Боги былых времен
- -
- 100%
- +
– Вообще-то, это наш образ жизни, он не может изжить себя!
– Нас просто к этому приучили, – поморщилась Рошель. – Мы другого мира и не знаем! Но посмотри, сколько несчастья принес этот образ жизни! Вся наша семья уже не первое поколение живет мыслями о троне.
– Которого теперь не будет!
– Вот именно. Одна система разрушила мечты и надежды стольких людей…
Олфере нахмурился, пытаясь понять, к чему она клонит. В целом, это было совсем не похоже на Рошель – делать чуть ли не политические намеки. Она всегда порхала по жизни, как бабочка, легкая и беззаботная. Она держалась в стороне от серьезных проблем и в этом была отрадой для многих.
Может, она и сейчас оставалась в своем репертуаре, а он просто придумал лишнего? Олфере ни в чем уже не был уверен, схватка с Роувеном все исказила. Теперь ему нужно было учиться жить заново, а он понятия не имел, как.
Ему хотелось продолжить этот разговор, но его отвлекло появление новой энергии. Огромная сила, которую невозможно не заметить, только что приблизилась к их дому.
Рошель тоже почувствовала это.
– У нас гости! – изумилась она. – Ты приглашал их?
– Нет… Может, это к прабабушке?
– Ты что, она ж в этом доме не бывает! И папы сейчас нет, он в городской квартире. Тут только мы с тобой.
– Тогда они, наверно, ошиблись, но нам все равно нужно встретить их.
Разговор с Рошель мгновенно потерял значение, Олфере уже и не помнил, что его беспокоило. Все его мысли были направлены на неожиданных гостий.
Такое абсолютное могущество легко запомнить и невозможно перепутать с кем-то. Маг, встретивший их один раз, ни за что не забыл бы их. А Олфере виделся с ними часто – он ведь считался наследником своего клана и посещал все балы и общие собрания.
Они тоже там были. Эвридика и Диаманта, во всем великолепии своего уникального дара. В клане Легио у них конкурентов не было, им не приходилось беспокоиться, что внезапно появится маг из прошлого и попытается забрать у них трон! Хотя тут все сложно – ведь Огненный король, получается, их родственник… и настоящий наследник их клана. Может, поэтому они чувствовали солидарность с Олфере и пришли поддержать его?
Хотя нет, не их стиль. Вряд ли эти двое вообще знали, что такое сочувствие. Их манеры на общих встречах были безупречны, но они никогда ни с кем не сближались. Сколько бы Олфере ни думал об этом, он не мог найти причину для их визита. Возможно, он вообще ошибся и сюда прибыли не они!
Но нет, когда он вышел из сада, то увидел тех, кого и ожидал. Близнецы Легио дожидались его на крыльце особняка, и он, глядя на них, не мог сказать, кто – Диаманта, а кто – Эвридика.
Они ведь были абсолютно одинаковыми! Высокие и стройные, настоящие модели с точеными фигурами, они и одежду носили одинаковую: элегантные черные платья с изумрудными вставками, выгодно подчеркивавшими их светло-зеленые глаза. Длинные волосы девушек пепельными водопадами падали на плечи и тоже не отличались ни одной прядью. Их взгляды были холодными, неживыми даже, несмотря на юный возраст, Эвридика и Диаманта были непревзойденными мастерами самоконтроля.
Как странно… Когда он был наследником своего клана, они обращали на него не больше внимания, чем на коврик под их изящными туфельками. Но стоило ему опозориться – и они уже здесь! Неспроста это.
– Добро пожаловать в дом Интегри! – широко улыбнулась им Рошель. – Мы вас не ждали, но мы вам рады!
– Это похвально, – кивнула одна.
– Но мы приехали к Олфере, – добавила вторая.
– То есть, как?… – смутилась Рошель.
– Мы приехали, чтобы поговорить с ним наедине. Это возможно?
– Конечно! – ответил Олфере, прежде чем сестра успела хоть слово произнести. – Рошель как раз собиралась уезжать в город, у нее встреча с подругами. Не так ли?
– Да, конечно… – растерянно отозвалась Рошель.
– Вот и славно. Прошу, проходите!
Он все еще не знал, что им нужно, и эти двое его пугали – своей силой, властью, ледяным спокойствием. Но он ведь уже упал, опустился на самое дно. Возможно, они протянут ему руку помощи.
Для них накрыли стол на застекленной террасе, а после этого Олфере проследил, чтобы вся прислуга покинула дом. Эвридика и Диаманта Легио не приехали бы к нему, чтобы поговорить о погоде!
Они не только выглядели, они и делали все одинаково. Олфере завороженно наблюдал, как их тонкие пальцы одновременно подхватили чашки с кофе, поднесли к жемчужно-розовым губам, как девушки одновременно сделали глоток и поставили тонкий фарфор обратно на столик. В этой синхронности тоже была магия.
– Я могу спросить?… – начал было он, но смутился, не смог закончить вопрос. Это прозвучало бы слишком глупо, если не сказать грубо!
Однако они, как ни странно, поняли, о чем речь. Должно быть, их постоянно спрашивали об этом.
– Эвридика, – представилась одна.
– Диаманта, – назвалась вторая.
Что ж, по крайней мере, сейчас он знал, кто есть кто. Олфере не сомневался, что снова перепутает их, как только они встанут из-за стола.
– Вы ведь уже слышали о том, что случилось, не так ли? – мрачно осведомился он. – Поэтому вы здесь?
– Естественно. Мы хотели узнать, как это повлияло на тебя.
– А как это может на меня повлиять? Я в заднице, конечно! – не выдержал Олфере. Он хотел бы быть таким же рассудительным и хладнокровным, как они, да только не получалось. – Я всю жизнь к этому шел! Но сначала эта проклятая бабка уселась на трон и так и не удосужилась помереть, теперь объявился Вольный Ветер… И все потеряно!
– Это как посмотреть, – загадочно улыбнулась Диаманта.
– Жизнь непредсказуема, – добавила Эвридика.
– В смысле?…
– Ты думаешь, что восхождение Роувена Интегри на трон печалит только тебя, но это не так. Клан Легио тоже не рад твоему поражению.
– При чем тут клан Легио? – поразился Олфере. – То есть, я благодарен, конечно… И все-таки, разве для вас есть разница?
– Разница есть для всех. Настали непростые времена, и политика одного клана может повлиять на судьбу остальных.
– Роувен уже успел сказать, что будет делать?
– Ему и не нужно говорить, мелкие дела вашего клана нас не волнуют, а главное мы и так знаем, – пояснила Эвридика. – Все знают. Роувен переведет ваш клан на сторону Огненного короля.
– А, это… факт, – вздохнул молодой маг. – Думаю, ради Огненного короля он тут и устроил показуху.
– Это верно, Роувен Интегри был на его стороне еще до рождения Огненного короля – и этим вмешивался в дела клана Легио. Теперь ты понимаешь, почему мы не рады его возвращению?
– Полностью с вами солидарен. А толку? Я уже свой шанс упустил.
– Ты слишком молод, чтобы себя хоронить. Ведь ты мог бы стать таким хорошим лидером для своего клана! – многозначительно произнесла Диаманта. – Ты и правда готовился к этому всю жизнь, ты знаешь, что нужно делать.
– И ты бы, конечно, не пошел на сговор с Огненным королем, – поддержала ее сестра.
– Об этом и речи быть не может! Огненный король погубит наш клан, я уже сейчас это знаю, а когда поймут остальные, будет слишком поздно.
Олфере начинал догадываться, зачем эти двое явились в его дом. Но идея казалась ему настолько дикой, что он не решался в нее поверить.
– Вот поэтому клан Легио и был опечален тем, что произошло с тобой, – заявила Эвридика. – Мы сразу поняли, что ты видишь мир как мы – и не как Роувен.
– А толку говорить теперь об этом? Да, став лидером, я был бы на вашей стороне. Но я облажался! Он ни за что не уступит мне добровольно, а битву я уже проиграл. Он сильнее…
– Это верно, – кивнула Диаманта. – Ваши силы несоизмеримы, он всегда будет сильнее тебя.
Хоть Олфере и знал об этом, обида и задетая гордость все равно обожгли его душу.
– И что? Вы пришли, чтобы поиздеваться?
– Нет, мы пришли поддержать тебя. Трон ведь наследуется не только победой в битве или добровольным отречением, знаешь. Ты – наследник второй линии, но ты же и первый в очереди после Роувена.
А ведь верно… Роувен Интегри одинок, детей у него нет, да и не было никогда. Если он погибнет, трон автоматически достанется наследнику второй линии – то есть, Олфере, на Хионию, которая отказалась от власти, уже никто и не посмотрит всерьез!
Он молод, он хороший воин, он силен. Все это будет значить больше, чем его позор на Арене. Клан, потрясенный смертью Роувена, сам попросит его стать лидером!
Вот только…
– Я стану правителем, если Роувен умрет. Но с чего бы ему умирать? Смерть от старости исключаем, биологически его телу около сорока, если не ошибаюсь, прыжки через время возраста не добавляют. И он так силен, что его и в бою убить будет непросто!
Близнецы переглянулись между собой и улыбнулись ему. И в этот момент, несмотря на всю их красоту, они казались Олфере двумя гадюками, приготовившимися к нападению.
– Мы ведь и не говорим, что он умрет, – заметила Диаманта. – Мы просто приехали, чтобы выразить сочувствие и поддержку клана Легио.
– Но мы и не говорим, что он не умрет, всякое случается, – пожала плечами Эвридика. – Роувен Интегри непредсказуем и нестабилен, кто его знает, кому он бросит вызов! Нам важно было узнать, какой точки зрения придерживается другой вариант главы клана Интегри.
Такого прежде не было. Интриги существовали и внутри кланов, и между кланами. Но чтобы один Великий Клан так сильно влиял на судьбу другого, превращая главу семьи чуть ли не в свою марионетку… немыслимо!
Но вместе с тем – заманчиво. Олфере прекрасно понимал, что самостоятельно избавиться от Роувена он не сможет. Так почему бы не воспользоваться помощью, получив и для себя, и для семьи такого влиятельного союзника? У них ведь общий враг – Огненный король, и это меняет правила игры.
Олфере наклонился вперед и тихо сказал:
– Передайте лорду Легио, что если с Роувеном Интегри что-то случится, – невероятно, конечно, но ведь и правда, чем черт не шутит! – я и весь клан Интегри будем полностью в его распоряжении.
Глава 4
Из прошлого
– Зачем я вообще связался с этим выродком?!
Магия, подпитываемая гневом, поднимала в оазисе ураган. Ветер налетал на высокие деревья, изгибал их стволы, хлестал листьями песок. Вода в озере шла волнами, а где-то за оградой уже бушевала буря.
Но в доме все это не чувствовалась, Дана только через окно видела, как страдает маленький кластерный мир. Вряд ли Амиар хотел устроить тут такое шоу, но поступок Катиджана задел его – и задел серьезно. Сила Огненного короля, пусть и сдержанная печатью, рвалась на свободу, чтобы мстить врагу, которого здесь давно не было.
– Успокойся, пожалуйста, – попросила Дана.
– Хочешь сказать, что ты и теперь на его стороне? Ну конечно, ты же всегда его поддерживала! Знаешь, это начинает настораживать!
– Амиар, уймись, – нахмурилась Дана. – Я на твоей стороне, и я всегда буду за тебя. Я просто не хочу, чтобы нас тут подхватил песчаный смерч и унес в Изумрудный город только потому, что ты не в духе.
– Как будто у меня нет причины!
– Есть. Ты злишься, тебе больно…
– Мне не больно, я хочу свернуть шею этому самовлюбленному индюку!
– Просто… отпусти его.
– Ты-то почему на него не злишься? – подозрительно покосился на нее Амиар. – Или считаешь, что он был прав?!
– Он не прав, он просто запутался.
Ирония заключалась в том, что Дана в этой ситуации понимала их обоих. Поэтому она и не могла присоединиться к Амиару в потрясании кулаками и угрозах убийством.
Это только со стороны казалось, что у Катиджана все просто, что вся его жизнь на поверхности. Наследник третьей ветви по определению не мог быть свободен, его всегда сковывали законы и правила. Чтобы не сойти с ума от постоянного контроля, он принял их, убедил себя, что так и надо, что ему это нравится. Катиджан был уверен, что его будущее предопределено.
А теперь у него забрали привычные ценности. Мир изменился, и маг начал делать то, что раньше считал невозможным. Он совершал преступления против своего клана! Его прошлое разлетелось на осколки – почти как прошлое Даны. Но у девушки не осталось выбора, ее бросили в новую жизнь, не спросив позволения. И это, как ни странно, облегчило ее задачу, потому что избавило от сомнений и душевных терзаний. Дорогу назад ей перекрыли, осталось только будущее.
Катиджан, в свою очередь, мог идти куда угодно, и это сбивало его с толку. С одной стороны – родные, его семья, знакомые и понятные идеалы, с другой – новые друзья и то, что он интуитивно считал правильным. Он просто не мог оставаться их верным счастливым помощником! Он захотел вернуть свою жизнь… разве это плохо?
В то же время, Дана не считала, что Амиар реагирует слишком бурно. Он не так давно узнал, что его предали все, кому он с детства доверял. Его собственный клан обрек его мать на гибель – а возможно, и отца! За ним следили, его сдерживали, его подтолкнули к вечному унижению слабейшего мага семьи. После такого невольно параноиком станешь!
Ему непросто было научиться доверять Катиджану, своему вечному сопернику. И только Амиар решился на это, как Катиджан отступил! В этом свете сложно было оценить даже то, что он сделал это честно, открыто и не пытался ударить Огненного короля в спину.
Оба они были непростыми, и становиться дипломатом, примиряющим их, Дане не хотелось, у нее своих проблем хватало. Поэтому она просто подошла к Амиару и обняла его.
– Я точно тебя не покину, – сказала она. – Если ты думаешь, что никому не можешь доверять, то зря. Верь мне. Я всегда с тобой.
Он ничего ей не ответил, но девушка почувствовала, как он обнимает ее в ответ. Ветер за окном начинал затихать.
Им нужно было отвлечься, занять себя чем-то, чтобы не думать о поступке Катиджана. Вариант был только один, самый логичный – вернуться к записям Амарканда Легио.
Дана пока не решалась говорить об этом, но ей казалось, что многое уже ясно. Похоже, Амарканд первым узнал, что его ребенок будет Огненным королем, предупредил об этом свой клан, однако получил совсем не ту реакцию, какой ожидал. Он-то думал, что ему помогут, а вместо этого его родственники насторожились. Тогда он стал искать ответы самостоятельно, а заодно и подбирать пути защиты своих близких – жены и ребенка. Покупка дома в Пустоши-813 косвенно подтверждала эту версию.
Но чем больше записей они находили, тем больше трещин появлялось в истории, которую придумала Дана.
– Он верил в старую легенду, – наконец произнес Амиар. – Это однозначно. Это точка, от которой он отталкивался.
А старая легенда гласила, что Огненный король никогда не приходит в этот мир просто так. Его призывает сама природа, дает избранному ребенку уникальные способности, чтобы он предотвратил грядущую катастрофу. Это могло быть что угодно – от восстания одного из Великих Кланов против других до войны с нелюдями. И все же главной задачей Огненного короля почти все книги, собранные Амаркандом, называли битву с чудовищами.
С семью великими чудовищами Дана уже сталкивалась, и не только в сказках. Это были семь демонов высшего уровня, которые когда-то угрожали захватить весь мир, погрузить его в хаос и править этим вечным кровавым карнавалом. Чтобы остановить их, первый Огненный король и создал Великие Кланы. Они не смогли убить чудовищ – они сразу загнали их в мир мертвых и заперли на века.
Считалось, что если появится угроза побега чудовищ, родится новый Огненный король, чтобы остановить их.
– В эту байку верил не только Амарканд, – задумчиво отметил Амиар. – Роувен упоминал, что и сегодня ее в кланах повторяют. Только они путают причину и следствие. Им кажется, что это я пришел для того, чтобы освободить чудовищ.
– Потому что голову включать не любят, – хмыкнула Дана. – Без мозгов жить им, видимо, проще. Зачем тебе освобождать чудовищ?
– От злобности характера?
– Исключительно. Но твой отец в это не верил.
Главной угрозой своему сыну Амарканд Легио считал как раз не чудовищ. Тут он не брался спорить с судьбой, он верил, что если его ребенку дарованы силы Огненного короля, то со своей миссией он справится. Гораздо больше его пугало некое Сообщество Освобождения. Именно этой тайной организации предстояло открыть клетку, выпустив демонов на свободу.
А еще Сообщество Освобождения тоже знало тайные легенды. Если они собирались использовать чудовищ в своих целях, Огненный король стал бы для них помехой. Выяснив, что он скоро родится, они попытались бы убить его – желательно младенцем, до того, как он обретет свою истинную силу.
Поэтому Амарканд прорабатывал несколько вариантов спасения, и укрытие для Эмилии и ребенка в Пустоши было лишь одним из них. Глава клана Легио хотел лично найти Сообщество Освобождения и если не уничтожить их, то хотя бы узнать имена тех, кто угрожает его наследнику.
– Не похоже, что он подозревал в этом свой клан, – указала Дана, перебирая бумаги.
– Нет, клан тут не при чем. Что бы ни творилось в дурных головах Легио, они не стали бы освобождать семь великих чудовищ. Их же первыми сожрут!
А это практически исключало вероятность того, что Амарканда убили свои. Итог это не меняло, он все равно был мертв, но Дана знала, что Амиару так легче. Семья и без того отняла у него слишком много, если бы выяснилось, что они хладнокровно избавились от главы клана, он просто не смог бы защищать их.
– Думаешь, это Сообщество Освобождения убило твоего отца? – спросила Дана.
– Все на то указывает. Но убить главу Великого Клана – большое дело, требующее огромных усилий. Они еще и как несчастный случай все обставили… В моем клане верят, что отец погиб в случайной, нелепой битве, за которой не было глубокого смысла. Великий Клан в этом убедили! Получается, Амарканд подошел к этому Сообществу слишком близко.
– Так, стоп! – перебила его девушка. – Отмотай назад! Какая еще битва? Ты всегда говорил, что смерть твоего отца была несчастным случаем!
– Так и есть.
– С каких пор битва – несчастный случай?!
– Это смотря с кем ты дерешься, – невесело усмехнулся Амиар. – Мой отец отличался буйным нравом, это в клане знали все.
– Его гены оказались сильны, – проворчала Дана, глядя на сломанное дерево за окном.
Амиар сделал вид, что не услышал:
– По официальной версии его смерти, Амарканд сцепился с нефилимом. То, что у людей было бы обычной дракой, на их уровне переросло в поединок, который стоил моему отцу жизни. Это не была диверсия или нападение со злым умыслом, никто даже не знал имени того нефилима, да и мстить им себе дороже. Поэтому смерть Амарканда объявили трагической случайностью.
Он снова забыл, что она выросла не в этом мире, многого Дана не знала. Девушке пришлось спросить:
– А нефилим – это что?
– Мерзкая тварь, – отозвался Амиар.
– Звучит как-то библейски…
– В реальности – ничего общего. Это вид высших нелюдей демонического уровня силы. Бессмертны, почти неуязвимы, сильнейшие телекинетики… Так что даже Амарканд Легио с его пресловутой гениальностью мог не справиться. Но, знаешь, мне всю жизнь это покоя не давало: какого черта он полез к нефилиму? Он же не был дураком! Он прекрасно знал, с кем связывается. Меня это так злило… Из-за тупой пьяной ссоры он обрек мою мать на одиночество и смерть. Но теперь… не думаю, что он и правда допустил такой промах.
Амарканд был поглощен поиском Сообщества Освобождения, он знал, что его жена беременна, он хотел уберечь своего ребенка. В этом свете, он вряд ли стал бы ввязываться в бесполезную и опасную битву, каким бы горячим характером он ни обладал. Он уже знал, что скоро станет отцом, он не был вспыльчивым подростком!
И все же те, кто хотел от него избавиться, сумели обставить все именно так, а свою тайну Амарканд унес в могилу. Возможно, если бы новый глава клана захотел разобраться во всем, он бы увидел правду сквозь обман. Только вряд ли он пытался: Мерджит Легио торжествовал, с его пути неожиданно исчез сильнейший соперник, теперь он мог распоряжаться судьбой Огненного короля. Да он тому нефилиму вообще руку хотел пожать и цветы вручить!
Если бы Амарканд остался жив, изменилось бы многое – больше, чем они могли представить. Но даже так его записи давали им бесценную подсказку.
– Бесполезно! – Амиар раздраженно отбросил в сторону очередную книгу. – У него не было ни одного подозреваемого!
– Но что-то же он нашел, раз его убили, – отметила Дана. – Смотри… возможно, здесь он начинал свои поиски. Он обнаружил след, пошел по нему и больше сюда не возвращался. И судя по дальнейшим событиям, тот след оказался верным. Если мы найдем его, мы сможем повторить путь твоего отца.
– Надеюсь, с другим финалом!
– Это без вариантов, нас же теперь двое.
Кое-чего Дана добилась: о конфликте с Катиджаном он больше не думал. Но на этом дело застопорилось. Что бы ни обнаружил Амарканд в собранных здесь бумагах, он это точно выделять не стал.
Под конец поисков строчки уже расплывались у девушки перед глазами. Она готова была сдаться, отдохнуть хотя бы немного, когда среди бесконечных рун наконец мелькнуло имя.
Всего лишь обрывок, уголок вырванной страницы, из тех, на которых пишут напоминания себе же. Похоже, именно этим и занимался Амарканд Легио, но теперь его пометка могла стать для них бесценной.
– Смотри! – Дана протянула обрывок Амиару и прочитала: – «Аурика Карнаж. Должна знать». Имя знакомо?
– Нет, – покачал головой Амиар. – Впервые слышу. И, как ты уже поняла, она не из Великих Кланов. По имени я предположил бы, что ведьма, но стопроцентной уверенности нет.
– Все равно надо проверить, что там должна знать эта Аурика!
– Должна была знать тридцать лет назад, – поправил маг.
– Срок не больше человеческой жизни, а нелюди и того дольше тянут!
– Все равно, за это время многое меняется.
– Ты хочешь сказать, что это ничего не значит? – удивилась Дана.
– Нет, я хочу сказать, что для начала нам нужно выяснить, кто такая эта Аурика Карнаж, а потом только пытаться понять, что она должна знать.
– Тогда давай спросим у Роувена, – предложила девушка. – Он многое знает о прошлом твоих родителей.
– У Роувена сейчас и без нас проблем хватает. Смена лидера клана – это серьезно, уж поверь мне.
– Ну а что тогда, сами поищем?
– Обратимся к тем, кто на информации имя сделал.
– Клан Арма! – мгновенно догадалась Дана.
– Именно, – подтвердил Амиар. – Пусть Наристар проверит, кто она, от него ничего не скроешь. Если Аурика все еще жива, навестим ее и узнаем, чего хотел мой отец.
* * *Катиджан не ожидал, что ему позволят проснуться. Хотя… ему сейчас было настолько плохо, что он даже жалел об ускользнувшей смерти. У него болело все, даже то, что по определению болеть не могло. Ныли кости, пульсировали болью мышцы, кожа, зубы, больно было открыть глаза и даже на кончиках волос, кажется, поселилось страдание. Время просто застыло, и он не знал, как долго был парализован этим чувством.
Потом, целую вечность спустя, он смог открыть глаза. Лучше ему не стало, он просто привык к боли, взял себя в руки. Гордость не позволяла ему валяться тут раненным животным, нужно было действовать, хотя он пока понятия не имел, что происходит.
Он догадывался, что ничего хорошего рядом с собой не увидит, и не ошибся. Он оказался в тюремной камере, и явно не современного образца. Скорее, это была темница – четыре глухие стены из влажных, покрытых плесенью камней, землистый пол, черный потолок, под которым застыла единственная осветительная сфера, мутная, наполнявшая комнатушку рыжеватым светом. В углу лежал старый грязный матрас, на котором и проснулся Катиджан. Неподалеку стояло ведро для понятных нужд, пока еще пустое. Все, на этом щедрость хозяев темницы закончилась.
Окон и дверей здесь не оказалось, но они были и не нужны. Осветительная сфера указывала, что это кластерный мир, значит, наколдовать дверь было несложно, а ее отсутствие уменьшало шансы пленника на побег. Вот только если они думают, что это сможет его удержать, они слишком наивны!
Уже то, что они решились его похитить, говорит о скудном уме и полном отсутствии воображения. Катиджан не сомневался, что его клан тут не при чем. Как бы к нему ни относился Трофемес Инанис, он бы не пошел на такое, слишком грязный метод. Получается, за всем этим стоит кто-то другой.
Кто-то, кто решил, что боль и усталость остановят Катиджана, сделают его беспомощным. Первый успех окрылил их – великий маг, как ребенок, попался в их ловушку. Но они не понимают, что им просто повезло. Они застали его в момент слабости, он невольно подыграл им… Больше такое не повторится. Даже боль меркла на фоне желания найти его похитителей и превратить их в кровавые ледяные осколки.
Матрас, покрытый подозрительного вида пятнами, был ему отвратителен, и все же подняться Катиджан не мог, ему едва удавалось управлять своим телом. Не двигаясь, он попытался призвать магию, чтобы ускорить восстановление…