Принц криминальной империи
- -
- 100%
- +
Потом Сима дефилирует до столика, с которого берет свои очки. Цепляет их на нос и направляется к холодильнику с пивом. Достает ожидаемо какое-то девчачье с вишневым вкусом. Крутится в поисках чего-то, а потом цепляет взглядом меня. Задирает подбородок и плывет в мою сторону, заставляя сердце разгоняться все сильнее.
– Привет, – здоровается и протягивает мне банку. – Открой, пожалуйста.
– А что, братьев нельзя попросить? – стебет ее Демон.
– Вы перешли из моего лагеря в папин, – капризным голосом произносит Сима, пока я откупориваю ее банку. – Поэтому из мужчин сегодня я общаюсь только с Артуром!
Интересное заявление, учитывая, что обычно Серафима сторонится меня и только поглядывает с опаской. Осмелела малышка в своем бунтарском порыве.
– Дима! – зовет его Ангелина. – Может, будем разжигать гриль?
– Проголодалась моя крошка, – довольно лыбится Демон и встает с шезлонга. А Сима приземляется на его место.
– Как дела? – интересуется, задрав подбородок, но я слышу, как слегка дрожит ее голос.
– Что это за история с замужеством? – спрашиваю, бросая на нее взгляд. Сочные губки кривятся, а маленький вздернутый носик покрывается мелкими морщинками.
– Фигня какая-то. Папа решил, что меня сможет обуздать только муж. Типа я настолько неуправляемая, что от меня лучше избавиться.
– Вряд ли он использовал именно такую формулировку, – хмыкаю с сомнением.
Алексей Валерьевич слишком сильно любит свою маленькую принцессу, чтобы захотеть избавиться от нее. И он никогда бы не выдал ее замуж без любви, если бы не было острой необходимости. Не думаю, что он проникся политикой настолько, чтобы сделать свое сокровище несчастной. Так что, скорее всего, взял Серафиму на понт, чтобы она немного притормозила со своими выходками.
– Я уже не помню формулировку. – Сима раздраженно дергает изящным плечиком. Ух, вгрызться бы в него зубами. Оставить красную отметину, которую потом зацеловывать, пока не пройдет. – Да и какая разница, если самый дорогой мне человек готов спихнуть меня в чужие руки?
– Сима, сомневаюсь, что он говорил серьезно, – произношу, оставляя за кадром, как сильно любит ее отец. Она и без меня это знает.
– А как еще, если он не улыбался? – фыркает она недовольно. – Он уже гайки закручивает так, что дышать стало тяжело.
– Сима, он готовится к выборам, это серьезный шаг. Понятное дело, ему нужна безупречная репутация. А что ты опять учудила?
– Ой, да вчера в клубе с подружкой станцевали на столе. Кто-то снял и выложил в сеть. Блин, все так делают! Почему мне нельзя?
– Может, потому что ты дочка будущего мэра?
– Слушай, Артур, – она поворачивается лицом ко мне, и даже через два слоя солнцезащитных стекол – ее и моих – я чувствую, как она впивается в меня взглядом. – Ну папа же все равно сядет в это кресло. Все мы знаем, что выборы – это формальность. Так зачем накидывать мне на шею удавку?
– Затем, что кроме самих выборов существует еще множество факторов, которые помогут или помешают твоему отцу занять эту должность и удержаться на ней.
– Ну блин, – вздыхает она. – Говоришь точно как Матвей. Знаешь, я подумала, что сбегу. Раз папа не хочет видеть меня в своем доме, я уйду. Поселюсь где-нибудь… не знаю, где-то. И буду жить одна. Сама буду решать, куда мне идти и как себя вести.
– Сейчас тебе сбегать нельзя, – холодным тоном произношу я, вспоминая слова Игоря о том, что Бабанов будет бить в самое уязвимое место Грома.
– Пф, я не буду ни у кого спрашивать разрешения.
– Сима, я серьезно. Сейчас не время демонстрировать характер.
– Папа и без меня займет место мэра.
– Я не о его должности, а о безопасности. Нельзя сейчас сбегать.
– И кто мне запретит? – усмехается она. – Я сделаю это быстро и тихо, пока все спят, например, – бросает и встает с шезлонга, чтобы отправиться к девочкам.
Я провожаю ее взглядом и достаю телефон. Ставлю его ребром на колено и продолжаю глазеть на Симу. Она плюхается на просторный шезлонг под навесом и сразу же включается в девичью болтовню. Красиво облизывает губы, а когда смеется, ее грудь соблазнительно покачивается.
Стоит мне хоть на секунду допустить мысль о том, что вонючий Бабанов со своими шакалами приблизится к этой девочке, в горле начинает клокотать ярость.
Решительно разблокирую телефон и выбираю номер Игоря. Как только слышу его “да”, произношу:
– Я согласен.
Глава 5
Серафима
– Сима, ну что ты такая кислая? – спрашивает меня Алиса, приземляясь на соседний шезлонг.
Я уже час наблюдаю за тем, как мои братья, их друг Герман и их жены резвятся в бассейне. Алиса с Дэнчиком играли в бадминтон, а сейчас она подошла к шезлонгам, чтобы попить воды.
– Фея, я долго буду ждать? – кричит Денис, а его жена отмахивается.
– Дай хоть глоток воды сделать! – выкрикивает ему, но смотрит на меня. – Ну?
– Слушай, ну почему все друзья Демона уже женаты, а? Даже глянуть не на кого. Ваша вечеринка превращается в посиделки старперов.
Алиса хмыкает и обводит взглядом всех присутствующих.
– Артур не женат, – кивает в сторону раскладного шезлонга с другой стороны от бассейна, а я кривлюсь.
– Ой, нет, – качаю головой. – Я его побаиваюсь.
– Вроде не такой страшный, – отзывается Алиса, пожав плечами.
– Ну, во-первых, если я с ним замучу, Демон сначала вырвет ноги мне, а потом – Артуру. А, во-вторых… есть в нем что-то такое… знаешь… пугающее, – понизив голос, объясняю я. Поворачиваю голову чуть в сторону, типа смотрю на бассейн. А сама кошу глаза за темными очками, рассматривая друга Демона.
– Тут ты права. Дима не разрешит тебе с ним встречаться.
– Пф, при чем тут встречаться? Так только, проверить свои способности к флирту, – улыбаюсь я.
– Алиса! – строго зовет Денис.
– Вот же черт, – шипит она. – Да иду я уже! – выкрикивает и, поднявшись с шезлонга, идет к мужу.
А я продолжаю сверлить Артура взглядом.
Надо признаться, он красавчик. Не сопливый хипстер, каких в моем универе как собак нерезаных. А такой брутал, от которого кровь стынет в жилах. Весь в татухах, накаченный, здоровый, с широченными плечами, низким, грубоватым голосом и настолько пронзительным взглядом, что от него мурашки по коже.
Но я бы ни за что не связалась с таким. Во-первых, страшно. Во-вторых, он наверняка такой кобелина, что от зарубок ножки на его кровати давно должны были сломаться. В-третьих, Демон точно не позволит. И какой бы взрослой я ни была, мой старший брат прибьет меня, если я хотя бы попытаюсь спутаться с его другом. Ну, и в-четвертых, такие, как Артур, точно не для девственниц.
Да-да, я все еще невинна. Даже при моем довольно развязном поведении и завышенной самооценке можно остаться девочкой надолго. Потому что этим мерзким тюбикам я бы ни за что не дала. А те, которые мнят себя мачо, таковыми являются только напоказ.
Как-то я видела мем о том, что дровосеки из барбершопа красиво стригут свои бороды, чтобы понравиться другим дровосекам. Я ржала долго, потому что таких “дровосеков” у нас восемьдесят процентов города. И бороды, призванные добавить образу мужчины брутальности, сразу утратили свое очарование. Я начала реально смотреть на этих метросексуалов как на придурков, которые хвастаются своей растительностью друг перед другом.
Опять кошу взгляд на Артура. Вот кому не надо отращивать бороду, чтобы быть брутальным. У него настолько острая линия челюсти, что об нее можно порезаться. И она поросла щетиной, которой всего пару дней. А смотрится круче, чем ухоженная борода любого из “мамкиных” дровосеков.
Почему-то чем дольше рассматриваю друга Демона, тем суше становится у меня во рту. Сразу вспоминаю, как первый раз узнала, что у Артура проколот язык. Я тогда была еще маленькая, поэтому спросила напрямую, зачем он это сделал. Артур только криво усмехнулся и сказал: “подрастешь – поймешь”. Я наконец подросла, и вот сейчас до меня долетело, что он имел в виду.
Мое лицо удивленно вытягивается, а щеки вспыхивают всеми цветами алого.
Черт подери! А друг Демона, оказывается, не брезгует доставлять девушке удовольствие!
Я, конечно, могу только предположить. Но даже от предположения внизу живота разливается тепло. Блин, не должно же. Я же не могу хотеть его. Артура, черт побери!
Мне он всегда казался каким-то беспризорником. Нигде не учился, постоянно мотался на своем байке, тусовался с Демоном. Я не знала, где он жил, чем занимался. Да я даже его фамилию не знаю! Интересно, какая? Петров, Иванов, Степанов… Все это так банально для него.
Снедаемая любопытством, встаю и иду туда, где сидит друг Димы. Где-то через три моих шага Артур поворачивает голову и следит за тем, как я приближаюсь. Под его взглядом мое тело почему-то вспыхивает. Соски сжимаются в твердые горошины, а волоски на всем теле встают дыбом. Наверное, просто прохладно стало. Ага, в тридцатиградусную жару. Точно прохладно.
Ускоряю шаг, чтобы как можно скорее оказаться на шезлонге и хотя бы руками прикрыть срамоту под лифчиком.
Я не стесняюсь своего тела. Наоборот, я его обожаю и всячески подчеркиваю свои достоинства. Но прямо сейчас хочется прикрыться, потому что от пронзительного взгляда Артура меня прошивает насквозь. Я даже через черные стекла его очков чувствую этот лазер, сканирующий чуть ли не мои внутренности.
Прыгаю на соседний шезлонг и зажимаю ладони между коленей, таким образом немного прикрывая грудь от пронзительного взгляда.
– Артур, а какая у тебя фамилия? – спрашиваю и, повернувшись лицом к нему, ловлю взглядом, как он прикусывает нижнюю губу и проезжается по ней зубами. Я даже дышать перестаю. Охренеть, как это сексуально!
Фу, Сима! – одергиваю себя. Какая пошлость, так реагировать на простой жест. Может, у человека просто губа зачесалась. А я уже взбудоражена. М-да, кажется, мне надо уединиться в гостевой комнате. Давненько у меня не было оргазмов.
– Зачем тебе эта информация? – спрашивает он своим низким голосом, от которого опять мурашки по телу.
– Просто интересно. Никогда не задумывалась, а сегодня вот пришло в голову, что я ее не знаю.
– Меньше знаешь – крепче спишь, – сухо отзывается он и отпивает пиво из банки.
– Ну что тебе так сложно сказать? – игривым тоном спрашиваю я и улыбаюсь. – Или ты агент под прикрытием? – добавляю в голос бархатные нотки и произношу это с придыханием.
Артур слегка наклоняет голову и смотрит на меня поверх своих очков. Я сглатываю, столкнувшись взглядом с его черными, как ночь, глазами.
– Знаешь, малышка, – тихо говорит он, – когда в твою очаровательную головку приходит идея с кем-нибудь пофлиртовать, советую всегда проявлять осторожность. Потому что никогда не знаешь, что в башке у мужика, на которого ты тратишь свое обаяние. Для тебя это может быть невинная игра. А он тебя в своих фантазиях уже приковал к кровати и дерет до последнего вздоха. Понимаешь, о чем я?
Мое лицо вытягивается, а челюсть буквально отвисает от шока. Каждое его слово заставляет кровь в венах буквально замерзать.
Я уже говорила, что побаиваюсь этого чувака? Забудьте. Он охренеть как сильно пугает меня. Наводит ужас. Заставляет мысленно сжиматься в комок и трястись от страха.
– Все еще хочешь узнать мою фамилию? – усмехается Артур.
Глава 6
Серафима
Конечно, я не захотела продолжать разговор. Сослалась на желание поплавать и свалила подальше от Артура. И весь остаток дня до вечера, что пробыла в гостях у Демона, старалась держаться от него подальше.
Когда уже начало темнеть, я начала собираться домой. Переоделась из купальника в платье и вышла во двор. В этот момент Артур как раз натягивает свою футболку и остается поговорить с Демоном, сжимая в руке косуху.
– Я домой, – объявляю всем. – Папочка наказал быть не позже десяти. А, поскольку я под домашним арестом, вынуждена исполнять его приказы.
– Поезжай с Артуром, – говорит Демон, а я застываю. Перевожу взгляд на друга Демона и сглатываю.
– Я же на машине.
– Ты выпила.
– Артур тоже.
– Он способен водить свой байк даже в коматозе, – хмыкает Демон.
– Я… эм-м-м… – пытаюсь подобрать слова, чтобы отказаться, но Артур, к счастью, соображает быстрее меня.
– Вызови сестре такси, у меня еще дела, – бросает он и, столкнувшись с Демоном кулаками, идет на выход.
А я медленно выдыхаю, провожая взглядом широкую спину.
– Так что? Такси подойдет? А завтра заберешь у меня машину, – Дима вырывает меня из задумчивости. Поворачиваю голову и смотрю на брата.
– Подойдет.
Через двадцать минут я уже сижу в машине, которая отъезжает от дома Димы с Гелей. Слышу звонок телефона и достаю его из сумки.
– Привет, Таша, – отвечаю на звонок.
– Привет, пропажа. Где это такой роскошный бассейн и почему ты была там без меня? – смеется подруга.
– Я была в гостях у Демона. Он отгрохал такой бассейн, потому что его жене нужно много плавать.
– Слушай, и как так вышло, что твоих роскошных братьев расхватали еще до того, как я успела подрасти, а? Может, у них есть такие же крутые друзья?
– Поверь мне, ты не захочешь связываться с единственным неженатым другом моего брата, – отвечаю, кривя губы.
Перед глазами снова Артур, и я содрогаюсь от этого образа. Его слова о флирте все еще звенят у меня в ушах.
– Почему? Он страшный?
– В некотором смысле.
– Ну и ладно. Найдем себе кого-то похожего на твоего Демона. Ух, мне кажется, он такой зверюга в спальне!
– Таша, – стону и кривлюсь, – прекрати. Я не хочу представлять своего брата в спальне.
– Слушай, фотка в соцсетях охренительная! Ты там такая сочная! Рустам уже заценил?
– Я не смотрела еще. Закинула в сториз и убрала телефон.
– На тебя это не похоже, – смеется подруга. – Громова пока не соберет все лайки, не успокоится.
– Сегодня я отдыхала от своей публичности, – манерно тяну, а потом мы с Ташей смеемся.
– Кстати, Рустам тоже вроде едет на фестиваль. Если успеет договориться с отцом, чтобы тот отложил его стажировку в своей фирме. Ты со своими уже договорилась?
– Почти, – вру я.
Пока что я не знаю, как договориться с папой. Каждый раз, когда накосячу, он отбирает у меня самое любимое. То поездки с друзьями, то выходы в свет, то машину. Вот и сейчас сказал, чтобы я забыла о фестивале. А как мне забыть, если все мои друзья туда едут? Я представляю себе, как весело там будет, и хочется рвать на себе волосы из-за того, что меня лишили возможности отправиться туда со всеми.
А главное почему? Просто потому, что потусовалась в клубе. Но, может, папа смягчится, когда увидит, что учебный год я закрываю на “отлично”? Я даже пообещаю ему прилично вести себя на самом фестивале. Должен же он давать мне хоть какие-то послабления.
– Сима, через две недели выезжаем, – напоминает Таша. – Твое “почти” уже должно превратиться в твердое “да”.
– Слушай, а если не отпустит?
– Тогда мы тебя похитим! – радостно восклицает подруга. – И повезем навстречу приключениям!
– Мне бы твой оптимизм, – вздыхаю. – Ладно, буду паинькой, и, может, папочка согласится.
– Мне надо бежать, мама приехала. Встретимся послезавтра на экзамене.
– Ага, пока, – отзываюсь вяло и сбрасываю звонок.
Спрятав телефон в сумку, откидываюсь на подголовник. Никогда так не делаю. Несмотря на то, что моя семья пользуется услугами такси только премиум-класса, все равно неизвестно, кто тут ехал до меня, и насколько чистая у него была голова. Я слишком много вложила в свои волосы, чтобы по глупости заработать себе какую-нибудь болячку кожи головы. Как только эта мысль проскальзывает, я ежусь и возвращаю голову в прежнее положение.
До самого дома кручу в голове разговор с родителями. Я пока не знаю, какие аргументы буду приводить в пользу своей поездки, но что-то надо придумать. Меня же жаба задушит, если Таша поедет, а я – нет. Она начнет постить фотки, по сотне в день, не меньше. А я буду грызть локти, глазея на то, как развлекается моя подруга.
Войдя во двор, слышу, как в правом крыле мама играет на рояле. Тороплюсь туда. С мамой договориться проще. Надо сначала переманить ее на свою сторону. Сделать союзником. А там уже и папа подтянется. У мамы есть какие-то рычаги воздействия на отца. Она умеет поговорить с ним так, что он соглашается. Так что если она будет на моей стороне, можно считать, что у меня уже есть процентов восемьдесят победы.
– Мамуль? – заглядываю в комнату, которую оборудовали под мамин кабинет.
Она поднимает голову и кивает, чтобы я заходила.
Прохожу в ее гламурно-классическое царство, оставляя у порога свою пляжную сумку. Подойдя к маме, целую ее в макушку, и она двигается, давая мне место на скамейке.
В детстве я очень любила сидеть рядом и часами наблюдать за тем, как изящные пальцы мамы скользят по клавишам, выдавая чарующие звуки. Для меня это была чистая магия. А когда она предлагала мне попробовать, я отказывалась, боясь, что не вынесу сравнения с ее мастерством. Но в семь мама начала меня учить, и я преуспела в игре.
Бабушка очень хотела, чтобы я стала музыкантом, как она. Но папа рассудил, что мне понадобится более практичная профессия, и я с ним согласилась. Я вообще почти всегда согласна с ним, потому что папа у меня нереально крутой и умный. И вообще я его любимая принцесса. Но в последние пару лет как-то у нас стало много разногласий.
Мама на секунду прерывается, а потом начинает играть мою любимую “Музыку ангелов”. Я подхватываю, и вот мы уже в четыре руки выдаем бессмертное произведение, от которого волоски на теле встают дыбом. Дыхание застревает в горле, а сердце срывается в галоп. Мои глаза наполняются слезами, как и всякий раз, когда я или мы вместе с мамой играем эту мелодию.
– Я думал, мне показалось, – раздается от двери голос папы, и мы прекращаем играть. Переводим на него взгляды.
Папа спокойно заходит в комнату, крутя незажженную сигарету между пальцами.
– Как отдохнула? – спрашивает мама.
– Хорошо. Демон… гм… Дима, – исправляюсь, потому что родители не любят, когда мы используем прозвища, – сказал, что завтра они с Гелей заедут. Говорит, ты ей какие-то растения обещала.
– Да, Геля хочет посадить цветы вдоль забора, – отзывается мама.
Я перевожу взгляд на папу, который уперся локтем в край рояля и рассматривает нас.
– Пап, можно мне поехать на фестиваль через две недели? – спрашиваю без прелюдий. – Все друзья едут, и год я заканчиваю на отлично. Обещаю не чудить и не пить.
С замиранием сердца жду ответ. Даже не дышу, пока папа переводит нечитаемый взгляд с мамы на меня. Позволит или нет?
Глава 7
Артур
Слезаю с Алины и сажусь на кровать отдышаться. Она тоже шумно дышит и до сих пор стонет после череды оргазмов. Бросив на нее взгляд, тянусь, чтобы отстегнуть наручники. Освобождаю свою сегодняшнюю игрушку, а потом стаскиваю презерватив и, выбросив его в мусорку, беру с тумбочки сигареты с зажигалкой.
Растягиваюсь на кровати и закуриваю, выпуская дым в потолок.
Меня до сих пор штырит от тех коротких вспышек видений, которые я поймал, пока драл Алину. Перед глазами вставала Сима в своем крохотном бикини. Это зашквар, конечно. Пока я пытаюсь найти пути решения проблемы с Бабановым без вмешательства младшей сестры Демона, она все чаще врывается в мои мысли.
– Повторим? – мурлычет Алина, прижимаясь ко мне голым, потным телом. Слизывает пот с моей шеи и трется о мое бедро своей мокрой промежностью.
– Я хочу побыть один, – отзываюсь сухо.
– Но мы же… – пытается возразить, но я сбрасываю ее руку.
Молча встаю, сжимая сигарету зубами, и хватаю из комода свежие боксеры, после чего направляюсь в душ.
– Увидимся, – бросаю ей и и скрываюсь в ванной.
Встав перед зеркалом, провожу по взъерошенной челке и курю, глядя на свое отражение. Кручу головой из стороны в сторону, рассматривая щетину. Надо бы побриться, но мне в жилу. Завтра.
Слышу, как Алина с психами собирается. Знаю, что она не любит, когда я ее так бесцеремонно выпроваживаю. Но ничего не могу с собой поделать. У меня есть только ограниченный круг лиц тех, кого я готов терпеть долгое время. И эта байкерская подстилка в него не входит. Там только семья Громовых, хоть и от них бывает слишком много шума. Еще Гера, который умеет многозначительно молчать вместе со мной. Пожалуй, на этом все.
Я люблю одиночество. Люди меня раздражают. Из-за того, что я находился на индивидуальном обучении в школе и значительно обгонял программу, ровесники всегда казались мне туповатыми. А те, кто помладше – тем более. Тем удивительнее то, что моими лучшими друзьями стали чуваки на несколько лет младше меня. Но Демон с Герой интеллектуалы, хоть и беспредельщики. И мозги у них варят по-особенному.
Из-за своей тяги к уединению я и профессию выбрал такую, где не надо общаться с людьми. Стал программером. Позже, во время учебы, переквалифицировался в хакера. Но это скорее хобби, которое удалось легко монетизировать.
Заказчики не общаются со мной напрямую. Я не спрашиваю их имен, хотя вычислить при необходимости – дело максимум получаса. Но мне плевать. Платят бабло – и ладно. Они моим именем тоже не интересуются, и это круто для меня.
Так что да, я люблю одиночество и тишину. Именно поэтому нашел и оборудовал тот наш с друзьями подвал, в котором можно побыть в тишине. И по этой же причине у меня нет постоянной девушки. Как представлю себе, что кто-то будет таскаться по моей квартире, греметь посудой, что-то говорить, включать видосы на компе, планшете или телефоне… У меня крышу рвет от одной мысли о жизни с кем-то.
Затушив окурок под струей воды, включаю мощную вытяжку и встаю под душ. Упершись ладонями в стену, закрываю глаза, позволяя прохладной влаге омывать мое тело. Смываю с себя следы шлюхи и собственные мысли. Ненадолго вырубаю их, чтобы перезагрузиться. Этой херне я научился лет восемь назад. У меня в башке было столько всего, что иногда я чувствовал перегруз. Так что пришлось научиться вырубать мышление. Сначала было тяжело, а потом уже стало привычкой.
После душа возвращаюсь в спальню, где меняю постельное белье, а использованное закидываю в стирку. Запустив машинку, тащусь на кухню. Варю себе кофе и достаю из холодильника сет роллов, который заказал еще до приезда Алины.
Устроившись за кухонным островком, ужинаю и листаю ленту соцсетей. Выискиваю интересные посты, но торможу, когда вижу фотку на странице Симы. Это анонс предстоящего рок-фестиваля. Я не собирался туда ехать, решил этим летом пропустить. Но прямо поверх фотки горит красная надпись: “Жди меня, и я приеду”.
Не думая дважды, захожу на страницу фестиваля и заказываю себе билет. Потом пишу парням из байкерского клуба, с которыми обычно тусуюсь, и спрашиваю, едут ли они. Оказывается, они уже даже забронировали место в кемпинге. Договариваюсь о месте для своей палатки, а потом возвращаюсь в соцсети Симы.
В сториз у нее со вчерашнего дня висит фотка из бассейна Демона. Засматриваюсь, глядя, как на коже серебрятся капельки воды. Хочется слизать их. Даже слюна выделяется. Сжав челюсти, прогоняю эти мысли из головы. Достаточно того, что, каждый раз находясь в Алине, я трахаю образ Серафимы.
На следующей фотке с подписью “грущу” лицо Симы крупным планом. Она без макияжа. На кожу падают солнечные лучи, как бы подсвечивая ее. Серафима надула свои пухлые губки. И теперь выглядит капризной девчонкой. Каковой она, в принципе, и является. Борюсь с соблазном сохранить себе эту фотку. Вместо этого переключаюсь на Даркнет, просматривая нужную мне для работы информацию.
Закончив с ужином, убираю на кухне и, закурив, беру ноут, после чего выхожу на балкон. Устраиваюсь в большом кресле и курю, втыкая на горизонт. Переключаюсь с личного на дела и наконец ныряю в работу с головой.
А спустя два часа на мой телефон приходит сообщение от Лебедева:
“Спускайся, я внизу”
Вздохнув, одеваюсь и иду на улицу. В этот вечер начинается моя новая жизнь, и хер его знает, чем она для меня закончится.
Глава 8
Артур
В салоне машины прохладно. Я сажусь на кожаное сиденье и перевожу взгляд на Игоря. Он отправляет водителя погулять. Как только тот выходит, Игорь полностью переключает внимание на меня.
– В общем, я думаю, Гром сейчас не сунется в эту войну, – говорит Игорь.
– Ты разговаривал с ним?
– Пока нет. Ты только вчера согласился занять место отца. Надо устроить официальную встречу.
– Никаких официальных встреч, – качаю головой. – Я сам с ним поговорю. Лучше скажи, что с Бабановым.
– Я готовлю человека, которого смогу внедрить в его шакалью свору предателей. Будем оттуда получать сведения.
– Мне нужен его номер телефона и адрес.