Двойник императора

13

Голубоватое пламя светильника едва освещало стены и обстановку каюты. На единственном стуле в напряженной позе сидел человек. Он смотрел прямо перед собой, в темный угол, куда не попадал свет тусклого светильника.

Картины сменялись одна другой. То это было бегущее стадо диких буйволов, то взлетающая стая розовых птиц, то атакующие льва гиены. Но все было не то. Одарес продолжал всматриваться вдаль, ожидая того, единственно нужного видения – «где?» и «когда?».

«Право!» – Одарес всем телом почувствовал эту легкую, но вполне отчетливую вибрацию.

– Право! – повторил нюхач, и в его голове само собой родилось продолжение. – Право, три градуса, пятнадцать секунд. Дистанция – пять тысяч пятьсот четыре.

Дежуривший под дверью каюты матрос тотчас передал услышанное в капитанскую рубку. «Китобой» мгновенно повиновался и встал на новый курс.

– Пока не увижу астероид – не поверю, – сказал Кроуфорд.

– Ты говорил это десятки раз, – заметил капитан Макриди.

– Да, – кивнул помощник, – и всякий раз я отказываюсь верить во все происходящее с нами.

– Нам лучше подумать о том, как сохранить голову.

– То есть?

– За такого нюхача, как Одарес, некоторые люди готовы положить тысячу жизней.

– Неужели это так серьезно, сэр?

– Более чем серьезно. Вспомни – когда все помчались на поимку «дикаря», мы отправились на плановую охоту. Теперь об этом знают все. Внимание, Ник!

Радар пискнул и нарисовал на экране контуры астероида.

– Свыше четырех тысяч тонн, – сказал капитан, оценивая массу добычи на глаз. – Ну как, поверил?

– Да, сэр. Сейчас поверил, но в следующий раз снова буду сомневаться.

– Клаус! – позвал капитан.

В рубке появился дежурный матрос.

– Скажи Одаресу – пусть отдыхает. И позови ко мне боцмана.

Клаус исчез, и через минуту появился боцман Пелитье:

– Звали, сэр?

– Да, Андрэ, звал. На этот раз «камушек» тяжелый, поэтому пусть стропальщики возьмут новые тросы.

– Из той бухты, что брали в порту Габона?

– Именно. И еще одно.

– Слушаю, сэр.

– Андрэ, кто из наших людей умеет стрелять?

– Каневич, Лацис, Беккер и Линникер, все они когда-то были в наемниках. А в чем дело, сэр?

– Да это я так – на будущее.

Раздался выстрел гарпунной пушки, но это было лишь соблюдением формальностей, поскольку никаких других кораблей поблизости не было.

– Даже скучно как-то, – заметил помощник. – Как в магазине.

– Да, Одарес не делает ошибок, если не устает. Но мы его и не напрягаем. Он работает, только когда может. Я знал много хороших нюхачей, которые потеряли свой нюх из-за жадности капитанов. Им все было мало – давай, давай. А специалиста нужно беречь. Помнишь, Одарес не работал три недели, но я ему не сказал ни слова. И что же? В первый же заход он привел к четырехтысячнику.

Заработали лебедки, и, когда тросы натянулись, корабль слегка тряхнуло. В коридоре раздались топот и возбужденные голоса – команда стропальщиков шла снимать тяжелые скафандры.

– Ну что? Вызвать буксир? – спросил Кроуфорд.

– Конечно, добыча схвачена, теперь дело за тягачом.

Помощник набрал код службы доставки «Айк-Металл», послышался голос диспетчера:

– «Айк-Металл-доставка», диспетчер Хорн слушает.

– Говорит «Китобой», хотим сдать вам камушек.

– Ну, ребята, вы нас просто загоняли. Два дня назад притащили один, а теперь и второй. Другие экипажи тратят на это дело пару недель, да и то собирают мелочь, а вы…

– Короче, вы отказываетесь брать?

– Это что, шутка? А куда вы повезете товар, если не к нам? – Это была чистая правда. «Айк-Металл» был монополистом и, пользуясь этим, покупал сырье по заниженным ценам.

– Повезем к «Глисс и K°», – соврал Кроуфорд. – Правда, это чуть подальше, зато цены там повыше.

На другом конце воцарилась тишина. Наконец диспетчер пришел в себя и забормотал:

– Все нормально, ребята. Какой тягач вам нужен?

– У нас больше четырех тысяч.

– Ну, «леди» будет слабоват. Передавайте на компорт ваши координаты и ждите мановар.

– Спасибо, диспетчер Хорн. До свидания.

– Э, одну минуту, сэр. Как, вы сказали, называется та фирма?

– «Глисс и K°».

– Спасибо, сэр, – поблагодарил диспетчер.

– Пожалуйста, – вежливо отозвался Кроуфорд и отключил связь.

– Зачем ты ему соврал? Он же теперь всю администрацию на уши поставит, и все будут искать эту несуществующую компанию.

– Ничего страшного, сэр. Пусть побегают, а то они слишком много себе позволяют, – сказал Кроуфорд и начал передавать координаты местонахождения «Китобоя». Через несколько секунд компьютер зарегистрировал отзыв – координаты приняты.

В ожидании тягача Кроуфорд и капитан Макриди обсудили ценовую политику «Айк-Металл» и воинственные заявления Нового Востока.

– Я думаю, сэр, что будет война.

– Почему это?

– Посудите сами. Первый правитель Нового Востока – Абдулла IV – присоединил к своей империи восемь миров. Второй правитель – Хасан II – завоевал еще пять, третий правитель – Реваз Великий, который убил принца Рихима и захватил трон, – завоевал планеты Ордена Масе и захватил сырьевой район WET-134. Теперь на троне Нового Востока Джон Ясноликий. Ему минуло двадцать девять лет, но он еще не развязал ни одной сколько-нибудь серьезной войны. Мелкие стычки не в счет.

– И ты считаешь, что теперь он начнет войну с Промышленным Союзом?

– Промышленный Союз слишком сильный противник. Император Джон может ударить по остаткам империи Финх-Недд.

– Я думаю, что ему сподручнее напасть на Ученый Дом.

– Это невозможно. Ученый Дом поставляет императору Джону новейшие технологии, – возразил Кроуфорд. – Вот если бы…

Его прервал вырвавшийся из динамиков недовольный голос водителя тягача:

– Эй, на «Китобое», вы чего там, уснули? Куда мне ехать-то? Где координаты?

Капитан и помощник переглянулись, Кроуфорд взял микрофон.

– Я «Китобой», извини, браток, накладочка вышла. Принимай цифры: «север» – 10-14-47.

– О’кей, «Китобой», вас понял. Ждите через два часа, – сказал водитель тягача и отключился.

– Кто же тогда принял наши координаты в первый раз? – удивился капитан Макриди. Кроуфорд пожал плечами.

– Клаус! – позвал капитан.

– Да, сэр, – явился на зов Клаус.

– Зови сюда боцмана, Каневича, Лациса, Беккера и…

– Линникера, – подсказал Кроуфорд.

– Да, – подтвердил капитан, – и Линникера тоже.

Спустя минуту все вызванные были в рубке.

– Кто-то перехватил наши координаты, – начал капитан. – Возможно, произошла ошибка, но, может, и нет. Короче, к нам могут прибыть непрошенные гости. На случай абордажа вам выдадут оружие.

– Я не понял, босс, – подал голос Каневич. – Они хотят наш астероид?

– Боюсь, что нет.

– А тогда чего же им надо?

– У нас на борту есть значительно более ценная вещь.

– Наш нюхач, – догадался Линникер.

– Да, – кивнул капитан. – Так что если нападут, это будет абордаж. Вам как людям бывалым боцман выдаст оружие. На остальных членов экипажа я не очень-то надеюсь.

– Когда ожидать нападения, сэр? – спросил боцман.

– Не знаю, Андрэ.

В этот момент запищал радар, предупреждая об обнаружении неизвестного объекта.

– Боцман, быстро раздать оружие! – приказал капитан и кинулся к экрану радара.

Метка была небольшой, но она двигалась очень быстро и уверенно держала курс прямо на «Китобой».

– Спешат, – сказал помощник.

– Да, хотят управиться до появления тягача.

– Куда они пристанут?

– Брюхо у нас прикрыто астероидом. Скорее всего на борт – удобно вскрывать, легко выходить, да и коммуникаций там немного.

– Тогда вопрос – какой борт?

– Сейчас узнаем, – ответил капитан, глядя на все увеличивающуюся в размерах метку. Когда агрессор оказался совсем рядом, включился сканер и на экране появилось изображение судна.

По виду оно напоминало черепаху, на «панцире» которой стояли новейшие двигатели на ионной тяге. Приблизившись к корпусу «Китобоя», судно выпустило реверсные струи и начало тормозить.

Покрутившись вокруг корабля, словно надоедливая муха, «черепашка» двинулась к левому борту.

– Побежали! – скомандовал капитан, и они с Кроуфордом помчались по корабельным ярусам.

Когда они прибежали в левый коридор, там уже находились четыре вооруженных матроса, боцман и два ремонтника. Боцман ощупывал руками стену, а рабочие держали наготове длинные шланги, уходившие концом в большую емкость, похожую на сосуд Дьюара.

– Что в бочке? – спросил боцмана запыхавшийся Кроуфорд.

– Пока все тихо, – сказал тот, не поднимаясь с четверенек. – А в сосуде жидкий азот, сэр. Как только они начнут резать борт, мы начнем его охлаждать. Они греют, мы охлаждаем.

– Молодец, боцман. Здорово придумал, – похвалил его капитан.

По борту что-то негромко стукнуло.

– Ага – дугу устанавливают. Ай-яй! – отдернул руку Пелитье. – Давайте сюда, ребята!

Один из рабочих подбежал ближе и выпустил на стену струю жидкого азота. Весь коридор заполнился молочным туманом, а по ногам пробежал арктический холод. Однако нужный эффект был достигнут, и большой участок стены покрылся инеем. Прямо посередине заиндевевшего пятна начала появляться первая проталинка. Она росла и увеличивалась в размерах, пока наконец от нее не пошел пар.

– Давай еще, – скомандовал боцман, и снова весь коридор заволокло молочным туманом.

– У нас еще много азота? – спросил капитан второго рабочего.

– Еще одна бочка, сэр, – ответил тот.

– На сколько мы это все растянем?

– Если лить, как сейчас, то около часа, сэр. Может быть, чуть больше.

Капитан подумал, что хорошо было бы продержаться до прибытия тягача.

«Только чем он нам поможет? Пушек у него нет. Стоп! Пушка!» Обрадовавшись пришедшей ему в голову мысли, капитан крикнул в конец коридора:

– Эй, кто-нибудь, позовите Кухарда!

– Я уже здесь! – отозвался тот, выскакивая из-за тающего облака азотных паров.

– Джозеф, нужна твоя помощь! Срочно беги в левую кабину и посмотри, можно ли попасть гарпуном в эту тварь!

– Я уже смотрел, сэр. Попасть можно, только нужно сломать поворотный ограничитель, а он стоит больших денег.

– Ломай немедленно и стреляй! Бегом! – И капитан что было силы толкнул повернувшегося гарпунщика в спину. От сильного толчка Кухард едва не растянулся на полу, однако устоял на ногах и, не теряя приданного ему ускорения, скрылся в тумане.

– Ну, что там? – спросил капитан, повернувшись к боцману.

– Дуга не гудит, сэр. Но может так случиться, что они придумают другую гадость.

Противное жужжание, отдававшееся по всей стене, подтвердило опасение Пелитье.

– Это алмазная турбина, сэр! – крикнул один из ремонтников. – Через двадцать секунд они вскроют борт.

Четверка вооруженных ветеранов решительно двинулась к стене. В этот момент раздался выстрел гарпунной пушки, и жужжание прекратилось. Через десять секунд Кухард выстрелил еще раз.

– Сэр! Сэр, они отцепились от нас! – закричал прибежавший из рубки Клаус. – После второго выстрела они отошли от борта.

– Ура, мы победили! – объявил Кроуфорд. Однако не успел он это произнести, как стук магнитных захватов послышался ближе к хвосту.

– Вот сволочи, они просто пересели в более безопасное место, – сказал боцман. – Ребята, тащите туда азот… Хотя стойте, не надо. Теперь они сразу начнут с турбины.

В кармане у капитана запищала рация.

– Макриди слушает! – закричал в трубку капитан, думая, что на открытой волне с ним связываются пираты.

– Капитан, как будем камень крепить – «крестом» или «восьмеркой»?

– Кто это? – не понял капитан.

– Вот те раз. А вы кого ждали? Я борт «1476» – тягач-мановар.

– Слушай, парень, у нас к левому борту присосалась какая-то дрянь. Видишь?

– Да, что-то вроде черепахи.

– Ты не мог бы ее раздавить?

– А что это за штуковина? – подозрительно спросил водитель тягача.

– Что-то вроде магнитного мусорщика, – соврал капитан.

– Тысяча монет.

– О’кей, я согласен.

– Ну тогда, ребята, держитесь. Только давить я его не буду, а то он у вас в трюме окажется. Попробую его срезать.

– Тебе виднее.

Угловатый корпус мановара медленно развернулся и двинулся вдоль линии борта «Китобоя».

Кэдди Янгер сидел в кабине и радостно подпрыгивал на своем месте, радуясь, что нашел такую легкую халтуру. По радио передавали его любимую песню «Три стройные ножки», и Кэдди, сделав музыку погромче, стал подпевать очень сексуальному голосу Трейси Фишер:

– И ты меня спроси-и-шь, ла-ла, каво я люби-ла-а, и сразу услыши-и-шь…

На дисплее выровнялись две красные линии. Это означало, что правый буфер пройдет в двадцати сантиметрах от борта «Китобоя».

– Кэдди все понял, – сказал сам себе водитель и дал двигателям полную тягу. Мановар завибрировал и начал набирать скорость.

– И ты меня спроси-и-шь, ла-ла, каво я… лю-била-а, и сразу услыши-и-шь…

Раздался громкий удар, и сорванная с борта «Китобоя» «черепашка», кувыркаясь, полетела в космос.

– Bay! Работа сделана! – крикнул Кэдди Янгер и включил открытую волну. – Хозяин, дело сделано.

– Спасибо, друг. Ты нам здорово помог!

– Но вы должны мне «штуку», не забыли?

– Нет, парень, не забыл. Как только придем в «Айк-Металл», ты сразу же получишь свои деньги.

14

Звездная карта занимала весь демонстрационный стол, и, чтобы достать указкой до того или другого ее участка, докладчик переходил с места на место.

– Вот здесь и здесь находятся основные форпосты Ученого Дома. Это Трент и Шеврон. На них базируются генераторные станции, питающие орбитальные «стопгварды». Если нанести удар по этим планетам и вывести из строя генераторные станции, ворота к мягкому телу Ученого Дома будут открыты.

– Но «стопгварды» ведь останутся боеспособными, – заметил император Джон.

– Да, сэр, – подтвердил адмирал Саид-Шах, – но их эффективность уменьшится до двадцати процентов. Флот вашего величества легко сомнет их, и в эту брешь мы пустим десантные боты.

– Хорошо, – кивнул император Джон. – Крайс, что говорят ваши расчеты? Сколько пехоты нужно для подавления сопротивления на планетах Любиц, Револьта и Крым?

– Мы делали расчет на четыре планеты. К тем, что вы назвали, ваше величество, мы добавляли Зиги-Боб.

– Хорошо, пусть будет четыре, – согласился император.

– Любиц и Револьта потребуют по двадцать миллионов пехоты. Хотя планеты и аграрные, но тамошние крестьяне очень драчливы. Вряд ли они сдадутся просто так.

– Дальше.

– Крым населен не слишком плотно. Там будет достаточно пяти-шести миллионов, а вот Зиги-Боб потребует много ресурсов.

– А именно?

– Пятьдесят миллионов, ваше величество.

– Почему так много? Насколько я знаю, там в основном находятся исследовательские центры.

– Это так, ваше величество, но совсем недавно нам стало известно, что «Синий корпус», ускользнувший от флота вашего отца – Реваза Великого, оказался на Зиги-Боб. Ученый Дом нанял его для охраны, и можно не сомневаться, что солдаты Масе предпочтут смерть позору пленения войсками вашего величества.

– Да, – кивнул адмирал Саид-Шах, – Орден Масе будет драться до последнего.

– Значит, мы должны подвергнуть Зиги бомбардировке, потому что лишних пятидесяти миллионов пехотинцев у меня нет. Все войска увязли в подавлении мятежей.

Император Джон подошел к окну и посмотрел на мокнущий под дождем сад. Дожди на Эболе случались нечасто, но уж если начинались, то шли неделями.

– Есть мнение… – несмело начал Крайс.

– Говорите, – не оборачиваясь, разрешил Джон.

– Ваше величество, если мы подвергнем бомбардировке Зиги-Боб, то уничтожим систему управления.

– Вот новости, – повернулся к своим военачальникам император. – Почему я обо всем узнаю последним, а, Пеккет?

Генерал Пеккет, пожевав губами, заговорил:

– Видите ли, ваше величество, мы получили весьма ценную информацию, но что из нее правда, а что нет…

– То есть, генерал, вы ждали, пока информация подтвердится?

– Точно так, ваше величество, – кивнул Пеккет.

– Откуда же взялись эти сведения?

– От перебежчика, ваше величество.

– Кто же он, этот перебежчик? Я хочу поговорить с ним.

Члены Военного совета переглянулись, со своего места поднялся седой Фра Бендрес.

– Ваше величество, я хотел бы предостеречь вас от этого шага, поскольку эта встреча может отразиться на безопасности империи.

– Да вы меня просто заинтриговали, дорогой Фра! Теперь мне хочется увидеться с этим перебежчиком непременно. Кто он? Коитарский колдун или магрибский демон?

– Что-то вроде этого, – кивнул Бендрес. – Это Линда Бруэс.

– Линда Бруэс? – переспросил император Джон. – Она жива?

– Да, ваше величество, жива… – нехотя ответил Фра Бендрес.

Император снова вернулся к окну и несколько минут смотрел на стекающие по оконному стеклу студеные струи. Пока он молчал, никто не произнес ни слова. Наконец император справился с собой и, вернувшись к столу, сел на свое место.

– Так что там насчет Железной Головы, Крайс? – Члены Военного совета облегченно вздохнули.

– Если мы захватим Зиги без бомбардировки, ваше величество, то форт Железная Голова окажется в наших руках.

– Это было бы очень хорошо, но где взять дополнительные пятьдесят миллионов пехоты? У нас есть пятьсот орбитальных бомбардировщиков, но у нас нет пехоты.

– Ваше величество, – подал голос генерал Хорст, командир штурмовых судов-рейдеров, – Железная Голова – это готовая система космической безопасности. Стоит нам захватить Железную Голову и перевести на другое направление, и мы закроем практически любую брешь. Нам повезло, что «технологи» больше опасаются нападения со стороны Промышленного Союза. Если бы Ученый Дом выставил форт в нашем направлении, мы и помыслить бы не могли о том, чтобы захватить несколько планет.

– Я ничего не имею против, господа, – развел руками император Джон, – давайте изыскивать возможности. Пока на Зиги не ступит нога наших пехотных соединений, о контроле над фортом не может быть и речи.

– Есть одна возможность, – подал голос Фра Бендрес.

– Какая? – спросил Джон.

– Адмирал знает об этом больше. – Фра кивнул в сторону Саид-Шаха.

– Прошу вас, адмирал.

– Дело в том, ваше величество, что…

Джон на миг отключился, перенесясь мыслями на четырнадцать лет назад. Тогда он впервые встретился с Линдой. Она сразу очаровала молодого принца и почти полностью подчинила его себе.

Джон вспомнил первые поцелуи в увитой виноградом беседке. Первую ночь с Линдой. О, она в свои двадцать лет умела многое.

Молодой принц не мог прожить и часа без того, чтобы не видеть Линду. Ее длинные волосы и карие глаза заставляли замирать сердце любого мужчины, а что уж говорить о наивном юноше, каким был тогда Джон.

– …с другой стороны, глупо было бы упускать такую возможность… – продолжал адмирал.

Джон попытался сосредоточиться на том, что предлагал Саид-Шах, но воспоминания снова захлестнули его.

Ему вспомнился разговор с отцом, который сказал, что такая сильная привязанность будущего императора к женщине недопустима.

«Ты должен понимать, сын, что она тебе не пара. Ее отец обычный преподаватель баллистики».

Джон хотел быть послушным сыном и держался два дня, но в конце концов снова встретился с Линдой, и опять она истязала его своей горячей и умелой любовью.

Потом был первый удар. Ему донесли, что Линда встречается не только с ним. Назывались фамилии довольно высоких чинов империи, но когда Джон спросил об этом у девушки, она только засмеялась и легко перевела разговор на другое.

– …но еще лучше, чем я, об этом расскажет инженер Том, – закончил свою речь адмирал, и император с ужасом обнаружил, что пропустил все сказанное адмиралом мимо ушей.

– Вы позволите его позвать, ваше величество? – спросил адмирал.

– А? Да, конечно, – поспешно согласился Джон, не совсем понимая, о ком идет речь. Адмирал нажал кнопку звонка, и часовые впустили в зал заседаний нового человека.

– Ваше величество, уважаемые члены Военного совета, это и есть инженер Том Киббер, – представил гостя адмирал Саид-Шах. – Сержант, помогите господину инженеру.

Рослый гвардеец взял у Тома свернутые плакаты и развесил их на демонстрационной стене. Глазам присутствующих предстало изображение какого-то страшного монстра. По рядам заседавших пробежал шепот.

– Вы готовы, мистер Киббер? – спросил адмирал.

– Да, сэр, – по-военному четко ответил инженер.

– Ваше величество? – Саид-Шах вопросительно посмотрел на Джона.

– Начинайте, – кивнул император. Инженер откашлялся и начал свой доклад:

– В своих разработках мы исходили из условий минимальной цены при максимальной эффективности применения наших солдат. Здесь вы видите изображение боевой единицы – «баддистера». Его рост – 154 сантиметра, вес – 100 килограммов. При такой массе «баддистер» может развивать скорость до 40 километров в час и легко преодолевать заграждения до 2,5 метра высотой.

Инженер умолк, откашлялся и заговорил снова:

– Чтобы не усложнять схему универсального солдата, мы вооружили его роторной пусковой установкой для ракет калибра 30 миллиметров и штурмовым крюком. С помощью этого крюка «баддистер» может взбираться на невысокие отвесные стены или повреждать коммуникации противника.

– Ну хорошо, – перебил докладчика император Джон, – все это я уже слышал. Мы уже рассматривали подобные предложения, но все они оказывались непомерно дороги. А если учесть, что нам нужны пятьдесят миллионов пехотинцев… В общем, скажите нам сразу – сколько стоит эта роскошная машина?

– Это не машина, ваше величество, это – анималистический киборг. Сейчас у нас есть десяток «баддистеров», каждый из которых обошелся нам в сто тысяч кредитов, но при серийном изготовлении, скажем, при количестве свыше миллиона, его стоимость не будет превышать пяти тысяч кредитов.

Том Киббер смотрел на важных чиновников империи и наслаждался произведенным эффектом. Первым пришел в себя император Джон.

– Позвольте, а из чего же вы их изготовляете, если они стоят у вас сущие гроши? Пять тысяч кредитов – это меньше, чем полугодовое жалованье гвардейца. Помнится, «Полладиум электроник» предлагал нам подобные механизмы по… Напомните мне, Крайс.

– По двести тысяч кредитов, ваше величество.

– Да, по двести тысяч кредитов. И это была уже окончательная цена за серийное изделие. Как же вам удастся снизить цену? За счет чего?

– Ваше величество, дело в том, что в изделиях «Полладиум электроник» применялись новейшие ролевые процессоры «DX-HOBA», стоимость которых и составляла львиную долю самого изделия, у нас же используется трехмерный процессор «ломбарди-II».

– Но, насколько мне известно, «ломбарди» – это процессор для художественных станций. Я в этом кое-что понимаю – сам иногда балуюсь картинками.

– Да, ваше величество, именно эти свойства «ломбарди» мы и используем, а ролевую часть берет на себя живое существо. В нашем случае это крыса.

– Крыса? – удивился император Джон.

– Крыса? – переглянулись члены Совета. Только один адмирал Саид-Шах, осведомленный о существе вопроса, многозначительно улыбался.

– Каким же образом крыса управляет этим устройством? – спросил Джон. – Она, что же, у вас на рычаги нажимает?

Видя, что император шутит, некоторые из чиновников позволили себе засмеяться.

– Нет, ваше величество, – невозмутимо ответил инженер Киббер, – сам «баддистер» и является крысой. Он так же агрессивен и скор на расправу. Так же бесстрашен и вынослив. Суть работы «баддистера» заключается в том, что процессор «ломбарди» преобразует наше, человеческое, восприятие в восприятие дикого зверя – в данном случае крысы. И животное, находящееся внутри нашего железного воина, не видит солдат противника или его танков. Оно видит только понятные ему образы: других крыс, пытающихся забраться на его территорию.

– Постойте-постойте, – начал понимать Джон, – то есть они видят мир глазами крысы, и этот мир – тоже их мир, мир крыс?

– Именно так, ваше величество. Все аспекты боя – стрельба, штурм крепости, рукопашная схватка – все это трансформировано в крысиные понятия: агрессия, голод, поиск пищи.