Пламя Севера
- -
- 100%
- +
– Спи, – произнесла она шепотом. – Рассвет еще не скоро.
– Ты же знаешь, мне хватает и пары часов, – также тихо ответил Сигурд. Его голос звучал так, будто он и не спал секунду назад. Она знала. Страйкер такого уровня мог обходиться без сна очень долгое время. Но отдых ему был тоже необходим. А полностью расслабиться ее Сигурд мог только тогда, когда она берегла его сон.
– И все-таки как же странно, что этот Ренар отпустил тебя на весь день.
– Я же говорил тебе, что он странный, – хмыкнул Сигурд. – Было бы подозрительно, если бы он это позволил только мне. Но своим людям он тоже дает сутки на отдых. Он называет это «личным временем».
– Очень странный… – прошептала Аэлира и добавила: – Взять, к примеру, его каприз с созданием доспехов и оружия страйкера подогнанным под него. Боюсь даже представить, во сколько ему обошлась покупка шкуры и клыков теневой змеи.
– Да, – согласился Сигурд. – Но справедливости ради я должен заметить, что мне уже встречались такие богатые чудаки, которым некуда было деньги девать. Правда, шевалье Ренар не очень похож на чудака и меньше всего похож на богатея. Скажу больше, он всячески старается скрыть тот факт, что обладает немалым состоянием.
– А он им обладает?
– Несомненно. Видела бы ты, сколько всего он накупил в Предместье Мастеров.
– Не удивительно, что он взял тебя с собой, – кивнула Аэлира. – Иначе его бы там облапошили.
– Знаешь, – задумчиво произнес Сигурд. – Мне кажется, я ему был нужен, скорее, как прикрытие. Он внук богатого вестонского купца. Учить торговаться Ренара не нужно, он сам кого хочешь научит. Скажу больше, у него прямо чутье на качественный товар. Он умудрялся выбирать только самые лучшие артефакты и зелья.
– Одаренный? – удивилась Аэлира.
– Нет, я бы почувствовал, – ответил Сигурд.
– Он прижимист, как и все купцы? – продолжала расспрашивать его Аэлира, ее неожиданно заинтересовал этот молодой аристократ. Было в нем что-то необычное.
– Он рационален, – ответил Сигурд после короткой паузы. – Он не расточителен, но действует для пользы дела. После того как прибыл представитель графа де Морне, чтобы обсудить выкуп трофеев, Ренар согласился взять деньги за все, кроме крудов. И он был непреклонен. И знаешь, что он сделал после того, как были доставлены кристаллы? Он отдал их все мне. Теперь их у меня полторы дюжины.
– Он что, готовится к войне? – насторожилась Аэлира.
– Не знаю, – пожал широкими плечами Сигурд. – У меня складывается такое впечатление, что он всегда к чему-то готовится. И что у него всегда все под контролем. А ведь ему всего-то двадцать лет! Другие аристократы на его месте, вырвавшись из-под надзора старших рода, кутили бы, не просыхая. А этот… В общем, как я и говорил, наниматель нам попался очень странный. Мое чутье подсказывает, что надо держать с ним ухо востро.
– И не только с ним, – тихо добавила Аэлира.
– Что ты чувствуешь? – теперь пришла очередь насторожиться Сигурду. Он всегда относился серьезно к словам своей женщины. Благодаря ее феноменальному чутью, им удалось избежать множества ловушек.
– Пока только смутно, – слегка поежилась женщина и сильней прижалась к его руке. – Такое чувство, словно что-то надвигается… Что-то очень плохое… Ты видел, сколько представителей кланов оборотней собралось в Фьёрдграде?
– Так это вполне объяснимо, – ответил Сигурд. – Острозубый объявил об Испытании.
– Да, но тут собралось много тех, кто в нем не участвует, – возразила Аэлира. – А еще я слыхала на рынке, что за городом образовался большой лагерь из сотен шатров и палаток. Ярлы-оборотни притащили с собой даже простых бойцов. И лагерь постепенно растет. И это я не говорю о том, скольких жрецов Хлада Жуткого я видела.
Последние слова женщина почти выплюнула. Она ненавидела этих мясников всем сердцем.
– Хм, – Сигурд задумчиво почесал густую бороду. – Полагаешь, Харольд Серый Волк что-то готовит?
– Иначе зачем ему было тащить целую армию в Винтервальд? Явно не для того, чтобы поддержать своего сыночка, который захотел принять участие в Испытании.
Аэлира немного помолчала и добавила тихим голосом:
– Что-то витает в воздухе… Я чую, что прольется много крови.
Сигурд даже и не думал возражать.
– Значит, что бы там ни началось, мы будем готовы.
– Есть еще кое-что… – напряженно произнесла Аэлира. Будь она сейчас в другой своей ипостаси, белый мех на ее загривке встал бы дыбом.
Сигурд почувствовал, как ее ногти слегка впились ему в руку.
– Тебя что-то напугало, любовь моя? – взволнованно спросил он.
– Ты же знаешь, мое чутье никогда не подводит меня…
– Да, знаю… Что ты почуяла?
– В Фьёрдграде объявились вервольфы, – слегка подрагивающим голосом произнесла она.
– Уверена? – ледяным тоном спросил Сигурд. – Территория кланов вервольфов, в отличие от северных ульфхеднаров, расположена на юге. Обычно волки без особо весомой причины не появляются на охотничьих угодьях друг друга.
– Да, уверена, – твердо ответила Аэлира.
– Стая?
– Нет, всего лишь двое, но матерые.
– И их до сих пор не порвали местные? – хмыкнул Сигурд. – Выходит, они здесь потому, что хозяева этой территории им разрешили поохотиться.
– Я же тебе говорила, что-то затевается… – тихо произнесла Аэлира и зарылась носом в теплое плечо Сигурда.
– Будь осторожна, любовь моя, – прошептал он.
– Буду…
Некоторое время они лежали молча, наслаждаясь теплом, а потом Сигурд услышал мерное посапывание любимой.
Он лежал, глядя в потолок, и задумчиво наблюдал за тенями, наползающими на стены. В его сердце смешивались робкая надежда и острая тревога. Радость от того, что он, наконец, нашел нанимателя, который станет их подорожной грамотой по пути на юг, и тревога от того, что сказала ему Аэлира. Он должен удвоить бдительность, чтобы защитить ту, которую любит.
Сигурд нежно провел рукой по ее снежно-белым волосам и вспомнил, как они встретились и как нашли друг в друге то, что так долго искали. Он вспомнил свое обещание, данное самому себе, защищать эту женщину, которая была для него всем. Он осознавал, что эти обещания стали еще более важными теперь, когда они обрели надежду на будущее.
Вскоре Сигурд почувствовал, что его собственные глаза становятся тяжелыми и заботы отступают в сторону, уступая место мягкой сонной дымке. Он обнял Аэлиру крепче и закрыл глаза, отдаваясь в объятия сна.
* * *Сигурд покинул уютную каморку за несколько минут до рассвета. Аэлира еще спала, по-кошачьи свернувшись клубочком. Такая теплая и такая желанная.
Выйдя на улицу, Сигурд набрал полную грудь морозного утреннего воздуха и громко выдохнул, выпуская густой пар из просыпающихся легких.
Сделав еще несколько вдохов и выдохов, он огляделся. Западная часть портового квартала была пустынной и тихой. Первые лучи солнца освещали узкие улочки, отражаясь от белоснежного снега и сияя на льду. Дома и здания, покрытые инеем, выглядели, как сказочные замки, искрящиеся в утреннем свете.
Пушистые снежинки медленно кружились в воздухе, создавая ощущение покоя. Таверны и лавки еще не открыли свои двери, ожидая пробуждения горожан. На тротуарах стояли заснеженные фонари, теряющие свое тусклое сияние в свете просыпающегося утреннего солнца.
Слышался только шорох падающего снега. Тонкие струйки дыма вырывались из труб домов, растворяясь в прохладном утреннем воздухе.
Сигурд двигался по темным переулкам портового квартала, куда еще не добрались солнечные лучи, и привычно контролировал пространство вокруг себя. Помня слова Аэлиры, он был особенно осторожен и подозрителен ко всему происходящему вокруг. Его острый слух улавливал каждый шорох, и интуиция подсказывала, что опасность может поджидать его на каждом шагу.
Уже когда до таверны «Медный Котелок» оставалось совсем немного, он заметил подозрительное, еле заметное движение в тени зданий, а потом до его уха донесся глухой хлопок, а за ним еще один. Эти звуки он ни с чем бы не спутал. Кто-то пытался подстрелить Сигурда из луков. Причем стрелявших было двое.
Лиловая сила разлилась по доспехам, опережая первый удар стрелы буквально на короткий миг. Будь на месте Сигурда эксперт или неопытный медиус – он бы уже погиб.
От второй стрелы авант легко уклонился. Отстраненно подумав, что засаду на него устроили на подступах к таверне, где жил Ренар. А это значит, что неизвестные враги не знают об их с Аэлирой каморке. Это не могло не радовать.
Сила Тени привычно пробежала по его каналам, и боевой маг начал действовать. Кстати, следующих выстрелов не последовало. Почему? Ведь опытный лучник способен за одну минуту выпустить больше дюжины стрел. Видимо, напавшие решили, что момент неожиданности упущен и магическую защиту страйкера не пробить? Если так, тогда это они зря. Будь на месте стрелка Сигурд, он бы продолжал выпускать стрелу за стрелой, заставляя цель отвлекаться и нервничать. Да и энергия в крудах не вечна. Магический щит после каждого удара поглощает ее в немереных количествах.
Интересно, кто это такой смелый, что решился нарушить перемирие, объявленное конунгом Винтервальда? Либо кто-то очень глупый, либо тот, кто уверен в своей безнаказанности.
Когда из тени выступили две фигуры в темных плащах и доспехах страйкеров, Сигурд понял, что это, скорее, второй вариант. Его бывшие братья из ордена «Ледяного Копья» все-таки решились свести счеты, наплевав на волю хозяина этих земель.
– Вы все никак не угомонитесь?! – насмешливо выкрикнул Сигурд, продолжая вертеть головой. В любой момент из темноты могла вылететь стрела.
– Ты слишком долго бегал от нас, мерзкий еретик! – выкрикнул ему в ответ широкоплечий воин в глухом шлеме. Из-под его забрала вырывался густой пар.
– Томас! – хохотнул Сигурд. – Вижу, у ордена дела совсем плохи, что они прислали падальщика! Неужели думаешь победить меня? А кто там второй?
– Ты сегодня умрешь, тварь и предатель! – послышался грубый женский голос из-под второго забрала.
– Ха-ха! – Сигурд продолжал веселиться. – Грета! Ты еще жива? Как же я рад. Теперь я тебя точно прикончу.
Сигурд старался, чтобы его голос звучал ровно, но на самом деле он был напряжен до предела. По его душу послали самых кровожадных страйкеров. А ведь еще где-то засели лучники и ждут удобного момента. Плохо, очень плохо…
Неожиданно прозвучавший со стороны крыши соседнего дома голос заставил Сигурда сцепить зубы. Он узнал этот голос. Неужели Ренар продал его?
– Любопытный расклад! – как всегда насмешливо прокомментировал происходящее его наниматель. – Двое против одного.
Сигурд глухо зарычал. Вернее, бывший наниматель. После этих двоих, он прикончит этого предателя шевалье и будет в своем праве. Но следующая фраза Ренара заставила сердце Сигурда забиться сильнее.
– Кстати, Сигурд, можешь не беспокоиться о лучниках. Быстрей заканчивай здесь. У нас еще много дел сегодня!
Глава 6
Столик, за которым я сидел, находился в дальнем углу главного зала таверны. На время завтрака, обеда и ужина Лейф старался, чтобы этот стол был всегда свободен.
Я как раз доедал свою яичницу, когда входная дверь таверны открылась и в проеме показалась широкоплечая фигура Сигурда. Гигант обвел хмурым взглядом полупустой зал. Заметив меня, он решительно шагнул вперед.
С бывшими коллегами я оставил его разбираться самого. Лучников я ликвидировал, а двое экспертов – для аванта это не проблема. Правда, он отсутствовал довольно долго. Видимо, убивал их медленно и с расстановкой, а потом заметал следы.
– Позавтракаешь? – спокойно спросил я, разламывая душистый еще теплый ломоть хлеба.
Страйкер, сверля меня взглядом, молча опустился на скамью и, поставив локти на столешницу, которая тут же жалобно скрипнула, холодно произнес:
– Говорите, ваша милость. Сразу предупреждаю – ложь я тут же почувствую.
От Сигурда разило кровью, смертью и мощными магическими эманациями. А еще – нечистотами.
Я хмыкнул и, как ни в чем не бывало, отхлебнул теплого взвара из костяной кружки.
– Ты ведь помнишь, что говоришь со своим нанимателем?
– Нет времени на политесы, – отрезал Сигурд. – Ведь этому нанимателю я могу в любой момент свернуть шею, как куренку. Если он, конечно, не начнет честно отвечать на мои вопросы.
– Другими словами, – продолжил я ровным голосом. – Ты намерен усугубить свое и так уже незавидное положение? Если ты еще не заметил, тебя тут не очень-то и любят. О твоих друзьях из ордена я вообще молчу.
– Плевать, – отмахнулся Сигурд.
– Я так не думаю, – покачал головой я. – Убийство дворянина из посольства его высочества принца Луи, да еще во время перемирия. Тебе придется сломя голову бежать куда глаза глядят. Ты станешь изгоем не только в Нортланде, но и в Вестонии.
– Подамся к аталийцам, – пожал плечами Сигурд, перенимая мой тон. – Уверен, там найдется местечко для аванта.
– Конечно, найдется, – кивнул я. – Там сейчас будут рады любому страйкеру. Только вот незадача. Во-первых, там не особо любят еретиков, а во-вторых, до Аталии ты добраться не успеешь. Как и до любой другой страны.
– Это еще почему?
– За убийство нанимателя сумрачники устроят на тебя охоту и показательно казнят на глазах у всех. Каратели гильдии это тебе не парочка ледяных рыцарей, которые даже не смогли нормально засаду устроить.
– Как вы узнали о засаде? – быстро сменил тему он.
– Я шел за тобой по пятам, – пожал плечами я и в этот же момент увидел, как наливается энергосистема страйкера лиловой энергией.
– Значит, эта увольнительная – простая уловка, чтобы шпионить за мной? – сквозь сжатые зубы процедил Сигурд.
– Отчасти, да, – ответил я. – Должен же я знать, чем живет мой личный телохранитель. Кроме того, та белокурая женщина слишком часто стала попадаться мне на глаза. Мне необходимо было удостовериться, что вы оба не приставлены ко мне кем-то из моих врагов.
Я понимал, что играю с огнем. Сигурд был на грани. Еще мгновение – и он атакует. Но страйкер медлил. Слишком весомые доводы я привел. Он знал о моем происхождении. Ему не простят убийства племянника графа де Грамона и герцогини дю Белле. Сумрачники бдительно следят за своей репутацией.
Сигурд, перестав сверлить меня взглядом, тяжело выдохнул и, взяв вторую кружку с водой, залпом опрокинул ее содержимое себе в глотку. Вытерев тыльной стороной ладони рот, он спросил, внимательно глядя мне в глаза:
– Почему мне помогли?
– Ты о лучниках или о тех троих, которые следили за домом, где живет твоя женщина, и которых мне пришлось прикончить после твоего ухода? О том, что один из них был страйкером, я решил промолчать.
Лицо Сигурда побледнело. Он мгновенно вскочил и хотел было рвануть на выход.
– Остановись, – жестко приказал я. – С ней все в порядке. Они ничего не успели сделать. Она даже не знает, что там была засада. Потом сам сможешь убедиться. А что касается твоего вопроса. Во-первых, ты мой человек, а я забочусь о своих людях. Во-вторых, я вывалил за тебя гильдии целое состояние. Я привык оберегать свои инвестиции. И, в-третьих, мы теперь в одной лодке и повязаны кровью твоих врагов, которые стали и моими врагами тоже. Кто она?
Последний вопрос я задал обычным тоном.
– Моя жена, – продолжая сверлить меня мрачным взглядом, ответил Сигурд.
– Понятно, – задумчиво произнес я. – Что она умеет делать?
– Сражаться, – без раздумий ответил он.
– Хм, – помял я подбородок. – Тогда это существенно упрощает дело. Мне как раз нужны люди, знающие с какой стороны держаться за меч. Если ей нужна работа, мы можем обсудить условия договора найма.
Сигурд молчал. Его взгляд изменился. Тень гнева отступила. Он разглядывал меня, словно видел впервые.
– Обдумайте мое предложение, – продолжил я. – Теперь вопрос. Что с телами?
– В канализации, – ответил Сигурд. – Там их не скоро найдут.
Я помахал перед своим носом ладонью и произнес:
– Теперь понятно, откуда эти ароматы. Надеюсь, ты не взял себе их доспехи и оружие?
– Нет, – покачал головой он. – Только деньги, круды и зелья. Но доспехи и оружие припрятал там же под землей.
– Хорошо, – кивнул я. – А теперь, будь добр, приведи себя в порядок. От тебя несет так, что у меня глаза слезятся. Я не врал – у нас еще очень много дел. В полдень ты идешь со мной во дворец конунга. Мэтр Беро де Бриансон, распорядитель посольства его высочества, наконец, вспомнил обо мне. Даю тебе два часа.
Последнюю фразу я произнес, многозначительно кивая на дверь. Мол, теперь можешь бежать к ней и проверить мои слова.
Сигурд сперва дернулся вперед, но потом остановился и с легким поклоном произнес:
– Благодарю вас, господин.
* * *К полудню распогодилось. Из-за туч показалось северное солнце. В его лучах «Жемчужина Севера», дворец конунга Бьёрна Острозубого, возвышавшийся на холме в самом центре Фьёрдграда, в этот раз не так сильно подавлял своей мрачной мощью. В очередной раз разглядывая это каменное чудовище, я удивлялся его странному названию.
Центральный комплекс дворца был построен из темно-серого почти черного камня. Крыша была покрыта плоской черепицей того же цвета, что и стены. Издалека казалось, что поверх дворца лежит огромная чешуйчатая кожа гигантского дракона.
Многочисленные шпили башен устремлялись в небо, а их бронзовые флюгеры отражали солнечные лучи, создавая мерцающие блики.
Гигантские дубовые ворота дворца украшали бронзовые пластины с гербами правящей династии, на которых был изображен атакующий медведь, вставший на задние лапы. Ворота охраняли бойцы, закованные в броню, вооруженные боевыми топорами на удлиненных древках.
Внутри дворца находились просторные залы, стены которых были украшены гобеленами и трофейными знаменами побежденных врагов. Высокие своды поддерживали каменные колонны, украшенные резьбой, изображавшей сцены из северной мифологии.
Центральным местом во дворце был тронный зал, где стоял роскошный трон из камня и золота, усыпанный драгоценными самоцветами. Видимо, именно здесь конунг принимал иноземных гостей, своих вассалов, а также выносил судебные решения.
Все вокруг был огромным, тяжелым, массивным и, судя по простой резьбе на камне, очень древним. Полагаю, по мнению предков местных правителей весь этот примитивный гигантизм был призван продемонстрировать их могущество и величие.
Праздничный пир конунга Бьёрна Острозубого, длившийся уже месяц с лишним без остановки, если и был в начале тщательно спланированным и торжественным событием, то к моменту появления нашей делегации это мероприятие превратилось в бесконечную попойку. Дворяне из ближайшего круга принца Луи, с первого дня попавшие, так сказать, с корабля на бал, уже были и не рады тому, что их поселили во дворце. Жан-Луи де Леви, с которым мы сдружились в пути, так точно. Он мне искренне завидовал.
Хотя, благодаря его мастерству, а еще навыкам целителя принца, он умудрялся держаться достойно. Те же из вестонских аристократов, кто ежедневно не просыхал от хмельного, что лилось рекой за столами конунга, походили сейчас на прогулявших все свое состояние купцов.
Шагая по широкому тронному залу вдоль длинных столов, заставленных разнообразной снедью и хмельным, я видел благородных графов, баронов и виконтов и не узнавал их. Кто-то сидел на скамье, уткнувшись лбом в тарелку с паштетом, и громко похрапывал, кто-то лежал под столом в обнимку с бородатым северянином и горланил задорную песню. Вон там, под колонной, свернувшись калачиком и по-детски положив руки под щеку, спал кузен Макса, Франсуа. Старшенького кузена я так и не увидел.
– Теперь вы меня понимаете, мессир? – с грустной усмешкой в голосе спросил Жан-Луи, вызвавшийся проводить меня на пир и все показать. Рыжий парфюмер обвел красноречивым взглядом весь этот бардак.
Дело в том, что конунг изъявил желание пригласить младших дворян из посольства принца Луи. Люди из ближайшего окружения младшего сына Карла III показались конунгу слабаками, не умеющими веселиться и пить. В общем, очередь теперь дошла до посольских вроде меня.
Во дворце конунга, помимо вестонцев, собрались младшие представители различных северных кланов и иноземных дворян из других земель. Они, как и мы, удивленно разглядывали столы и пирующих за ними. Правда, северяне смотрели, скорее, с довольными рожами. Они-то наверняка как раз и рвались сюда все эти дни. Вон, Сигурд совершенно не удивлен, но и голову не теряет. Зорко бдит. Готов в любой момент закрыть меня собой.
Воздух в тронном зале дрожал от громкого смеха, пьяных криков, фальшивого пения и низкопробной музыки. Запахи аппетитных блюд, приготовленных на открытом огне, наполняли воздух. Ароматы мяса, рыбы, пряных трав и соусов смешивались с запахами дыма и смолы от каменных чаш, в которых горело какое-то масло.
На лицах «свежих» гостей читался голод и предвкушение. Некоторые северяне, которых «старожилы» встречали радостными выкриками, уже рассаживались за длинными столами.
Пока Жан-Луи вел меня в дальний конец зала, я разглядывал столы, знакомясь с местным меню. Столы ломились от обилия разнообразных, но простых блюд. Тушеное и жареное мясо, запечённая рыба, копченые колбасы, свежие овощи и фрукты, много хлеба и сыров. Звон тарелок и столовых приборов переплетался со звуками громких отрыжек, чавканьем и шкрёбаньем.
Летавшие по залу стайки слуг наполняли кувшины и бокалы медовухой, элем, квасом и вином. Звук громких тостов и стук бокалов сопровождался радостными возгласами и пожеланиями благополучия.
Главный стол, за которым должны были сидеть конунг и его царственные гости пустовал. Жан-Луи сказал, что они тут бывают только в часы обеда и ужина. И особо не задерживаются.
Я их понимаю: тронный зал постепенно превращается в свинарник, хотя армия слуг старалась изо всех сил.
Когда мы уже практически добрались до той части стола, куда меня вел Жан-Луи, мне преградили дорогу трое северян.
– Магнус! – воскликнул рыжебородый детина. – Взгляни на этого южанина! Кажется, мы его уже видели!
Он обращался к коренастому широкоплечему парню с длинными вьющимися волосами. Взгляд его темных близко посаженных глаз не предвещал ничего хорошего.
– Да, Кнут! – поддакнул рыжему тощий блондин. На его тонких губах играла злорадная усмешка. – Я его тоже узнал! Это тот шут, что был верхом на белом пони! Он вел себя очень нагло!
– Еще жаловался на наше гостеприимство! – рыжий демонстративно обвел взглядом длинные столы с едой. – Что ты теперь скажешь, южанин?
Быстрое сканирование показало, что я имею дело с обычными людьми. Хех… Похоже, Лже-Таис, или как ее там… Хельга Отважная затаила обиду и подослала этих молодчиков, чтобы проучить меня.
Я почувствовал движение за спиной. Сигурд шагнул вперед.
– Он притащил с собой мага, – усмехнулся тощий. – Эти мягкотелые южане боятся собственной тени.
Кстати, крылышко на моей груди заметили все трое, но никак не отреагировали на него. Либо не в курсе, что это, либо им плевать на вестонские регалии.
Жан-Луи, приблизившись ко мне, вполголоса коротко сказал, что я имею дело с местными мелкими дворянами. При этом его лицо ничего не выражало. Он уже успел хорошо изучить меня и просто ждал развязки.
– Сигурд, как ты думаешь, конунг сильно обидится на меня, если я отрежу язык этому рыжему болвану? – спокойно спросил я у страйкера.
– Ваша милость, думаете это его чему-то научит? – в тон мне ответил Сигурд. – Давайте уж я оторву ему голову. Все равно она пустая.
Рыжий Кнут покраснел и дернулся вперед, но черноволосый Магнус придержал его.
– Остынь, кузен. – И обратился уже ко мне: – Как насчет поединка на деревянных мечах? Ты и я. Так мы не нарушим закон. Если не боишься, конечно.
– Он не врет? – спросил я у Жана-Луи.
– Нет, – ответил тот. – Тут в парке есть специальная площадка. Уже несколько дней многие так выясняют отношения.
– Согласен, – кивнул я Магнусу. – Только у меня есть небольшое дополнение. Предлагаю твоему кузену тоже поучаствовать. Так мы сэкономим время.
Магнус и Кнут, улыбаясь, переглянулись.
Черноволосый оскалился:
– Ты сам напросился, южанин.
* * *Вокруг широкой площадки возле дворца собралась небольшая толпа зрителей, среди которых были не только северяне, но и иностранные гости. Среди них я заметил высокого молодого человека со светлыми волосами и темно-синими глазами. Его окружили несколько молодых людей и что-то, громко смеясь, комментировали, кивая в мою сторону.
Судя по богатой одежке и обилию драгоценностей, кто-то из местных знатных деток.
Проследив за моим взглядом, Жан-Луи, находившийся все это время подле меня, произнес:
– Это младший сын конунга, принц Эрик.
– Судя по всему, – я кивнул на троицу, что задирала меня. – Его высочество ко мне неравнодушен.
Магнус и его дружки тоже стояли рядом с принцем и внимательно слушали, как он им что-то говорил.