- -
- 100%
- +
Пролог
Прикрываясь рукой от острой каменной крошки, прижималась спиной к обвалившейся бетонной плите.
Влад сидел рядом. Весь потный и бледный от страха.
Сказать по правде, мне тоже было страшно. Но если мы хотим выжить, придётся это чувство засунуть куда поглубже.
Перезарядила обойму и щёлкнула затвором. Достала второй ствол и сунула его в руки Влада.
– Что? – он в ужасе посмотрел на меня, боясь даже дотронуться до пистолета. – Сбрендила совсем?
– Стрельба по-македонски не мой конёк, – улыбнулась ему, опускаясь ещё ниже. Влад застыл как вкопанный, пришлось вцепиться рукой в лацкан его кожанки и упрямо дёрнуть на себя, давая понять, что чем ближе к полу, тем безопаснее. – Мне нужно, чтобы ты их отвлёк.
– Я? – теперь в голосе парня таки сквозил дикий, панический ужас. Он готов был бросить этот пистолет куда подальше. – Ты же видела, что получается, когда я беру пистолет в руки!
– Видела. И что? – считала выстрелы, ожидая очередной передышки. Интересно, у них много патронов?
Пара оглушительных выстрелов, и на нас вновь полетели осколки бетона. Схватила Влада за волосы и прижала к своему плечу его голову, прикрывая ее ладонью.
– Я не стреляю в людей! – Влад вцепился в мою руку так, что у меня глаз задёргался.
– Им не обязательно знать об этом. Просто бери и стреляй. Куда попадёшь, туда попадёшь. Это уже моё дело, отстреливать неугодных, – чертыхнувшись про себя, передёрнулась: чуть не сбилась со счета. – У них сейчас кончатся патроны. Придётся перезаряжать. Вот наш шанс.
Влад нехотя взял пистолет в руки, будто он был чумной.
– Думаешь, мы выживем?
– У нас есть выбор?
Теперь стрельба стала кучнее. Наше укрытие скоро перестанет быть безопасным.
Закрыв глаза на секунду, собралась. Сейчас нужно вспомнить все, что я умею и просто спасти наши жизни, черт их раздери!
Холодные пальцы впились в мой затылок, едва захватывая коротко-стриженые волосы. Мягкие губы коснулись моих, вводя в настоящее оцепенение. Выдохнув, просто не могла поверить в то, что он решился это сделать.
– Теперь, похоже, сбрендил ты… – хрипло прошептала, вглядываясь в самые прекрасные глаза на свете. Даже сейчас от них веяло ароматом свежего, только что помелённого кофе.
– Просто мне показалось это хорошей идеей. Раз мы можем умереть…
Не дав ему договорить, обвила его шею свободной рукой и поцеловала в ответ. Страстно, жарко, наслаждаясь каждым мигом, каждой секундой. Ловя его дыхание, сохраняя нежное тепло тела.
– Умирать мы с тобой не будем, – счёт про себя подошёл к концу. Сейчас будет секунда или две передышки. – На счёт три?
– Э-э-э… – Влад растерянно посмотрел мне в глаза. – Раз, два и на три? Или раз, два, три, и только потом…
– Влад! Не будь идиотом. На раз, два, три. Готов?
Слабый кивок головы мало обнадёжил.
Раз.
Два.
Три!
Глава 1
В просторном кабинете было прохладно, несмотря на летнюю жару. Современный кондиционер отлично справлялся, выдавая порции морозного воздуха.
Я одёрнула рубашку и ещё раз придирчиво осмотрела свои ноги в довольно потрёпанных джинсах. Всё как всегда. Руки спокойно покоились на подлокотниках массивного кресла. Обстриженные под корень ногти казались неестественно розовыми в свете люминесцентных ламп.
Удивительно, антикварная мебель отлично сочеталась с ремонтом в стиле хай-тек и с самой современной техникой.
Долго он будет мариновать меня здесь? Условия неподходящие…
Стоило только подумать, как мужчина, дотошно ковырявшийся в моих бумагах, отключил кондиционер. Он взъерошил свои волосы ярко соломенного цвета и, скрестив руки на груди, откинулся на спинку офисного кресла, обитого тёмной кожей.
Начинается…
– Ермолина Таисия Вадимовна.
– Да, – я выпрямила спину и упрямо, с вызовом посмотрела в лицо собеседнику. Неужели он думает, что перед ним очередной вариант фитнес-ляльки?
– Досье у вас солидное. Рекомендации – мужчина демонстративно пролистал с десяток машинописных страниц, – выше всех похвал. Но есть пара вопросов.
– Тогда переходите к ним прямо сейчас. Время – деньги. – нарочито размяла шею и по привычке потёрла щеку, словно проверяла, всё происходит в реальности или это сон.
– У вас просто отменное резюме. Вы действительно говорите на стольких языках?
– Я в совершенстве знаю английский, немецкий, французский и испанский. Бегло говорю на финском, польском. Сносно говорю на китайском и арабском. Если хотите, то дерзайте, пройдитесь по всему списку. Но мне кажется, что лучше перейти к делу и не терять время.
– Können Sie mir bitte sagen… / Не могли бы вы мне рассказать…
– Ist es Ihr ernst? Meinе Zeit ist wertvoll! / Вы серьёзно? Моё время дорого стоит! – не дожидаясь вопроса, выпалила на чистом немецком.
Мужчина хмыкнул и с завидной лёгкостью переключился на английский:
– And yet answer the question. Why did you choose this profession? / И всё же я спрошу. Почему вы выбрали эту профессию?
– Does this look weird? / Это так странно?
– Just don't get me wrong but what about family and kids? / Не поймите меня неправильно, но как же семья и дети?
– Not all women dreams of diapers. Consider that my ego is the reason. / Не все женщины мечтают о подгузниках. Считайте, что всё дело в моём эго.
– Won't that be a problem for a customer? / У вас не было проблем с клиентами?
– No one complained. / Никто не жаловался.
Я начала заводится, но мужчина продолжил разговор, перейдя на французский. В голове была настоящая каша. Этот допрос начинал раздражать.
– Huit ans de travail impeccable… / Восемь лет безупречной работы…
– Vous faites exprès? Si j’étais un homme, vous m'aurez pris sans un mot, juste par les recommandations. / Вы специально? Если бы я была мужчиной, вы не глядя взяли меня. Достаточно было бы одних рекомендаций.
– Oui mais vous êtes une femme. Garde du corps – femme. / Да, но вы – женщина, женщина-телохранитель.
– Si ça vous pose un problème, embauchez un homme. / Если это проблема, возьмите мужчину.
– Moi, je l'aurai fait. Mais le client a spécifié qu'il veut une femme. Il a un mode de vie très particulier. / Я бы и взял, но заказчик хочет именно женщину. У него очень необычный образ жизни.
Возникла та самая неловкая пауза. Мужчина словно проболтался, нарочно или не специально, но он резво переключился на другую тему.
– Откуда такие знания?
Не забывая о достаточно мутном заказчике, хмыкнула и загадочно улыбнулась. Может я и выгляжу мужиковато, но это только на первый взгляд. Женского шарма совсем не лишена.
– У меня очень хорошие языковые способности. И дотошные родители
– А физическая подготовка?
– Олимпийская школа по лёгкой атлетике и классическая подготовка сотрудников МВД. Нормальных сотрудников, – сделала акцент, подчеркнув всю важность слова «нормальных». – Это тоже будем проверять?
– Обязательно, но только не здесь, – собеседник спрятал ухмылку в кулаке и вернулся к бумагам. – Всё будем проверять.
Поджав губы, воспользовалась передышкой. Они первые, кто не просил документы в электронном виде. Только бумага и оригиналы, никаких копий. Пришлось постараться, чтобы собрать характеристики и рекомендации.
Техника совсем не средневековая, напичкано всё будь здоров. Неужели начальник службы охраны не умеет пользоваться электронной почтой?
Или дело в другом?
– Кто вам сообщил об этой вакансии.
– Коллега, – уклончиво ответила, заметно напрягаясь.
– Из какой сферы коллега?
– МВД.
Такой ответ, похоже, устроил мужчину и он, морща лоб вернулся к первым страницам моего дела.
– Он вам не сказал, для кого мы ищем телохранителя?
– Нет.
Тут я не соврала, Жека подкинул мне неплохой заказ, но молчал как партизан. Только многозначительно закатывал глаза и отшучивался. Неужели очередная пакость? Или, судя по всему, что-то очень и очень серьёзное, раз так легко расстался с таким жирным заказчиком.
– Самиров Владислав. Двадцать шесть лет. Сын Самирова Андрея…
Я нервно облизала губы. Да уж, это имя у всех на слуху. Известный банкир, которого не так давно ограбили. Пощипали знатно. Вынесли столько нажитого непосильным трудом, что королева Елизавета рядом с ним бедная туземская девочка.
Значит, дело не в ограблении. Это предлог? Прикрытие? Ограбление вовсе не было ограблением, это лишь информация, которая была доступна СМИ, но не более того.
Интересно.
Папочка – мешок с деньгами, чем же сын не угодил? О нём я мало что слышала. Очередной мажор, прикуривающий тысячедолларовой банкнотой папиросу, скрученную из евро. Куча «тёлочек» и самая крутая тачка.
– И зачем ему охрана?
– Об этом позже. – мужчина захлопнул папку и оперся локтями на полированную столешницу. – Пожалуй, с вами можно пообщаться более тесно, в близком контакте. Вы отлично подходите на место в группе. Нам как раз нужна такая…
Тесный контакт. Ну-ну, плавали, знаем.
А насчёт такой – тут я напряглась. Какая такая?
–… девушка.
Я закатила глаза.
Похоже, мальчишка – сын заказчика – пересмотрел кино.
– Тесный… контакт. Шовинист, проклятый! – точные удары ногой выбивали всю скопившуюся за выходные пыль из потрёпанной боксерской груши. Цепи холодно позвякивали, Женя молча придерживал грушу, избегая неосторожных ударов.
– Да ладно тебе.
– Я не сявка какая-то! Восемь лет… – серия ударов до боли в ноге. – Восемь долбанных лет… – выпады и хлесткие звуки от ударов руками по твердой коже. – Близкий контакт…
Изогнувшись, коснулась ногой самой высокой точки груши и остановилась, обхватив ее руками.
Женя прятался. Кому как не ему знать, что бывает, когда я злюсь? Он выдержал только год совместной жизни, перейдя из разряда «потенциальный муж» в разряд «постоянный любовник без обязательств». Удобно нам обоим. Хотя он, по началу, был сильно против.
Но это и понятно: Женя до последнего хотел быть первым и лучшим, быть главным, сильным. Ему нужна была маленькая, слабая девочка.
Ухмыльнувшись, посмотрела на скучающего Женю. Выглядел он как всегда прекрасно. Идеально выбрит, аккуратная стрижка едва ли не на военный манер и немного надменный взгляд каре-зелёных глаз.
А ему вместо принцессы попался крепкий орешек, да такой, что не только зубы, но и рога обломает.
Финальный удар заставил Женю охнуть и покачнуться назад.
– Расслабился? – обнимая грушу, устало выдыхала. Злость ещё тугим клубком билась внутри. Не все я выплеснула.
– Нет, – мужчина схватился за грушу и внимательно посмотрел на меня. – О-о-о, да тут кузькина мать где-то зарыта? Что, спарринг?
– Чёрт с тобой… – махнула рукой и глубоко вздохнула. – Хочешь бока поразмять, вперёд. Только не бокс…
Теперь во рту чувствовалась странная, фантомная горечь. Ещё были слишком свежи воспоминания о моей возможной команде. Я буду самой слабой и жалкой на их фоне, именно это и вызвало у них здоровую долю скепсиса и ехидства. Если с двумя я точно бы справилась, то третий… Господи, таких громил ещё поискать нужно! И почему-то мои инстинкты подсказывают, что пободаться мне придётся именно с ним, современным Голиафом. Я была в этом уверена почти на сто процентов.
Боксом такого не возьмёшь.
Только хитростью.
Протянув руки Жене, терпеливо ждала, пока он не развяжет шнуровку. Наблюдая за ним, невольно почувствовала укол совести: отпускать его мне не хотелось. Я точно знала, что он был бы не против «окольцевать меня». Но это бы означало конец карьере, конец всему, к чему я так долго шла.
– О чем думаешь?
– Да ни о чем. Так, о глупостях всяких… – сняв перчатки разминала пальцы. – О тебе думала.
Женя улыбнулся и повесил боксёрские перчатки себе на плечо. Утирая пот с лица, натянул на себя маску самой невозмутимости. О, ее я хорошо знала.
– Жалеешь?
– Если только тебя. Угораздило же, – размяв пальцы, сделала пару расслабляющих махов руками и направилась к матам. Стянула кроссовки. Встав в защитную позицию, выдохнула. – Как там говорят, любовь зла?
– Я бы не сказал…
– Что зла?
– Что любовь.
Улыбнувшись, засчитала подкол. Женя разулся вслед за мной и расстегнул спортивную кофту. Оставшись в одной майке, дал мне вдоволь насладиться своим телом.
Ну вот и кто из нас тут главная заноза?
– Что тебе не даёт покоя? – Женя расслабленно повёл плечами и зажмурился на короткое мгновение. – Что не так в этой работе?
– Все не так. Все. Команда, их шеф – начальник охраны, да и сам объект оставляет желать лучшего.
– Чем тебе не нравится богатый до неприличия бизнесмен?
– Мне не нравится быть игрушкой для инфантильного сынка.
Глаза Жени удивлённо округлились.
– Что? Ты не знал? Меня берут для защиты Владислава. Судя по информации во всемирной паутине, репутация у него не очень.
– Боишься, что полезет к тебе в трусы?
– Вот ещё! – напряжённо смотрела на Женю. Пусть наш разговор был размеренным и неторопливым, но мы на матах, а это означает, что жди удара в любой момент. – Этого я совсем не боюсь, потому что грош мне тогда цена. Я боюсь, что дело пахнет жареным, а когда клиент не адекватен, это только прибавляет проблем. После разговора с начальником охраны, поняла, что этот «золотой» мальчик сам большая ходячая проблема. И они сами не в силах справиться с ней.
– А у тебя выйдет?
Резкий захват не сбил меня с толку. Я почувствовала, как легли руки Жени мне на затылок. Сгруппировавшись, выставила локти, блокируя удары коленом. Один, второй. Выдерживая ритм, молча терпела и даже не вырывалась. Мне хватит всего секунды. Бесконечно наносить мне удары Женя не сможет.
Сжав зубы, подпитывала болью здоровую злость.
Вылучив момент, подхватила его колено, приподняла на себя и сделала бросок через бок. Затем на болевой. Сначала колено, затем завернула руку.
Давай же. Долго не выдержишь. Я же знаю.
Ты не марафонец.
Скорее спринтер.
Два коротких удара по прохладному мату вызвали у меня довольную усмешку. Отпустив Женю, встала с колен.
– Ну что? – протянула руку. – Второй заход?
– Как я тебе? – сморщив лоб, скептически разглядывала себя в зеркале.
– Сойдёт.
От приятного свежего запаха, будоражащего меня, пришлось невольно скосить глаза и посмотреть на Женю. Он только вышел из душа, даже вытереться толком не успел. Коже блестела мелкими каплями воды, а влажные короткие волосы торчали смешным ёжиком. Прикрывшись полотенцем, Женя ехидно поглядывал на меня.
– В смысле сойдёт?
– Выглядишь нормально. Обычно. Должна как-то по-другому? Или ты хочешь произвести впечатление.
– Пф! – фыркнула под нос, поправляя идеально приглаженные волосы. – Вот уж точно, что мне совсем ненужно, так это производить впечатление своим внешним видом.
Убеждать надо делом, а не словами и дешёвыми эффектами. Но это я уже продумала про себя.
– Ты слишком грубая.
– Что? – задумавшись о своём, пропустила слова Жени мимо ушей.
– Грубая, говорю, – он медленно подошёл ко мне, пробуждая прямо-таки зверский аппетит. Это все нервы. – И строгая. А тебя не такой хотят видеть.
Женя склонился ко мне и оглушающе громко поцеловал ухо. В голове стрельнуло, дёрнувшись, отпрянула вбок.
– Это ты хочешь, чтобы я была другой.
– Послушай… – мужские руки скользнули по моей шее и упрямо вцепились в воротник белоснежной рубашки. – Ты что, алкоголик? Ты не на светский раут идёшь, и даже не на собеседование. Расстегни верхнюю пуговицу, на тебя больно смотреть. И волосы… – теперь меня дёрнули за косу, стягивая резинку. – Прилизалась так, что ужас.
Я ловко перехватила руку Жени и упрямо посмотрела ему в глаза.
– Тебя, считай, и так уже взяли, не дураки же они. Только ты начала опять возводить возле себя неприступную стену.
– Я?! – мой удивлённый выкрик сдал меня с потрохами. – Почему я должна оправдываться и соответствовать их глупому образу? Почему я иду на ступень ниже только потому, что я женщина? Я не просила у них ничего. Но можно было отнестись ко мне, как к профессионалу, а не как к тупой бабе. Я уж уверена, что тебя на собеседовании про подгузники не спрашивали ни разу. Словно… словно всё то, что написано в моём резюме, все те характеристики – это… это… – мне впервые не хватало слов.
– Ну вот придёшь и докажешь им, что они не правы. Пока они видят хорохорящуюся, миловидную блондинку. И выглядит это действительно глупо. Просто будь собой… – мягкий и очень нежный поцелуй в висок пыла не остудил. – И всё получится, я уверен. В том, что тебя возьмут, я не сомневаюсь. Ты справишься. Выдохни.
Поджав губы, окинула себя критическим взглядом. Женя в чём-то прав.
– Ты же очень хочешь это место?
– С чего ты взял? – лениво скользнула взглядом по собственному отражению. Волосы. С ними нужно что-то делать. Растрепала косу.
– Ну… Хотя бы с того, что ты уже которую ночь не спишь. Твои оперские гены дают знать. На самом деле это не очень хорошо, но ты и сама это прекрасно понимаешь. Твоя задача беречь жизнь, а не устранять проблему. Та работа уже давно в прошлом. Забудь.
– Как можно сберечь жизнь, если не знаешь от чего или кого спасать? Это мне и не нравится: я устраняю последствия, когда причина так и остаётся. Никак не могу отделаться от этого гадкого ощущения, что у меня связаны руки.
– Значит, очень хочешь на это место.
Протяжно выдохнула и оставила волосы в покое.
– Очень хочу. И хочу как раз из-за того, за что ты так меня любишь ругать.
– Угу, любопытство кошку сгубило, – Женя больно упёрся подбородком в моё плечо, пристально уставившись в зеркало на наше отражение. – Тебя сегодня не ждать?
– Не знаю. Что за проверку они там затеяли? – мои губы аж побелели от напряжения. – Просто на самом деле всё очень и очень странно.
– Что будет?
– Огневая.
– Это без проблем, а ещё?
– Какая-нибудь каверза, нутром чувствую. И эта проверка напрягает ещё больше. Впервые такое на моей памяти. Поэтому меня всё так заводит! – вспылив, завязала волосы в высокий конский хвост. – Сам же говорил, что это не моя работа, а теперь из меня посмешище сделают…
– Вовсе не посмешище. Тебя сам Жук рекомендовал.
От этого всё упало. Краска залило лицо, а в глазах предательски закололо. Только этого не хватало!
Именно из-за этой скотины я и уволилась из органов. Бороться с этим замшелым, тупоголовым бараном сил и желания не было. Он всегда относился ко мне предвзято. Все дежурства – мои. Кто виноват – Тая! Кто дело запорол – Тая! Он реально сожрал меня. Поэтому, когда появилась перспектива попасть в другое место, я, скрепя сердце и сжав зубы, ушла.
– Сказал, что если тебя не возьмут, то они -…
Коронные непечатные выражения подполковника Жукова ещё не успели выветриться из моей головы.
– И отказался я по одной простой причине: ты им лучше подойдёшь. Так что я тебя не узнаю: чего это ты нос повесила?
– Значит, женщину они и не хотели брать?
– Нет, не хотели.
– Почему мне сразу всё не рассказал?
– Ты бы мне башку открутила.
– А сейчас, значит, не откручу? – сжав кулаки, недовольно посматривала на Женю.
– Нет, не открутишь. Им нужна женщина, женщина – профессионал. И ты – такая. Не думаю, что в охране у них одни тупицы, – подарив мне два жарких поцелуя, Женя, сверкнув глазами, хрипло пробормотал на самое ухо: – Не посрами нас, Тая. Утри всем нос. Даже если тебя этот Голиаф размажет по полу, проиграй ему достойно.
Да, мужская поддержка – она такая…
Окрыляет.
– В каждом десять патронов, – мужчина выкладывал передо мной три магазина от знакомого ИЖ-а.
Значит, будет три захода.
И не по шесть, как обычно, а целой обоймой. Выдохнув, посмотрела на мужчину. Молодой, высокий и приятной наружности. Даже немного куцая борода его не портила.
Я его изрядно веселила, было видно по глазам: ему очень хотелось что-то ляпнуть, но он сдерживался, придавая себе серьёзный вид. Мужчина даже пытался мне помочь с креплением кобуры, но хватило лишь взгляда.
Чёрт дёрнул послушаться Женю, и теперь я выглядела как кукла. Вместо брюк надела юбку, а привычные кроссовки заменила удобными спортивными туфлями. Собранные в хвост в волосы и лёгкий макияж и того сбивали толку.
Привычно крепя поясную кобуру, успела сто раз пожалеть о своей слабости и глупости.
Бросив косой взгляд на мужчину, увидела на его лице широкую улыбку. Она была очень добродушной, но злила от этого не меньше.
– Позвольте, хочется помочь такой милой даме…
Пропустила эти слова мимо ушей, просто не позволяя себе злиться. Всё будет потом. Ведь огневая – это не конец, потом пар спущу. Сейчас нужно быть предельно собранной.
– Так вот, чтобы не испортить вашу причёску, – мужчина весьма любезно надел на меня защитные наушники. – Стрельба по неподвижной, затем по появляющейся и стрельба с места из разных положений. Ферзь сказал, что вам будет достаточно шестидесяти восьми процентов…
– Двести четыре очка? – строго перебила своего лебезившего контролёра.
– Ага, двести четыре. Хорошо считаете.
Натянула наушник, не желая больше слушать эти разглагольствования.
Шестьдесят восемь!
Триста я не выбью. Но вот двести восемьдесят можно.
Лампочка замигала красным, и я принялась за своё любимое и привычное дело.
Ферзь… Именно так назвал этот мужчина своего начальника. Ферзём.
Необычно.
Закинув на плечо сумку со сменной одеждой, уверенно шла за провожатым. После огневой он вдруг перестал пошучивать надо мной, а улыбка так и вовсе исчезла.
Хм, я так плохо отстрелялась? Результат мне не сказали.
Хорошо освещённый спортивный зал встретил меня новыми лицами. Здесь был знакомый мне начальник охраны, смазливый красавчик, от которого при первом взгляде начинало тошнить – слишком слащавый, и красавец-бугай, испугавший ещё на собеседовании.
Тогда он просто вошёл в кабинет по какому-то вопросу.
И у меня всё упало, как только я его увидела. Под два метра, косая сажень в плечах и пудовые кулаки.
Чёрт, зачем им охрана, если можно такого громилу поставить рядом с этим Владом? Никто и близко не подойдёт! Это же самоубийцей надо быть, чтобы нарываться на такие неприятности.
– Семён Евгеньевич, – густой и приятный бас вызвал целый град мурашек.
Инстинктивно вжавшись в кресло, я отвела взгляд.
– А это кто?
– Потенциальная новенькая.
Меня смерили любопытствующим взглядом. Комментариев не последовало, просто дверь негромко закрылась, и мы вновь остались вдвоём.
Да, здесь, в зале, этот Голиаф выглядел ещё страшнее.
Мой сопровождающий оставил меня у пустой скамьи, а сам направился к начальнику, собираясь тому что-то шепнуть на ухо. Перебросившись парой фраз, на меня стали смотреть так, что внутри всё затрусилось. От волнения взмокли руки, а во рту пересохло.
Я смотрела на четверых мужчин и лихорадочно соображала, что же будет дальше? Что на этот раз?
Потянув на себя «собачку» молнии на сумке, вдруг услышала обрывистую фразу:
– Оставьте.
Вот. Началось.
Толкнула сумку к стене и неспешно подошла к мужчинам. Интересно, они специально в ряд выстроились? Или это привычка такая?
Самый высокий – Голиаф, потом смазливая мордашка и начальник. Хохмач-бородач шёл последним, он был выше меня всего-то на полторы головы.
Мда.
Нет, на рост я никогда не жаловалась, но сейчас очень жалела, что у меня не метр восемьдесят, а всего лишь каких-то метр семьдесят два.
– Ваша одежда идеально подходит.
Под ехидные взгляды осмотрела себя: приталенный пиджак, рубашка, юбка выше колена с запахом и новенькие туфли на небольшом каблуке.
– Да?
– Да, пусть всё будет как в настоящей жизни. Вы на работе и вашему клиенту угрожают.
Поджав губы, сдерживала злость на толстой цепи.
– Кто угрожает? – мой вопрос никого не удивил. Даже когда вперёд вышел этот Голиаф, я не смутилась. Очень и очень ожидаемо, даже предсказуемо. Посмотрев начальнику охраны в глаза, ничуть не смутилась. – Он?
– Пусть будет он. А клиентом выступит… Максим, давай ты, – вслед за Голиафом вышел красавчик. – Ваша задача – довести клиента до указанной точки.
Я обернулась: дальше, за матами стоял стул, видимо, изображавший автомобиль.
Красавчик стал возле меня, Голиаф отошёл в сторону, остальные – сели на скамью.
Типичная ситуация. Выйдя чуть вперёд, мельком осмотрелась: кругом маты, тренажёры далеко, рядом только вторая скамейка, на которой осталась моя сумка и голая стена. До импровизированного автомобиля метров десять. Это не очень много, но с таким противником можно считать, что километр.