- -
- 100%
- +
Петр взял театральную паузу.
– Какой?
– Они взяли меня на работу и выкупили права на все последующие изобретения, связанные с зарядными блоками и пластинами. – отец облокотился на столешницу и широко улыбнулся. – Триста тысяч, Арти… мы заработали триста тысяч!
По деньгам моего прошлого мира, это триста миллионов рублей или три с копейками миллиона вечно-зеленых. Солидная сумма. Очень солидная. Впрочем, если Петр отказался от свое затеи с «процентом от продаж», то конкуренты Болотовой еще сэкономили.
«Ох-ре-неть. И вот этот неудачник превратился в настоящего богача?!» – шокировано произнес осьминог. – «Остановите Землю, я выйду!»
– Погоди… а как же твой бывший коллега Филимонов? Он же вроде тоже подавал заявку на патент? Не могли же Францевичи предложить контракт человеку, у которого даже патента на руках нет.
Петр довольно хмыкнул, затем зацепил с соседнего стола бутылку с шампанским и наполнил свой бокал.
– А ты разве не слышал? Виктор, вместе со своей новой хозяйкой, проиграл суд. Этот идиот отказался предоставить на проверку воспоминания о работе над технологией. Наверняка там есть что-нибудь извращенное, он мне всегда казался немного странноватым. А может, и нечего было предоставлять и Николай просто захотел примазаться к моей работе.
Одним словом – бред собачий!
«Это два слова!»
«Не придирайся. Я один чувствую, что от этой истории как-то нехорошо пахнет?»
«Да это твой отец со своими благовониями. Скажи, чтобы не перебарщивал. Не понимаю, как ты тут сидишь вообще».
Сделал глубокий вдох. Действительно слишком много цитруса. Но я сейчас не об этом.
Такой человек, как Ангелина Болотова не могла нанять на работу проходимца. А следовательно у Виктора точно были доказательства своей работы. В таком случае, надо понять, почему он отказался предоставить их в суде? Ведь тогда он мог претендовать на 50% от всех отчислений и контрактов. Но он согласился на обычную зарплату от Болотовых. Говорю же, бред собачий!
– Отец, – я сделал небольшую паузу, хорошенько обдумывая следующий вопрос. – Давай еще раз и по порядку. Почему вы перестали работать с Филимоновым?
– Разные взгляды на развитие проекта.
– Это слишком расплывчато. У вас же была конкретная причина?
Петя залпом выдул шампанское и налил себе еще.
– Витя считал, что наша технология слишком сырая. Что мы не можем гарантировать стабильную работу зарядных блоков.
– И все? Это же решаемые вопросы. Тем более столько лет прошло.
– Так и я о чем!!! Как по мне, так мой старый друг просто сдался. Он не захотел ничем жертвовать, а вот я пошел до конца. И кто, в итоге, оказался прав?
– Ты… – мрачно ответил я. – А что значит, что вы не можете гарантировать стабильную работу зарядных блоков? Они могут отключаться? Или сбоить? Что именно так беспокоило Филимонова?
Петр обошел стол и наконец-то надел майку.
– А ведь ты в первый раз интересуешься моей работой, – заметил мужчина. – Не представляешь, насколько меня это радует! Ну хорошо… – он плюхнулся на диван и закинул руки на спинку. – Главная проблема зарядных блоков заключается в дозированной передаче энергии. Когда эта технология только создавалась, у таких же ученых, как я, возникало множество сложностей. Взрывались пластины, загорались блоки, даже пыль портилась в некоторых случаях.
– Портилась пыль? Это как?
– Ну заряжаешь ты ее несколько лет, а потом бац! И она теряет свою энергию за пару минут активной работы. А на ремонт нужно потратить чуть ли не столько же.
– Но ты же решил эту проблему?
– Само собой! И даже потратил два года на проверку. Так что, как я и говорил, Виктор просто не захотел рисковать, а потом начал махать кулаками после драки.
А ведь в этом что-то есть. Может, отцовской проверки оказалось недостаточно? Или, к примеру, Филимонов нашел какой-то другой изъян, и подача документов на патент – это не более, чем театральное представление. Чтобы Петр расслабился и, самое главное, убедил Францевичей и Самылиных в уникальности собственной технологии.
Бррр… попахивает какой-то теорией заговора.
– Так, сын, давай не будем о делах! Лучше расскажи, как там дела у мамы? Слышал… – всего на мгновение по его лицу проскользнула презрительная гримаса, – слышал, что у нее кто-то там появился?
– Да, – не стал увиливать я. Петр уже взрослый мужик – переживет. – Граф Григорий Орлов. Думаю, ты и сам об этом знаешь.
– Знаю… – выдохнул отец, выдув еще порцию алкоголя. – И как вы с Миррой к этому относитесь?
Я немного подумал.
– Философски.
– Это как?
– Мама счастлива, ты, насколько я вижу, тоже. Следовательно, все идет так, как должно. Ну а Мирра так и вовсе сияет. Поначалу ей было непросто, но граф умеет расположить к себе.
– Твоя мать совершает большую глупость, – процедил Петр. – Орлов поиграется с ней и выбросит, как ненужную игрушку. А вот если бы она вернулась ко мне…
– То перестала бы уважать себя, – закончил я за него. – Отец, мы же можем поговорить, как два взрослых мужика?
Кракенов старший смерил меня хмурым взглядом и кивнул.
– Почему, по-твоему, вы разошлись с мамой?
– Из-за моих неудач. Я не мог обеспечить семью, и ее это окончательно достало.
– Да нихрена. Плевать маме на деньги. Ее беспокоило только то, что из любящего мужа и хорошего отца ты превратился в какого-то невротика. Продал дом, машины, потратил последние сбережения. Ты вообще не думал, что случится с нами, если у тебя ничего не получится! И мама все это видела. Видела и тащила все на себе.
Это не мои догадки. Просто во время своего заключения в тюрьме я успел просмотреть несколько десятков ключевых воспоминаний. И моменты Викиного тихого плача, у себя в комнате, туда входили.
– Но я же все исправил.
– А разве это имеет какое-то значение? Доверие – это очень тонкая материя. Один раз предашь его и больше тебе никто не поверит. Так что если бы вы с мамой сошлись, она бы всегда жила с мыслью «что если Пете снова что-то взбредет в голову».
От напускной уверенности отца не осталась и следа. Он как-то поник, наклонился вперед и сложил руки в замок.
– Значит, никаких шансов?
– С мамой? Никаких. Она очень счастлива и я не позволю тебе вмешиваться в ее жизнь. НО! Мы с Миррой по-прежнему любим тебя. И как раз наше доверие ты можешь попробовать вернуть.
Я подошел к окну, чтобы насладиться видом. Само собой у меня не было никаких эмоций к этому человеку. Он для меня чужой. Но вот с сестренкой им надо возобновлять общение. Иначе позже они оба об этом пожалеют.
– Наверное, стоит ей написать.
– А еще лучше, если подаришь Мирре новую гитару. Да подороже. Она будет в восторге.
На лице отца снова появилась улыбка. Вот и хорошо. И человеку настроение поднял, и сеструхе новую игрушку подогнал. Не брат, а золото.
– Может и тебе что-нибудь нужно? Арти, ты только скажи…
Я практически не слушал, что говорит отец, так как полностью сконцентрировался на происходящих на улице событиях.
– А этот что тут делает!?
Быстро распрощавшись с растерянным отцом, выскочил наружу. Если там происходит то, о чем я сейчас подумал, то дело может пойти по очень скверному сценарию. Особенно для пацанов из Аптекарских.
– Первый этаж! – выпалил я, оказавшись в лифте.
Железная «комната» сдвинулась с места, в то время как я продолжил следить за событиями. Обзор был хороший.
Из кучки парней внизу точно узнал Зяву и Барабана. Имен остальной мелочевки я не запомнил. Надо будет, сделаю запрос из памяти.
Так вот эта веселая компания сейчас о чем-то яростно спорила с белобрысым пацаном, чье лицо мне сразу показалось знакомым. Но когда я увеличил изображение, стало ясно, что я действительно знаю этого парня.
Франклин… я сделал быстрый запрос из памяти… Финиган. Боец, с которым я столкнулся в Императорском тренировочном центре и о котором так тепло отзывалась Кейла. И вот на этого опасного бойца нарывались наши пацанята. Не хорошо. Это им не с Васильевым силами тягаться. Пришибет и не заметит.
Оказавшись внизу, быстрым шагом добрался до спорившей компании. За спинами остальных ребят стоял Барабан и держал за спиной небольшую электромагнитную ловушку. Как она вообще у него оказалась?!
– Убери, – прошептал я, схватив его за руку.
– Какого х… – начал он, но заметив, с кем говорит, опомнился, – а, Кракен, смотри, че тут творится!
– Разберемся.
Я внаглую растолкал пацанов и встал рядом с Зявой. Парнем он был спокойным, но сейчас буквально кипел от ярости. Франклин же, наоборот, был предельно спокоен. Он и понятно. Чего слону волноваться из-за тявканья стайки Мосек. Хотя какой слон, если сравнивать Зяву и Финигана, то последний является настоящим мамонтом.
– Зяв, остынь, – я положил руку ему на плечо и посмотрел на белобрысого. – Ты какого хрена забыл в нашем районе?
Тупой вопрос, но мне надо было поддерживать репутацию.
– Ну все, хана тебе, ублюдок! – выпалил молодой пацан. – Сейчас Кракен тебе навяляет!
Кааак же мне хотелось прописать в этот момент Зяве. Ну вот кто так подставляет?! Как вообще такое можно говорить человеку, о силе которого не имеешь ни малейшего понятия?!
– Не думал, что мне надо спрашивать разрешения, чтобы прогуляться по своему городу.
– Это наш город! – выкрикнул Барабан. – Вали на свой остров, паршивый бриташка!
– Дааааа!!! – поддержали товарища остальные пацаны.
А Франклин у нас, оказывается, не из местных. Хотя стоило догадаться, по имени и фамилии.
– А ну заткнулись все! – рявкнул я.
За эти месяцы мне удалось понять одну простую вещь – пацаны понимают только язык силы. Попробуешь с ними по-доброму, моментально запишут в слабаки и не будут с тобой считаться. Поэтому пришлось набить пару юных рож перед тем, как меня начали по-настоящему слушать.
Вот и сейчас парни притихли.
– Отойдем? – предложил я белобрысому.
Тот окинул пацанов скучающим взглядом и махнул головой в сторону детской площадки.
– Чего надо? – буркнул он, когда мы отошли на несколько десятков метров.
– Из-за чего вы действительно сцепились? Пацаны с характером, но по беспределу кидаться не станут.
– Да срать я хотел на твоих пацанов! – выпалил белобрысый. – Если попробуют рыпнуться, мигом в фарш превращу!
– И тут же столкнешься со мной, – ухмыльнулся я.
Он смерил меня скептическим взглядом и хмыкнул.
– Столкнусь с тобой? Ха! Велика угроза. Думаешь, если раскидал пару десятков отбросов, то теперь сможешь выстоять против серьезного бойца?
Я пожал плечами.
– Понятия не имею. Но мы всегда можем это проверить. Сейчас же я хочу решить конфликт миром. Не за чем наживать себе врагов на пустом месте. Ты умный парень, должен понять, что я прав.
Франклин нахмурился. Если не совсем идиот, то перестанет быковать.
– Да не делал я ничего… – все-таки не идиот. Отлично. – Этот Зява первый на меня накинулся. Я просто шел по своим делам.
– Он бы не стал кидаться просто так. Что ты сделал?
– Не я, а мой отец… – спустя небольшую паузу ответил Финиган. – Он командовал экспедиционным корпусом, посланным на помощь Императору Георгию во время гражданской войны. В общем, дедушка этого Зявы погиб, сражаясь против англичан. Ну а так как отец командовал ими, то…
– То злость он решил выместить на тебе, – закончил я за него. – Понял тебя. Можешь идти. С парнями я сам разберусь.
Белобрысый хотел что-то сказать, но только дернул головой, положил руки в карманы и направился к дому, на первом этаже которого находилась пара булочных и одна неплохая кофейня.
Мне же предстояло утихомирить разгорячившихся ребят.
– Зачем ты его отпустил!? – выпалил Зява, стоило мне вернуться к пацанам. – Он… он…
– Он всего лишь обычный подросток, который не сделал ничего плохого.
– Зато его отец сделал! Да и вообще, все знают, что именно англичане организовали переворот! Из-за них началась Гражданская война! И именно из-за них погиб дедушка!
И чего он так завелся? Ведь если сравнивать даты, Зяве тогда было не больше двух лет. И то, если его дед погиб в последние годы войны. Вряд ли он его вообще помнит.
– Барабан! – я жестом подозвал парня. – Напомни, где сейчас твой отец?
– В тюрьме… – буркнул он.
– А за что его посадили?
– Да я тут вообще причем?! – вскинулся парень. – Отвалите вообще! Достали!
Он резко развернулся и ушел в противоположную сторону.
– А я напомню. Папаша Барабана воевал против нынешнего Императора. И так отличился, что сел на пожизненное, без права на амнистию. И что, ты теперь и своего друга будешь во всех грехах отца обвинять?
– Нет… – понурив голову, ответил Зява.
– Вот и молодец, – я хлопнул его по плечу и посмотрел на остальных ребят. – А вы чего рты разинули? Через два часа у нас сбор. Будем сегодня вам удар ставить! А пока разошлись по домам. Нехрен внимание привлекать, по чем зря.
Пацаны не стали со мной пререкаться и начали расходиться. Зява так вообще побежал за своим другом, с которым они были не разлей вода.
«А ты дипломат», – заметил осьминог.
«Этим парням родители хорошие нужны, а не авторитеты. Но будем обходиться тем, что есть».
Я снова посмотрел в сторону, куда ушел Франклин и едва удержался от желания протереть глаза.
«Ты сейчас видишь то же, что и я?»
«Если ты о „любителе пиджаков“, болтающим с нашим белобрысым другом, то ДА!»
Сначала с ним видится Косарь, теперь и этот англичанин отметился… какого хрена тут вообще происходит?!
Глава 3. Пора поднимать ставки
Вот и чего сейчас делать? Следить за «любителем пиджаков» слишком рискованно, я ведь ничего о нем не знаю. Да и операция не подготовлена, вокруг множество камер, а я даже не знаю, есть ли у него прикрытие. Вдруг в том Жигули, что припаркован напротив кафе, сидит парочка крепких ребят, готовых ушатать любого, кто сядет на хвост их боссу.
Еще раз увеличил обзор и сделал несколько снимков. Теперь надо переслать их Кейле…
«Уверен?» – голос осьминога казался встревоженным.
«В чем?»
«В том, что можно доверять этой девице. Сам посуди, она периодически вставляет палки тебе в колеса, не предоставляет нужную информацию, а теперь и вовсе оказывается, что ее любимый протеже как-то в этом замешан. Не наталкивает на определенные мысли?»
Если хорошенько пораскинуть мозгами, то еще как наталкивает. Шуани и в прошлом не отличалась особой верностью. Во время учебы в Академии дружила с Вороновым, потом воевала против него, а дальше снова перешла на правильную сторону. Так что любовь к «переобувке» на лицо. Получается, что Шуйская доверилась совсем не тому человеку… по крайней мере, так все выглядит со стороны.
Я закрыл окошко переписки с Кейлой. Лучше проследить за этой парочкой и прийти к директрисе с конкретными доказательствами. Если их получится собрать, конечно.
– Зява, Барабан, сюда идите! – крикнул я, подзывая пацанов, общающихся недалеко от спортивной площадки.
Те с готовностью подбежали, словно и так собирались о чем-то со мной поговорить.
– Чего домой не пошли?
– Да мы… – Зява посмотрел на своего друга и выпалил: – мы хотели, чтобы ты с нами отдельно позанимался!
– Чем? Алгеброй?
– Ну как… – улыбнулся Барабан. – Показал, как бить рожи. А то двух тренировок в неделю не хватает. Да и в группе прогресс идет намного медленнее.
– А не думали в секцию бокса пойти?
Парни нахмурились.
– Самая хорошая находится недалеко от вашей Академии. Но там всем заправляют Приморские Волки. Аке запретил нам приходить туда…
А вот это тупо. Все-таки у молодежных банд какая никакая, но общая цель. Поговорю с Асланом и остальными на этот счет. Пусть сделают спортивные залы нейтральной зоной. Пацаны должны уметь постоять за себя, иначе с таким образом жизни их точно кто-нибудь да пришибет.
– Потом это обсудим. Сейчас у меня для вас задание.
– Какое? – моментально зажглись парни. После моей драки с Филом для многих пацанов я стал настоящим авторитетом. Правда, большинство из них были малышней – тринадцать-шестнадцать лет, не больше. Самым старшим был Зява, девятнадцать недавно стукнуло.
– Видите того белобрысого англичанина, на которого вы наехали? Да хватит так головами вертеть. Он у меня за спиной, в кофейне сидит. Рядом мужик в сером пиджаке.
– Не видим… – растерянно произнес парень. – Как ты вообще можешь что-то рассмотреть? Дотуда же метров сто, да и солнце отсвечивает. Я даже не вижу, сидит ли кто-то внутри.
Так, Зяве срочно надо сходить к окулисту и подлечить моргала. Но вообще да, все время забываю, что у пацанов нет ни модов, ни других улучшений. Они самые обычные люди, у которых даже инъекций нанороботов нет. Им делают временные впрыски во время медицинского обследования, но в остальное время они мало чем отличаются от таких же подростков из моей прошлой жизни.
– Тогда… – я посмотрел по сторонам и заметил кольца для рангбола. – Как насчет того, чтобы покидать мяч?
Мяч нашелся. Зява кому-то написал и спустя минут пять к нам подбежал мальчуган лет семи и принес мяч для рангбола.
– Значит так, пацаны, сейчас мы изображаем бурное веселье и внимательно следим за выходом из того кафе. – Я вспомнил, что они все равно нифига не увидят и поправил себя: – уточнение. Вы активно играете, ну а остальное я беру на себя.
Судя по лицам, парни нихрена не поняли. Ну и ладно. Главное, чтобы натурально подыгрывали.
В чем-то Мирра была права. У этого тела действительно были какие-то проблемы с точностью. Мяч упорно не хотел лететь в кольцо, и все время отклонялся в сторону. Вот и парни слегка разочаровались в моих способностях – они-то думали, что я и в этом аспекте мегакрут.
«Может ну его, это мелкое кольцо? Попробуй швырять в большое!» – предложил осьминог.
«А куда я, по-твоему, пытался попасть последние пять бросков? Эти руки не созданы для рангбола».
«Дай-ка мне попробовать…»
Из мешочка выплыло совсем немного пыли и разместилось у меня на подушечках пальцев.
– Парни, мяч! – крикнул я, хлопнув в ладоши.
Расстояние девять метров. Очень сложный бросок, даже для профессионального игрока. Размах… мяч неожиданно срывается с кончиков пальцев и по закрученной траектории летит четенько в малой кольцо.
«Учитесь, салаги!!!» – довольно прокричал осьминог. – «Папочка и в рангболе самый лучший!»
Папочка? И где он этого нахватался?
– Нифига себе! – возбужденно произнес Барабан. – Ты как так мяч закрутил? Случайно вышло?
– Типа того… – ответил я, переключив все свое внимание на кафешку.
Франклин поднялся из-за стола, пожал руку любителю пиджаков и ушел куда-то вглубь кафе. Скорее всего отошел в уборную. Тем временем его собеседник расплатился по счету и вышел на улицу.
– Все, парни, дальше без меня.
Я на автомате сделал еще один точный бросок и осторожно двинулся параллельно мужику. Следить напрямую не обязательно – достаточно наружной камеры, что установлена у меня на плече. Минут десять назад я выпустил несколько пылинок и прикрепил их на разные части тела. Теперь можно делать вид, что идешь куда-то, но все равно продолжать слежку.
Но далеко идти не получилось. Сделав всего шагов тридцать, я неожиданно развернулся к будке, продающей свежевыжатые соки, и сделал себе заказ. Пусть будет банановый. Не представляю, как можно выжать бананы.
«Ты чего встал? Упустим же!» – возмутился осьминог.
«Парень в гавайской рубашке и девушка в розовом платье. Идут немного позади, держат дистанцию. А заодно внимательно следят за периметром».
«Думаешь, они с ним?»
«Тут одно из двух: или они его охраняют, или собираются вязать. В любом случае дальнейшая слежка слишком рискованна. Говорю, что не люблю работать вслепую».
«Тогда как насчет этого?»
Одна из камер снова навелась на кафешку, из которой только что вышел Франклин. Он задумчиво осматривался по сторонам, будто решая, куда пойти дальше.
«Предлагаешь за ним проследить?»
«Почему нет? Вдруг он и со стариком встретится. К тому же, у нас все равно есть несколько свободных часов»
И то верно. Если получится разузнать хоть что-нибудь важное, это будет моим козырем в скором разбирательстве с Кейлой.
Пока я прикидывал, стоит рисковать или нет, Франклин свернул за угол. Я выпустил несколько пылинок и пустил их вперед. Большинство людей примет их за обычных насекомых, и только знающий человек распознает мини-дроны.
Для того, чтобы следить за парнем, мне надо было держать дистанцию около пятидесяти метров. Так что пришлось немного ускориться. Хорошо, хоть любитель пиджаков пошел в противоположную сторону, а то его сопровождающие моментально бы считали меня. Такие люди сразу подмечают резкую смену темпа ходьбы.
Парень особо не спешил. Он просто гулял по улицам, знакомился с девушками и периодически забегал в разные магазинчики. Пока ничего подозрительного.
Но вот потом мне пришлось отозвать жучков обратно. На время. Все дело в климатическом барьере, через который может пройти исключительно живое существо. Все, чем нужно было управлять дистанционно, глушилось и отрубалось. Так что надо просто пройти барьер и заново их активировать.
Только вот когда я оказался в следующей зоне, Франклина как след простыл.
«Видел, куда он пошел?»
«Завернул налево, туда, где арка с расписанными ангелами».
Во дворы ушел – хреново. Там расстояния маленькие, очень трудно остаться незамеченным. Да и если он зайдет в какой-то дом, то слежку надо будет заканчивать. Питерские подворотни просматриваются во все стороны.
Рисковать или нет? Вдруг он зайдет в офис какой-то фирмы. А это зацепка. Причем большая… Ладно, проверим.
Первыми запустил жучков, но так ничего подозрительного и не обнаружил – в подворотне никого не было.
Следом зашел сам. Через двадцать метров располагался игровой клуб. Чуть дальше – турфирма и магазин спортивных товаров. Но Франклина не было ни там, ни там.
– Меня ищешь? – раздался голос из-за спины.
Как?! Одна из камер переключилась мне за спину и успела зафиксировать летящий в голову кулак.
Уклон влево, три щупальца по разным частям тела и прыжок в сторону. Белобрысый словно не заметил моих атак. Он лишь лениво отмахнулся от них и создал меч из нейтральной пыли.
– Так и думал, что после нашей небольшой стычки мне стоит быть настороже. Я тебя еще у Апраксина Центра срисовал. – Англичанин ухмыльнулся. – Думаешь, твои дроны-насекомые так незаметны?
Сволочь. А ведь он заманил меня в эту подворотню. Повернул за угол, создал свои орлиные крылья и взлетел. Я ведь не думал, что надо и за небом следить… Вот что значит не следовать собственным правилам!
Ладно, пришла пора врать с три короба. Я уверенно выпрямился и распустил щупальца на пыль.
– Хотел убедиться, что ты спокойно свалишь с нашего района.
– Думаешь, твои шавки представляли для меня опасность? – с нотками презрения процедил парень. – Да если бы только сунулись, я бы им тут же кости переломал!
– Именно поэтому я здесь. Пацаны молодые, горячие, и порой совсем не думают о последствиях собственных действий. Хотел уберечь их от необдуманных поступков. Зачем нам вторая история с Васильевым, верно?
Англичанин немного подумал, после чего развеял меч с крыльями и гордо вздернул подбородок.
– Не сравнивай меня с этим уродом. Вызывать на дуэль простолюдина, да еще и не владеющего пылью – это себя не уважать. Драться надо только с равными по силе и статусу противниками. Иначе чего будет стоить твоя победа?
Его фиолетовые глаза сверкнули, словно он готовился к атаке. Но пыль все так же бездействовала, мирно паря вокруг своего хозяина.
– Не все разделяют твои понятия о чести, – уклончиво ответил я.
– Это их проблемы. Ну так что, как насчет того, чтобы провести небольшой спарринг?
Я посмотрел по сторонам.
– Здесь? Не получится. Тут только в рукопашку можно драться. Если начнем управлять пылью, то повредим дома. А за это нас точно по головке не погладят.
Вроде с момента моего попадания в тюрьму прошло уже два месяца, а возвращаться обратно совсем не хотелось. К тому же, подозреваю, что подполковник Епифанцев только и ждет случая поквитаться со мной. Так что нечего давать ему лишний повод.
– Кулаками пусть простолюдины дерутся, – презрительно произнес англичанин. – Я же хочу нормального поединка. На Арене. Ты будешь участвовать в «Ночной Ранговой Лиге»?
– Это что?
– Небольшое соревнование, не идущее в общий рейтинг. В основном бойцы опробывают там новые тактики боя. Ну и зарабатывают на трансляциях, конечно. Если что, заявки принимаются еще четыре дня. Думаю, ты не затеряешься.
Я неопределенно пожал плечами. Соглашаться сейчас глупо – мне даже неизвестно, что это за лига такая. Но и потренироваться не помешает. Орлов так давно агитирует за участие в турнире. Говорит, только так можно быстро поднять собственные уровни.