Литературные вечера. 7-11 классы
- -
- 100%
- +
Одиннадцатый чтец (стихотворение Д. Кедрина «Осенняя песня»):
Улетают птицы за море,Миновало время жать,На холодном сером мрамореЛистья желтые лежат.Солнце спряталось за ситцевойЗанавескою небес,Черно-бурою лисицейПод горой улегся лес.(По воздушной легкой лесенкеОпустился и повисНад окном – ненастья вестником —Паучок-парашютист.)В эту ночь по кровлям тесаным,В трубах песни заводя,Заскребутся духи осени,Стукнут пальчики дождя.(В сад, покрытый ржавой влагою,Завтра утром выйдешь тыИ увидишь за ночь наголоОблетевшие цветы.На листве рябин продрогнувшихЗаблестит холодный пот.Дождик, серый, как воробышек,Их по ягодке склюет.)Двенадцатый чтец (стихотворение Н. Рыленкова «Осенние октавы»)
(Всему свой срок. В полях и на опушке,Везде, где собирается народ,Весна поет частушки-коротушки,А лето песню долгую ведет.Но вот страда окончилась. ПодружкиСекретничают скромно у ворот,А у меня, под мягкий шум отавы,Слагаются осенние октавы.Калина рдеет, вспоминая грозы,Подсохшим хмелем пахнет тишина.Мне прямо в душу льется свет березы.И вся душа озарена до дна.)…Кто говорит, что осень – время прозы?Нет, учит нас поэзии она!Не ею ли нам заново открыто,Что в шуме гроз когда-то пережито?(Бывает так, что осенью погожейВдруг зацветает яблоня в саду,Но цвет ее, во всем с весенним схожий,Уже сулит не радость, а беду.И хмурит брови садовод все строже,Снимая с ветки робкую звезду,Ведь это неурочное цветенье —Души теплом обманутой смятенье.)Помедли, осень, на опушке года —С походкой мягкой рыжая лиса.Пусть скупо светит солнце с небосвода,Зато сияют рощи и леса.В такую пору мудрая природаНам в буднях открывает чудеса,Чтоб мы верней ценили год от годуПроникновенной осени погоду.(Коль в пору сжаты жито и пшеница,Коль у двора и в поле – все в кругу,Пускай тепло уносят к югу птицыСквозь листопада желтую пургу.Лишь тот осенних непогод боится,Кто у весны и лета был в долгу,Кто самому себе сказать не может,Что день минувший не напрасно прожит.)Первый ведущий (отрывок из произведения К. Паустовского «Наедине с осенью»):
«Сейчас я подумал, что шедевры существуют не только в искусстве, но и в природе. Разве не шедевр этот крик журавлей и их величавый перелет по неизменным в течение многих тысячелетий воздушным дорогам? <…>Да что говорить! Каждый осенний лист был шедевром, тончайшим слитком из золота и бронзы, обрызганным киноварью и чернью. Каждый лист был совершенным творением природы, произведением ее таинственного искусства, недоступного нам, людям. Этим искусством уверенно владела только она, только природа, равнодушная к нашим восторгам и похвалам. Я пишу все это осенней ночью. Осени за окном не видно, она залита тьмой. Но стоит выйти на крыльцо, как осень окружит тебя и начнет настойчиво дышать в лицо холодноватою свежестью своих загадочных черных пространств, горьким запахом первого тонкого льда, сковавшего к ночи неподвижные воды, начнет перешептываться с последней листвой, облетающей непрерывно и днем, и ночью. <…>И все это покажется вам великим шедевром природы, целебным подарком, напоминающим, что жизнь вокруг полна значения и смысла».
Тринадцатый чтец (стихотворение Д. Кедрина «Скинуло кафтан зеленый лето»):
Скинуло кафтан зеленый лето,Отсвистели жаворонки всласть.Осень, в шубу желтую одета,По лесам с метелкою прошлась,Чтоб вошла рачительной хозяйкойВ снежные лесные теремаЩеголиха в белой разлетайке —Русская румяная зима!Второй ведущий (отрывок из произведения К. Паустовского «Прощание с летом»):
«Несколько дней лил, не переставая, холодный дождь. В саду шумел мокрый ветер. В четыре часа дня мы уже зажигали керосиновые лампы, и невольно казалось, что лето окончилось навсегда и земля уходит все дальше и дальше в глухие туманы, в неуютную темень и стужу. Был конец ноября – самое грустное время в деревне. <…>Однажды ночью я проснулся от странного ощущения. Мне показалось, что я оглох во сне…. За стенами дома наступила необыкновенная тишина. Такую тишину называют „мертвой“. Умер дождь, умер ветер, умер шумливый, беспокойный сад. Я открыл глаза. Белый и ровный свет наполнял комнату. Я встал и подошел к окну – за стеклами все было снежно и безмолвно. <…>Через окно я увидел, как большая серая птица села на ветку клена в саду. Ветка закачалась, с нее посыпался снег. Птица медленно поднялась и улетела, а снег все сыпался, как стеклянный дождь, падающий с елки. Потом снова все стихло. … Земля была нарядная, похожая на застенчивую невесту. А утром все хрустело вокруг: подмерзшие дороги, листья на крыльце, черные стебли крапивы, торчавшие из-под снега…».
На выбор учителя: учащиеся читают либо 1–2 стихотворения из предложенных ниже полностью, либо по несколько четверостиший из каждого.
Четырнадцатый чтец (стихотворение Н. Рыленкова «У наших зим – особенная прелесть»):
У наших зим – особенная прелесть:Под вечер успокоится пургаИ хлынет свет, как будто загорелисьЗакатом подожженные снега.Сидит ворона на дубу жар-птицей,Стоят оградой терема леса,И кажется: вот-вот начнут твориться,Как в мудрой русской сказке чудеса.Пятнадцатый чтец (стихотворение Н. А. Некрасова «Мороз-воевода»):
Не ветер бушует над бором,Не с гор побежали ручьи,Мороз-воевода дозоромОбходит владенья свои.Глядит – хорошо ли метелиЛесные тропы занесли,И нет ли где трещины, щели,И нет ли где голой земли?Пушисты ли сосен вершины,Красив ли узор на дубах?И крепко ли скованы льдиныВ великих и малых водах?Идет – по деревьям шагает,Трещит по замерзлой воде,И яркое солнце играетВ косматой его бороде…(…Забравшись на сосну большую,По веточкам палицей бьетИ сам про себя удалую,Хвастливую песню поет…Метели, снега и туманыПокорны морозу всегда,Пойду на моря-окияны —Построю мосты изо льда.Задумаю – реки большиеНадолго упрячу под гнет,Построю мосты ледяные,Каких не построит народ.Где быстрые, шумные водыНедавно свободно текли, —Сегодня прошли пешеходы,Обозы с товаром прошли……Богат я, казны не считаю,А все не скудеет добро;Я царство мое убираюВ алмазы, жемчуг, серебро…)Шестнадцатый чтец (стихотворение Ф. И. Тютчева «Чародейкою зимою»):
Чародейкою зимоюОколдован, лес стоит —И под снежной бахромою,Неподвижною, немою,Чудной жизнью он блестит.(И стоит он, околдован, —Не мертвец и не живой —Сном волшебным очарован,Весь опутан, весь окованЛегкой цепью пуховой.Солнце зимнее ли мечетНа него свой луч косой —В нем ничто не затрепещет.Он весь вспыхнет и заблещетОслепительной красой.)Третий ведущий (рассказывает о картине И. Грабаря «Февральская лазурь»):
На пейзаже известного русского художника И. Э. Грабаря снег искрится и переливается под солнцем, тени яркие, цветные. Деревья, пронизанные солнцем, как бы закружились в его лучах в хороводе. Настоящий праздник лазоревого неба и жемчужных берез!
(стихотворение С. Есенина «Береза»):
Белая береза под моим окномПринакрылась снегом, точно серебром.На пушистых ветках снежною каймойРаспустились кисти белой бахромой.И стоит береза в сонной тишине,И горят снежинки в золотом огне.А заря, лениво обходя кругом,Обсыпает ветки новым серебром.(Звучит музыка П. И. Чайковского «Январь»)
На выбор учителя: учащиеся читают либо 1–2 стихотворения из предложенных ниже полностью, либо по несколько четверостиший из каждого.
Первый чтец (стихотворение С. Есенина «Разгулялась вьюга, наклонились ели»):
Разгулялась вьюга, наклонились елиДо земли. С испуга ставни заскрипели.И в окно снежинки мотыльками бьются,Тают, и слезинки вниз по стеклам льются.Жалобу кому-то ветер шлет на что-тоИ бушует люто: не услышал кто-то.А снежинок стая все в окно стучитсяИ слезами, тая, по стеклу струится.Второй чтец (стихотворение Б. Пастернака «Снег идет»):
Снег идет, снег идет.К белым звездочкам в буранеТянутся цветы гераниЗа оконный переплет.Снег идет, и все в смятенье,Все пускается в полет, —Черной лестницы ступени,Перекрестка поворот.(Снег идет, снег идет,Словно падают не хлопья,А в заплатанном салопеСходит наземь небосвод.Словно с видом чудака,С верхней лестничной площадки,Крадучись, играя в прятки,Сходит небо с чердака.)Третий чтец (стихотворение А. Межирова «Тишайший снегопад»):
Тишайший снегопад – дверьми обидно хлопать.Посередине дня в столице, как в селе.Тишайший снегопад, закутавшийся в хлопья,В обувке пуховой проходит по земле.(Он формами дворов на кубы перерезан,Он конусами встал на площадных кругах,Он тучами рожден, он окружен железом, —И все-таки он кот в пуховых сапогах.Штандарты на древках, как паруса при штиле.Тишайший снегопад посередине дня.И я, противник од, пишу в высоком стиле,И тает первый снег на сердце у меня.)Четвертый чтец (стихотворение И. А. Бунина «На окне, серебряном от инея»):
На окне, серебряном от инея,За ночь хризантемы расцвели.В верхних стеклах – небо ярко-синее.И застреха в снеговой пыли.Всходит солнце, бодрое от холода,Золотится отблеском окно.Утро тихо, радостно и молодо.Белым снегом все запушено.(И все утро яркие и чистыеБуду видеть краски в вышине,И до полдня будут серебристыеХризантемы на моем окне.)Первый ведущий (стихотворение Н. Рыленкова «Все богатства русского пейзажа»):
Все богатства русского пейзажаВ полное владенье нам даны:Вьюжных зим серебряная пряжа,Кружева зеленые весны.Летний полдень в поволоке зноя,Вечер, заглядевшийся в ручей,Узорочье луговин цветное,Теплый воск желтеющих полей.Расписные крылья листопадаНад бездонной синевой озер.Все это твое, и сердце радоЦелый мир влюбить в родной простор.2. «Гармонии стиха божественные тайны…»
(Западноевропейский сонет эпохи средневековья и Возрождения)
(8 Класс)
Цели ПРОВЕДЕНИЯ:1) ознакомление учащихся с такой поэтической формой, как сонет, его художественными возможностями, его тайной и магией;
2) расширение знаний детей о судьбе и творчестве великих мастеров сонета: Данте, Петрарки и Шекспира, знакомство с произведениями о них поэтов XX в.;
3) воспитание чувств на примере историй любви Данте и Беатриче, Петрарки и Лауры, Шекспира и его «Смуглой леди».
Вечер, посвященный сонетам, предпочтительно проводить в содружестве с учителями иностранных языков. Ряд сонетов Шекспира необходимо прочитать на английском. Если есть возможность, некоторые сонеты Данте и Петрарки следует читать на итальянском языке.
ОФОРМЛЕНИЕ ВЕЧЕРАПортреты Данте, Петрарки, Шекспира; репродукции картин художников эпохи Возрождения – «Джоконда», «Джиневраден Бенчи» Леонардо да Винчи; «Женский портрет» Лукаса Кранаха; «Портрет молодой женщины» Доменико Венециано; «Портрет Симонетты Веспуччи», «Весна» (фрагмент), «Мадонна с гранатом», «Мадонна Магнификат» Сандро Боттичели. Для создания романтической атмосферы во время чтения сонетов можно гасить свет и зажигать несколько свечей по возможности в красивых подсвечниках.
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:1) первый ведущий;
2) второй ведущий;
3) чтецы.
ХОД ВЕЧЕРАСуровый Дант не презирал сонета;В нем жар любви Петрарка изливал;Игру его любил творец Макбета…А. С. Пушкин.(эпиграф пишется на доске или на отдельном плакате)
Первый ведущий:
Во все времена пером стихотворцев руководило желание выразить свои чувства, поведать сокровенные тайны сердца. Кто из поэтов прошлого не писал о любви?.. И у кого из них не было реальной «музы», женщины-вдохновительницы, которой они посвящали свои любовные гимны. Поэты издавна с благоговением относились к женщине. Вознося ее на пьедестал, они возлагали к его подножию стихи, в которых звучали их тайные думы и пыл возвышенной души.
Одним из самых изящных способов «сердцу высказать себя» стал сонет. Сонеты Данте, Петрарки, Шекспира известны всему миру. Сегодня у нас есть возможность войти в этот мир высоких чувств, волшебных звуков, изящных поэтических форм, попытаться понять тайну сонета.
Второй ведущий:
Открываю страничку – и попадаю в таинственную страну четырнадцати строк. В чем их тайна? Может, в магическом числе? Но нет, наверное, в самом авторе. Ведь в них – все его чувства, настроение, его любовь, его душа. Сонет всегда готов раскрыть свои объятья и унести вас на крыльях двух катренов и двух терцетов в царство вдохновения и возвышенных чувств.
(Звучит музыка К. В. Глюка «Мелодия» из оперы «Орфей и Эвридика»)
Первый ведущий:
Данте и Беатриче… Вряд ли в истории можно найти другой столь яркий пример пламенной и совершенной любви. Данте впервые увидел Беатриче девочкой девяти лет от роду. Она была одета «в благороднейший кроваво-красный цвет, скромный и благопристойный, украшенная и опоясанная так, как подобало юному ее возрасту». В самой сокровенной глубине сердца будущего поэта родилось первое неосознанное чувство. Это чувство стало тайной его жизни.
Первый чтец (часть I стихотворения Н. Гумилева «Беатриче»):
Музы, рыдать перестаньте,Грусть вашу в песнях излейте,Спойте мне песню о Данте.Или сыграйте на флейте.<…>Жил беспокойный художникВ мире лукавых обличий.Грешник, развратник, безбожник,Но он любил Беатриче.Тайные думы поэтаВ сердце его прихотливомСтали потоками света,Стали шумящим приливом.Музы, в сонете-брильянтеСтранную тайну отметьте.Спойте мне песню о Данте…Второй ведущий:
Прошло девять лет со дня первой встречи. И вот перед взором Данте, уже юноши, снова предстала Беатриче, «облаченная в одежды ослепительно белого цвета». Беатриче заметила юношу, улыбнулась и поклонилась ему. Какую бурю вызвало это в душе влюбленного! «Проходя, она обратила очи в ту сторону, где я пребывал в смущении… Она столь доброжелательно приветствовала меня, что мне казалось – я вижу все грани блаженства… Когда я услышал ее сладостное приветствие… я преисполнился такой радостью, что, как опьяненный, удалился от людей», – пишет он. Начались настоящие муки любви. И тогда он обратился к поэзии.
На выбор учителя: учащиеся читают 2–3 сонета из предложенных ниже.
Второй чтец:
В ее очах Амура откровенье.Преображает всех ее привет.Там, где проходит, каждый смотрит вслед;Ее поклон – земным благословенье.Рождает он в сердцах благоговенье.Вздыхает грешник, шепчет он обет.Гордыню, гнев ее изгонит свет;О, дамы, ей мы воздадим хваленье.Смиренномудрие ее словамПрисуще, и сердца она врачует.Блажен ее предвозвестивший путь.Когда же улыбается чуть-чуть,Не выразить души. Душа ликует:«Вот чудо новое явилось вам!».Третий чтец:
«Лишь о любви все мысли говорятИ столь они во мне разнообразны,Что, вот одни отвергли все соблазны,Другие пламенем ее горят.Окрылены надеждою, парят.В слезах исходят горести и, праздны,Дрожащие, они в одном согласны —О милости испуганно творят.Что выбрать мне? Как выйти из пустыни?Хочу сказать, не знаю, что сказать.Блуждает разум, не находит слова,Но чтобы мысли стали стройны снова,Защиту должен я, смирясь, искатьУ Милосердия, моей врагини.Четвертый чтец:
С другими дамами вы надо мнойСмеетесь, но неведома вам сила,Что скорбный облик мой преобразила:Я поражен был вашею красой.О, если б знали, мукою какойТомлюсь, меня бы жалость посетила.Амур, склонясь над вами, как светило,Все ослепляет; властною рукойСмущенных духов моего сознаньяОгнем сжигает он иль гонит прочь;И вас один тогда я созерцаю.И необъятный облик принимаю,Но слышу я – кто может мне помочь? —Изгнанников измученных рыданья.Пятый чтец:
Я часто думал, скорбью утомленный,Что мрачен я не по своей вине.Себя жалел, пылая, как в огне;Твердил: „Так не страдал еще влюбленный!“О, сколько раз, нежданно осажденныйЖестоким богом, в сердца глубинеЯ чувствовал, что дух один во мнеЕще живет, любовью озаренный.Стремился вновь волнения узнатьВ моем бессилье и в изнеможенье.Чтоб исцелиться, к вам я шел, спеша,Осмеливаясь робкий взгляд поднять,Я чувствовал такое сотрясение,Что мнилось мне – из жил бежит душа.Шестой чтец:
Постигнет совершенное спасеньеТот, кто ее в кругу увидит дам.Пусть воздадут творцу благодареньеВсе сопричастные ее путям.Ты видишь добродетели явленьяВ ее красе, и зависть по следамМадонны не идет, но восхищеньеСопутствует ее святым вестям.Ее смиренье мир преобразило.И похвалу все спутницы приемлют,Постигнув свет сердечной глубины,И вспомнив то, что смертных поразилоВ ее делах, высоким чувствам внемлют,Вздыхать от сладости любви должны».Первый ведущий:
Беатриче была мечтой, идеалом жизни, светочем на скорбном пути поэта. В заключение своей книги «Новая жизнь» он обещает еще больше прославить «благороднейшую»: «Если жизнь моя продлится еще несколько лет, я надеюсь сказать о ней то, что никогда еще не было сказано ни об одной женщине. И пусть душа моя по воле владыки куртуазии вознесется и увидит сияние моей дамы, прискорбно блаженной Беатриче, созерцающей в славе своей лик того, кто благословен во веки веков».
На выбор учителя: учащиеся читают 2–3 сонета из предложенных ниже.
Седьмой чтец:
Пусть скорбь моя звучит в моем привете;Так благородным надлежит сердцам.Мой каждый вздох спешит навстречу к вам.Как жить, не воздыхая, мне на свете!Глаза мои передо мной в ответе —Я лил бы слезы чаще, знаю сам.Оплакиваю лучшую из дам,Чтоб душу в грустном облегчить сонете.И призывают часто воздыханьяТу, что в чертог небесный отошла,В высокие небесные селенья,Чтобы презрела мирские все делаМоя душа в объятиях страданья,Лишенная блаженства и спасенья.Восьмой чтец:
Любимой очи излучают светНастолько благородный, что пред нимиПредметы все становятся иными,И описать нельзя такой предмет.Увижу очи эти, и в ответТвержу, дрожа, повергнут в ужас ими:«Отныне им не встретиться с моими!»,Но вскоре забываю свой обет;И вновь иду, внушая виноватымМоим глазам уверенность, туда,Где побежден, но их, увы, закроюОт страха там, где тает без следаЖелание, что служит им вожатым,Решать Амуру, как же быть со мною.Девятый чтец:
За сферою предельного движеньяМой взор летит в сияющий чертог.И в сердце скорбь любви лелеет богДля нового вселенной разуменья.И, достигая область вожделенья,Дух-пилигрим во славе видеть могПокинувшую плен земных тревог,Достойную похвал и удивленья.Не понял я, что он тогда сказал,Столь утонченны, скрытны были речиВ печальном сердце, помыслы благиеВ моей душе скорбящей вызывал.Но Беатриче – в небесах далече —Я слышал имя, дамы дорогие.Второй ведущий:
Он и после смерти не вернулсяВ старую Флоренцию свою.Этот, уходя, не оглянулся,Этому я песнь пою.Факел, ночь, последнее объятие,За порогом дикий вопль судьбы.Он из ада ей послал проклятьеИ в раю не мог ее забыть.Но босой, в рубашке покаянной,Со свечой зажженной не прошелПо своей Флоренции желанной,Вероломной, нежной, долгожданной…Первый ведущий:
Так писала о Данте А. Ахматова. Фигура Данте, величественная и суровая, его личность, его творчество всегда привлекали самых разных поэтов. Если сложить все написанное о нем, действительно получится торжественная песнь, в которой звучат ноты удивления, поклонения, восхищения. В 1965 г. Ахматова выступила со «словом Данте», посвященным 700-летию со дня рождения поэта: «Для моих друзей и современников величайшим, недосягаемым учителем всегда был суровый Алигьери: Гвельфы и гибеллины давно стали достоянием истории, белые и черные – тоже, а явление Беатриче в XXX песни „Чистилища“ – это явление навеки, и до сих пор перед всем миром она стоит под белым покрывалом, подпоясанная оливковой ветвью в платье цвета живого огня и в зеленом плаще».
Второй ведущий:
Почти всегда вместе с именем Данте Алигьери мы произносим имя его младшего современника Франческо Петрарки. «Коли ты услышишь что-нибудь обо мне – хотя и сомнительно, чтобы мое ничтожное и темное имя проникло далеко сквозь пространство и время, – тогда, быть может, ты возжелаешь узнать, что за человек я был, и какова была судьба моих сочинений, особенно тех, о которых молва или хотя бы слабый слух дошел до тебя». Так писал Петрарка в «Письме к Потомкам». Но не слабый слух, а сильный и вдохновенный голос поэта дошел до нас и донес его раздумья, чувства, имя его возлюбленной – Лаура, точную дату их первой встречи в Авиньонской церкви Святой Клары – 6 апреля 1327 г.
Десятый чтец:
Был день, в который, по Творцу ВселеннойСкорбя, померкло Солнце… Луч огняИз ваших глаз врасплох настиг меня:О, госпожа, я стал их узник пленный!Гадал ли я, чтоб в оный день священныйБыла потребна крепкая броняОт нежных стрел? Что скорбь страстного дняС тех пор в душе пребудет неизменной?Был рад стрелок! Открыл чрез ясный взглядЯ к сердцу дверь – беспечен, безоружен:Ах! Ныне слезы лью из этих врат.Но честь ли богу – влить мне в жилы яд,Когда, казалось, панцирь был не нужен? —Вам – под фатой таить железо лат?На выбор учителя: учащиеся читают 2–3 сонета из предложенных ниже.
Одиннадцатый чтец:
О вашей красоте в стихах молчуИ, чувствуя глубокое смущенье,Хочу исправить это упущеньеИ к первой встрече памятью лечу.Но вижу – бремя мне не по плечу,Тут не поможет все мое уменье,И знает, что бессильно, вдохновенье,И я его напрасно горячу.Не раз преисполнялся я отваги,Но звуки из груди не вырывались.Кто я такой, чтоб взмыть в такую высь?Не раз перо я подносил к бумагеНо и рука, и разум мой сдавалисьНа первом слове. И опять сдались.Двенадцатый чтец:
Я изнемог от безответных дум —Про то, как мысль от души не изнеможетО вас одной; как сердце биться можетДля вас одной; коль день мой столь угрюмИ жребий пуст – как жив я, как мой умПленительной привычки не отложитМечтать о вас, а лира зовы множит,Что брег морской – прибоя праздный шум.И как мои не утомились ногиРазыскивать следы любимых ног,За грезою скитаясь вдоль дороги?И как для вас я столько рифм сберег?Которые затем порой не строги,Что был Амур к поэту слишком строг.Тринадцатый чтец:
Я лицезрел небесную печаль,Грусть: ангела в единственном явленье.То сон ли был? Но ангела мне жаль.Иль облик чар? Но сладко умиленье.Затмили слезы двух светил хрусталь,Светлейший солнца. Кротких уст моленье,Что вал сковать могло б и сдвинуть даль, —Изнемогло, растаяло в томленье.Все – добродетель мудрость, нежность, боль —В единую гармонию сомкнулось,Какой земля не слышала дотоль.И ближе небо, внемля ей, нагнулось;И воздух был разнежен ею столь,Что ни листка в ветвях не шелохнулось.Четырнадцатый чтец:
О высший дар, бесценная свобода,Я потерял тебя, и лишь тогда,Прозрев, увидел, что любовь – беда,Что мне страдать все больше год от года.Для взгляда после твоего уходаНичто рассудка трезвого узда:Глазам земная красота чужда,Как чуждо все, что создала природа.И слушать о других и речь вестиНе может быть невыносимей муки,Одно лишь имя у меня в чести.К любой другой заказаны путиДля ног моих, и не могли бы рукиВ стихах другую так превознести.Пятнадцатый чтец:
Коль не любовь сей жар, какой недугМеня знобит? Коль он – любовь, то что жеЛюбовь? Добро ль?… Но эти муки, Боже!..Так злой огонь?… А слабость этих мук,На что ропщу, коль сам вступил в сей круг?Коль им пленен, напрасны стоны. То же,Что в жизни смерть – любовь. На боль похожеБлаженство. «Страсть», «Страданье» – тот же звук.Призвал ли я иль принял поневолеЧужую власть?… Блуждает разум мой.Я – утлый челн в стихийном произволе,И кормщика над праздной нет кормой.Чего хочу – с самим собой в расколе,Не знаю. В зной – дрожу; горю зимойПервый чтец:
Меж стройных жен, сияющих красою,Она царит – одна во всей вселенной,И пред ее улыбкой несравненнойБледнеют все, как звезды пред зарею.Амур как будто шепчет надо мною:Она живет и жизнь зовут бесценной;Она исчезнет – счастье жизни бреннойИ мощь мою навек возьмет с собой.Как без луны и солнца свод небесныйБез ветра воздух, почва без растений,Как человек безумный, бессловесный,Как океан без рыб и без волнений,Так будет все недвижно в мраке ночи,Когда она навек закроет очи.Второй ведущий:
Этот роковой момент настал спустя ровно 21 год со дня первой встречи 6 апреля. Жизнь Лауры унесла беспощадная чума. Все эти годы Петрарка пламенно любил эту женщину, хотя она и была замужем, и стала матерью 11 детей, и вообще они виделись всего несколько раз, обменявшись лишь мимолетными взглядами. Он любил духовной любовью, почитая даму своего сердца образцом совершенства и чистоты. Где бы он ни был, куда бы ни заносила его судьба, всюду преследовал его лик возлюбленной: