Украсть мечту

Глава 11. Ли

– Ну что, БИП уже проскочили или я еще не пропустила все веселье? – спросила Ли на выходе из своей комнаты.

Все присутствующие повернулись на голос.

– Только подъехали, – ответил ей Джарвин, – С возвращением! Как дела на Лице?

– Сначала ты расскажи, что я на Изнанке пропустила.

– Ничего особенно важного. Иен нашел нам точку входа, но тут не действует гравитация, так что думаем, где пройти. И еще у Старца появилась теория о том, что нужно Корпорации во всей этой истории со взысканием.

– А вот это уже интереснее! Выкладывай.

– Старец думает, что они собирают камни из морфеевых проводников. Ама в списке на три имени, и у нее очень редкий камень – эвклаз. Ну и пустые твоих друзей на Лице осыпались очень характерно.

– Здесь можно и поспорить. Мои друзья на Лицевой снова в деле.

– В смысле? – удивленно спросил Старец.

– В самом прямом. Василиса приходила ко мне. И Олег куда-то сбежал, его вроде как изнаночники спугнули. Но последнее – это моя догадка. Я знаю только, что его квартиру шманали какие-то мужчины. А на Лице он простой парень, никого так разозлить не мог.

– Вот те на, – заключил Старец.

Джарвин высказал предположение:

– У нас два варианта. Или Старец ошибается, или Корпорация задумала схему посложнее. Может, отдел взыскания похитил твоих друзей здесь и заставляет их выполнять какие-то поручения?

– Может быть, – задумчиво протянула Ли, – Только это не слишком то в духе Корпорации. Неужели по-хорошему нельзя было заставить работать? Денег, например, предложить или пообещать погасить часть выкупа. Не знаю, как там дела у Валерики обстояли, а Нильсон точно должен был Корпорации, он бы от такого не отказался.

– Так может, им это и предложили? А мы что-то неправильно поняли? – спросил Иль.

– А как же тогда мальчик из моей Академии, который пропал? – спросила Ама, – И почему моя мама выслала меня из города, если все так просто?

– Да уж, – подытожил Джар, – Что-то не сходится. Может, отправишь Иена поискать Валерику и Нильсона? Есть у него такая возможность?

– Увы, призрак может ходить только в те места, которые ему укажет призвавший его человек. Но я могу, к примеру, попросить его осмотреть весь Треугольный город, если он на такое согласится.

– Соглашусь! – жизнерадостно объявил Иен, появляясь из воздуха. – Можешь отправлять.

– Тогда и отправляйся. Сколько времени тебе понадобится?

– Сутки, не больше. Ну, если вдумчиво осматривать. Может, и быстрее управлюсь.

Джарвин присвистнул. Это на какой же скорости должен перемещаться призрак, чтобы успеть за сутки облететь каждый закуток такого огромного города? Непостижимы призрачные возможности!

Иен вновь исчез, а Ли неожиданно поинтересовалась:

– А где Плут? Что-то давно мне никто не прыгал на голову!

Все принялись сначала звать, а потом искать кота, и после бесплотных поисков им пришлось признать, что кот потерялся. И куда могло занести эту наглую рыжую морду? Где бы он сейчас ни был, Лианелла мысленно посочувствовала тем, рядом с кем он оказался.

– Ну что, как мы планируем попасть на территорию БИП-а? – спросила она у Джарвина.

– Довольно просто. Берем одного человека, даем ему в руки веревку, запускаем с ускорением в сторону конца границы. Человек туда доплывает, выходит на твердую почву, ждет, когда мы вкатимся в невесомость и подтягивает нас веревкой.

– Звучит не так уж сложно. А далеко лететь?

– Триста метров.

– Сколько-сколько? Я думала, граница – это метра два, ну пять максимум.

– Я тоже так думал, пока не заслал туда Иена проверить. Он у нас, как понимаешь, единственный, кому антигравитация не страшна.

– Тогда предлагаю себя в качестве добровольца.

– Я против! – вдруг вскрикнула Ама, – Лучше меня!

– Это еще почему?

– Я меньше и легче, меня проще запустить с ускорением, – торопливо ответила девочка, но Ли отметила, что та говорила не совсем искренне, будто боялась чего-то другого.

Может, дать ей шанс? Она, конечно, еще малышка, но в ее возрасте Ли уже была действующим стиллером и мастерски воровала идеи, и маленькой себя отнюдь не считала. Ладно, была-не была, пусть пробует свои силы, что бы ей ни двигало на самом деле.

– Хорошо, я согласна.

– Правда? – удивилась Ама, – Так просто? Я думала, мне придется тебя до вечера умолять!

– Я что, так похожа на зануду?

– Вылитая! – ответил за Аму Джарвин.

– Уши тебе сейчас надеру! – пригрозила ему Ли и рассмеялась, – Ладно, хиханьки-хаханьки, идите готовиться. Ты как ее ускорять собираешься?

– Заговоренной рогаткой, – ответил Джар и слегка покраснел. Ли вновь захохотала.

– Мальчишки! – заключила она, – Им только дай из рогаток пострелять! Хоть камнями, хоть девчонками. Да, Джар?

– А то! Я и рогатку уже поставил. Хочешь, покажу?

Они вместе вышли из фургона, следом высыпали остальные. Ли увидела огромную – метра три в высоту – рогатку, установленную на кромке леса. С другой стороны простиралось поле, а на небольшом удалении от рогатки Ли заметила странное мерцание, будто кто-то поставил здесь невероятных размеров стекло с легким отливом.

Джарвин проследил за ее взглядом и поспешил объяснить:

– Это как раз начало перехода. За ним начинается поле антигравитации. Приглядись.

Ли последовала его совету и вскоре заметила, что в воздухе за «стеклом» парят камушки, травинки и даже полевые мышки. Последние, к слову, смешно барахталась, а некоторые даже сосредоточенно плыли в неизвестном направлении, помогая себе четырьмя лапками.

– Может, сразу и приступим? – спросила Ама. – Чего тянуть?

– Ладно, иди сюда, обвяжу тебя веревкой, – позвал Джар.

Он обмотал ее крепкой веревкой, завязал сразу несколько узлов и позволил проверить их обеспокоенному Илю, который, кажется, успел проникнуться к девочке теплыми отеческими чувствами. По крайней мере, в той степени, на которую он был способен.

Как только Иль убедился в надежности узлов, они отправились к рогатке. Ама подошла на указанное место, села на корточки, пристроила к себе седло под чутким руководством Джарвина и замерла.

– Когда вылетишь, постарайся распрямиться и лететь головой вперед. Знаю, звучит сложно, но в воздухе будет проще. Чем точнее войдешь в преграду, тем меньше снизится твоя скорость. Если ускорения не хватит на всю полосу, помогай себе руками и ногами, как будто плывешь. Хорошо?

– Поняла. Запускай уже, пока я не успела передумать.

Все отошли в сторонку и Джарвин начал громко выкрикивать слова заклинания. Последнее еще висело в воздухе, когда рогатка выстрелила. Ама взмыла в воздух и успела распрямиться точно перед границей, сложив при этом руки, как перед прыжком рыбкой в воду. На огромной скорости она пролетела сквозь мерцающую грань и продолжила свой полет уже в невесомости. И почти пролетела до противоположной границы – это им сказал Джарвин, без его подсказки не было видно – когда совсем затормозила. Скорости чуть-чуть не хватило.

– Если не сможет двигаться, тяни ее обратно, – строго приказал Иль.

– Ну конечно, не брошу же я ее там.

Тем временем Ама сориентировалась в новой обстановке и брасом погребла дальше, помогая себе руками и ногами. И вскоре неловко плюхнулась на землю, быстро кувыркнулась и встала на обе ноги. Помахала рукой: мол, давайте ко мне.

Все вернулись в фургон. Джарвин придал лошадям максимальное ускорение, чтобы они втащили весь состав в полосу антигравитации. Спутники крепко вцепились в свеже-наколдованные поручни и закрепили ноги, как показал им Джарвин. Не прошло и пяти секунд, как фургон прошел границу и отправился в свободное парение. Держаться пришлось куда крепче, потому что тела тоже норовили полетать. А падать потом никому решительно не хотелось.

Вскоре они почувствовали толчок и догадались, что Ама подтягивает всю их веселую компанию к выходу. Как только первые два коня коснулись копытами земли, они что есть мочи рванули вперед, но Джарвин вовремя их остановил, иначе они потащили бы за собой Аму. У Ли на миг возникло такое чувство, будто ее желудок упал на место. Сразу после этого в фургон заскочила перепуганная Ама.

– Ты как, малыш? – спросила ее Ли. – Испугалась?

– Ага. Только не левитации, а лошадей. Как представила, что они меня сейчас по полю поволокут, так мне дурно стало. Может, меня уже кто-нибудь отвяжет? А то вы таких узлов навертели, я сама не справляюсь.

Ли облегченно рассмеялась. Ама показала себя молодцом. А еще они добрались до территории Большого Испытательного Полигона, так что можно было временно выдохнуть: сюда отдел взыскания точно не сунется.

Ама выслушивала похвалы и благодарности от «экипажа», как мысленно называла их странную компанию Ли. И все-таки здорово, что им с Джарвином не приходится скрываться вдвоем. Она поначалу была уверена, что парой они куда быстрее бы исчезли из вида, но теперь осознала, что это не самое главное. Когда долго ведешь уединенный образ жизни, начинаешь по-настоящему ценить хорошую компанию.

Ама выскочила наружу, чтобы отвязать другой конец веревки от ведущего коня.

– Смотрите! – закричала она, – Скорее сюда!

Все высыпали из фургона, готовые к чему угодно. Ли проследила за рукой Амы, вытянутой в сторону зоны антигравитации, и с удовольствием расхохоталась. Остальные с не меньшим воодушевлением присоединились к ней.

Пугая мышей и отталкивая камушки, полосу антигравитации гордо пересекал огромный, наглый рыжий Плут. Он лениво греб лапами и перемещал свое роскошное тело в сторону фургона.

– Так и знал, что у него талант к левитации! – сквозь смех заявил Джарвин.

Плут степенно доплыл до границы, прыгнул на траву, добежал до Ли и по штанам забрался к ней на руки.

– Ну конечно, к кому еще идти! Не к тому же, кто тебя кормит? – возмутился Джар, пока Плут нахально и громко урчал на руках Лианеллы.

Вдали что-то громыхнуло. И еще раз. А потом раздалась целая кавалькада вспышек и взрывов.

– Испытания начались, – задумчиво отметил Старец.

– Начались, – так же задумчиво подтвердил Джарвин, – Может, пообедаем?

Все согласились. Действительно, отчего бы и не устроить пикник на испытательном полигоне? Ама тихонько присвистнула. Наверное, в очередной раз убедилась, к каким чудным спутникам ее забросила судьба.

Теперь уже развели костер. Разогревающие заклинания, конечно, хороши, но еда с ними получается какой-то другой. Не такой вкусной, что ли. Ли подсела поближе к Аме. После того, как она узнала правду о пустых, что-то в ней изменилось. Она стала внимательнее и трепетнее относиться к другим людям, чего раньше за ней не замечалось. А девочка и вовсе вызывала в ней целую бурю эмоций. До недавнего времени Ли даже и подумать не могла о том, чтобы стать матерью, но теперь вдруг представила себя с малышкой на руках. Правда, до малышки еще было далеко, а юная стиллер – вот она, совсем рядышком. Наверняка, испуганная и сбитая с толку. Лианелла даже подумывала о том, чтобы рассказать ей настоящую историю происхождения пустых, но вовремя передумала: ни к чему сейчас девочке новые переживания. Однажды она ей непременно расскажет. Однажды, но не сегодня.

Чувства-чувствами, а как быть милой с людьми Ли не знала. Она бы и хотела поддержать Аму, сказать ей слова утешения, но все, что приходило в голову, казалось ей пустым и нелепым. И потому она просто сидела рядом и подкладывала девочке еду, когда видела, что ее тарелка пустеет. После очередной добавки Ама не выдержала:

– Ли, ты меня так закормишь до потери сознания!

– Не вредничай, а ешь. У нас впереди сложный путь.

– А куда мы едем дальше? – спросила Ама, отставляя в сторону тарелку.

– Дальше мы будем искать проколы в пространстве и перебираться по ним до Квадратного города. А оттуда уже прямым путем махнем в Круглый, – ответил вместо Ли Джарвин, который тоже успел наесться и теперь жаждал общения.

– Но до Квадратного города чертова уйма километров! – воскликнула Ама, – Это сколько же мы будем до него добираться? И погоди-ка, неужели полигон такой огромный?

– А мои слова о проколах в пространстве тебя не смутили? Реальная площадь БИП-а куда больше, чем та территория, которую он занимает на карте.

– Как твои комнаты в фургоне?

– Именно.

Ли отметила, что Ама о чем-то напряженно размышляет. Потом девочка заговорила:

– Не могу припомнить ни одной технологии лицевиков, которая могла лечь в основу такого использования пространства.

– А в его основе и не технология, – вступил в разговор Старец.

– А что же? – спросил Иль?

– Книги фантастов. Особенно тех, кто далек от лицевой науки.

– А почему именно тех, кто от нее далек? – уточнила Ама.

Ей ответила Ли, которая все же решила поучаствовать в разговоре, хотя и не любила обсуждать убогость их мира:

– Потому что они ничего не смыслят в науке и могут опровергать все теории. Так рождаются идеи, которые можно воплотить только с помощью магии.

– Но разве магия не подчиняется законам науки? – осведомился Иль, – У нее же есть естественные ограничения, правила, в конце-концов.

Ли тонко улыбнулась:

– Единственные ограничения, которые есть у магии – это ваша вера и воображение. Или его отсутствие, в нашем случае.

– Подожди, я правильно понимаю, – уточнила Ама, – если бы лицевик мог владеть магией и выбросил из головы все законы своей науки, то он смог бы совершить невозможное?

Ли звонко рассмеялась:

– Знаешь, как сами лицевики называют такую ситуацию? Сферический конь в вакууме! – она отсмеялась и продолжила, – Но в целом ты права. Если бы кто-то обладал одновременно магией и воображением и смог бы развить в себе безусловную веру в возможность чего угодно, то да, он бы смог сделать невозможное. Вся хитрость в том, что возможное и невозможное – это только человеческие представления.

– Круто! – подытожила Ама.

Повисло молчание. Все погрузились в размышление о невероятном, пока Старец не нарушил тишину:

– А вы знали, что в каждом человеке, с какой стороны мира он бы ни был, в теории есть и воображение, и магия?

– Я об этом думал, – ответил Джар.

К его словам присоединились Иль и Ли. Ама неловко заерзала на своем месте:

– Что-то я не поняла. Это как же такое может быть?

Старец с удовольствием пустился в объяснения:

– И магию, и воображение стимулирует работа мозга. Наши ученые не слишком усердно его исследуют, да и лицевики пока не добились хоть сколько-нибудь внятных результатов. И не верьте тем, кто говорит иначе. Наш мозг таит в себе огромные возможности, только мы не имеем к ним доступа.

– Это очень странно, – заметила Ама, – Зачем нам такой мощный мозг, если мы не можем им пользоваться?

– На вырост, – ответил Старец, – По крайней мере, я так думаю. Человечество постепенно познает свои возможности и со временем откроет их целиком. Как младенец, который растет и с каждым годом умнеет.

– А почему бы сразу не сделать хорошо? – не унималась девочка, – Зачем нам так долго развиваться?

– А ты представь, что у младенца будет невероятная сила, такая, что он сможет мизинцем двигать горы. Представила? А теперь представь, сколько всего он разрушит, прежде чем научится держать ложку. Вот и человечеству сначала надо научиться держать ложку, а потом уже двигать горы.

– Это нечестно, – насупилась Ама.

– Не принимай близко к сердцу, это просто еще одна теория старого человека. Я вовсе не убеждаю тебя, что моя догадка – истина.

Ама притихла, осмысливая услышанное, а Ли поспешила перевести разговор в более материальное русло:

– Ладно, Старец, философия, конечно, прекрасна, но давайте о земном поговорим. Как мы планируем искать проколы? Или я опять все проспала?

– Тогда мы все проспали, – ответил Иль.

– Один я не спал, а работал, – весело отозвался Джарвин, – Я сделал проколоискатель.

– Что-что ты сделал? – вежливо поинтересовалась Ли, силясь не рассмеяться.

Джарвин покраснел и пробурчал:

– Проколоискатель. Как металлоискатель, только ищет проколы в пространстве. А еще он указывает направление, в котором ведет прокол.

– И ты его уже испытал?

– А ты часом не умеешь по запаху находить проколы? Как я могу испытать проколоискатель, если доподлинно не знаю, где находится прокол?

– Ну да. Извини, Джар, глупость сморозила. Но ты уверен, что он работает?

– Я верю, – подмигнул ей маг.

Если так, то и смысла в нем сомневаться нет. Несмотря на разницу в возрасте, Лианелла уже привыкла полагаться на Джара. Он ни разу в жизни не подводил ее. И потому был единственным человеком, которому она доверяла.

– Тогда поехали!

Все как по команде подскочили на ноги и отправились в сторону фургона. Джарвин замешкался:

– Подожди, Ли, тут загвоздочка небольшая.

– Это еще какая?

– Мой проколоискатель вряд ли что-то найдет изнутри фургона. С ним надо ехать верхом.

– На этом? – воскликнула Ли, указывая на их «коней апокалипсиса».

– Ну да, – еще больше смутился Джар.

И тут Ли вспомнила. Джарвин боялся лошадей до смерти. Когда она нашла его мальчишкой, у него было множество ушибов, а один, на спине, повторял форму подковы. Она никогда не спрашивала его об этом, но не единожды замечала, как он сторонится лошадей. Конечно, было жестоко просить его самому сесть на коня, да еще и на такого! Так что она приняла как можно более беззаботный вид и сказала:

– Замечательно, мне как раз не помешает развеяться. Давай сюда свою штуку, я поеду верхом. Седло мне только наколдуй.

– Два седла, – поправил Иль, – Я поеду с тобой.

– Это совсем необязательно, я и сама справлюсь.

– Не в моих привычках позволять женщине рисковать в одиночку.

– Я не женщина, я стиллер!

– Ты в отставке. Так что не спорь.

«И когда это мы перешли на «ты»?» – зло подумала Ли. Она не слишком любила новых людей, и неохотно впускала их в свою жизнь. И уж тем более не хотела привязываться к человеку, который просто доставляет их к своему капризному заказчику.

Джарвин выдохнул с облегчением и принялся ворожить седла. Вскоре все было готово, и всадники взобрались на первую пару лошадей. Остальные забрались в фургон.

– Выдвигаемся? – спросил Иль.

В ответ Ли только ударила лошадь по бокам.

Глава 12. Василиса

Василиса очнулась на диване в просторной комнате. Первое, что она ощутила – лист бумаги в руке. Аккуратно отключила себя от системы жизнеобеспечения и развернула листок. На нем забавным бисерным почерком были выведены слова: «Вася, с пробуждением! Ты отключилась в кафе, так что я привезла тебя к себе. Если ты нашла записку, значит, я еще сплю – появились срочные дела на Изнанке. В холодильнике полно еды, не стесняйся. Ключи на столике, если захочешь уйти. Свяжись потом со мной, я переживаю из-за твоего состояния. Вероника».

В голове все помутнело от того, каким заботливым тоном была написана записка. «Почему ты так не заботилась о моем брате, стерва?» – всплыла вполне привычная мысль. И следом обожгла горячая волна стыда. А что если его брат прав? Что если Ли и правда невиновна в гибели его пустого? От неопределенности тошнило. И то голода. Василиса снова посмотрела в записку: «В холодильнике полно еды, не стесняйся». Странно, насколько другим был почерк пустой. Ровные маленькие круглые буквы, не строчки – жемчужные нити. Настоящая Ли писала сбивчиво, с резким наклоном и острыми углами – черт ногу сломит!

Вальд заставил тело пустой подняться с дивана и идти на кухню. Холодильник, действительно, был забит до отказа. По типично мужской привычке он выбрал то, что можно было только разогреть в микроволновке без заморочек. После еды ему полегчало, и пустая вновь начала преобладать над ним. Раздвоенное сознание едва не сводило с ума, поэтому Вальд настроился и стал воспринимать себя, как Василису и даже думать о себе в женском роде: «я решила», «я сделала».

А решила Василиса для начала осмотреться в квартире. И сразу отправилась в ту комнату, где предположительно должна была спать Вероника. Она действительно оказалась там, за закрытой дверью. Лежала на спине идеально ровно, как оловянный солдатик, вытянув руки вдоль тела. Система жизнеобеспечения исправно работала. Комната оказалась непривычно уютной – у пустых квартиры обыкновенно создают впечатление легкой заброшенности, даже запах там другой. А здесь тонко пахло женскими духами и глаженым бельем. Везде стояли мелочи: фоторамки, статуэтки, игрушки. Кажется, Вероника проводит здесь много времени. О чем она думает? Забыла, как это опасно?

Голубые шторы были плотно закрыты, и в этом скудном свете девушка казалась такой маленькой, такой беззащитной, что Василиса не удержалась, присела рядом на кровать и кончиками пальцев погладила ее по щеке. И с удивлением подумала, что это тело куда больше подходит той Ли, которую они когда-то знали. Самоотверженная маленькая девочка, готовая спуститься в адское пекло ради других.

Василиса вскочила с кровати, заломила руки в отчаянии и принялась расхаживать по комнате. На Веронику старалась не смотреть. Казалось, будто комната сжимается, да что там, весь мир сжимается и грозит раздавить. Бежать, надо бежать из этой светлой прибранной квартирки! Бежать из того убежища, что создала себе Ли с риском съехать с катушек. Что она творит? Что она, черт побери, делает со своей жизнью, эта глупая упрямая девчонка? Почему она не сказала, что отдала приказ брату оставаться на позиции?

В опустошении Василиса опустилась на пол, слезы потекли по ее щекам. Злые, отчаянные слезы, которые много лет искали выхода в другом теле, а нашли здесь. В первые минуты они жгли, вызывали ощущение безысходности. Хотелось кричать, выплюнуть со всхлипами свою душу на пол, да и оставить ее так валяться. Но позже качели плача полетели в противоположную сторону, и слезы стали приносить облегчение, будто яд высасывали из раны.

Вдоволь наревевшись, Василиса поднялась и, не оглядываясь, вышла из комнаты, а следом и из квартиры. День перевалил за середину, и улица встретила ее ленивым зноем. Она уже знала эту дорогу, поэтому уверенным шагом отправилась мимо школьного забора к остановке маршрутного такси.

До дома она добралась с чувством опустошения, которое часто бывает после слез. Сама она, правда, этого не знала, и потому не могла объяснить собственной усталости после сна и сытного обеда. Василиса зашла в маленькую квартиру и с удовлетворением отметила, что эта куда больше походит на типичное жилище пустого. Неброская обстановка, дешевая мебель, слой пыли на полках и пустой, безликий запах с нотками сырости. Минимум личных вещей, и ни одной – глубоко личной. Ни фотографий, ни подарков. Валерика явно редко появлялась на Лицевой. Неизвестно, как она зарабатывала на Изнанке, но точно никакой активной торговли, и уж тем более с черного рынка, за ней не было замечено.

Василиса переоделась, достала из сумочки мобильный и набрала по памяти номер:

– Виктор, это вы? Я на точке, можете подъехать? Жду.

Разговор не занял и минуты. Василиса принялась бесцельно расхаживать по квартире. Ни сидеть, ни даже стоять на месте она не могла. Ждала звонка в дверь, прислушивалась к тишине, и все равно вздрогнула, когда он прозвучал.

На пороге стоял Виктор, а с ним и его коллега, Антон. Между ними безвольной тряпицей болталось тело.

– Вы зачем его приперли? – возмутилась Василиса, но поспешила пропустить мужчин с их ношей в дверь.

– Куда ложить? – басовито осведомился Антон.

– Класть. Вон туда, несите на кровать.

Они сгрузили тело Олега на указанном месте и, кряхтя, распрямились. Василиса вновь спросила:

– Так зачем вы его приволокли ко мне, да еще и посреди белого дня?

– Поступило сообщение из центра. Говорят, пустой готов к эксплуатации.