Время поверить. Всё не такое, каким кажется на первый взгляд

– Керосин! – выдохнул Сергей.

Обернулся. На створке ворот, что он сейчас открыл, в мягком свечении дневного света висел пожарный щит. Прыжком подскочил к щиту, схватил красный небольшой, чуть больше метра деревянный багор.

Не долго думая стянул с себя рубаху, намотал её на крюк багра, жирно облил импровизированный факел керосином. Да, так и замер. Самого главного – спичек не было.

Сергей, чуть помедлив, вдруг бросил багор-факел на пол, большими скачками кинулся наверх.

Пробежал пару шагов по песку, остановился, глядя себе под ноги. От возбуждения он так сильно мотал головой во все стороны, что рисковал сдуру свернуть себе шею.

Радостно воскликнул:

– Вот! То, что надо!

С этими словами, резво схватил парочку кремниевых голышей. Тут же, трясущимися руками чиркнул ими друг о дружку. Меж камнями проскочила едва заметная белая искорка.

– Есть! – восторженно взвизгнул Сергей, метнулся к подземелью.

Добежал по верху, по песку до разодранной им огромной дыры.

Он обошёл её. Прикинул, что прямо под ним должны были быть ворота. В этом месте сильно подпрыгнул. Брезент с треском порвался, Сергей теперь уже готовый к падению, весело с гиканьем отскочил в сторону, но песок всё же увлёк его за собой и белобрысый «акробат», клацнув зубами, шмякнулся с двухметровой высоты на бетонный пол. Горка песка смягчила его падение. Разорванный брезент широко разошёлся в стороны, и теперь у ворот стало совсем светло.

Сергей сполз с песчаного холмика, потирая ушибленную ягодицу, вошёл в склад, присел на корточки, водрузив багор к себе на колени, сильно наклонился над факелом. Кремни снова послушно издали «чирк», и керосиновое пламя мощно ринулось вверх прямо в лицо Сергею. Не пожалев горючего он чересчур обильно намочил им рубаху, и теперь хлопая себя по лицу, отпрянул от взметнувшегося огня.

– Фу! Ну и вонь! Брови точно опалил, – нервно возопил Сергей.

Провёл рукой по лбу, оплавленные клочки волос прилипли к пальцам.

– Ох, ты чёрт! – испугался горе-поджигатель.

Думая, что у него горят волосы, кинулся на бетонный пол. Черпая отдающую затхлым смрадом кашицу грязи, принялся интенсивно размазывать её по своей белобрысой, не очень умной голове.

С чёрным лицом и головой, по пояс голый с кляксами жижи на груди и животе, с оборванными снизу штанинами брюк – став похожим на доисторического человека, Сергей поднял с пола полыхающий багор. Жирные тени заплясали по потолку и стеллажам, завершая картину из каменного века. Первое что чумазый «Пращур» увидел в рыжем свете факела – это спички, лежащие в центре тумбочки, явно специально кем-то приготовленные и стоящую рядом керосиновую лампу.

Да, отсырели они – точно! – молвил «пещерный человек», оправдываясь сам перед собой, за свою глупость и излишнюю импульсивность. Сергей взял коробок, достал спичку. Чиркнул. К его удивлению сера на спичке тут же ожила рыжим огоньком.

– Ага! А лампа, конечно же, полна керосина – съехидничал не блещущий умом «человек из каменного века».

С этими словами он качнул лампу. В ней уютным звуком булькнула жидкость. Недовольно хмыкнув, Сергей отвернулся от тумбочки и направился вглубь склада. Пляшущий ярко-рыжий свет факела выдавливал из сумрака ряды полок со стопками военной формы, перевязанные лохматой бечёвкой. Разворошив пару стопок, он обнаружил, что обмундирование было морских пехотинцев, как рядовых, так и офицеров. «Пращур» тут же натянул на себя офицерский бушлат, затем чёрные штаны, став внешне постепенно возвращаться из каменного века в свою временную эпоху. Закончив наряжаться, он выдал очередной перл:

– Ё-моё…, – «мяукнул» Сергей фразу, лишённую глубины мысли.

– Это военный склад! Дааа… Хм… Странно, – кумекая и жонглируя в голове мыслями, он недоумевал: как тут, на острове мог оказаться военный склад.

Звуки, издаваемые Сергеем, были по-прежнему лишены оригинальности и смысла. Он бегал, носился, «ойкал», восклицал, и издавал всякие ликующие вопли, стараясь на бегу заглянуть в каждый тёмный угол всего громадного пространства склада. Рыжий огонёк, то мелькал вдалеке в сумраке маленькой точкой, то расходился лучами сквозь щели длинных стеллажей, то неожиданно вылетал из-за поворота штабеля досок мощным пятном рыжего света и уносился прочь в темноту, гудящим от скорости факелом. Чумазый человек с огнём в руке словно Прометей, неутомимо летал в темноте. Откуда только силы взялись? Такой беглый осмотр дал Сергею ясно понять, что он стал единоличным владельцем склада военного обмундирования, оружейного склада, продовольствия и горючего. Удивляться и радоваться ему предстояло ещё не раз, вот и сейчас перейдя к полкам с деревянными ящиками, он к своему несказанному счастью обнаружил бутылки с отличным ямайским ромом, виски и шампанским!

– Гы-гы-гы! – Сергей совсем перестал издавать членораздельные звуки.

Речевой аппарат отказывался ему служить. От сильной эмоции, на этот раз позитивной и радостной – мозг Сергея снова заклинило. Голова его окончательно «поехала» на этих «качелей Жизни». Тогда, пару месяцев назад его вырубило на пляже от ощущения тотального горя, теперь же «качели» качнулись в обратную сторону. Он ликовал, внутри у него всё буквально разрывалось на множество маленьких, сияющих от восторга Серёжиков. Его шатало и качало на ватных ногах от навалившегося счастья и фейерверка радости. Со стороны он сейчас выглядел упившимся в у’смерть всем этим богатым ассортиментом алкоголя.

Чуть не выронив горящий багор от навалившейся слабости, ухватился за какой-то ящик с бутылками, прильнул полыхающим лбом к прохладному стеклу пузатой бутылки шампанского. По-прежнему чувствуя лёгкую трясучку в коленях, он пьяным голосом еле вымолвил:

– Господи! Дорогой мой Господи! Спасибо Тебе! Благодарю тебя дорогой мой Господи!

Совершенно одурев от счастья с этими «нетрезвыми» словами, он снова, на этот раз медленно, двинулся мимо стеллажей, на которых стояли столбиками и пирамидками, как в сытое время в советских гастрономах, разные блестящие жестяные банки разного калибра.

На соседней полке возвышалась стопками посуда. Причём посуда была как обычная армейская алюминиевая, так и фарфоровая, видимо, для офицерского состава.

Старое оружие времён второй мировой в основном было автоматическое. Здесь даже были с десяток пулемётов, типа «Максим». Щедро умазанные смазкой, и совершенно не страшные похожие на батоны колбасы, пулемёты лежали в рядок на металлической полке. Жестяные ящики цвета «хаки» с пулемётными лентами стояли здесь же.

Оружия, если сравнивать с объёмами всего остального, было не так много. А вот инструментов было в избытке: и лопаты, и кирки, молотки, и ящики с гвоздями. В углу Сергей нашёл грамотно сложенный штабель досок, мимо которого сначала пролетел не заметив. Аккуратные стопки кирпичей стояли вдоль бетонной стены склада. Инженер строитель взял в руку один кирпич, русскими буквами на нём было выдавлено: «Фабрика Красный Молот-1942 год».

– Так-так-так…, – снова выдал Сергей, не особо понимая сам, что это его «так-так» означает.

Повернув за угол, он увидел, что тут были даже спальные принадлежности: подушки, одеяла, матрацы, палатки, разобранные армейские кровати, раскладушки. Мысль что наконец-то он сможет спать как «белый человек», вернула ему способность внятно говорить:

– Хмм… Очень похоже, что здесь собирались строить полевой госпиталь. Хм, и кому это надо? Здесь, на острове и госпиталь…?

В подтверждение своих слов он увидел полки с сумками с красными крестами. Распотрошив одну – по резкому медицинскому запаху убедился: «И точно лекарства». Сделав второй круг по огромному подземному складу, Сергей снова повстречался с тумбочкой у входа с керосиновой лампой и спичками. Рубашка изрядно чадила, тем не менее, факел всё ещё светил. Увидев снова лампу, Сергей отшвырнул догорающий факел за ворота.

Взялся было за керосинку. Взгляд его споткнулся о табличку на серой бетонной стене, над тумбочкой. На табличке надпись гласила: «Ответственный за противопожарное состояние старший прапорщик Ф.М.Сумин» – вдруг Сергей остановился, вернул лампу на место. Вышел за ворота, поднял дымящийся багор, и хорошенько повозил и поелозил им в жиже. Убедившись, что факел перестал чадить, отбросил багор подальше от ворот. Подойдя к тумбочке, снял стекло с лампы, чиркнул спичкой, вернул стекло на место. Всё вокруг озарилось наконец-то ровным, мягким, оранжевым светом.

Примечания