Моя сладкая боль
- -
- 100%
- +
Ванесса одета в темное платье-футляр с коротким рукавом. Тонкий светлый пояс гармонирует с такого же цвета туфлями на невысоком каблуке. Волосы собраны в замысловатый пучок на затылке. Ванесса достает из машины сумочку, а потом открывает багажник и берет оттуда бумажный пакет с продуктами.
Заперев машину, идет в дом, а через несколько минут появляется на улице с собакой на поводке. Теперь на ее ногах вместо элегантных туфель удобные кроксы, и это выглядит забавно в сочетании со строгим платьем. Белая собака средних размеров рвет поводок и тянет свою хозяйку дальше по улице.
Хочется увязаться за ними, но я сдерживаюсь, потому что сейчас понимаю, сказать Ванессе мне нечего. Спросить о клубе? В эту минуту вероятность того, что Ванесса могла быть там, мне самому кажется абсурдной.
Развернув машину, еду домой. Хватит преследовать прошлое. Пора наконец попытаться отпустить Ванессу, как советовал Ноа.
В субботу в клубе практически битком. Все столики у сцены заняты, здесь готовится новый показательный экшен. Подойдя к барной стойке, заказываю себе только стакан воды со льдом. Грант сказал, что сегодня я проведу первую сессию и постараюсь сблизиться с его сабой. Я хочу быть полностью трезвым, чтобы не терять бдительность и скорость реакции.
– Вилмер, – чуть позже приветствует меня Грант. Пожимаю протянутую руку. – Готов?
– Да.
– Тогда идем.
Минуя столики и сцену, мы направляемся в коридор, где находятся неспециализированные комнаты. Заходим в одну из них, и Грант закрывает дверь, давая остальным посетителям знак, что здесь проходит закрытая сессия.
Окидываю комнату взглядом. Бетонные стены, деревянный пол, полумрак. У стены крест в форме Х с манжетами на каждом краю. Широкая кровать, застеленная черным бельем, лавка для порки, деревянная гильотина и обшитая черной кожей кушетка. Справа у стены стоит столик на колесах, на котором разложены несколько игрушек. У кровати Кларисса. Она сидит на пятках. Полностью голая. Волосы заплетены в косу, а на шее кожаный ошейник, усыпанный камнями.
– Добрый вечер, малышка, – тихо здоровается с ней Грант, положив ладонь под ее подбородок и поглаживая большим пальцем скулу.
– Добрый вечер, Мастер, – тихо отзывается девушка, не поднимая головы.
– Как настроение?
– Спасибо, Мастер, все хорошо.
– Предвкушаешь сессию с Вилмером?
– Да, сэр, – выдыхает она.
– Вилмер, ты готов?
– Да.
– Сними рубашку и пиджак. Будет жарко.
Сам Грант стягивает свою рубашку, оставаясь только в черных джинсах и грубых ботинках. Я следую его примеру, обнажая торс.
Грант кивает, и мы оба подходим к столику на колесах, который он выкатывает ближе к свету.
– Это твой сегодняшний арсенал, – негромко говорит он. – Во время сессии ты можешь воспользоваться каждым из этих предметов. Но их довольно много, так что следи за сабой, чтобы не переутомить ее. Твоя задача – отправить сабу в сабспейс. Это непросто, если не знаешь ее горячих точек. Кроме очевидных, конечно. Пока еще ты не в курсе, что нравится Клариссе, и первое, что ты должен сделать, – выяснить это.
– Спросить?
– Как пожелаешь, – Грант разводит руки в стороны. – Способ выбираешь ты. Самое главное понять, что она любит и от чего заводится, и дать ей это. Но в первую очередь обсуди с ней стоп-слова и помни, если она на границе того, чтобы остановить сессию, ты должен отступить. Если же она произносит стоп-слово, это сигнал к тому, что ты должен немедленно остановиться. Даже если ты в середине своего оргазма. А, и главное правило: никакого секса. Вообще. Ни орального, ни с проникновением, ни пальцами. Только воздействие игрушками.
– Непросто, – хмыкаю я.
– А никто просто и не обещал, – отзывается Грант и, хлопнув меня по плечу, перемещается на середину комнаты.
Я окидываю взглядом ассортимент игрушек. Вибратор, перья, шипастое колесо, кляп, наручники, шлепалка, веревка. Проще всего, конечно, связать Клариссу, приставить вибратор к ее клитору и довести до парочки оргазмов. Но где в этом всем сессия?
Вспоминаю слова Гранта с предыдущей нашей встречи.
– Сессия – это не про физическое удовольствие, а про доминирование и подчинение. Сессию можно считать удачной, если саба добровольно тебе покорилась. Если она хочет продолжать эту игру и жаждет твоих приказов. Физическое воздействие – это один из способов подчинить, но далеко не самый важный. Голос. Интонация. Взгляд. Вот что на самом деле делает доминанта доминантом. Способность, не прикасаясь, поставить сабмиссива на колени.
Повернувшись лицом к комнате, оцениваю обстановку новым взглядом, чтобы понять, что вообще собираюсь делать с Клариссой. Понимаю, что сразу заковывать ее и пороть – это будет слишком. Мне кажется, такие действия наоборот оттолкнут ее.
Подойдя к девушке, провожу тыльной стороной ладони по ее нежной щеке.
– Добрый вечер, Кларисса, – негромко здороваюсь я.
– Добрый вечер, Мастер, – отзывается она нерешительно.
– Я хочу, чтобы ты поднялась и легла на кровать.
– Хорошо, Мастер, – отвечает Кларисса и тут же поднимается. Я хочу подать ей руку, но боковым взглядом ловлю движение и смотрю на Гранта, который качает головой, внимательно глядя на нас.
Кларисса молча размещается в центре кровати и вытягивает руки вдоль тела. Обходя кровать по кругу, любуюсь девушкой.
– Ты очень красивая.
– Спасибо, сэр, – тихо отвечает она, глядя в потолок.
– Подними руки.
Кларисса выполняет приказ, и по моему телу проходит какая-то странная волна. Я возбуждаюсь, но не в физическом смысле. Меня возбуждает то, что лежащая на кровати красивая девушка беспрекословно выполняет мой приказ. Просто потому что я так сказал.
В обычной жизни у меня достаточно власти, чтобы я чувствовал свою силу. Но эта власть другая. Она как будто первобытная. Идущая из глубин моего тела. Она дает ощущение того, что вот сейчас я на своем месте. Как будто я был создан для этого момента.
Делаю еще круг вокруг Клариссы, упиваясь этим чувством. Позволяю ему курсировать и всасываться в кровь, заполняя мои вены.
Подкатываю к кровати столик и беру с него черную шелковую веревку.
– Назови стоп-слово, Кларисса.
Глава 5
Вилмер
Сессия с Клариссой проходит хорошо. Когда все заканчивается, я укутываю сабу покрывалом и оставляю ее на кровати. Рядом с ней садится Грант и, гладя девушку по волосам, тихо разговаривает с ней.
Конечно, никакого сабспейса не случилось. Слишком рано. Хотя я самонадеянно рассчитывал на то, что у меня получится.Очевидно, что между нами с Клариссой пока еще нет настолько доверительных отношений, чтобы она впадала в транс от удовольствия.
Пока Грант общается с сабой, я одеваюсь. Мой наставник оказался прав. Здесь и правда было жарко во время сессии. И не только потому, что приходилось прикладывать усилия, когда я порол сабу. Но еще и от постоянно накатывающего возбуждения. Не сексуального, что странно. Я ожидал именно его. Но это было возбуждение другого рода. Как будто своими действиями я пробуждал какие-то глубинные инстинкты. Мне понравилось. В первую очередь потому, что по ощущениям это было словно откровение с самим собой. Вытягивание на поверхность своей природы.
Сев в кресло, я терпеливо жду, пока Грант закончит разговор с Клариссой. Сразу после сессии он сказал мне, что, будучи ее постоянным Домом, успокаивать сабу должен именно он. Я должен буду делать то же самое со своей нижней, но подслушать и подсмотреть не дал. Это действо оказалось интимнее того, что я делал с Клариссой на протяжении часа.
Поднявшись, Грант приглушает льющуюся из колонок чувственную музыку, потом выключает свет над кроватью и, накинув рубашку, идет ко мне.
– Пойдем, – кивает на дверь. – Клариссе нужно немного времени наедине с собой. А нам есть, что обсудить.
Сев за один из удаленных от сцены столиков, мы обсуждаем сессию. Грант поправлял меня в процессе, если я что-то делал не так, а сейчас просто разъясняет некоторые азы, на которые я должен обратить внимание.
Когда только собирался погрузиться в Тему, мне казалось все очень простым. Говори построже, бей посильнее, трахай пожестче – и все, ты Доминант. Но оказывается, здесь нужно, в первую очередь, быть хорошим психологом и человеком, который настроится на одну волну с сабой. А для этого нужно внимательно следить за ее реакциями.
Закончив разговор, благодарю Гранта и покидаю клуб. На сегодня там запланирован еще какой-то экшен, но я выжат как лимон. Сессия для меня была слишком напряженной. Да, она подарила мне удовольствие, несомненно. То, которое обычно испытывают Верхние. Грант объяснил, что со временем, когда сессии превратятся в экшены, наслаждение будет намного сильнее банального оргазма. Сейчас мне в это слабо верится, но я с удивлением обнаруживаю, что чувствую себя так, как будто и правда кончил. Только вот оргазм этот был не физический.
Проезжая по улицам города, сам не замечаю, как оказываюсь в районе, где живет Ванесса. Стоило задуматься, как руки сами выкрутили руль в направлении этого места.
Припарковав машину в паре домов от Ванессы, обнимаю руками руль и кладу на него подбородок, глядя на единственное светящееся окно. Чем она может быть занята? Трахается с мужем? Или, может, сегодня на ужин приехали друзья? Или, возможно, она смотрит какую-нибудь мелодраму и заливает слезами попкорн?
Черт! Когда же я уже перестану представлять себе, чем занята Ванесса? Когда оставлю фантазии о ней и попытки догадаться, как она живет свою жизнь?
Внезапно дверь ее дома открывается, свет в нем гаснет, и на улицу выходит Ванесса. Одна. Ее муж совсем придурок – отпускать ее одну в такое время? Еще и на каблуках. Еще и в платье, обтягивающем скромные, но изящные формы, как вторая перчатка?
В моем теле снова появляется навязчивое звенящее напряжение, от которого я с таким облегчением избавился в клубе. Как будто рой пчел своим жужжанием заставляет его вибрировать.
Ванесса быстро идет от входной двери до подъездной дорожки, на которой припаркован ее автомобиль. Разблокирует его и садится за руль. Через несколько секунд машина, развернувшись, отъезжает от дома.
Я быстро прикидываю, какую фору могу дать ей, чтобы не вызвать подозрений слежкой, и через пару минут отъезжаю от бордюра. Догоняю машину Ванессы уже на проспекте, куда она аккуратно выезжает, дождавшись зеленого сигнала светофора.
По дороге у меня, как минимум, три возможности свернуть домой и оставить Ванессу в покое. Но каждую из этих возможностей я игнорирую, убеждая себя, что просто присмотрю, чтобы она благополучно добралась до места назначения. Только и всего.
Но когда ее машина сворачивает на очередном повороте, я начинаю хмуриться, а мысли, которые все чаще одолевают меня с прошлой субботы, вновь начинают громко жужжать в моей голове. Я до последнего момента надеюсь на то, что Ванесса проедет мимо, но она сворачивает в небольшой переулок и, проехав еще метров тридцать, аккуратно паркует свой автомобиль на стоянке клуба “69”.
Останавливаюсь чуть поодаль от клуба, выскакиваю из машины и иду за Ванессой. К счастью, здесь довольно оживленный район, и Ван просто не замечает меня, пока быстро, цокая каблуками, спешит к клубу. Кивнув охраннику на входе, ныряет в открытую им дверь. Я с колотящимся сердцем тороплюсь следом. Неужели, черт побери…
Нет, мне все же не показалось.
Ванесса! Моя Ванесса! Нежная девочка. Сладкая, пахнущая океанским бризом и клубникой… манящая, ласковая, с нежным голосом… Она и клуб БДСМ?! Как, черт побери?!
Кивнув охраннику, захожу внутрь и шарю глазами по помещению. На сцене вовсю развернулся экшен с двумя Доминами и одним сабмиссивом. В зале приглушенное освещение, чтобы в тусклом свете над сценой было хорошо видно происходящее.
Мечусь взглядом по помещению, пока не натыкаюсь на изящную фигурку Ванессы. Она обходит пару столиков и останавливается у следующего, за которым сидят двое мужчин.
Один из них отрывает взгляд от сцены и переводит его на Ванессу. Довольно облизывается и кивает, после чего Ван… она… она опускается на колени и кладет голову на бедро этого мужика. Широкая ладонь ложится на ее голову и поглаживает волосы. Я помню, как они ощущаются, когда пропускаешь их сквозь пальцы. Помню их мягкость и шелковистость. Помню, какими нежными они кажутся. Как и сама их хозяйка.
Но как, черт подери, Ванесса оказалась на коленях перед каким-то левым мужиком?!
Глава 6
Вилмер
Дернувшись в ту сторону, торможу себя и заставляю присесть за барную стойку. Заказываю воду со льдом и стараюсь не отводить взгляд от Ванессы. Что должно было случиться такого, чтобы она оказалась в этом клубе? И где ее гребаный муж?! Я точно знаю, что она все еще замужем, но этот говнюк даже не следит за своей женой. А, может, он в курсе, где она проводит вечера? Если да, то поощряет ли?
Черт! Эта череда вопросов сведет меня с ума. Я представляю себя на месте мужа Ванессы и понимаю, что я бы ни за что не отпустил такую нежную, молочную девочку в это царство разврата. Или, по крайней мере, был бы ее единственным Верхним.
Что за мужик так по-хозяйски ее касается? Погладив по голове, пересаживает к себе на колени и гладит ее бедро. Ванесса же выглядит как поломанная кукла. На лице ни единой эмоции, кроме тех, которые, полагаю, ожидает ее Дом. Улыбается, когда он обращается к ней, покорно опускает взгляд, а все остальное время сидит, словно замороженная.
– Дружище, – зову бармена, и тот подходит ближе.
– Брайан.
– Брайан, а кто этот мужчина? – киваю на тот столик.
– Который?
– Дальний столик. За ним двое мужчин, у одного из которых на коленях сидит девушка в темном платье.
– Мастер Кевин.
– И давно он ее Дом?
– Не знаю. – Брайан легко пожимает плечами, и мы сталкиваемся взглядами. Достаю из кармана смятую купюру и кладу на стойку. Бармен тут же накрывает деньги ладонью и стягивает со столешницы. – Месяц. Может, парочку. Не так давно.
Киваю, не сводя взгляда с Ванессы и ее Верхнего.
– Она участвует в открытых сессиях?
– В открытых – нет, но в сессиях – да. В экшенах не участвует, насколько я знаю. Они играют только в закрытых комнатах.
– Она всегда приходит одна?
– Всегда.
– А уходит с ним?
– Не видел. Вроде одна, но я же не слежу за всеми.
– Это понятно. Пойду-ка я поговорю с ней.
– Это табу. Ты новенький тут?
– Да. Буквально пару недель назад пришел.
– Тогда ты плохо читал правила, под которыми поставил подпись. Ты не можешь заговаривать с сабой, если она уже в сессии.
– А она уже?
– Если рядом ее Верхний, значит, уже. Так что напрямую ты к ней не можешь обращаться, только через него.
– Понял. Спасибо, Брайан.
– Ага, – пренебрежительно бросает он и идет к другим клиентам.
Я продолжаю наблюдать за парочкой, когда этот Кевин достает тонкий кожаный ошейник и застегивает его на шее Ванессы. Касается ее губами, отчего мне хочется вскочить со своего места и, рванув мужика вверх, разбить губы, которыми он посмел прикоснуться к нежной коже Ван.
Потом мужик пристегивает поводок к этому ошейнику, и Ванесса, плавно соскользнув с коленей этого Кевина… встает на четвереньки. Меня бросает в жар, а все тело покрывается липким потом. Сердце грохочет в груди, а уши закладывает от шума крови, когда Верхний ведет Ванессу через зал к приватным комнатам. Не просто ведет. Этот упырь заставляет ее ползти на четвереньках! Как гребаное животное!
Люди убирают ноги, пропуская экстравагантную парочку, и меня буквально начинает тошнить, когда я наблюдаю, как голые колени и ладони Ванессы касаются ковролина. Я как будто сам проживаю то унижение, которое испытывает она.
Вскочив со своего стула, вылетаю из клуба. Меня слишком сильно торкнуло увиденное, чтобы я мог усидеть на месте и спокойно наблюдать за действом на сцене. Особенно учитывая мое понимание, что именно может случиться сейчас в приватной комнате.
Она этого хотела, да?! Тогда еще, когда мы общались. Хотела, но не верила, что я могу дать ей желаемое? Ей нравится унижение, а я слишком восхищенно смотрел на нее? Как гребаный пацан заглядывал в глаза в ожидании одобрения и взаимных чувств.
Два гребаных года я таскаю в себе это чувство, которое выгрызает мое нутро, будто кислота. Сжигает каждый орган, плавит его и превращает в пепел.
И сейчас то же самое. Как будто не было этих полутора лет в разлуке. Будто только вчера она заявила, что выходит замуж за другого. Только вчера сбросила на меня бомбу, с разрушительными последствиями которой я не справился. До сих пор люблю эту дрянь.
Как же лихо она обвела меня вокруг пальца!
Я правда верил в ее невинность и искренность. В то, что она настолько чиста душой, что не позволила мне даже поцеловать ее, потому что не хотела предавать своего жениха.
Прижавшись к машине бедрами, поднимаю голову и прикрываю глаза. Память сразу подкидывает мне воспоминания о нашей первой встрече.
– Вы не могли бы меня обнять? – попросила девушка, представившаяся Ванессой.
– Что? – я завис, потому что такая просьба… мягко говоря, показалась странной.
То есть, пострадавшие, конечно, иногда обнимают полицейских в порыве благодарности и на волне счастья, что их спасли от опасности. Но чтобы вот так просто просили обнять? Типа, дай-ка я прижмусь к тебе. Это было странно.
– Обнять, – уточнила Ванесса. – Вы можете меня просто обнять? Я чувствую, что прямо сейчас нуждаюсь в этом.
– Э-э-э… – я почесал затылок. – Ладно.
Легонько притянул ее за плечи к себе, а она вжалась в меня всем телом, оплетая торс тонкими руками. Обвесы на жилете мешали почувствовать ее тело, и все равно каким-то чудом я ощущал ее объятия.
А потом она подняла голову, посмотрела на меня своими чистыми глазами, полными искренности, и я пропал. Да, именно в тот самый первый день. Не потом, когда ездил проверить, как она. Черт, да я даже к жертвам изнасилований и попыток убийств никогда не наведывался, чтобы проверить их самочувствие. А к ней помчался. Потому что пропал, да. Потому что этот взгляд не отпускал. Потому что именно тогда, в нашу первую встречу, на меня впервые в жизни посмотрели как на божество.
Опустив голову, делаю глубокий вдох и медленный выдох, пытаясь утихомирить реакции тела. Адреналин, смешиваясь с кортизолом, создает взрывоопасный коктейль. Из-за него кровь бурлит и просто взрывает мои виски, создавая адское давление.
Мне надо уехать. Вернуться домой и просто, нахрен, забыть все то, что я увидел в клубе. Но стоит мне снова прикрыть глаза, в голове смешиваются воспоминания из увиденного в клубе и того, что было раньше.
Взгляд кристально чистых глаз. Легкая прядь волос, то и дело закрывающая мне обзор на эти глубокие озера. Нежные персиковые губы. Они улыбаются, поджимаются, потом белые зубки прикусывают нижнюю, а следом по ней проходится розовый язычок.
Возбуждение вкупе с яростью прокатывается по телу горячей волной, ставя волоски на нем дыбом.
Как, черт подери, я смогу уехать, зная, что с ней там сейчас могут творить черт знает что?! А если этот Кевин сейчас поведет ее в те комнаты с гинекологическим креслом и крючками, на которые подвешивают, проткнув кожу? Или, например, начнет загонять ей в пальцы иглы?
Распахнув глаза, срываюсь с места по направлению к клубу, но резко торможу, увидев, как из его дверей выходит Ванесса.
Глава 7
Вилмер
Ни хрена я не буду больше спокойно наблюдать за всем этим. Так что, выйдя из ступора, подлетаю к Ван и, схватив ее за локоть, тащу к машине.
– Эй! Пустите меня! Помогите! – выкрикивает она, оборачиваясь лицом к клубу. Но как раз за мгновение до этого охранник скрылся за его дверями. – Пустите!
Она кричит и отбивается. А потом я буквально впечатываю ее спиной в свою машину, и взгляд Ванессы наконец перемещается на мое лицо.
– Вил? – выдыхает, и ее глаза становятся просто огромными от удивления. Я дышу как астматик. Воздух вылетает из меня со свистом. Тяжелый, он просто сдавливает мои легкие, пролетая через них с бешеной скоростью. Сверлю взглядом Ванессу, не в силах ничего произнести вслух. – Привет. Все… все нормально?
Я понимаю, что если прямо сейчас начну здесь выяснять, что происходит, то просто разорву Ван на части. Никак у меня не вяжется картинка ее грехопадения с тем образом, который навсегда запечатлен в моей памяти. Она все еще нежная и ранимая для меня, так что надо как-то аккуратно все выяснить, чтобы не сломать эту хрупкую красоту.
– Поужинай со мной, – предлагаю сипло. – Сейчас.
– Что? – она как будто не верит в то, что слышит.
– Поужинай со мной, – повторяю. – В каком-нибудь ресторане.
– Мне нужно быть дома через час. Давай в другой…
– В другой раз?! – рявкаю я и луплю по крыше машины недалеко от головы Ванессы. Она вздрагивает.
– Ты меня пугаешь.
– Правда? – хмыкаю и заключаю ее тело в клетку, поставив руки на машину по обеим сторонам от Ванессы. – А эта хуйня тебя не пугает?! – киваю на клуб, не сводя взгляда с лица Ванессы. – То, что ты ползаешь на коленях под взглядами десятка пар глаз. Что тебя, как ебаную зверушку, водят на поводке. Эта хуйня тебя не пугает?!
– Это не твое дело! – резко отвечает она, слегка повысив голос. – Пусти меня.
– Ни хрена подобного! – цежу я. – Сначала ты расскажешь мне, как оказалась здесь.
– Я не обязана тебе ничего рассказывать!
– Так вот какова цена твоей репутации, о которой ты мне столько заливала. “Вил, важно беспокоиться о своей репутации”, – напоминаю Ванессе ее же слова. – “Сначала ты работаешь на репутацию, потом – она на тебя”. Это так на тебя работает твоя гребаная репутация? Ты же жена врача! То есть, какой-то насквозь прогнивший полицейский был тебя недостоин. Но ты посчитала, что в порядке вещей ползать по клубу на четвереньках. Что-то здесь не вяжется, Ванесса Стоун!
– Ли! – выкрикивает она. – Ванесса Ли! Я замужем, если ты забыл! – со злостью выпаливает Ван.
– Где же тогда твой гребаный муж, Ванесса Ли? А? Так где же?! И почему он позволяет кому-то другому так обращаться с его женой?!
– Это! Не! Твое! Гребаное! Дело! – Она толкает меня в грудь, но я не двигаюсь с места. Чтобы она могла хоть на сантиметр оттолкнуть меня, потребуется не меньше пяти таких Ванесс. – Пусти! И отстань от меня! Я же сказала, что ты мне не подходишь! Зачем преследуешь?! И как ты вообще тут оказался?!
– Представь себе, я точно так же могу водить женщину на поводке!
– Ты… ты Доминант? – Я чуть выше поднимаю голову и смотрю на Ванессу из-под полуопущенных ресниц. – Вот черт, – выдыхает она практически шепотом.
– Только посмотри, Ван, – усмехаюсь я, – судьба все же свела нас вместе, правда? Не так, как я того ожидал, но, похоже, у нее вот такое конченное чувство юмора. Так что, думаю, нам не стоит противиться ей. Раз уж тебе так сильно нужно играть в подчинение, я готов предложить свои услуги. Тебе же, наверное, все равно, у чьих ног сидеть на коленях. Так сядь у моих. Обещаю быть нежным, – понижая голос, добавляю я и касаюсь щеки Ванессы пальцами.
Она дергает головой и со всей силы шлепает меня ладонью по груди.
– Ты… ты… – задыхаясь, произносит она, испепеляя меня взглядом.
– Ну? – подначиваю. – Смелее, миссис Ли! Давай, скажи это! Говняный полицейский тебе не подошел! Дай-ка подумать. Не престижно, да? Нет нужного количества бабла? Или не хватает власти? Тебе этого всего было недостаточно? Так сейчас я могу тебе дать все это. Я успешный агент ФБР и с некоторых пор Доминант в этом клубе. Подходит? Или ты опять будешь искать во мне какие-то изъяны, Ван? Так скажи, что именно ищешь. Может, я подскажу.
– Ненавижу тебя, – цедит она.
– Врешь, – подавшись вперед, отвечаю тихо. – Ты меня любишь. И тогда любила. Просто трусливая Ванесса боялась строить свою жизнь с настолько ненадежным мужчиной. С врачом-то оно более безопасно. А теперь, получается, твой врач не в состоянии удовлетворить твои потребности? Не закрывает их, м? Поэтому ты ходишь сюда?
Слова льются из меня совершенно неконтролируемо. Я просто открыл рот, позволяя всему, что рвется изнутри, выплескиваться, заливая этим дерьмом Ванессу. Может, завтра я пожалею о своей несдержанности. Но сегодня… сегодня я слишком уязвим, и мне надо как-то скрыть свою истинную реакцию за сарказмом и оскорблениями.
Потому что мне, черт подери, больно! Потому что меня разрывают такие чувства, которые могут просто сожрать заживо и выжечь до кучки пепла.
– Никогда, – задыхаясь от ярости, цедит Ванесса. – Никогда не смей подходить ко мне, понял?! Ты ничего не знаешь обо мне и моей жизни!
– Правда? – усмехаюсь. – Ванесса Ли, двадцать семь лет, страховой агент. Работает пять дней в неделю с восьми до пяти, с получасовым обеденным перерывом. Муж, Дерек Ли, тридцать один год, знаменитый нейрохирург. Детей нет, но есть собака Бонни. Помесь лабрадора с кем-то. В выходные вы любите приглашать в гости семью мужа или ездить к ним. Обычно к вам присоединяются твои родители. В прошлом году лежала в больнице с приступом пиелонефрита. Что еще? Ах, да, три раза в неделю пилатес, один – встреча с университетской подругой.