Узники чужого мира

Гера закрыл крышку ноутбука, встал из-за стола и тяжело опустился на кровать. Он лёг на спину, уставившись в потолок. В тишине квартиры слышался только мерный стук стрелок настенных часов.

На следующее утро Гера проснулся от звонка будильника. Глянув на экран телефона — «07:00», — он протяжно вытянулся и с неохотой вылез из тёплой кровати. Быстро собравшись, Гера выскочил из дома и отправился на метро до колледжа. Поток спешащих на работу людей, шум эскалаторов и привычный городской гул окончательно вернули его в реальность.

Придя в учебный корпус, он поднялся на свой этаж и прошёл в кабинет. В аудитории было пока пусто и тихо. Гера сел за свой привычный стол у окна, достал конспекты и тетради, разложил их на деревянной столешнице и глубоко погрузился в учёбу, начав читать и готовиться к предстоящему экзамену.

Через двадцать минут в коридоре зашумели первые студенты, а в дверь кабинета заглянули Лиза с Женей. Девочки выглядели уставшими после вчерашнего клуба, но вполне довольными.

— О, наш профессор уже на посту! — с лёгкой улыбкой протянула Лиза, подходя к его парте. — Ты вчера много потерял, тусовка была огненная.

Гера оторвался от конспекта и окинул Лизу и Женю внимательным взглядом.

— А Лиля где? — спросил он, нахмурившись. — Вы разве не вместе пришли?

Ребята переглянулись, и улыбка с лица Лизы мгновенно сошла.

Женя замялся, почесав затылок:

— Слушай, Герунчик, мы думали, она к тебе уехала… В клубе где-то в районе двух ночи она сказала, что устала и хочет домой. Вышла на улицу вызывать такси. Мы с Лизкой отвлеклись, а когда вышли — её уже не было. Подумали, машина приехала и она утихаря утащилась спать.

— В смысле «утихаря»?! — Гера резко встал из-за стола, отчего ножки стула с оглушительным скрипом проехались по линолеуму. — Нам с ней в одну сторону! Дома её не было, я только что оттуда!

Гера судорожно вытащил телефон и набрал номер сестры. В трубке вместо привычных гудков раздался сухой механический автоответчик: «Абонент находится вне зоны действия сети».

— Так, без паники, — попыталась успокоить его Лиза, но сама заметно нервничала. — Может, у неё просто батарейка села?

— У Лили вчера полная зарядка была, — отрезал Гера, чувствуя, как внутри нарастает страх. — Женя, вспомнить можешь? Она с кем-нибудь уходила? Ловила «попутку» на дороге?

— Да я не помню… Мы вчера перебрали, и я вообще мало что помню, — честно признался Женя, нервно проводя ладонью по лицу и избегая прямого взгляда Геры.

— Перебрали они… — сквозь зубы процедил Гера.

Гера на ходу застегнул молнию рюкзака и пошёл к выходу из аудитории.

— Эй, профессор, ты куда? Сейчас же препод придёт, экзамен! — крикнул вдогонку Женя.

— К тому особняку, — не оборачиваясь, бросил Гера. — И если вы хоть немного соображаете, поедете со мной.

Женя тяжело вздохнул, вытащил из кармана гремящую связку с брелоком и поплёлся за ним:

— Ладно, погнали. Только если нас оттуда ППСники заберут за взлом, Гера, ты сам им про свой архивный бред рассказывать будешь.

Они выбежали из здания учебного корпуса на улицу. Женя с щелчка снял сигнализацию, они набились в салон, и машина с надрывным рёвом мотора выскочила на проезжую часть, двигаясь в сторону старого переулка.

Пока Женя крутил руль, ругаясь на пробки и ямы, Гера достал свой телефон и принялся судорожно искать в контактах номер Дениса.

Через пятнадцать минут «шестёрка» с визгом тормозов замерла в знакомом глухом дворике. Особняк Врангеля стоял всё таким же мрачным, чужеродным массивом среди московских подворотен. Во дворе стояла звенящая тишина — ни машин, ни прохожих. Главная дубовая дверь была закрыта, а на массивной петле висел тяжёлый навесной замок.

— Жень, у тебя в багажнике есть монтировка или хотя бы крепкая отвёртка? — Гера поднял глаза на друга. В его голосе не осталось и капли прежней неуверенности.

— Ты сдурел? — Женя диковато оглянулся на пустующий переулок, словно ожидая, что из-за угла вот-вот выедет милицейский «УАЗик». — Это же статья! Хулиганство с проникновением!

— Моя сестра пропала! — Гера сделал шаг к Жене, и тот впервые увидел в глазах обычно тишайшего зубрилы такую тёмную ярость, что отступил на полшага.

— Ладно, ладно, хорош греметь… — Женя полез в карман за ключами. — Сделаем. Только без шума.

Пока Женя гремел железом в багажнике, Лиза подошла к фасаду особняка. День был жаркий, сухой, но от старой кирпичной кладки веяло странным, почти подвальным холодом.

— Почему мы вообще приехали сюда? С чего ты взял, что она здесь? — почти шёпотом спросила Лиза, оглядываясь на пустой переулок.

— Вчера я вскрыл старые архивы, — тихо, но с какой-то пугающей уверенностью ответил Гера, не сводя глаз с тёмной дубовой двери. — Там я увидел… будто бы нас. Но немного в старом времени. Описи, портреты пропавших в 1782 году. И ещё гид этот странный…

К разговору подключился Женя, нахмурившись и перекладывая тяжёлую стальную монтировку из руки в руку:

— Ты до сих пор веришь этому сказочнику? — с раздражением выдохнул он. — Герунчик, ты переучился, реально. Насмотрелся на ночь глядя старых картинок в интернете, а теперь у тебя везде заговор и мистика.

— Ладно, — буркнул Женя, делая шаг к двери. — Сейчас залезем, перевернём там всё, убедимся, что Лили тут нет, и ты звонишь в ментуру. Договорились?

Он поддел изогнутым концом монтировки массивный навесной замок. Металл должен был сопротивляться, скрипеть и гнуться, но вместо этого замок со странным, глухим щелчком… просто рассыпался. Не сломался, а осыпался мелкой сухой ржавчиной, словно висел на этой петле не пару десятилетий, а по меньшей мере лет двести.

Женя от неожиданности чуть не выронил монтировку и растерянно посмотрел на свои измазанные рыжей пылью пальцы.

— Нифига себе… — выдохнула Лиза, ещё сильнее сжав плечи. — Он же вчера целым был…

Гера не стал ничего ждать. Он шагнул вперёд, потянул на себя тяжёлую дубовую дверь, и она отворилась без единого скрипа.

Пахло уже не просто сыростью. В воздухе отчётливо витал стойкий запах крови, прогорклого воска, сырой земли и… чего-то слабо парфюмерного, до боли знакомого.

— Это Лилины духи, — шёпотом произнёс Гера, включая фонарик на своём кнопочном телефоне. — Сладкие, земляничные. Запах ещё свежий.

Слабый лучик света выхватил из темноты трухлявую лестницу, уходящую вниз. И на первой же ступеньке, прямо в серой пыли, чётко отпечатался одинокий след женского каблука.

Гера первым шагнул на трухлявую лестницу, аккуратно переступая через прогнившие доски. За ним, держась за стены и непрерывно оглядываясь, спустились Женя и Лиза.

Внизу стояла тяжёлая, натянутая тишина, прорезаемая лишь мерным кап-кап-кап.

— Лиля! — вполголоса крикнул Гера, но звук тут же вязнул в сырых каменных сводах. — Лиль, ты здесь?!

Ответа не последовало. Зато из глубины коридора, прямо из того тупика, где вчера стояла кирпичная стена, донеслось странное, сбивчивое шуршание. Будто кто-то ногтями и железом драл сухой камень.

— Тсс… — Женя сжал монтировку крепче и выставил её перед собой. — Там кто-то есть.

Они медленно двинулись на звук. Гера посветил телефоном вперёд. Лучик света скользнул по полу и выхватил сгорбленную фигуру, сидящую на коленях прямо в грязи у стены. Это был Денис.

Гид выглядел жутко: куртка сорвана, рукава испачканы рыжей кирпичной пылью и подсохшей кровью, а пальцы с содранными ногтями хаотично впивались в кирпичную кладку. Он не обращал никакого внимания на вошедших и что-то непрерывно бормотал себе под нос, словно заведённый.

— Денис? — Гера сделал шаг вперёд, осторожно касаясь его плеча. — Денис, ты чего?! Ты видел мою сестру?!

Гид резко вздрогнул и повернул к ним лицо. Его глаза были широко распахнуты, зрачки расширены до предела, а губы дрожали.

— Семнадцать… — прошептал он сухим, надрывным голосом, даже не узнавая Геру. — Семнадцать восемьдесят два… Семнадцать восемьдесят два…

— О-о, хорошо, я не гранит наук, а то бы так сидел сумасшедше, — выдохнул Женя, качая головой.

— Да тише ты, — перебил его Гера, слегка заслонив друга плечом, и снова опустился к гиду. — Денис, это мы. Ты нас узнал?

— Семнадцать… — сухими губами прошептал гид, глядя сквозь них в темноту открывшегося прохода.

— Мда уж. И зачем мы опять сюда пришли… — снова пробормотал Женя. Он достал из пачки сигарету, щёлкнул зажигалкой и лениво закурил, выдыхая сизый дым в прохладный воздух подвала. Огонёк на конце сигареты ярко вспыхнул в темноте.

Но Денис лишь смотрел в стену, повторяя одно и то же.

— Пойдёмте, — Лиза взяла его под руку, и ребята спешно вышли наверх.

Выскочив из холодного подвала на свежий воздух, они остановились во дворе, чтобы перевести дыхание. Дениса буквально вытащили под руки — он шёл на автопилоте, уткнувшись взглядом в землю и тихо бубня себе под нос те же самые цифры.

Женя глубоко затянулся сигаретой, смахнул пепел и нахмурился:

— Так, и что дальше? Гид окончательно съехал, а Лили всё ещё нет.

Тут на телефон Лизы пришло СМС от Светы. Она открыла его, пробежала глазами по строчкам и растерянно посмотрела на парней.

— «Лиз, это Лиля, а где все? Я одна как дура тут сижу? Препод спрашивает», — зачитала вслух Лиза и тут же окликнула задумчивых ребят: — Гера, сестра нашлась! Она в учебке!

— Вот зачем? Зачем вам вообще телефоны, если вы никогда не отвечаете?! — выругался Гера, выдыхая скопившееся напряжение.

— Ну вот и хэппи-энд, — докурив сигарету и щелчком выбросив бычок, ухмыльнулся Женя. — Садитесь в машину, погнали отсюда.

— Вы идите, я сейчас, — бросил Гера и снова подошёл к Денису.

— Что с вами случилось? — тихо спросил Гера, наклонившись к нему. — Почему вы твердите одну и ту же дату?

— Семьдесят… Найди их… Опасность… — надрывно прошептал Денис, подняв на него мутные глаза.

— Я вас не понимаю. Кого найти? Кому грозит опасность?

— Людям. Кровь. Боль, — Денис дрожащим пальцем указал на темнеющий фасад особняка.

— Там никого нет, — качнул головой Гера. — Мы только что оттуда.

— Видел… семьдесят… — продолжал бессвязно бубнить Денис.

Из машины с открытой дверью выкрикнул Женя:

— Эй, Шерлок Холмс! Ты или садись, или тащись на метро!

— Да иду я! — отозвался Гера, а затем обернулся к гиду: — Вы идите домой. Тут правда ничего нет.

Гера уже развернулся, чтобы уйти, но Денис неожиданно схватил его за руку. Пальцы гида мёртвой хваткой впились в запястье:

— Кровь!

Гера с силой выдернул руку, чувствуя, как по спине пробежали мурашки, и спешно побежал к машине. Хлопнув дверью, он сел на заднее сиденье, и машина выскочила из мрачного двора на проезжую часть.

— Жень, сделай тише. Вчера вечером я нашёл данные об этом доме, — продолжил Гера.

Женя прокрутил еле поддающуюся тугую кнопку громкости на магнитоле.

— И? — спросила Лиза, подавшись вперёд между передними сиденьями.

— Ну так вот, там были данные о людях…

— Ну конечно, это же история дома. Логично, что там были люди, — подстегнул Женя, крутя руль одной рукой.

— Да нет, Жень. Там будто бы были мы. Только одетые в старую одежду и немного другие лицом… Но наши родинки, шрамы — всё совпадает.

Женя усмехнулся и качнул головой:

— Ну, предки, у всех бывает такое сходство.

— Сразу у четверых? — Гера пристально посмотрел на него через зеркало заднего вида. — С теми же именами, шрамами и родинками? В одном и том же архиве 1782 года?

— Герыч, и ты туда же, вслед за фриковатым гидом? — Женя усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.

— Да говорю тебе, это правда! — Гера подался вперёд, сжав телефон в руке.

Женя лишь закатил глаза, всем видом показывая, что считает это полным бредом.

— А с чего ты взял, что это именно мы? Как это вообще может быть? — с неподдельным интересом спросила Лиза, переводя взгляд с Геры на Женю.

— Ну-у, начинается… — процедил Женя с явной раздражительностью и потянулся за очередной сигаретой, щёлкая зажигалкой. В салоне снова поплыл дым.

— Ну… узнал только по этим моментам. Родинки, шрамы… — Гера замялся, понимая, насколько безумно это звучит.

— А что ещё было сказано? — тихо спросила Лиза.

— Что эти люди были узниками, — выдохнул Гера. — Их держали где-то в Карелии. А после… после они все исчезали. В один день.

— Карелия? — Женя резко нажал на тормоз на светофоре, отчего машина дёрнулась. — И при чём тут этот заброшенный особняк в Москве? Герунчик, твои архивы точно не от той травы, которую Денис курит?

— Тот дом… — Гера посмотрел в окно, на проплывающие мимо старые московские улочки. — Он принадлежал семье Врангеля. Той самой, что владела и теми казематами на Севере.

— Да хорош уже, а? Я всё понимаю, у нас не сложилась экскурсия, за которую мы отвалили кучу бабок. Вернул — и на том спасибо. Но вот эти ваши «научные факторы» уже поперёк горла стоят. В древности каких только безумцев не было! — проворчал Женя, давая понять, что разговор ему совершенно не интересен.

— Почему вы не верите? Это же всё так интересно! — воскликнул Гера, откидываясь на сиденье.

— Зануда.

Женя резко остановил машину и первым вышел на улицу.

— Пошлите. Экзамены сдадим, а после — отметим! — бросил он, хлопнув Лизу по пятой точке, когда она проходила мимо него.

Лиза вскрикнула от неожиданности.

После этого они зашли в кабинет, где проводили экзамен по истории искусств. Атмосфера была напряжённой. За длинными столами сидели студенты, уткнувшись в листы бумаги.

— Извините, можно? — Лиза прошептала учителю, приоткрыв дверь.

Учитель, пожилой мужчина с густыми седыми бровями, оторвался от проверки работ.

— Свердлова, даже здесь умудрилась опоздать, — буркнул он. — Проходи, готовься.

Лиза проскользнула через дверной проём и сразу увидела Лилю, которая уже сидела за партой. Она быстро села рядом с ней. Следом за Лизой пролез Женя, пытаясь быть максимально незаметным, а за ним зашёл Гера.

— Таринов, ты как всегда, — учитель снова буркнул на Женю. Тот лишь пожал плечами и сел на свободное место. — Щедров, а ты-то куда? — удивился учитель, глядя на Геру.

Гера был отличником, и его опоздание было полной неожиданностью.

— Извините, — лишь произнёс тот, опустив голову. Он чувствовал, как краснеет. Все взгляды были устремлены на него.

— Не ожидал… Ну, проходите, садитесь, готовьтесь, — учитель покачал головой и вернулся к своим делам.

Гера прошёл к парте и сел рядом с Женей.

На столе перед каждым лежали билеты.

— Ты чего на телефон не отвечала? — тихо спросила Лиза, покосившись на преподавателя.

Лиля виновато пожала плечами:

— Я его, кажется, потеряла. То ли когда мы были в клубе, то ли в доме.

— Вчера в клубе его у тебя с собой уже не было, — покачала головой Лиза. — Я помню, ты ещё просила меня время посмотреть.

— Вот блин… Значит, скорее всего, в особняке. Родители убьют меня за него, они всю зарплату отдали за этот телефон! Это же «Нокиа» последняя!

— Когда мы пошли тебя искать, Гера зачем-то нас повёл туда, — зашептала Лиза ещё тише. — Уверял, что ты там. Но ни телефона, ни тебя мы не нашли.

— Нужно после экзамена сходить туда, — решительно сказала Лиля.

В этот момент тишину кабинета нарушил резкий звук. Учитель с силой хлопнул ладонью по столу, заставив всех вздрогнуть.

— Свердлова, Щедрова! А ну тихо! — рявкнул он, глядя на подруг поверх очков. — Всё обсудили? Следующими отвечать пойдёте! Готовьте билеты!

— Достал… Хорошо, что со следующего семестра нас переводят к другому учителю, — усмехнулась Лиза, быстро дописывая тезисы на черновике.

После окончания экзамена, получив свои зачёты, вся компания вышла на крыльцо и направилась к Жениной машине.

— Ну что, отмечать? — азартно блеснул глазами Женя, доставая ключи. — У меня предки как раз на дачу уехали, а в подсобке стоит куча игристого.

— Милый, у Лили пропал телефон, — Лиза, подойдя ближе, мягко облокотилась на Женю и снизу вверх посмотрела ему в глаза. — Она утверждает, что он остался в том доме. Съездим на часок-другой?

— Да опять вы за своё! — буркнул Женя, но, глядя на щенячьи глаза своей девушки, быстро сдался. — Ладно, ладно, садитесь, съездим в этот ваш особняк. Но после — сразу ко мне на вечеринку, идёт?

— По рукам! — Лиза приподнялась на цыпочки и поцеловала его в губы.

Ребята уселись в салон, и, как только загремел мотор, Гера повернулся к сестре и начал её отчитывать:

— Ты меня напугала! Почему домой ночевать не явилась?!

— Прости… Я поехала к подружке, она там с парнем сильно поругалась, и я приехала её поддержать! — виновато выдохнула Лиля.

— Могла бы написать от неё или позвонить с её телефона! Мы уже бог знает что подумали!

— Ну не дуйся, — мягко сказала Лиля и подтолкнула Геру локтем в бок. — Главное же, что всё нормально!

Дорога до старого района затянулась. Мелкий дождь стучал по стеклу, дворники со скрипом гоняли грязную воду, а Женя всё сильнее давил на газ. Ему хотелось поскорее найти телефон и уехать отмечать.

— Лиль, ты уверена, что…

— Да уверена я! — перебила Лиля. — Мы же перед клубом там крутились. Я точно помню, как у меня что-то выпало из кармана!

— На дорогу лучше смотри, Гонщик! — нервно сказала Лиза, когда Женя снова резко вильнул, обгоняя грузовик.

— Да всё под контролем, Лиз, не ссы! — хмыкнул Женя, крутя руль. — Сейчас быстро заскочим, заберём эту трубу и…

Всё произошло за долю секунды.

На узком повороте к промзоне, прямо перед заброшенным особняком, из густого тумана на встречку вылетел тёмный грузовик. Он нёсся на бешеной скорости.

Женя заорал и со всей силы ударил по тормозам.

Удар был страшным.

Металл смяло, как фольгу. Лобовое стекло разлетелось на тысячи осколков, которые впились в лица и руки. Раздался громкий хруст костей, чей-то хрип и страшный треск ломающегося железа.

«Шестёрка» несколько раз перевернулась и с грохотом рухнула вниз.

Вспышка яркого красного света — и наступила тишина.

Гера очнулся от дикой боли в груди. Во рту стоял солёный металлический вкус крови. Он попытался вдохнуть, но лёгкие обожгло, будто внутри был огонь.

Лицо было залито тёмной кровью, которая текла из глубокой раны на лбу.

— Ли… Лиля… — прохрипел он, почти не слыша собственного голоса из-за шума в ушах.

Рядом тихо стонала Лиля, захлёбываясь от боли. Ей повезло больше всех, но вся одежда была порезана стеклом. С руки на грязный пол капала густая кровь.

Женя висел на ремне безопасности без сознания. Левая нога была вывернута под неестественным углом, а из глубокой раны на щеке на грудь текла алая кровь.

И тут Гера понял: машины больше не было на улице.

Вокруг стояла непроглядная тьма.

В воздухе стоял ужасный запах гниющего мяса, старых нечистот и горелой сажи.

Они лежали на холодной, промёрзшей земле внутри огромного тёмного подвала.

— Гера… где мы?.. — истошно зарыдала Лиза. Её правая рука была залита кровью Жени, а сама она в ужасе отползала назад, оставляя на земле кровавый след.

— Где мы?.. — прошептала Лиза, держась за голову. — Жень, где свет? Почему так темно?

Гера вытащил из кармана телефон. Экран был разбит вдребезги, но вспышка каким-то чудом ещё работала. Он включил фонарик и посветил перед собой.

Слабый свет выхватил из темноты высокий кирпичный потолок, старые железные решётки с ржавыми замками и солому, разбросанную по земляному полу. По стенам стекали капли воды.

Это был подвал того самого особняка.

Но теперь здесь не было ни замурованной стены, ни свежей штукатурки, ни мусорных пакетов, которые они видели всего пару часов назад.

Всё выглядело так, будто здесь только что кто-то был.

В глубине коридора, за тяжёлой железной дверью, послышались медленные шаги. Следом раздался глухой человеческий стон.

— Ребят… — тихо, дрожащим голосом произнесла Лиля, указывая пальцем на стену. — Смотрите…

На каменной стене, покрытой копотью от факела, угольком был нарисован календарь. Над ним стояла одна-единственная дата:

«1782 год».