Правила большой игры
- -
- 100%
- +
Возле ресторана он срезал клумбу, разбросав цветочные лепестки на сотню метров, в другом месте сшиб столик в уличном кафе. Вслед водителю неслись проклятия, но машина срезала поворот за поворотом, следуя наводкам агента Хирша:
– Идем по Тридцать восьмой улице, кажется, он меня заметил, босс! Точно – он ускоряется!
– Не теряй его, слышишь?! Не теряй ни в коем случае – мы уже совсем рядом! – приказал старший агент.
Подпрыгнув на бордюре, «Алуэт» потерял колпак с переднего колеса, потом свернул за угол, впереди показался «Меган Эскорт» агента Хирша. Метрах в пятидесяти перед ним, словно корабль на волнах, раскачивался тяжелый внедорожник «Монро».
– Хирш, посторонись! – скомандовал по радио Диц.
«Меган Эскорт» выскочил на тротуар, и «Алуэт» с ревом пронесся мимо него.
Вот и корма внедорожника, сколько в нем людей, не известно.
– Приготовиться! – приказал Диц. Он достал пистолет и включил штатный передатчик. – Але, дежурный! Проверьте номер 56-56-17 «Z»… Жду…
Через пару секунд ему ответили:
– 56-56-17 «Z» – госномер, сэр.
– Спасибо.
– И кто там может быть? – спросил водитель, избегая столкновения с выскочившей на дорогу собакой.
– Какие-нибудь копы… Прибавить можешь?
– На каменной брусчатке мы как коровы на льду, вот если бы асфальт…
– Ну и что, они ведь тоже как коровы…
– Я попробую.
– Попробуй, он прорывается куда-то, где его ждут. Если мы ничего не предпримем, можем нарваться на засаду…
– А может, ну его, босс? – осторожно предложил тот, что сидел на заднем сиденье.
– Ну его? Ты говоришь «ну его»? А по десять кусков на нос – это тебе уже неинтересно? К тому же у нас совершенно определенные указания. Тарань его, тарань!
Водитель добавил оборотов и крепко приложил внедорожник в задний бампер. «Монро» пошел юзом и разнес в щепки газетный киоск. Газеты и журналы взметнулись до самых верхних этажей.
Послышался отчетливый хлопок, заднее стекло внедорожника осыпалось. Из темного салона на «Алуэт» глянуло дуло крупнокалиберного оружия.
– Голову! – крикнул старший агент, и в следующее мгновение лобовое стекло разлетелось на шестигранные осколки.
«Алуэт» вильнул, но удержался.
– Ты как? – спросил Диц.
– Нормально! – ответил водитель, смахивая со лба капельку крови.
– Ну, держись, сука, – выругался Диц и, вытянув руку с пистолетом, два раза выстрелил. В салоне «Монро» качнулся и исчез силуэт.
– Вы попали, босс!
– Вроде да.
Внедорожник пошел юзом и ударился о старую кованую ограду. Водительская дверца распахнулась, выскочил человек в черных очках и с огромным пистолетом в правой руке. В левой он высоко держал золотой значок.
– Кажется, федерал, босс…
– Вижу… Выходим осторожно, держите его на мушке, ну и, разумеется, достаньте свои значки.
Так они и сходились: с одной стороны старший агент службы криминальных расследований Лоун с пистолетом и значком, с другой – трое агентов службы судебных маршалов с оружием и серебряными значками.
– Бросай пистолет и сдавайся! – потребовал Диц.
– Я федеральный агент! Вы не имеете права меня арестовывать!
– А мы судебные маршалы и в отсутствие полиции имеем право арестовать любого, кто нарушил закон. Бросай пистолет, все равно тебе не выкрутиться!
– Я не нарушал закона!
– Ты подозреваешься в убийстве полицейского капитана Буанзена!
– Это бред!
– Это не бред, он оборонялся и ранил твоего напарника! – Диц блефовал, однако его слова угодили в самое яблочко. Федеральный агент дернулся, и этого хватило, чтобы стоявший позади всех Хирш выстрелил.
Агент Лоун выронил пистолет и упал навзничь. Где-то визгливо закричала женщина.
«Свидетелем будет», – машинально отметил Диц.
– Зачем ты стрелял, болван?! – накинулся он на Хирша.
– Но он угрожал вам, босс!
Диц посмотрел на своих людей: они выглядели напуганными. Убийство федерального агента – это не пустяк, тем более в машине валялся еще один.
– Ну, чего вы стоите, обыщите их, что ли!
Все трое бросились выполнять приказ, но босс снова остался недоволен.
– Хирш, ты-то куда побежал?
– Обыскивать, сэр…
– Не обыскивать нужно, а добывать улики.
– У… у меня в машине «дурь» завалялась.
– Какая?
– «Зеленый попугай».
– Сколько?
– Четыре дозы.
– Давай насыпь им в карманы, да побыстрее!
– Слушаюсь, босс!
Хирш сбегал к машине и, зажав в кулаке «дурь», вернулся к телу федерального агента. Разумеется, подброшенные наркотики почти всегда можно было распознать, но попробуй не запиши их в протокол.
Послышался вой полицейских сирен.
– Смываемся, босс? – спросил водитель.
– С чего это? Мы правы. Мы всегда правы.
– Я нашел вот что. – Водитель подал Дицу пакетик для вещдоков, в котором лежали две гильзы. – Это за них они капитана грохнули?
– Не знаю, – соврал Диц.
«Не они, так мы бы его убрали, капитану просто не повезло».
– Босс, у того, что в машине, в брюхе дырка от малокалиберного оружия, – сообщил второй агент, вручая Дицу еще один пакетик с целой горстью крупнокалиберных гильз.
– Это Буанзен его из «река» уделал.
Полицейские сирены голосили уже на соседней улице.
– Занимайте оборону! – приказал Диц.
– Что, в копов, что ли, стрелять будем? – испугался Хирш.
– А тебе-то чего, ты только что федерального агента завалил! – усмехнулся водитель. – Городские копы для тебя теперь как семечки!
– Никакой стрельбы! Значки держать как можно выше!
Отдав распоряжения, Диц набрал на диспикере номер своего начальника.
– Диц? Ты?
– Я, сэр. Мне нужна поддержка, нас сейчас копы замести попытаются.
– Какого хрена, Диц?! Я зачем тебя посылал?!
– Потом все объясню, сэр, вы пока слушайте…
Диц положил включенный диспикер на капот «Алуэта».
– Кто бы вы ни были, положите оружие на землю и выходите с поднятыми руками! – прозвучало из мегафона.
Вслед за первыми тремя полицейскими машинами стали прибывать другие. Скоро они заполонили все переулки, и отовсюду на судебных маршалов были нацелены десятки пистолетов и дробовиков.
– Повторяю… Кто бы вы ни были…
– Я старший агент службы судебных маршалов! – ответил Диц, и, хотя перекричать мегафон ему не удалось, его начальник все прекрасно слышал.
– …положите оружие на землю и выходите с поднятыми руками!
– Мы из службы судебных маршалов!
– Положите оружие на землю и поднимите руки!
Наконец подъехала машина какого-то полицейского чина, как оказалось, начальника городской полиции.
Он бесстрашно прошел через плотные ряды своих бряцающих оружием подчиненных и приблизился к Дицу.
– Кто вы такие и почему не сдаетесь?
– Я старший агент Диц, сэр, служба судебных маршалов. Я не могу сдаться, поскольку нахожусь при исполнении служебных обязанностей.
– Боюсь, вам придется подчиниться, старший агент, иначе я прикажу вас перестрелять, как бешеных псов. Вы и так уже наваляли тут трупов. – Начальник полиции кивнул на тело агента Лоуна. – Кто этот человек?
– Убийца полицейского, сэр.
– Вот как? А я подозреваю, что это агент Федеральной службы криминальных расследований.
– Откуда вам это известно? – усмехнулся Диц.
– Я… – Начальник полиции смутился. – Одним словом, у меня есть свои информационные каналы.
– То есть федеральный агент имеет право убить полицейского? – не сдавался Диц. Ему нужно было тянуть время, чтобы дождаться помощи.
– О каком полицейском идет речь?
– Капитан Буанзен из сорок второго отделения. Его пристрелили эти двое федералов.
– Боюсь, это голословное утверждение, посмотрим, как вы заговорите, когда здесь объявится ФСКР.
– Ваш храбрый офицер, сэр, отстреливался и успел ранить одного из этих громил в живот.
– В этом мы сумеем разобраться и без вас, а теперь я последний раз повторяю свой вопрос: вы собираетесь отдавать себя в руки закона или нет?
Ответить Диц не успел – зазвонил диспикер начальника полиции.
– Да! Слушаю! – раздраженно ответил тот.
– Начальник Амундсен, что у вас там за шум? Вы переполошили весь город.
Узнав голос прокурора, шеф полиции нахмурился.
– Ничего особенного, ваша честь, всего лишь полицейская операция.
– А мне сообщили, что вы пытаетесь арестовать государственных служащих. Вынужден вам напомнить, что я поставлен в этом городе следить за тем, чтобы полиция не превышала своих полномочий.
– Уверяю, ваша честь, что мы их не превышаем. А с судебными маршалами мы составим совместный протокол, один экземпляр они возьмут с собой.
– Это было бы правильно, начальник Амундсен. Это было бы очень правильно. Ну, удачи вам.
– И вам, ваша честь.
Заметив, как изменилось выражение лица начальника полиции, агент Диц понял, что поддержка пришла вовремя.
– Ну ладно, ребята…
Шеф полиции поднял руку и дал своим отмашку – отставить. Разочарованные полицейские начали убирать оружие, и вскоре патрульные машины стали пятиться вверх по улице, чтобы разобрать создавшуюся пробку.
К начальнику полиции подошли трое детективов в гражданских костюмах.
– Начинайте, – сказал им чиновник. – А у меня в офисе еще полно неотложных дел.
– Кто старший? – спросил один из детективов.
– Я, старший агент Диц.
– Почему вы преследовали агентов ФСКР?
– На тот момент мы еще не знали, что преследуем федералов. Возле дома прозвучали выстрелы, а мы как раз проезжали мимо – ну и вмешались. Успели заметить, как от места происшествия отъезжает эта машина, а когда нашли в доме труп, решили ее догнать.
– А почему вы не вызвали полицию, агент Диц?
– Моя рация вышла из строя, едва брала собственные частоты…
– Понятно.
– У них в карманах наркотики! – сообщил один из детективов, обыскивавших трупы.
Тот, что снимал показания с Дица, усмехнулся:
– Будем заносить в протокол?
– Конечно, будем.
И уже тише, обращаясь к Дицу, добавил:
– ФСКР вам этого не простит, господин судебный маршал, так и знайте.
– Знаю, – ответил Диц.
Глава 15
В тайной штаб-квартире службы безопасности компании «Нетстейп» шла лихорадочная работа. Поступавшие со всех концов города сведения немедленно обсуждались и анализировались.
В одной из комнат сидел командир отряда наемников Хоган, которому вместе с еще двумя его людьми посчастливилось остаться в живых.
Ускользнуть из смертельных лабиринтов бункера удалось шестерым, однако трое погибли во время преследования каких-то сукиных сынов, в последний момент похитивших драгоценный чемоданчик.
Рассказывать эту невеселую историю от начала и до конца Хогану пришлось несколько раз. Первый раз – взъерошенному капитану Лейси. Тот поначалу даже заорал на Хогана, удивляясь, почему он не застрелился. Эта мысль и в самом деле приходила в голову старому наемнику, однако стреляться после того, как спасся из этого пекла… Хотя – почему бы и нет? Все равно когда-то придется поставить на всем этом жирную точку.
После Лейси пришлось разговаривать с Барвином, здешним большим начальником. Он выглядел куда более спокойным и даже сказал, что результат операции – не провал, а половина победы.
– Главное, что чемодан не у «Фьорда», осталось только его найти.
– Я бы хотел участвовать в поисках, сэр, – предложил свою помощь Хоган, но Барвин покачал головой.
– Нет, этим займутся специалисты. А вы пока посидите, успокойтесь, и мой вам совет: подумайте о чем-то хорошем. Вам в любом случае заплатят ваши деньги, а потом вы поедете в отпуск.
«Отпуск», – усмехнулся про себя Хоган, поскольку сам неоднократно отправлял в «отпуск» других. Думать «о чем-то хорошем» не получалось, ведь в бункере остались трое его приятелей. Вместе они прошли пустыни Эстермара без единой царапины, а здесь…
После разговора с Барвином Лейси еще неоднократно подводил к Хогану каких-то умников в дорогих пиджаках. Они были вежливы, однако выспрашивали очень дотошно, иногда задавая совершенно странные вопросы, вроде этого: чем пахло у причала, где высаживалась половина отряда?
Может, они имели в виду растворители жидких взрывчаток? Но эти запахи он различил бы сразу. Ничего не было, пахло выхлопами перегретых турбин айрбайков и немного водорослями – это Хоган вспомнил позже.
Теперь он сидел в углу и курил. Рядом на столике скопилось полдюжины кофейных чашек. Почему-то хотелось именно кофе – наверное, это было нервное.
Хоган курил и мысленно возвращался в бункер. Большим сюрпризом для него и его команды оказалось наличие третьей силы, хотя они знали, что придется высаживаться под прикрытием «потешного» боя – во время расстрела охраной пущенных на убой наемников. «Баярд» давно практиковал эти фальшивые нападения, чтобы отчитываться перед заказчиком, но обычно с «потешными» солдатиками разделывались в полторы-две минуты, о чем свидетельствовали шпионские видеоматериалы, однако на этот раз в «потешную» группу попали крепкие орешки. Они стреляли на слух, не боялись сближаться и лихо орудовали ножами.
Именно их действия подкосили отряд Хогана; он рассчитывал вывести после боя хотя бы пятнадцать человек, а в случае удачи и все двадцать пять, но проскочили только шестеро.
Погрузившись в воспоминания, Хоган угрюмо поглядывал на бегающих вокруг сотрудников.
– Полиция целиком в их руках, служба криминальных расследований – тоже. Правда, мы контролируем службу судебных маршалов, это не так жирно, как ФСКР, но нам еще помогает прокурор города…
Хоган слушал эти разговоры, и они казались ему лишенными всякого смысла. Он потерял весь отряд, в плен не сдался ни один раненый – все приняли яд. Это была элита, таких солдат больше не найти.
– Сэр, прибыли тридцать два человека из Пайдека! – доложил очередной курьер.
– Хорошо, разместите их на северо-западной базе. Люди нам сейчас будут очень нужны.
Пока Барвин докладывал вышестоящему руководству, за главного хозяйничал Лейси. Немного остыв, он уже не предлагал Хогану застрелиться.
– Привезли гильзы, сэр.
Лейси вскочил со стула и подошел к двум оперативникам в перепачканных спортивных костюмах, затем к ним присоединился эксперт в очках с тонкой золотой оправой.
– Мы опоздали всего на несколько минут и видели, как они увозили айрбайк, сэр.
– Ну и наплевать, – отмахнулся Лейси. – Айрбайк нам ничего бы не дал, зато мы знаем, что потом похитители поехали на аэродром. Что обнаружили на месте падения штурмовика?
– Военные дознаватели останков не нашли, и это не удивительно: машина упала уже без колпака кабины и кресел. Пилот и штурман катапультировались раньше.
На стол легла карта.
– Вот авиабаза, аэродром, а здесь – место падения, – рассказывал один из оперативников, двигая по карте пальцем. – Мы полагаем, они выпрыгнули прямо над рекой.
– Значит, эти люди были хорошо подготовлены, – заметил Лейси. – Возможно, даже располагали информацией, которая подтекает где-то у нас…
После этих слов все посмотрели друг на друга, словно прикидывая, кто же мог поделиться с врагом сведениями.
– Маловероятно, – покачал головой аналитик в очках с золотой оправой. – Слишком много стыковок, так операции не планируются. Сначала нужно попасть к вербовщикам «Филипп Таккер», потом угадать с моментом попадания в команду, ведь были и такие, кто отработал неделю назад или еще раньше.
– Так-то оно так, – вздохнул Лейси. – Но уж очень все гладко получается: в бункере всю работу сделали нашими руками, применяли сверхмощные боеприпасы, которые, как нам известно, никогда прежде в «потешных» боях не использовались, – гранаты «дундл» – это не шутка, потом схватили чемоданчик и умчались на нашем же айрбайке. Преследовавших их людей Хогана аккуратно убрали, потом взяли со стоянки микроавтобус и помчались на аэродром. Откуда они знали, что на аэродроме их ждет пилот?
– Владелец микроавтобуса утверждает, что машину у него украли.
– Ну конечно – микроавтобус с форсированным двигателем взяли случайно. Не очень-то в это верится. И последнее: как получилось, что эти ребята еще и на штурмовиках мастера летать?
Все молчали. Это действительно напоминало идеально выверенную схему. Правда, выполнялись такие планы только в теории.
– Пока мы искали их на месте падения самолета, они топали в другом направлении. Вопрос – в каком?
Хоган загасил последний окурок и поднялся.
– Вы куда, Хоган? – спросил Лейси.
– Пойду к себе, – пряча глаза, ответил тот.
– Хорошо, отдохните пока. Сегодня вы нам не понадобитесь…
«Да пошли вы», – мысленно огрызнулся Хоган и вышел в коридор.
– Боб, давайте я продиктую вам перечень задач для наших сыщиков. Возьмите ручку… – доносился из кабинета голос Лейси. Прежде Хоган его ненавидел, а теперь ему было все равно.
В коридоре продолжалась та же чехарда, во всех направлениях носились люди. На одних были костюмы за три тысячи батов, другие ходили в набитых боеприпасами разгрузках.
«Куда я иду?» – спросил себя Хоган. Он с трудом представлял, что сможет сейчас войти в казарменные помещения, где несколько часов назад готовились к ответственной операции его люди. Там еще оставался запах солдатской робы и ровными рядами стояли безупречно заправленные кровати.
Двух счастливчиков, что выбрались вместе с Хоганом, уже отправили на пригородную базу – они не хотели оставаться в городе.
Хоган толкнул первую попавшуюся дверь и оказался в туалете. Кругом кафель и зеркала. Он подошел к одному из них и взглянул на свое отражение. Это был не тот Хоган, которого он знал, – совершенно безжизненное лицо.
– Ты мертв, парень, – вслух произнес он и достал из кобуры пистолет. Вынул магазин и усмехнулся: в нем оставался только один патрон.
– Значит, судьба…
Выстрел из крупнокалиберного оружия услышали на всем этаже. Проходивший мимо сотрудник тотчас заглянул в туалет.
– Эй, что там?! – крикнул Лейси, выскочив из кабинета.
– Хоган застрелился.
– Застрелился? – Лейси покачал головой. – Вот придурок. Я же не говорил ему буквально – иди и стреляйся… Я же…
Он махнул рукой.
– Ладно, вызовите кого-нибудь, чтобы там прибрали, не можем же мы ходить в сортир, если там повсюду мозги!
Лейси вернулся в кабинет.
– Итак, Боб, на чем я остановился?
Его перебил требовательный звонок диспикера, на котором мигала лампочка защищенного канала.
– Так, кажется, новости! – Лейси подскочил к аппарату и сдернул трубку. – Так! Так! Понял. Что? Понял, отбой.
Положив трубку на место, он счастливо улыбнулся.
– На тридцать втором километре восточного шоссе ограблен придорожный магазин! Грабителей было двое, для острастки они прострелили стойку одиннадцатимиллиметровой пулей.
– И где эта пуля? – спросил эксперт.
– Пуля в полиции, но и полиция не без добрых людей. Добрых и хорошо оплачиваемых. Давайте крепко подумаем, господа, позже мы обязательно добудем фотографии и идентифицируем этих молодцов, но пока меня интересует другое: где сейчас могут находиться эти везучие мерзавцы.
Глава 16
Завтрак принесли ровно в девять, как Джек и заказывал. Услышав стук в дверь, он поднялся и накинул простыню, пряча под ней SFAT. При этом он так морщился, будто после ночной пьянки каждое движение давалось ему с трудом.
Осторожно приоткрыв дверь, Джек скрипуче спросил:
– Что такое?
– Ваш завтрак, сэр. Вы заказывали.
– Я заказывал? – Джек сделал вид, что пытается вспомнить, но в конце концов махнул рукой. – Ладно, заноси…
И открыл дверь пошире, глядя мимо официанта. Коридор был пуст.
Официант закатил тележку и начал сервировать стол. Джек внимательно следил за ним и, подождав, пока тот уйдет, пошел в ванную.
Принимая душ, Джек то и дело посматривал на лежавший под рукой автомат. Закончив процедуры, вытерся сам и тщательно протер SFAT. Потом вышел в гостиную и постучал в соединявшую смежные номера дверь.
Никто не ответил.
Джек постучал настойчивее – опять тишина. Мысли, одна тревожнее другой, стали роиться в его голове.
Постояв еще несколько секунд, он сорвался с места и начал лихорадочно одеваться. В его номер постучали, Джек едва успел надеть брюки.
С автоматом наготове он подкрался к двери и, став к стене, спросил:
– Кто?
– Горничная, сэр. Вам записка.
– От кого?
– От джентльмена из соседнего номера.
– Подсуньте под дверь. Я не одет.
Из-под двери выполз листок, Джек поднял его и развернул – корявым почерком Рона там было написано следующее: «Джек, со мной все в порядке, просто я занят – заказал одну из услуг отеля».
– Какие еще услуги? – недоуменно произнес Джек и понюхал влажноватую записку. От нее пахло шампунем.
«Что он успел заказать – банщика, что ли?»
Решив пока ничего не предпринимать, Джек сел завтракать. Накрытые теплоизолирующими крышками, вареные яйца и тосты оставались горячими, витые листочки сливочного масла и красная икра радовали глаз. Еще не так давно Джек завтракал совсем иначе, ему нравилась солдатская пища, к которой он привык на фронте. Разваристые каши, гороховое пюре, порошковый картофель. Дома он специально ездил за город, чтобы купить в военном магазине эти продукты.
Позже его привычки изменились, и вместо киселя или морса он стал выпивать за завтраком чашку зеленого чая. К чаю его приучила секретарша, которую он нанял, когда дела в его сыскном агентстве шли получше.
Ее звали Рози, она приехала в Эртвуд из провинции и мечтала стать кинозвездой. На взгляд Джека, она была глупа, но при этом необыкновенно сексуальна. Пару раз он даже не совладал с собой, а Рози не имела ничего против любви на письменном столе.
Позже Джек пожалел об этом приступе слабости – ему пришлось увеличить Рози жалованье при том, что она почти ничего не делала, раз за разом шлифуя и перекрашивая ногти.
Когда денег не стало, Рози сбежала, похитив из ваквантера Джека базу данных. Потом все завертелось, долги стали нарастать снежным комом, и он очнулся на улице. Пришлось подаваться в наемники.
Из номера Рона постучали.
– Это ты, Рон?
– Я.
Джек встал, отпер замок и впустил напарника – в банном халате, с румяной сияющей физиономией.
– Ты как будто даже подрос, Рон. Что случилось, ты выиграл в лотерею?
– Я выиграл больше, чем в лотерею.
– А где твоя пушка? – перебил Джек.
– Спрятал под диваном.
– Хорошо. А что была за услуга?
– О! Сначала я заказал массаж в джакузи, и мне его делали две чудные крошки – лет двадцати двух, не больше. Блондинки.
– Уверен, что крашеные.
– Это неважно, главное, Джек, они разожгли во мне огонь… – Рон подцепил тостом красной икры и забросил его в рот.
– Что за дрянь, Джек? – скривился он. – Почему джем воняет рыбой?
– Это икра, Рон.
– Что за привычка есть по утрам соленое? Дай чего-нибудь запить.
– Есть зеленый чай…
– Зеленый чай? – Рон выпучил на приятеля глаза. – Вот уж не ожидал от тебя.
– А что такого?
– Зеленый чай заваривают только старухи, он помогает от… забыл, от чего.
– Старухи заваривают корень ревеня.
– Точно! Ревеня! Так это не ревень? – Рон снова схватил чашку.
– Поставь, я достану из бара минеральной воды.
– Хорошо. Ну так я не договорил. Эти крошки, Джек, разожгли во мне такой огонь, что я был готов горы свернуть, понимаешь?
– Они что же, совсем голышом были?
– В трусиках, Джек, в тонких трусиках. И когда я уже был готов, одна из них предложила мне дополнительную услугу за дополнительную плату.
– И ты?
– Я согласился. Правда, я попросил вторую девушку выйти, я не сторонник всех этих групповых оргий. Она засмеялась и сказала, что я «забавный», а когда ушла, ее подружка осчастливила меня, что называется, не сходя с места. Это обошлось мне в дополнительный полтинник. Как думаешь, мы можем себе это позволить?
– Рон, ты хочешь, чтобы каждая шлюха в отеле запомнила твою рожу?
– Да ладно тебе, сегодня вечером нас, может, и в живых уже не будет.
– И все-таки это не повод быть таким безалаберным.
– Простите, сэр. Больше не повторится.
– Хватит кривляться.
– Я не кривляюсь. Пришло время сматываться отсюда.
– Так сразу не умотаешь, нужно ждать темноты. Да и подготовиться необходимо.
– Что значит «подготовиться»?
– Ты представляешь, какой силищей ворочают эти ребята – и те, которые нас подставляли, и другие, которые пытались их ограбить?
– Конечно.
– Значит, все полицейские сканеры в общественных местах, на вокзалах, в аэропортах и спейсдоках настроены на опознание наших лиц.
– Общественные места – это сортиры, что ли?
– Неважно. Главное, что мы под колпаком.
– Ты думаешь, они получили наши фотографии?
– Разумеется, нас фотографировали еще на Чиккере, перед отправкой.