Академия надежды

© Олие О., 2019

© ООО «Издательство АСТ», 2020

Пролог

Яркое пятно посредине мрачного зала высвечивало мужчину лет двадцати пяти. Темные волосы коротко острижены, но спускающаяся от темечка тонкая косица достигала талии. Его нереально голубые глаза лучисто сияли.

– Ты продолжаешь утверждать, что обеспеченные отпрыски не могут быть несчастными? – раздался откуда-то сверху приятный баритон.

– Да, наставник. На моем пути такие не встречались, если не считать их глупые сетования на скуку или слишком навязчивое внимание, которое им нравится, но они лицемерно называют это несчастьем. – Презрительная усмешка. – Ну или выбор нарядов, от обилия которых рябит в глазах, а вздорным девицам этого мало, все ноют, что нечего надеть.

– Что ж, срок у тебя – три фазы, ровно столько осталось до открытия ворот Академии надежды, – спокойно отозвался невидимка.

– И что я должен сделать, наставник? – Задача казалась не совсем понятной.

– Обойти все девять миров, граничащих с Академией, и отыскать самых несчастных людей и нелюдей. За каждый просчет получишь наказание, хватать первых попавшихся нельзя. Они должны сами произнести ритуальную фразу перехода: «Я готов (или готова) оказаться где угодно, но подальше отсюда». Именно это последняя стадия отчаяния. Вот амулет, он притянет тебя к нужным кандидатам.

В раскрытую ладонь спланировал кругляш, на миг засветился и тут же потух. Внимающий впервые поднял голову вверх.

– А как же межмировые порталы? – Высокий лоб разрезали морщинки.

– К нужному объекту тебя без проблем перенесет амулет, да и с языком благодаря ему трудностей не возникнет. Отправляйся прямо сейчас, времени мало.

Ответа не последовало – мгновенно закружившийся маленький тайфун уже уносил следопыта к первому несчастному кандидату…

– Софи, Софи! Ты куда запропастилась, паршивка? – донесся до меня голос Лилии, второй папиной жены. Я застыла в беседке в саду. Как же она надоела! И выгнать нельзя – так гласило завещание отца. Ох, папа, папа, как же тебя угораздило связаться с этакой горгоной, да еще и погибнуть из-за нее?

Последние четыре года жизни стали для меня настоящей мукой, моим персональным адом. Я часто сравнивала себя со сказочной Золушкой. Насколько в детстве любила эту сказку, настолько сейчас ненавижу. У героини оставалась хотя бы призрачная надежда на счастье – принц, который нашел ее и увез во дворец. Мне такое не светило, потому что вот уже два года я заперта в золотой клетке собственного дома.

Отрешившись от звуков, прикрыла глаза, вспоминая, с чего наша жизнь пошла наперекосяк.

Четыре года назад

У меня была крепкая и любящая семья, я росла в нежности и искренности. Даже когда папа вдруг стремительно разбогател, это никак не сказалось на характере родителей, только папины подарки стали дороже, да мама наконец вздохнула свободнее, когда появилась возможность нанять повара и прислугу. Но у нас в семье к любому работнику относились с уважением.

А потом мама заболела и в течение года стремительно угасла. Врачи только руками разводили, мол, слишком поздно заметили и обратились за помощью. Мне было восемь, когда ее не стало.

Отец не опустил руки и всю свою любовь перенес на меня одну. Воспитывал, прививал навыки поведения, учил, как поставить на место зарвавшегося хама, как давать достойный отпор излишне ретивым поклонникам.

По своему желанию занималась легкой атлетикой, но больше всего меня привлекал тир, и я увлеклась стрельбой.

Нам было хорошо вдвоем с отцом. Мы поддерживали друг друга, и я была самым счастливым человеком в мире. Но, видимо, в небесной канцелярии сочли, что хорошего помаленьку. Как только мне исполнилось пятнадцать, отец привел в дом женщину. Та много улыбалась, пыталась всем понравиться, но у меня при взгляде на ее лицемерие щемило в груди. Несколько раз пыталась завести разговор с отцом, но он мягко журил меня, говорил, что ревность пройдет, когда мы станем одной семьей.

Естественно, Лилия вцепилась в папу мертвой хваткой. Потребовала шикарную свадьбу, познакомила со своей дочерью Кристиной, та была немного младше меня.

Два года я загружала свои дни под завязку, чтобы меньше времени находиться дома. Влезла в нелепую ролевку, где всякие «эльфы», «гоблины», «вампиры» и куча других личностей махали мечами, деревянными палками, сражаясь между собой. Уж лучше находиться в компании безумцев, чем постоянно слышать:

– Я хочу манто, бриллиантовое ожерелье, вон Клавке муж подарил, а ты меня не ценишь.

– А я хочу новую красивую машину, а еще купи мне права.

– Я хочу…

– И я хочу…

Эти две пришлые только и делали, что чего-то хотели и требовали. Поэтому я и сбегала подальше от них. Но однажды папе удалось меня отловить до того, как я в очередной раз покину этот змеюшник.

– Софья, я хочу с тобой поговорить. – Он взял меня под локоть и отвел в кабинет. Там помолчал, будто собираясь с мыслями, и продолжил: – Ты была права, эта женщина лицемерна до мозга костей, ее интересуют только деньги и драгоценности. Сегодня я был у нотариуса, преданного нашей семье.

– Зачем? Папа… – Стремительно подбежав, обняла его, как в детстве забралась к нему на колени и уткнулась в шею.

– Милая, мы не вечные, когда-нибудь я встречусь со своей любимой Надеждой. Она мне снилась сегодня, – улыбнулся отец, с теплом вспоминая маму, – протягивала ко мне руки.

– Папа, нельзя идти с покойниками, – встревоженно произнесла, отстраняясь. – Это не к добру, как говорит наша Юлия Аркадьевна.

Женщина-управляющая, прожившая с нами уже тринадцать лет, была первой, кого наняли папа с мамой.

– Да, моя хорошая, Юлия Аркадьевна плохого не скажет, – согласился папа, приобняв меня. – Ты уже взрослая, скоро в вуз поступать. Деньги на обучение уже лежат в банке на твое имя. Моя компания тоже записана на тебя. Так что…

Я не успела ничего сказать, а папа продолжить – в кабинет бесцеремонно вторглась мачеха и увела отца – клубники ей, видите ли, захотелось, вот прямо сейчас, в разгар зимы. И я впервые сорвалась, высказав все, что думаю о наглых шлюховатых девицах, возомнивших о себе невесть что.

Да-да, мама всегда говорила, что доброта спасет мир… Но мое терпение подошло к концу, так хотелось выбросить их из нашего дома, да придать ускорения, однако и папу огорчать не желала, в последнее время он все чаще хватался за сердце.

Жаль, в тот момент я не смогла остановить отца. Его убили. Как сказала Лилия, какие-то пьяные гопники, напавшие на них в переулке. На вопрос, как они там вообще оказались, она не смогла дать вразумительного ответа.

Во время похорон эта тварь сообщила, чтобы я убиралась из дома, поскольку он теперь принадлежит ей и ее дочери. Я опешила – вот это наглость! Но спорить пока не стала, похороны не то место и время, чтобы выяснять отношения. Да и не до этого мне было. Я потеряла последнего родного человека, от горя в груди все горело, слезы душили.

Зато когда все разошлись, нас позвал в кабинет нотариус отца. Представительный седовласый мужчина с добрыми глазами подмигнул мне и подхватил под локоть. Лилия с Кристиной шли, ухмыляясь, словно не на похоронах.

– Вы бы хоть для приличия свое мерзкое лицемерие на лицо нацепили, смотреть тошно на ваши довольные рожи, – процедила, теперь окончательно уверившись, зачем им нужен был мой отец.

– Софья, девочка, спокойнее, – стиснул мою руку Эдуард Николаевич, – возьми себя в руки. Отец должен гордиться своей дочерью как достойной сменой, а не базарной девкой.

– Вы правы, сейчас приду в норму, – кивнула, пытаясь успокоиться. Мачеха со своей дочерью попытались что-то ответить, затеять скандал своими визгливыми голосами, но нотариус глянул так, что те резко замолкли.

В кабинете он занял кресло отца, а мы расселись вокруг в ожидании, зачем нас сюда позвали. Не став тянуть время, Эдуард Николаевич вытащил конверт, распечатал его и зачитал завещание. По мере чтения лица Лилии и Кристины вытягивались, наливались злостью. И было от чего. Отец все оставил мне, сделав приписку: в случае моей смерти или исчезновения все состояние переходит детским домам. Одного только не учел отец, что эти мегеры подойдут к делу основательно. Поскольку насчет них никаких указаний, кроме суммы иждивения, не было, они и не подумали покинуть дом. Более того, еще и меня в нем заперли.

Вот тут и начался ад. Я не могла покинуть родное гнездо, так как мачеха набрала охрану из агентства, сообщив, что им надлежит охранять сумасшедшую сестричку. Зато сами развлекались по полной программе. Я и через забор пыталась перелезть, ловили. И через ворота переодетой выскальзывала, все равно ловили. О телефоне вообще молчу. Меня изолировали от общества. Я даже драться пробовала – понятное дело, хорошо обученные охранники скрутили меня на раз.

Ко мне приходили друзья, но им сказали, что я уехала поступать в вуз. В банке под моим видом появилась Кристина, подделав мою подпись. Обслуживающий персонал дома весь поменяли, чтобы все за мной следили и не давали подойти к телефону. Сотовый отобрали. Хорошо, хоть кормили, чтобы с голоду не умерла.

Вот так я и стала затворницей в собственном доме. Это была не жизнь, а ужас. И спустя два года сил выдерживать ее не осталось. Сидя в беседке, вспоминая родителей, я молилась только об одном: чтобы быстрее все закончилось.

– Софи, вот ты где, несносная девица, – презрительно выдала Кристина, облаченная в мои вещи. – Сегодня прибудут гости, а тебя закроют в кладовке, чтобы никому ничего не успела рассказать. Потом, если не забудут, откроют и выпустят.

Она откровенно издевалась. Я медленно поднялась, подошла к ней с непроницаемым лицом и… от души так врезала, что она едва ли не кубарем покатилась по лужайке.

– Простите, мама и папа, но мое терпение лопнуло. Как бы я хотела оказаться где угодно, только бы подальше отсюда, – произнесла, смотря в небо.

И тут будто вспышка разрезала пространство, и меня стало непонятно куда затягивать. Последнее, что увидела, – шокированные глаза Эдуарда Николаевича, постепенно наполняющиеся гневом. А потом все исчезло. Меня укутала темнота. Неужели я умерла?

Глава 1

Лежать было неудобно. Я перевернулась на другой бок, но что-то впилось в тело, причиняя дискомфорт. Пришлось открывать глаза. В первое мгновение не сообразила, что происходит и где я нахожусь. Кругом необычный лес, листья на деревьях словно лопухи, на некоторых кора, как у пальм, только сияющая. Так разве бывает?

– Проснулась? – Недовольный голос заставил вскочить и обернуться. Пришлось протереть глаза, вдруг у меня глюки начались. Но экзотический незнакомец никуда не делся.

Удлиненные глаза с вертикальными зрачками смотрели с легким презрением, на виске завитушка, похожая на спираль. Практически лысый череп – лишь короткостриженые волосы на затылке, если не считать длинной косички. Интересно, что за мода такая?

– По мне не видно? Разве можно спать стоя и с открытыми глазами? – почти спокойно осведомилась, в упор разглядывая необычного мужчину.

– Можно, сама скоро поймешь это, – обронил собеседник, посмотрев на солнечный луч, застывший на корне дерева.

– Где я? Кто вы? – начала задавать вопросы, придя в себя от необычности ситуации.

– Мы на перекрестке миров, а я должен доставить тебя в Академию надежды, – поведали мне, заставив усомниться в здравости рассудка.

– Куда, простите? Это что за учебное заведение такое? Впервые слышу. – Нахмурившись, пыталась вспомнить, какой университет могли так обозвать. Но на ум ничего не шло.

– Самая обычная магическая Академия надежды, находится она на стыке девяти миров, – начал объяснять незнакомец.

– Все, хватит! Спасибо, что вытащил из моей тюрьмы, но на этом достаточно, я ухожу, – произнесла, разворачиваясь. Собралась махнуть рукой, и тут… дерево вместе с корнем вылетело и отправилось в полет вслед за моим жестом.

– Софи, подожди, – бросился ко мне чужак.

Резко повернулась к нему и выставила руки в инстинктивном жесте.

– Не подходи, стой! Откуда знаешь мое имя? – выдохнула, наблюдая, как мужчина застыл в прыжке. – Ой, мама!

Я была настолько потрясена, что стала пятиться назад, попутно соображая, что происходит. Неужели мой разум решил таким образом избавиться от домашней тюрьмы? Нога зацепилась за корень, и я со всего маху упала на пятую точку. Застонала, наблюдая за мужчиной. Его тело начало светиться, а потом будто поплыло. Он пришел в себя.

– Н-да, еще и с большим потенциалом, – поведал скорее сам себе, чем мне. – Ты понимаешь, что сама не справишься с магией? Ей нужно обучаться.

– Никуда я не пойду, пока не расскажешь, как я здесь оказалась и что осталось там, откуда ты меня забрал. – Говорила строго, хотя внутри все леденело от страха, а в голове проносились мысли одна страшнее другой.

Остановилась на том, что мачеха упекла-таки меня в психушку, а там добрые доктора накачали от души галоперидолом, отсюда и странные видения. Но когда успела? Там же вроде был наш семейный нотариус? Или это еще один глюк? Ой, что-то я совсем запуталась.

В голове какой-то хаос, виски заломило – я все пыталась понять, не мерещится ли мне. Но вполне серьезное лицо собеседника заставляло поверить в происходящее, хоть и не до конца.

Щипать себя не видела смысла, только лишних синяков мне не хватало. Хотя напрягалась все больше, пытаясь решить вопрос своего умственного состояния. Других видений нет, меня только что назвали магианой, значит, мир, куда меня перенесли, магический? Да нет, абсурд. Так не бывает. Или я каким-то образом умерла? Да вроде опасности никакой не было, значит, и этот вариант отпадает.

Еще раз осмотрелась, подошла ближе к дереву, положила руку на ствол. Мне показалось, или я ощутила тепло? Может, и правда произошло чудо? Незнакомец молча наблюдал за мной и не торопил, наверное, он тоже плод воображения, хотя я себе такое даже в кошмарах представить не могла. Поэтому встал вопрос: моего ли воображения?

Вспомнились слова отца: «В любой нестандартной ситуации старайся расслабить мозг, отрешиться от всего и хладнокровно посмотреть со стороны». Ага, посмотришь тут. Магия, летающие деревья, застывший мужчина – и это все моих рук дело? Как у меня вообще получилось? И почему дома такого не было? Тогда бы я точно спокойно сбежала и жила в свое удовольствие.

– Ты готова к конструктивному диалогу? – осторожно уточнил спутник.

Хотелось зажать уши и не слушать, но, с другой стороны, любопытство и кошку сгубило. Так и мне стало весьма интересно, что сейчас поведают.

– Готова, если это окончательно не взорвет мой мозг, он и так готов вот-вот сбежать от меня и отключиться от реальности, – предупредила на всякий случай, чтобы потом не было проблем.

– Я искал самых несчастных людей и нелюдей, именно таких, потерявших смысл жизни. Только они смогут учиться в Академии надежды, а потом стать достойными магами, которых в их мирах уже никто и ничто не держит. – Незнакомец старался говорить спокойно, чтобы не спугнуть меня.

Прислушалась к себе. Самое интересное – слова его отторжения не вызывали, более того, я поверила сразу и безоговорочно. Мне ведь действительно нечего терять: родных не осталось, дом, как и состояние, присвоили мачеха с дочерью. И что мне оставалось? Стать вечной пленницей, пока не состарюсь? Нет уж, пусть лучше будет Академия, если она действительно существует. К тому же магия стала решающим фактором.

В груди разливалась уверенность, что мне сказали правду, этот человек врать не стал бы, слишком открытый у него взгляд. Смотрит прямо, не стараясь что-то скрыть. А я за долгое время уже научилась различать правду и ложь, подолгу наблюдая за гостями мачехи и ее дочурки, – это развлечение было моей единственной отдушиной, чтобы не сойти с ума в одиночестве.

– А где мы сейчас? – спросила, оглядевшись, – никаких зданий, только лес.

– Недалеко от конечного пункта назначения. Я не могу тебя провести, пока ты не узнаешь все. Этот мир – точнее, межмировое пространство – называется Ветлар. Огромный город, удивляющий и поражающий любого, кто впервые в него попадает. В нем спектр всех миров, и магических, и техногенных, как твой. Поэтому ничему не удивляйся.

– Подожди, получается, что в Академии учатся одни несчастные, потерявшие смысл жизни? В ней царит уныние? – вдруг дошло до меня. Передернулась: перспектива смотреть на такое совершенно не прельщала.

Мужчина искренне засмеялся.

– Нет, Софи, с каждым потенциальным адептом проводилась беседа, объяснялась суть. Осознав, что получили полную свободу, многие уже переступили порог уныния, настроившись на новую жизнь. В остальном все индивидуально: кто-то мыслит позитивно, как ты например, некоторые за долгие годы слишком привыкли себя жалеть. Им придется труднее всего – от этой привычки избавиться сложно, но, думаю, и они справятся.

– А ты кто? Преподаватель? – поинтересовалась, слабо представляя себе такого учителя.

– Нет, я всего лишь следопыт, наемник, ищу будущих адептов, исследую миры. У ворот наши пути разойдутся, и мы вряд ли когда-нибудь встретимся.

Широкая улыбка преобразила лицо собеседника, сделав его мягче и привлекательнее. Я просто не могла не улыбнуться в ответ. На миг стало грустно, но я тут же мотнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Хватит и того, что два года прожила в унынии, пора возрождаться из пепла прошлого, как феникс.

– Что ж, не буду тебя отрывать от дел. Идем? – предложила, поднявшись на ноги.

– Идем. Надо же тебе узнать, какими еще способностями ты обладаешь, если таковые имеются, – подмигнул мужчина. – Дай руку.

– Зачем? – Машинально насторожилась, скорее по инерции, чем действительно от страха.

– Мы перенесемся к воротам Ветлара. Пешком идти далеко, а такси у нас нет, – развел руками незнакомец. Имя назвать он не потрудился, а я и спрашивать не стала.

На этот раз смело вложила свои пальцы в его ладонь. Мгновение, и мы уже стояли среди поля, а в нескольких метрах от нас, как на картинах Средневековья, возвышались огромные ворота в город, окруженный стеной и высокими башнями, на которых словно застыли стражи, всматривающиеся в даль.

На пропускном пункте, ничего не сказав, по нам лишь мазнули взглядом. А я рот открыла от потрясения, попав в город. И ведь было от чего. Одна его часть являла собой образец моего мира: многоэтажки с неоновыми вывесками, бутики с одеждой и драгоценностями, салоны красоты. Но стоило посмотреть на другую сторону – и словно попадала в прошлые века: аккуратные низкие домики, огороженные заборами с калиткой, за которыми виднелись лужайки и клумбы. Мимо сновали люди в старинных нарядах.

Чем дальше мы шли, тем отчетливее ощущался дух разных рас и народов – об этом говорили их одеяния, строения, ландшафт… Один из районов поразил особенно. Дома будто росли на деревьях, ни лестниц, ни подъемников к ним не предусматривались.

– Как они попадают в свои жилища? – вырвалось у меня, прежде чем я заметила первого из обитателей этого района. А когда заметила, вопрос отпал сам собой: у существа были прозрачные, словно стрекозиные, крылья.

– Это место обитания фэйри, нам лучше побыстрее покинуть его. Пакостные феи питаются негативными эмоциями, – пояснил мужчина, торопливо уводя меня прочь.

Больше ничего не успела рассмотреть – мы оказались около светящейся арки. Провожатый остановился, повернулся ко мне.

– Вот мы и пришли, Софи. Удачи тебе, а мне дальше нельзя. Прощай, маленькая бунтарка. – Не дав мне и слова сказать, он исчез, растворившись в воздухе.

Хм, маленькая бунтарка? Я улыбнулась.

– Прощай, незнакомец, и спасибо тебе за спасение, – тихо прошептала, интуитивно чувствуя: он меня услышит. И действительно, легкий смешок был ответом, а потом меня подтолкнуло порывом воздуха к арке.

Ну что ж, начинается новая жизнь. Посмотрим, какой она будет. Теперь все зависит только от меня, помощи и поддержки ждать неоткуда, здесь будет каждый сам за себя. Надеюсь, я смогу найти друзей.

Смело шагнув под арку, пару секунд полюбовалась ее переливами и переступила порог. Если сначала чувствовала себя как в тумане, то, оказавшись во дворе, едва не зажала уши от гомона находящейся здесь толпы. Двинуться дальше пока не получалось, ноги будто приросли. А все из-за того, что мимо меня сновали рогатые, хвостатые, крылатые, чешуйчатые. Я честно старалась не пялиться, но получалось не очень.

– Ты новенькая? Наверняка из техногенного мира? – поинтересовалась колоритная парочка, застывшая рядом, скорее всего близнецы. Но если у девушки рожки оказались едва заметными, то у ее брата они уходили назад, пусть и небольшими загогулинами. Позади мотались хвосты, а при улыбке изо ртов близняшек выглядывали клыки.

– А… мм… Да. Как вы догадались? – с трудом справившись с собой, выдала вопрос. Уже вполне осмысленно и не заикаясь.

– Так нас разглядывают только люди из техногенного мира, ни разу не сталкивавшиеся ни с демонами, ни с вампирами. Были и такие, которые с криками убегали прочь, пытаясь читать странное заклятие и рисовать в воздухе кресты, – звонко расхохоталась девушка.

– Ты тоже станешь это делать? – подхватил парень, с хитринкой поглядывая на меня.

– Зачем зря сотрясать воздух? – стараясь казаться равнодушной, ответила вопросом на вопрос. Но на самом деле именно так и собиралась сделать. – На вас ведь молитва все равно не действует.

– Так это была молитва? – протянула незнакомка. – Мы тоже посещаем храм, особенно перед экзаменами, иногда помогает, – вздохнула она обреченно.

– Помогает не посещение храма, а хорошо выученный предмет, – наставительно выдал парень, строго посмотрев на сестру.

Наблюдая за ними, не смогла сдержать улыбки. Они оба располагали к себе, вызывали доверие, несмотря на клыки и рога. Мне хотелось о многом расспросить близнецов, но их позвали. Махнув рукой, юноша протараторил:

– Встретимся позже. Просись в общежитии в тринадцатую комнату.

И убежали, ничего не объяснив. Раздумывать мне не дали – вцепились в предплечье мертвой хваткой, я даже скривилась. Подняла глаза и замерла. М-да, наивная… Решила, что меня ничего не сможет удивить? Как же я ошиблась. Надо мной возвышался юноша – на вид моего возраста – с презрительным выражением на лице, поражавшем красотой. Словно талантливый художник рисовал его, выверяя каждый мазок. Судя по поведению, парень осознавал свою неотразимость и презрительно относился к тем, кто им восторгался.

– Хватать обязательно? – недовольно протянула, пытаясь вырвать руку.

– Я не намерен бегать за тугими на ухо первокурсницами и собирать их в кучку. – Ох ты ж, сколько высокомерия. Прямо его величество на приеме.

– Я сама в состоянии дойти, куда надо, – прошипела, все еще предпринимая попытки освободиться.

– Что же не дошла, когда звали? – ехидно спросил юноша. – Новички уже все собрались, ждут только тебя.

– В таком случае отпусти мою руку, теперь я и сама дойду.

– И не подумаю. Приволоку туда в назидание остальным глухим и тупым, – заявил этот гад, разозлив меня окончательно.

Так, что я в лесу делала? Махала рукой и дерево летало? А если попытаться сейчас? Получится или нет, но этот хмырь мне надоел, еще и взбесил. Пока меня тащили, я сосредоточилась, желая поскорей отправить его в полет. О, как красиво его снесло! Зараза смазливая, так ему и надо. Хорошо хоть, мой локоть от неожиданности отпустил. Но синяк точно будет.

За полетом красавчика наблюдали все собравшиеся. Судя по довольным лицам, этот тип встал поперек горла не только мне. Парни ухмылялись, некоторые девушки победно смеялись, но находились и те, кто томно вздыхал, с укором поглядывая на меня.

Не заставляя больше себя ждать, подбежала к толпе адептов, которые, как сказал хмырь, ждали только меня. Навстречу вышла миловидная блондинка с замысловатой прической и глазами будто два изумруда. Пристально осмотрела меня, бросила взгляд на злого парня, неудачно приземлившегося на задницу и грозящего мне всевозможными карами, и только потом мелодичным голосом поинтересовалась:

– Имя, род, мир?

– София Новатова, Земля, – бодро отчеканила.

Глаза женщины увеличились в размерах.

– Техногенный мир. Теперь понятно, откуда такой уровень, – прошептала она себе под нос. И уже всем остальным: – Проходим внутрь. Сейчас каждый из вас отправится на испытание. От того, как вы его пройдете, будет зависеть выбор факультета.

Больше ничего объяснять не стали. Провели в здание, указали на нишу с еще одной светящейся аркой. Затем каждого из группы – по порядку, с разницей в две-три минуты – подталкивали к ней. Когда подошла моя очередь, смело шагнула в светлое марево, не ожидая подвоха. Как оказалось, зря, подвох был весьма существенный. Я оказалась в странном месте, на развилке между кладбищем и райским садом, не иначе. Погост утопал в темноте и тишине, а в саду ярко светило солнце, летали, звонко перекликаясь, пестрые птицы. Свет и тьма. Уже было сделала шаг к призывно открытой калитке, но вдруг меня окатило таким ощущением опасности, что я шарахнулась назад.