешь.
Наталья отошла от мужа, пытаясь осмыслить услышанное. Выходя замуж за того, которого не просто не любила, а боялась, презирала и ненавидела, она и себя не помнила, не то, чтобы вникать в бумаги, которые она подписывала.
Помнила, как расписывалась в документах, которые подсунул ей муж, но была так подавлена, расстроена, жить не хотелось, не то, чтобы читать какие-то там бумажки.
Выходит, что мразь и тогда успел переиграть всё в свою пользу, чтобы туже замкнуть хомут на её шее.
- Я хочу видеть этот документ, Евгений.
- Нет проблем. Я тебе его предоставлю.
- Папа! – крикнула Кристина, входя в гостиную.
Евгений отошёл от Натальи и подхватил на руки дочь.
= 12 =
Наталья почти не слышала о чём муж говорил с дочкой. В мыслях снова и снова прокручивались его угрозы.
Зачем он это проделывает с ней?
Для чего издевается и мучает?
Наталья едва дождалась, когда дочка уйдёт в свою комнату. Муж не заставил себя долго ждать. Насмешливо поднял вверх руку, а после скрылся в рабочем кабинете. Через пять минут вернулся к жене, протягивая ей файл с документами.
Наташа молча взяла бумаги в руки, даже не спрашивая, что это. Знала.
Просмотрела беглым взглядом пять листов. С каждой последующей секундой понимала, что дела её хуже некуда. Муж обо всём позаботился. Согласно документу, она не имеет права даже требовать совместно нажитое.
Понятно, что Евгений мерзавец высшей пробы.
Непонятно иное: как она могла такое подписать?
Молодая женщина опустила вниз голову, отлично зная ответ. Ведь была сама не своя в день бракосочетания. И трезво не рассуждала. А как итог – вогнала себя в ещё большую зависимость от мерзавца мужа.
Евгений стоял рядом. С довольной миной на физиономии наблюдал за эмоциями, мелькающими на бледном лице жены.
- Так как, Наташенька! – насмешливо произнёс, - ты всё ещё желаешь развода? На счёт записи и твоей мамаши я не шутил. Все эти проблемы будут как приложение к свидетельству о расторжении брака.
- Я не понимаю лишь одного, Женя, - она задрала голову, решившись встретиться с ним взглядом, надеясь, что не заплачет.
- Чего именно?
- Зачем я тебе? Почему ты меня так мучаешь? Ты извращенец? Тебе доставляет удовольствие держать возле себя женщину, которая тебя не любит, презирает и мечтает о том дне, когда освободится от тебя? Ты получаешь какое-то больное наслаждение, укладывая под себя такую женщину?
- Мне просто плевать на твои чувства, Наташа. Ты у меня в неоплатном долгу. Поэтому будешь терпеть меня и моё присутствие в твоей жизни так долго, сколько я этого буду хотеть.
- Но зачем, Женя? Неужели ты не желаешь найти себе женщину, которая бы полюбила тебя?
- Я уже выбрал себе женщину пятнадцать лет назад. Ещё тогда решил, что ты будешь принадлежать мне. Но ты оказалась слишком горной и неприступной. Я боялся тебя потерять. Факт того, что ты помогла поему отцу отправиться на тот свет, помог мне привязать тебя ко мне очень крепко. Ты должна благодарить меня, что я не за решётку тебя отправил, а в свою постель.
- Ты шантажист, Женя, - произнесла с ненавистью, - воспользовался тем, что я была совсем молодой, глупой и запуганной девчонкой.
- Каждый в этом мире получает желаемое самыми разными способами. Ты красивая женщина, Наташа. Мы с тобой уже давно женаты. У нас подрастает дочь. Я не желаю рушить семью из-за твоих прихотей.
- Прихотей? Ты любовницу завёл, Женя.
- Мои бабы тебя не должны касаться, - остро посмотрел на неё, - вот ты у меня где, - сжал руку в кулак и сунул его ей едва ли не в самый нос, - поэтому сиди, терпи и помалкивай. А иначе я рассержусь и тебе плохо придётся.
- Тебе нужно сходить к психиатру. Ты ненормальный, Женя.
- Правда? – насмешливо усмехнулся, - ещё неизвестно, Наташа, кто из нас двоих более ненормальный. Я ведь в отличие от тебя никого не убивал. А ты… ты отца меня лишила.
- Твой отец приставал ко мне. И часто. А в тот вечер напился до пьяна и пытался меня изнасиловать. Я защищалась! – повысила голос, не в силах сдерживать слёзы. Воспоминания были слишком болезненны.
- К чему привела твоя защита, милая, нам обоим известно. Хотя нет… об этом знает ещё твоя мать. Но ты не тревожься. Мы с ней не проболтаемся. Я пойду к себе в комнату. А ты подготовь гостевую комнату.
- Гостевую комнату? – Наташа удивилась. Ведь гости в их доме бывали не так и часто.
- Да. В нашем доме кое-кто погостит некоторое время. Хочу, чтобы ему было комфортно.
- Кто же? – Наташа ощутила, как дрогнули пальцы на руках. От этого гада добра ждать не приходится. Точно будет какой-то подвох.
- Увидишь. А сейчас иди и подготовь комнату.
- И когда ждать гостя?
- Дня через два или три, - Евгений послал жене хитрую усмешку, а после отправился в свою комнату.
.
Наташа подготовила комнату, но ночью уснуть так и не могла, гадая, какой «сюрприз» готовит для неё муж. Очередное издевательство. Вряд ли он привезёт в этот дом её мать. Ради тёщи бы так не суетился. Не просил бы комнату готовить. Да и жене вряд ли бы такую приятность сделал.
Тогда что?
.
Гордей уже несколько дней ходил сам не свой. Замкнулся в себе и почти перестал общаться с сестрой, которая очень волновалась о нём. Арина не раз пыталась вызвать брата на откровенный разговор, но он каждый раз уходил от темы, открыто игнорируя сестру.
Понимал, что не должен так поступать. Сестрёнка – самый родный, любимый и близкий его человек. И отношения между ними всегда были открытыми и честными.
Но сейчас не мог переселить себя и как на духу выложить всё то, что его волновало. Особенно в обстоятельствах, когда он и сам многого не понимал. Как минимум необходимо закрыть вопрос с Кристиной.
Вчера в офисе Гордей задержался допоздна. Выяснил по своим связям какой садик посещает Кристина.
Сад частный, дорогой и один из лучших в городе. Кто бы сомневался. Ведь дочка депутата Молотова иной и не могла посещать.
Утром остановил машину напротив сада. Выжидал. Наблюдал. Всматривался и в персонал, и в мамочек с детьми. Как он успел заметить, то детей в сад отводили не мамы, а няни.
Около восьми утра увидел и Кристину. Девочка была с матерью.
Гордей пристальным взглядом впился в лицо Наташи. Она улыбалась дочке, поцеловала малышку в щёчки. Но её весёлость была такой напускной, что даже слепому бросилась бы в глаза.