Жар твоего тела

8. Надежда

Лев стоял в нескольких метрах от меня. И смотрел, так пристально, словно собирался наброситься и сожрать. И правда, настоящий лев, а я маленький цыплёнок, попавший в капкан. Такой хищник пару раз хрумкнет, и от меня ничего не останется.

Я всё же постаралась отбросить упаднические мысли и повернулась, чтобы взглянуть ему в глаза. В конце концов, я взрослая современная уверенная в себе женщина, а не какой-нибудь дрожащий цыплёнок.

Не учла я только неудобство своего положения. Потому что капкан держал меня крепко. А попытавшись повернуться, я оказалась в ещё более неудобной позе. Нижний край забора впился мне в бок, и я застонала от боли.

Да что ж такое!

Вот влипла так влипла.

– Не двигайтесь! – услышала вдруг встревоженное. И Лев исчез.

Хм, не двигайтесь… Легко ему говорить. А у меня всё тело свело от неудобной позы, хоть волком вой.

Но я лежала недвижимо, как князь Болконский под небом Аустерлица, и терпеливо ждала. Не знаю чего, правда. Куда он убежал? Бросил женщину в беде, а сам свалил.

Но надо отдать ему должное, ушёл он ненадолго.

Буквально через несколько минут Лев появился в поле моего зрения с совковой лопатой.

Ой-ё-ёй, это что он ещё задумал?

Мужчина подошёл ближе, рассматривая удерживающую меня ловушку. Затем опустился рядом на колени.

– Что вы собираетесь делать? – поинтересовалась я немного подрагивающим голосом.

– Вытаскивать вас отсюда, что же ещё? – а вот его голос сочился сарказмом. И, наверное, он имел на это право. Это ж половина меня забралась на его территорию. Причём не лучшая моя половина.

Теперь я признавала, что мысль, поначалу показавшаяся мне очень удачной, таковой вовсе не была.

Я не видела, что делает Лев, потому что он находился у меня за спиной. Но слышала какие-то непонятные звуки. Это очень нервировало. А потом почувствовала, что он начал копать подо мной. Я дёрнулась, испугавшись, что лопата может задеть меня. И снова бок обожгло болью.

– Да тише вы! Я не хочу оттяпать вам что-нибудь нужное! – теперь он злился на меня. Но ведь это естественное опасение человека, когда за его спиной что-то копают. Поэтому я всё же повернула голову, насколько могла, и увидела, что он надевает чёрные перчатки.

Вот блин! Он всё-таки маньяк! Сейчас он меня расчленит и сложит в морозилку. А потом будет вкушать моё белое тело долгими зимними вечерами.

– Лежите тихо! – раздался за спиной его строгий голос, и я встревоженно замерла. Только сердце напуганной птицей яростно билось о грудную клетку.

Потом я почувствовала его горячую ладонь на моём плече. Лав нажал, отклоняя моё тело вперёд, а второй рукой начал обкапывать землю у меня за спиной резкими короткими движениями.

Теперь я не видела, но чувствовала, что происходит сзади, по колебаниям его и моего тела. Как это ни смешно, но двигались мы сейчас в унисон.

Поняв, что Лев не маньяк, ну, по крайней мере, в данный момент он не собирается меня расчленять, немного расслабилась.

Он несколько минут молча и сосредоточенно копал землю. Его рука всё это время напирала на моё предплечье. Я чувствовала горячее прикосновение. Близость мужчины волновала.

Я снова изменила своё мнение. Залезть сюда было очень хорошей идеей. Он ведь не бросил меня, а помчался спасать. Теперь Лев несёт за меня ответственность. Ведь, как известно, мы ответственны за тех, кому спасли жизнь. Осталось только ему об этом сообщить и вручить кейс с документами.

Наконец я почувствовала, что он меня осторожно передвигает в более широкое место. О чудо, на этот раз я ничем не зацепилась.

– Не дёргайтесь, я сейчас вас переверну.

– Хорошо, – почувствовала, как сильные руки осторожно и бережно переворачивают меня, укладывая на спину.

Затем Лев перехватил меня подмышками и потянул к себе. Я так и висела тряпичной куклой и позволяла вытаскивать из западни своё бренное тело, всё ещё не веря, что скоро окажусь на свободе. Наконец пятки пробороздили свежевскопанную землю, и я оказалась вся полностью с его стороны.

Лев отпустил меня, и я приподнялась на локтях, оглядывая повреждения. В боку что-то сильно щипало. Я повернула голову и увидела небольшой разрез на блузке с кровавыми краями.

Ох, ничего себе поездочка!

Я растерянно взглянула на Льва и поймала его пристальный взгляд. Выражение лица было нечитаемым. Хотела бы я знать, о чём он сейчас думал.

Мужчина принял про себя какое-то решение и склонился надо мной. Сердце пропустило удар. Что он собирается сделать? Его лицо оказалось так близко, что я могла рассмотреть мелкие мимические морщинки. Оказывается, в его карих глазах искрились зелёные крапинки. Они манили меня, гипнотизировали…

Лев встал передо мной на колени. Сердце забилось как ненормальное. Я, кажется, забыла, как дышать. Смотрела на него, не отрываясь. Зелёные искры разгорались, заполняя радужку. Но мужчина всего лишь подхватил меня на руки, поднялся с земли и пошёл прочь от ограды.

– Э-э, стойте! – вдруг опомнилась я. Лев остановился. – А бумаги?

Он посмотрел на кейс, потом перевёл взгляд на меня, на мои умоляющие глаза и со вздохом сказал:

– После заберу.

А я обняла мужчину за шею и расслабилась у него на руках, прижимаясь щекой к плечу. От Льва пахло какой-то странной смесью ароматов, смешавшихся в неповторимый букет, свойственный только ему. Здесь был и гель для душа, и стиральный порошок, и какая-то неизвестная мне трава. Но сильнее всего был запах роз. Так странно, когда от мужчины пахнет розами, необычно и при этом очень сексуально.

Кажется, он заметил, что я принюхиваюсь. Пришлось сделать вид, что тяжело вздыхаю о своей несчастной доле пострадавшей от его забора.

Бок, кстати, и правда чертовски болел.

9. Лев

Это происшествие у ворот совсем выбило меня из колеи. Я вернулся к розам и паутинному клещу, но выбросить брюнетку из головы всё не мог. Она прочно завладела моими мыслями.

Эта девушка была… Она была… Я всё никак не мог подобрать определение, какой именно она была. Но всё же успел разглядеть в ней что-то, и оно теперь не давало мне покоя.

На какое-то мгновение я даже пожалел, что отказался от этого дела с её фирмой. Но тут же одёрнул себя. Правила есть правила. И кто я без них? Ведь прекрасно знал, что бывает, когда теряю контроль, и ни в коем случае этого не хотел.

К тому же на блузке у брюнетки было отвратительное светло-коричневое пятно. Оно вызывало у меня чувство брезгливости, которое по идее должно было автоматически перекинуться и на девушку. Но почему-то этого не случилось.

Я обрезал все поражённые отростки, прошёлся по кругам ещё раз, проверяя, не пропустил ли чего. Затем тщательно опрыскал розы из пульверизатора и с чувством выполненного долга, усталый, но довольный, двинулся к садовому домику. Разложил инструменты по местам, выбросил перчатки. Я всегда использовал их лишь один раз.

В животе урчало. Очень хотелось есть. Кажется, я пропустил обеденное время. Такое иногда случалось, когда я чем-то увлекался или не успевал закончить в установленный срок.

Я не расстраивался. Поскольку от расследования дела «Дизайн-продукт» отказался, у меня освободился весь вечер. Можно будет приготовить себе что-нибудь интересное. Например, аранчини. Давно уже о них думаю.

Или же можно позвонить Амели и назначить расслабляющий сеанс. Думаю, это будет Амели номер два. У номера один сейчас по моим расчётам критические дни. Я намеренно подбирал девушек с несовпадающими циклами.

Вернувшись в дом, я уже собрался было отправиться в душ, но меня остановил сработавший датчик движения. Кто-то проник на территорию.

Я бросился к компьютеру. Вывел на экран изображения с наружных камер. Один из сегментов мигал красным.

Поскольку сработал нижний датчик, установленный на земле, я решил, что это какое-то животное. Может быть, собака или лиса. Такое уже случалось пару раз. И мне удавалось вывести незваных гостей за пределы моей территории мирным путём. Поэтому я особо не беспокоился, щёлкая курсором по мигающему квадрату, чтобы раскрыть его на весь экран.

Что?

Я не поверил своим глазам и дважды моргнул, чтобы убедиться, что это мне не померещилось. Я ведь так долго думал о ней, вот и вижу теперь повсюду.

Это была та самая брюнетка, секретарша из «Дизайн-продукт». Она почему-то лежала на земле возле ограждения. Что она там делала? И главное, как попала на мою территорию? Это ведь частная собственность, чёрт побери!

Разозлённый донельзя я забыл о том, что собирался принять душ и пообедать. Вместо этого я опрометью бросился к дальней стене ограждения, где разлеглась прекрасная брюнетка.

Что? Я даже остановился на секунду. Я назвал её прекрасной? Она что, мне понравилась? Потребность анализировать каждую эмоцию и её воздействие на мою жизнь заставила меня просканировать впечатление от этой девушки. Да, я был вынужден признать, она задела моё мужское начало.

Эта брюнетка привлекала меня. Даже несмотря на отвратительное пятно на одежде. Хотя в этой блузке я бы её, разумеется, не взял.

Быстрым шагом я приближался к тому месту, где она лежала. Издали мне казалось, что девушка совсем не двигается. Причём она лежала на боку, извернувшись в какой-то неправильной позе.

И я ускорил шаг. Меня охватило невероятное волнение.

Что если она мертва?

Каково же было моё облегчение, когда я увидел, как она пошевелила правой рукой. Но позу почему-то не сменила. И всё же меня затопило облегчение – жива.

Давно я уже не испытывал таких сильных эмоций по отношению к кому-то.

– Вы что, совсем не понимаете по-русски?! – спросил я строгим тоном. Хотя злости совсем не чувствовал, но и показывать ей мою радость тоже не стоило.

Она повернулась в мою сторону, но вдруг застонала от боли.

И снова волна ужаса пробежалась по моей коже, царапая острыми коготками паники.

Я внимательно осмотрел место действия и понял, что здесь произошло. Брюнетка пыталась пролезть под забором и застряла.

Надо срочно её вытаскивать из ловушки. Кто знает, какие повреждения эта дурёха уже успела получить.

– Не двигайтесь! – велел я ей и бегом помчался в садовый домик, где лежали инструменты.

Снял со стены садовую лопатку, повинуясь наитию, достал из ящика пару матерчатых перчаток и рванул обратно.

Подошёл ближе, рассматривая удерживающую её ловушку. Затем опустился рядом на колени.

– Что вы собираетесь делать? – поинтересовалась она тонким, испуганным голоском.

– Вытаскивать вас отсюда, что же ещё?

Я определил, где следует расширить проём, чтобы высвободить пленницу моего забора. Расположился за её спиной и начал копать.

Она испуганно дёрнулась и снова застонала.

– Да тише вы! Я не хочу оттяпать вам что-нибудь нужное! – теперь я разозлился на неё. Вот почему не может полежать спокойно пару минут и позволить мне её освободить? Нет же, надо дёргаться и причинять себе боль, заставлять меня нервничать.

Вот за что мне это наказание?

Придётся удерживать её. Я посмотрел на короткий рукав её блузки и бледную, едва тронутую загаром, кожу плеча.

Нет, так я не смогу. Достал из кармана матерчатые перчатки, начал натягивать, и в этот момент она повернула голову.

Её глаза расширились от ужаса. Даже знать не хочу, о чём эта бестолковая дурында сейчас подумала.

– Лежите тихо! – велел ей, раздражаясь. И она послушно замерла, вновь отворачиваясь. Вот так-то лучше.

В перчатках почувствовал себя увереннее, теперь я мог коснуться её обнажённой кожи. Положил ладонь на плечо девушке и слегка нажал, удерживая в нужном мне положении. Второй рукой начал обкапывать землю у её спины.

Даже сквозь перчатку я чувствовал жар её тела. Близость женщины волновала, а её чарующий, восхитительный аромат дурманил голову. Я снова втянул ноздрями её запах и почувствовал напряжение в паху. Дал себе слово сегодня же поехать на встречу с Амели.

Брюнетка была сейчас такой беззащитной, доверчиво ожидая, когда я спасу её из заточения. Интересно, сколько она уже здесь торчит? Я ведь довольно долго провозился с розами.

Наконец сумел выкопать достаточно, чтобы её перевернуть, не боясь травмировать. Она и так поранилась. Я чувствовал запах крови, но пока не видел, где именно находится рана и насколько она серьёзна.

Откинул последние комья земли, затем отложил лопату в сторону и осторожно передвинул девушку в более широкое место.

– Не дёргайтесь, я сейчас вас переверну, – предупредил её на всякий случай.

– Хорошо, – ответила она слабым голосом.

Перевернул её, уложил на спину и, перехватив подмышками, потянул к себе. Тянул осторожно и нарочито медленно, но наконец она полностью оказалась по эту сторону ограды.

Девушка приподнялась на локтях и осмотрела себя. Теперь и я сумел заметить небольшой разрез на её блузке, сбоку, где она прижималась к острому краю забора.

Брюнетка растерянно взглянула на меня, словно спрашивая, как это получилось. И у меня сжалось сердце от острого чувства жалости. Она была такой беззащитной, такой хрупкой и израненной. И в этом отчасти была и моя вина.

Мой инстинкт защитника сработал на опережение. Ещё не понимая, что собираюсь сделать, я наклонился над ней.

Обнажённые руки девушки были совсем близко от моего лица. И это смущало. Я постарался абстрагироваться от её кожи, от гадкого пятна на её блузке и опустился рядом с ней на колени. Подхватил девушку на руки и понёс к дому.

– Э-э, стойте! – вдруг закричала она. Я, опешив, остановился. – А бумаги?

Я взглянул на кейс, валявшийся у ограждения, затем заглянул в глаза девушки. Они молили.

Ох, и угораздило меня ввязаться. Тяжело вздохнул.

– После заберу.

Брюнетка обняла меня за шею, и я собрал всю силу воли, чтобы не сбросить её обратно на землю. Её руки касались моей обнажённой кожи. Я почувствовал дыхание приближающейся паники и ускорил шаг.

Сто. Я выдержу сто секунд. Я смогу выдержать ровно сто секунд.

Начал считать, понемногу возвращая себе контроль. Пусть и на это короткое время.

Один, два, три, четыре…

Я заметил, как девушка втянула ноздрями воздух у моей груди. Она что, тоже нюхает меня? Ну вот опять. Действительно нюхает. Причём выражение её лица говорило о том, что и ей понравился мой запах.

Я даже забыл о подступающей панике и сбился со счёта. Напряжение в паху начало нарастать резкими толчками.

А что если она станет моей третьей Амели?

10. Надежда

Я почти не рассмотрела территорию, до того все мои чувства были сосредоточены на державшем меня на руках мужчине.

Он был странно напряжён. Челюсти крепко сомкнуты. Во взгляде непонятная решимость.

– Руки, – вдруг просипел он сдавленным голосом, – уберите руки с моей шеи.

– Ой, извините, – тут же разомкнула кольцо рук и спустила ладони пониже, на закрытые футболкой плечи. – Я случайно, простите, вовсе не хотела вас душить.

Лев ничего не ответил. Выражение лица было нечитаемым.

Ну и чего он такой бука? Можно подумать, я просила, чтобы он носил меня на руках. И сама бы прекрасно дошла. Полежала бы, отдохнула и дошла, куда надо.

Я демонстративно отвернулась. Пусть видит, что я обиделась. А нечего быть таким грубияном. Я ведь извинилась.

Зато теперь могла лучше рассмотреть участок, который был поистине огромным. Причём большую часть территории занимал зелёный газон. И Лев шёл прямо по траве.

Ровно посередине участка стоял дом. За ним рос небольшой фруктовый сад из двух-трёх десятков деревьев. Сейчас они стояли в цвету, и мне сложно было определить, какие плоды на них вырастут. Но выглядело красиво, словно окружённые белыми облаками деревья.

Впрочем, мы прошли мимо и направились к задней двери дома. С другой его стороны я углядела огромную клумбу с красными цветами. Вроде как розы. Но с такого расстояния сложно определить точно.

Я решила с цветами разобраться позже. А сейчас сосредоточила своё внимание на доме. Он был белоснежным. Весь. Полностью. Даже черепица на крыше белая. Какие-то приспособления, похожие на антенны, или вроде того. Тоже белого цвета.

Хм, прямо как домик Белоснежки. Хотя та жила с гномами в лесной избушке. А здесь, скорее, Снежная королева. Или в данном случае – король.

С ледяным, непроницаемым выражением лица.

Лев подошёл к двери, и та сама отъехала в сторону. Весьма удобно. Он внёс меня в свой дом на руках. Это было бы очень романтично, если бы не страдальческое выражение, которое сопровождало мужчину всю дорогу от ограды.

Внутри дома тоже всё было белым. С редкими вкраплениями светло-серого. Ух ты! И правда, замок Снежного короля. Я улыбнулась своим мыслям.

Мы прошли насквозь несколько помещений. Здесь было столько пространства и света. Лев явно не любил тесные загромождённые комнаты.

Несмотря на всю странность ситуации, довольно грубое поведение Льва и то, что я оказалась наедине с ним в его доме, страха во мне не было. Вот ни капельки. Моя интуиция утверждала, что этот мужчина меня не обидит. И я склонна была ей верить.

Возле очередной белой двери он поставил меня на ноги и, нажав на ручку, сделал приглашающий жест.

Это была белоснежная ванная. Он предлагает мне умыться? А я вообще-то, надеялась на медицинскую помощь. Обернулась к нему, собираясь задать вопрос. Но не успела.

– Снимите одежду и отдайте мне.

– Что? – прямо физически ощутила, как мои глаза расширяются от удивления. Ну, интуиция, ну спасибо, удружила. Значит, не обидит? Я скрестила руки на груди и самым надменным тоном, на который была способна, произнесла с вызовом. – Я не собираюсь ложиться в вашу постель!

– Боже упаси! – кажется, он даже передёрнулся от такой перспективы. – Поверьте, я и не собирался приглашать вас в мою постель. Вы извалялись в земле и траве, предлагаю вам принять душ, а я пока приведу в порядок вашу одежду.

Я застыла, глядя на него. Лев выглядел обескураженным, он явно смутился из-за моего выпада.

– Извините, – мне тоже стало неловко. – Я неправильно вас поняла.

– Оставьте одежду на ручке двери. – он развернулся и ушёл.

А я закрыла за собой дверь ванной комнаты и прислонилась к ней спиной. Ну и опозорилась. Стыдно-то как. Теперь не решусь даже посмотреть ему в глаза.

Я снова прокрутила всю эту неловкую сцену в уме, вспомнила, как он передёрнулся. «Боже упаси»! Нет, что себе позволяет этот наглец? Я, значит, грязная и недостойная его постели?

Ну вот теперь я обиделась по-настоящему!

Оглядела себя. Ну да, одежда немного испачкалась, как и руки, глянула ниже, и ноги… Но это же не причина, чтобы так меня отшивать. Я, видите ли, недостойна его постели! Да что он вообще о себе возомнил?! Не очень-то и хотелось… Точнее вообще не хотелось. Я даже об этом и не думала, пока он не сказал. То есть пока я сама не сказала…

Тьфу. Совсем запуталась.

Решила больше не зацикливаться на этом вопросе, хотя чувство обиды и отверженности ныло где-то внутри.

Может, я и не могу похвастаться богатым сексуальным опытом, но всё-таки не привыкла, чтобы мной так демонстративно брезговали.

Сняла юбку и блузку, приоткрыла дверь на маленькую щёлочку и повесила одежду с внешней стороны. Снова закрылась и в одном белье подошла к зеркалу.

На меня смотрела привлекательная брюнетка с правильными чертами лица и светлой кожей. Формами природа тоже не обделила, все изгибы на месте, хоть и без излишеств. Ноги длинные и стройные. Грудь – твёрдая двоечка. Вполне так ничего. Есть на что посмотреть.

Правда, лицо и руки были перепачканы землёй и травой, на белом лифчике темнела безобразная клякса от пролитого кофе.

Наверное, на его месте я бы тоже не заинтересовалась. Впрочем, это легко можно исправить. Пять минут в душе и буду свеженькая и хрустящая как огурчик.

Я уже собралась было снять с себя всё остальное, как вдруг запертая лично мной дверь приоткрылась. И голос Льва произнёс в щель.

– И бельё тоже давайте.

– Нет! Я сама. – твёрдо произнесла. Никак не могу допустить, чтобы незнакомый мужик (да и вообще любой мужик) стирал мои трусы.

– Или вы выполняете мои правила, или покидаете мой дом.

В щель просунулась рука в уже белой матерчатой перчатке. И когда успел сменить? Вот гад! Сам же требует мои трусы и при этом брезгует дотронуться. Я была возмущена донельзя.

Остальная часть мужчины, кроме протянутой руки, оставалась снаружи и терпеливо ждала моего решения. Джентльмен чёртов!

Я задумалась. Гордость требовала независимо тряхнуть головой, отыскать такси и вернуться в город. Нафиг этого странного Льва, Эмму с её заданием и вообще всех. Найду себе другую работу. Разум предусмотрительно молчал. Зато ещё какой-то голос (я так и не поняла, к какой области моего организма он относился) тихонько нашёптывал, что, если уйду сейчас, буду жалеть об этом всю жизнь.

Я подумала ещё немного и ещё немного, а потом сняла трусы, лифчик и вложила в протянутую руку.

11. Лев

Как только женщина оказалась в моём доме, я понял, что принести её сюда было большой ошибкой. С меня словно спала пелена. И теперь я не мог внятно объяснить, что на меня нашло в тот момент и почему принял именно такое решение. А я ведь привык рассуждать логически. Я математик, в конце концов.

Она ведь грязная, вся вымазана травой и землёй. На ней пятна. Наверное, стоит первым делом отправить её в душ. Точно. Вот он, выход.

Я донёс брюнетку до ванной и поставил её у двери, затем повернул ручку, жестом пригласил войти.

– Снимите одежду и отдайте мне. – старался говорить вежливо, чтобы не вызывать негативных эмоций. Начатое нужно доводить до конца. А я взялся помогать этой брюнетке.

– Что? – она обернулась ко мне, и я заметил, как её глаза расширились от удивления. Затем она нахмурилась, скрестила руки на груди и возмущённо заявила. – Я не собираюсь ложиться в вашу постель!

Теперь глаза начали расширяться уже у меня.

– Боже упаси! – ответил я чересчур быстро, чтобы это могло показаться вежливым, и тут же пояснил. – Поверьте, я и не собирался приглашать вас в мою постель. Вы извалялись в земле и траве, предлагаю вам принять душ, а я пока приведу в порядок вашу одежду.

Она замерла, глядя на меня. А я мысленно обругал себя, прозвучало и правда слишком грубо.

– Извините, – тут до неё дошло, что я не собирался принуждать её силой, и она смутилась, краснея. – Я неправильно вас поняла.

– Оставьте одежду на ручке двери.

Далеко я не ушёл, остановился и, не отрываясь, смотрел на дверь ванной. Словно от решения брюнетки зависело что-то очень важное.

Она красивая. Смелая. Находчивая. И весёлая.

Совсем как Амели…

Я хорошо помнил, как впервые посмотрел этот фильм. Мне тогда было шестнадцать. Сестра взяла с собой в кинотеатр взамен на обещание помочь с подготовкой к выпускному экзамену по математике.

Та юная девушка на экране была такой весёлой и жизнерадостной. Она придумывала очень смелые и остроумные вещи, чтобы её парень почувствовал себя любимым. Там, в тёмном зале кинотеатра я впервые влюбился и обрёл объект для эротических фантазий.

Дверь ванной слегка приоткрылась, и изящная женская рука повесила одежду на ручку.

Я подхватил юбку, блузку и двинулся в постирочную. У меня был отличный пятновыводитель, который справится и с травой, и с кровью, и со всем остальным. Я достал из шкафчика пластиковую бутылку и направился к одной из стиральных машин. Всего их было три, и иногда я задействовал в работе их все одновременно.

Я разгладил блузку и вылил хорошую порцию средства на пятно, затем бросил в машинку. Хотел уже было запустить программу стирки, но вдруг ясно представил, как кофе льётся на грудь девушки, как промокает насквозь блузка и бюстгальтер…

Так, стоп. Есть ещё одно пятно, с которым я должен справиться. Рванул обратно к ванной.

Даже не думая, что делаю, провернул ногтем «личинку» замка и открыл дверь. Собрался уже шагнуть внутрь своей ванной, но вдруг опомнился. Там сейчас посторонняя женщина. Оставил лишь щёлочку, попросил.