Клан голубых кошек. Трилогия
- -
- 100%
- +
– Мне доложили, что ты неплохо рисуешь, – тем временем продолжила своим очаровательным голоском красавица.
Голос у нее был действительно очаровательным. Казалось, он ласкал слух и лился бархатом по моему усталому мозгу. Пришлось себя незаметно ущипнуть, чтобы отогнать магическое воздействие княгини. А так же понять, что мое желание прославиться в качестве великого художника осуществилось. Надеюсь не посмертно.
– Я лишь пыталась нарисовать то, что видела, а как это получилось, плохо или хорошо, судить не мне, а тем, кого я рисовала.
Голову я не опускала, а еще я не собиралась ее как-нибудь величать. С одной стороны я показывала, что не собираюсь перед ней лебезить, опускаясь до фамильярностей, тем более, что титул она потеряла, с другой стороны, показывать ей открытое пренебрежение я тоже не хотела.
Она хмыкнула и присела рядом со мной у фонтана, очень близко. Я закрыла свой блокнот и повернулась к ней лицом, избегая смотреть ей в глаза.
Вот тут можно сделать отступление, мой сан-Сэй, и "заколдованный принц" обучал меня не только законам, но и давал мне литературу о видах магии. Так вот там-то я и узнала о таком виде магии, как ментальная. Таких магов называли магами разума. Эти существа умели капаться в голове, да еще и так, что полностью изменять ваши цели и принципы. Изучая темных эльфов, я узнала, что в семье правящего рода чаще всего рождались маги разума, короче говоря, истинные управленцы. В нашем мире, достаточно изучить психологию среднего обывателя и можно без проблем становится политиком, конечно при этом нужно иметь очень много денег или очень богатых спонсоров, ну и, наверное, абсолютно скотскую натуру.
Эльфийка заулыбалась и приобняла меня за плечи, заговорщически придвинувшись к моему уху начала шептать. Хватка у нее оказалась со всем не хрупкой девицы. Да и коготки, подозреваю, без проблем могут не только мою шкурку проскрести, но и камень, которым отделан фонтан.
– Я хочу сделать подарок нашему достопочтимому Императору, хочу, чтобы ты его нарисовала!
Я сглотнула.
– Я не уверена, что у меня получиться красиво, кроме того я делаю это очень медленно, минимум по месяцу одну картину рисую, и это еще зависит от деталей.
Она еще сильнее "обняла" меня, и когти впились в мою кожу, нет, не до крови, но подозреваю, синяки останутся.
– Ничего страшного, день рождение у него через три месяца, – опять шепнула с придыханием мне эльфийка на ушко.
От чего по всему моему телу забегали мурашки. А я почувствовала странный запах. Нет не духов, их я тоже учуяла, приятный запах свежести. Это было что-то другое. Что-то манящее обещающее гораздо большее. Я встряхнулась. Гадина залезла в мою голову, и применяет свою магию. Однако нельзя показывать врагу свои преимущества, придется соглашаться. Было у меня такое подозрение, что моя магия блокирует магию разума.
– Мне нужны его изображения.
– Нет, он сам тебе будет позировать.
У меня отвалилась челюсть. Вот вам и не видеть сотни лет Императора, всего-то пару лет прошло.
– Завтра будь готова после обеда, отправимся к Императору. Да, и не прибедняйся, я видела те шедевры, что ты рисовала, как и Император, он уже согласился на твою кандидатуру.
Вот и все Эллочка, ты сама себе отрезала все пути к отступлению, своим желанием похвастаться, как красиво рисуешь. Я опять сглотнула и еле пролепетала "Хорошо". "Королевишна" со свитой удалились, а мне только и оставалось хватать воздух.
– Зря ты так переживаешь по этому поводу, радоваться должна, – заметил Сэй, после пересказа событий, видимо решив, поиздеваться надо мной.
– Сэй, ничего смешного в этом нет. Я боюсь эту Оливию, она слишком… слишком, даже не знаю какое слово к ней подобрать. Не хочу учувствовать в ее играх. Я, в конце концов, жить настроилась долго и спокойно.
Сэй вздохнул и обнял меня со спины. Эти нежности между нами происходили все чаще и чаще. Но Сэй старался при этом не показываться мне на глаза, гладил по голове со спины, обнимал тоже со спины. Когда я пыталась повернуться, тут же ускользал и отделывался срочными делами. Поэтому я решила не дергаться, когда он так делал, вот и сейчас мы стояли в его подсобном помещении-кабинете и он обнимал меня очень бережно, так и хотелось крикнуть "Я же не стеклянная!", но приходилось молчать и довольствоваться такими крохами внимания моего любимого. Странно, но его тепло всегда согревало меня. Последнее время я стала мерзнуть, хотя вокруг было тепло – плюс двадцать пять градусов, примерно. А мне холодно, когда же Сэй меня обнимал, я мгновенно согревалась, может душа мерзнуть стала?
– Зря ты так переживаешь, малышка, – он положил мне свой подбородок на плечо. Такое на моей памяти было впервые. Я замерла, чтобы запомнить этот момент и не спугнуть его, – нарисуй портрет, и они от тебя отстанут, может, еще пару раз попросят что-нибудь нарисовать, зато заплатят, как следует. С Оливией лучше не пререкаться, будь незаметной, как ты это всегда и делала.
Секунды счастья закончились, Сэй отодвинулся от меня, и мне вновь стало холодно. Однако гораздо спокойнее. Он прав, чего я так распереживалась? Чем сильнее буду надумывать себе, тем сильнее буду нервничать, еще и сама все испорчу.
*****
Сэй смотрел на себя в зеркало. Как же давно он не испытывал этих чувств. Гадливость, беспомощность. Он поднял одно из щупалец и треснул им по зеркалу. Оно рассыпалось на мелкие осколки, располосовав кожу. Сэй даже не поморщился, сейчас он хотел, чтобы было больно, только так он мог справиться с раздражением и ненавистью по отношению к себе.
Элла. Это грубое имя совершенно не подходило его девочке. Она была похожа скорее на лиини. Маленького серенького зверька. Совершенно безобидного и слабого. Они прятались в норках, которые рыли возле охотничьего домика. Норки закрывали камнями. В другой жизни, когда Сэйя звали совсем по-другому, он вместе с братом нашел эти норки совершенно случайно. Тогда райтэ рассказал про этих безобидных существ, которые выживают, только благодаря идеальной маскировке. Сейчас Элла жутко боялась, ее норку нашли дети и захотели поиграть, Сэй понимал, что, такой как она, могут заинтересоваться. Слишком интересна, слишком незаурядна, и слишком молода. Детеныш, считающий себя женщиной. Всего лишь двадцать семь периодов Акки. Он в ее годы был абсолютным несмышленышем. Сэй в начале решил, что она человек, но путем простых логических размышлений до него дошло, что человек не смог бы попасть в гарем. Разговаривая с магом, который и приобрел девочку, Сэй понял, что она одна сплошная загадка. Вот и маг не удержался и приобрел. Когда же Сэй обнаружил, что его интерес превращается в нечто большее, то решил, что ему срочно нужно от нее избавляться. Да и причина нашлась весомая, видимо у малышки начал проявляться ее магический потенциал, до сих пор не ясно какой. Элла принесла его портрет, Сэй мог бы сказать, что забыл спустя шестьсот лет как выглядел, но вот в чем проблема, он бы хотел забыть да никак не мог это сделать. Свой образ он мог бы помнить и через десять тысяч периодов Акки. И Элла напомнила. Но девчонка не захотела уходить, сидела под дверью искала взгляд, как побитый щенок. И Сэй сдался.
Сегодня он четко ощутил ее страх, и свою беззащитность. Ему не помочь девочке, он слаб, раньше он, конечно же, бесновался и злился, но затем пришло смирение. А маленькая лиини заставила его вновь почувствовать все те эмоции, что он давно уже похоронил в себе и не собирался к ним возвращаться. Но своей любовью она все изменила. Он не дурак, он давно все понял, и больше того нашел в ее комнате альбом со своими портретами. Она рисовала его, она ловила каждое его слово и впитывала как губка. Но Элла не вела себя как слепой котенок, чем нравилась ему еще больше. На каждое разъяснение имела собственное мнение, однако не торопилась его высказывать. Малышка была умна и осторожна. Сэй понимал, что увязал все сильнее и сильнее. Боль не отрезвляла ни на минуту.
– Что, опять истеришь Арканэ?
Маг вечно появлялся не вовремя. Сэй поморщился от звучания своего старого имени, от которого он отрекся шестьсот периодов Акки назад.
– Я сегодня не в духе Тривиан.
– Надо подозревать, всему виной маленькая невзрачная девочка-загадка?
Тривиан, бесцеремонно завалился на кровать прямо в обуви. Маг был из не благородных. Привычки плебеев из него выбить было не возможно. Сила высшего демона в нем проснулась спустя четыреста лет, тогда отец и признал своего бастарда. Сейчас он уважаем при дворе, его боятся. Еще бы, маг-универсал! Иметь силу четырех стихий, это не просто опасно, это слишком опасно, таких держат как можно ближе, с такими только дружат.
Сэй вздохнул и пошел в ванную за аптечкой.
– Подожди, давай помогу.
Легкий холодок прошелся по ране Сэйя и она мгновенно затянулась.
Тривиан был знаком Сэйю по прошлой жизни, тогда маг был низшим демоном и никому не нужным бастардом высшего демона льда. Но Арканэ Дэмиар Сатурэ, наследный князь темных эльфов сдружился с молодым повесой. Их дружба не окончилась и по сей день. Именно Тривиан добился перевода Сэйя ближе к Императору, ему же он обязан и спокойной работой в библиотеке. Тривиан купил маленькую лиини Эллу.
– Может у тебя есть идеи? – зло прошипел Сэй.
– Идей никаких Сэй,… идей никаких, – вздохнул маг, – в любом случае зря ты переживаешь, нашей парочке, некогда будет обращать внимание на твою девочку, слишком сильно они скрестили ваагхи, и на таких мышек, как Элла им будет наплевать.
– Вот именно, что наплевать, Трив! Они пройдутся по ней и даже не заметят! Нужно что-то делать, нужно как-то ее отсюда вытаскивать, мы близки к цели, и малышка для меня дорога, слишком дорога. Ты понимаешь, о чем я Трив?
Сэй был зол не на шутку, его раздражало непонимание ситуации другом. Он даже допустить не желал общения Эллы с Императором, а сейчас случится то, чего он больше всего опасался.
Тривиан приподнял свои идеально-тонкие серебристые брови. Да, маг отличался эльфийской красотой, он ведь был на половину темным эльфом, а на другую половину демоном. Так кстати младший князь Арканэ и познакомился с тогда еще обычным мальчишкой повесой Тривианом. Мать Тривиана работала главной горничной в княжеском доме.
– Ты уверен Сэй?
– Я не просто уверен, и более того это должно случится с ней до ее встречи с Императором.
– Хорошо, но твоей малышке придется туго, по-другому я не умею.
– Она ведь не пострадает?
– Нет, но боль будет испытывать самую настоящую, иначе никак, ты же понимаешь, что никто ничего не должен заподозрить?
Сэй поморщился, но Трив был прав, сейчас слишком сложное время, очень многое поставлено на кон, и малейшая ошибка будет стоить им жизни, и не только им…
– Делай, как нужно, я на тебя положусь, – кивнул он магу, а сам же вздохнул, и мысленно пообещал себе, что его девочка в первый и последний раз будет испытывать боль, из-за него.
Тогда он ещё не подозревал, что эта боль, были ничем, по сравнению с той, что он принесёт ей в будущем.
*************
[1] Лиини – Маленький серенький зверек.
[2] Райтэ – наставник и воспитатель княжеских детей, будущих правителей.
[3] 1 период Акки – 1 оборот планеты Уралии вокруг солнца (звезды Акки)
[4] Ваагхи – Клинки.
Глава 4
Наверное, я слишком сильно перенервничала, настолько, что даже проснуться в итоге так и не смогла, точнее сказать, не проснуться, а вообще встать с постели. Меня знобило и лихорадило, я то впадала в какое-то беспамятство, то выныривала из него. В мое первое пробуждение я увидела хмурую Оливию с каким-то темным эльфом, кажется это тот маг, что покупал меня, и с которым я общалась всего один раз. Они о чем-то говорили, но суть разговора я так и не смогла понять. Меня ломало, казалось, что все кости очень медленно и методично кромсают невидимые палачи.
В дальнейшие свои пробуждения около меня сидел Сэй или тот маг, с удивлением пару раз видела Кину. Но сил на разговоры не было. Иногда я просыпалась от того, что Сэй обтирал меня мокрым полотенцем. На то, чтобы стыдиться сил не хватало, и я просто опять проваливалась в беспамятство.
Однажды я проснулась парящей в ночном небе или в космосе? Пошевелилась, и поняла, что у меня ничего не болело, и была безумно этому рада. Меня даже не страшило знание, что возможно я умерла, на самом деле, когда тебе бесконечно больно, то, оказывается, по-настоящему задумываешься о смерти.
Но сказать моим сиделкам об этом не было сил.
К сожалению, в космосе мне дали попарить не долго, опять вернув на кровать. Я даже открыть глаза не смогла и сразу же застонала от жуткой боли скручивающей мои мышцы. Плакать сил не было, только поскуливать. Слышала чьи-то голоса, вот и продолжала привлекать к себе внимание. Пусть хоть кто-нибудь прекратит мои страдания.
– Тише малышка, я здесь, потерпи, пожалуйста, я тебя очень прошу, очень скоро все закончиться, – впервые за долгое время я услышала членораздельную речь, но лучше мне от этого не стало.
Я была благодарна Сэю за то, что он был рядом, но больше всего мне хотелось, чтобы он прекратил все это и перестал меня мучить, просто убив.
– Сэй… убей… меня, – я все же смогла прошептать эти слова.
– Какие глупости ты говоришь, когда ты очнёшься, мы будем вме....
И все, дальше я уже ничего не слышала, и даже значение этой фразы не поняла. Шум в ушах и спазмы не позволили мне понять что-либо, боль накатывала волнами, мне опять оставалось лишь поскуливать, подозреваю, что голос я сорвала, потому что вместо поскуливания получался какой-то хрип не больше, может мне так казалось.
Длилась моя агония нескончаемо, и даже будучи атеисткой, я начала молиться всем богам.
Вспоминала тетку, умерших родителей, о которых я знала только со слов тетки, я просила, чтобы они поскорее забрали мою измученную душу к себе
Наверное, меня кто-то все же услышал, так как я опять очутилась в звездном пространстве. Боли больше не было, я просто висела, висела,… висела. Я не только боль перестала чувствовать, я вообще все перестала чувствовать. Мысли текли вяло, даже сложно было понять, умерла я или нет. Вокруг были лишь звезды и бескрайний космос. Сколько я так болталась там, не знаю, откровенно говоря, мне было все равно, я не думала ни о чем, лишь всматривалась в звездную даль. Я не пыталась считать звезды, и не потому, что это бесполезно, мне было просто все равно. Абсолютный пофигизм.
Иногда я словно выключалась, а потом опять включалась, было ли это мое сознание или не сознание или же его закоулки, сложно было понять. Меня словно законсервировали. Странно, но иногда мне приходили все эти мысли в голову, но затем ускользали и становились для меня блеклыми и не важными, и я вновь вглядывалась в бескрайнюю вселенную. Миллиарды миров, миллиарды звезд. Я опять отключалась.
Однажды очнувшись и опять созерцая просторы космоса, я заметила изменения в моей личной тюрьме. Почему я использовала это слово? Мне было не ясно. Да и эта мысль потеряла смысл, я продолжала смотреть на медленно увеличивающуюся одну из миллиардов звезд вокруг.
Она не только увеличивалась, но и, кажется меняла свой цвет с белого на голубой. Вскоре я поняла, что это вовсе не звезда, это что-то другое. Когда это начало приближаться и увеличилось до размеров птицы, я поняла, что ко мне приближается не птица, это существо было похоже на человека, возможно… немного. Нет, я ошиблась, это был не человек, это был … кот, с крыльями, голубой. Он был похож на ту статую в храме, вспомнила я. Кот подлетел совсем близко и начал кружить вокруг меня. А я … а я… Почему-то узнала его.
– Привет… – сказала я ему.
Кот продолжал летать вокруг меня, вот я и решила поздороваться. Мне казалось, что мы давно не виделись. И дело было не в нашей встречи в храме, тут что-то другое, у меня сложилось впечатление, что я знала его и раньше, когда-то очень давно… Но вспомнить не получалось.
Кот молчал, я подумала, что он меня не слышит. Или не замечает, тогда почему летает вокруг?
Вскоре я опять уснула. Проснувшись, обнаружила, что кота рядом нет. Я не расстроилась, так как мне опять стало все равно. Но кот все же появился через какое-то время, и опять летал, ничего не говоря, вокруг меня. Я рассматривала его и вновь засыпала.
Кот приходил ко мне очень часто и все кружил и кружил, я уже перестала замечать его и просто смотрела на звезды. В очередной раз, когда я проснулась, кот изменился. Он не был похож на кота, он был похож на кошку, кошка была гораздо меньше и гибче. У нее не было мускулов, зато была красивая упругая грудь, попа с более широкими бедрами, чем у меня. Кожа ее была голубой, и совсем не было шерсти, ноги и руки обычные, как у людей. Ушки только, как у кошек на макушке, еще хвост с кисточкой на конце. Глаза были огромными на пол лица и вытянутые к вискам. Ресницы черные длинные. Носик маленький аккуратный, губы тоже маленькие аккуратные и пухленькие. Темно-синие короткие волосы. А за спиной темно-синие кожистые крылья, как у летучих мышей, только огромные. Все это смотрелось очень гармонично. На пальцах рук и ног были черные коготки. Кажется, это была маленькая кошечка.
Она не летала, она зависла напротив меня и была словно не живой, ни руки, ни ноги ее не двигались. Кукла или игрушка, только вполне себе натуральная.
Рассмотрев кошку, я вдруг поняла, что меня что-то тянет к ней и самое странное, что я не могу остановиться. Я попыталась упираться, но с удивлением поняла, что упираться мне просто не чем, у меня нет ни рук не ног, да и вообще тела нет как такового. Раньше я этого не замечала, так как мне было все равно. Когда же я посмотрела перед собой, то мне оставалось только зажмуриться, правда и это я сделать не смогла, оказалось, что и глаз у меня нет, чем же я смотрела? Но столкновения, так и не случилось, приблизившись к ней вплотную, я просто уснула.
Очнулась же я опять в космосе, однако его как-то сразу же выключили. А я вдруг ощутила, что падаю. Причем скорость падения настолько высока, что испугавшись, я попыталась закричать, однако вместо крика смогла лишь мяукнуть и зажмуриться. Я все падала и падала, а затем мое падение резко прекратилось. Какое-то время я все еще боялась открыть глаза, но в итоге все же сдалась, так как было очень интересно, куда же я прилетела. Открыла глаза и увидела перед собой зеленый луг, над которым я зависла перед падением. Но луг резко перевернулся и, потемнев, превратился в синюю равнину, а я почувствовала, что упала на что-то мягкое, и опять уснула.
Первое что увидела, когда проснулась, это спящую Кину, возле моей постели на кресле. Лисичка свернулась клубочком, прикрывшись пледом, а из-под пледа торчала ее макушка с мохнатыми ушками. Я пыталась понять, что она здесь делает. Но в голову не приходило никаких вариантов. После сна себя я ощущала какой-то липкой и вспотевшей, захотелось принять душ. Осторожно выбравшись из постели, я на цыпочках пошла в ванную комнату, дойдя до нее и взявшись за ручку, покачнулась и ощутила легкое головокружение, а в глазах замелькали черно-белые узоры. Пришлось покрепче ухватиться за ручку, чтобы не упасть, наверное, давление скакануло. Подождав, когда зрение восстановится, я вошла в ванную комнату.
Решила вначале почистить зубы, подошла к раковине. На зубную палочку, насыпала зубного порошка и наконец-то глянула в зеркало. Палочка выпала у меня из рук…
Из зеркала на меня смотрела незнакомка с голубыми короткими волосами, красными большими глазами миндалевидной формы с темными выразительными бровями. У девушки была грудь примерно второго размера. Я немного отошла и повернулась к большому зеркалу, висящему на противоположной стороне. Девочка была даже выше меня ростом, у нее были округлые бедра и тонкая талия.
Пальцами я дотронулась до своих волос, и незнакомка повторила мое движение.
Я повернулась и посмотрела в зеркало, над раковиной оценив у незнакомки славную попку. Даже не обратила внимания, что та была голой.
По гипнотизировав красавицу какое-то время, пошла в душ.
Мои мыслительные процессы чуть-чуть затормозились. Помылась, и вышла из душевой, обмотавшись полотенцем. Незнакомка тоже была в полотенце. Сейчас она выглядела еще притягательней. Мокрые волосы, изменили свой цвет на темно-голубой, и в художественном беспорядке, обрамляли милую мордашку. Не удержавшись, подошла к зеркалу и прикоснулась пальцем к пальцу незнакомки.
В этот момент мое сердце пропустило удар.
Это зеркало!
Зеркало!
Ощутила себя Христофором Колумбом, ищущим короткий путь в Индию, а в место нее наткнувшимся на Багамские острова. Замечательно…, но плыл-то он вовсе не туда!
Господи… я осеклась. Сон! Во сне я видела Лэситера! Он превратил меня в … нее? Рассматривая незнакомку, я улыбнулась и нервно хихикнула. Все это конечно здорово, но… как же…
– Элла? Ты встала?
Обернувшись, увидела удивленную заспанную лисичку. Она какое-то время еще смотрела на меня, а затем ее выражение сменилось на радостное и, издав кокой-то победный клич типа "Ё-Хоооууу" она подскочила и набросилась на меня с объятиями.
– Кина… – прохрипела я, – ты меня сейчас задушишь…
Лиса, тут же отпустила меня.
– Ой, прости! Я так переживала, думала, что ты уже не очнешься, боже Элла,… три месяца! Три месяца, ты была на грани! – затараторила девушка.
Мне же только и оставалось, что пытаться осознать эту информацию.
Три месяца?!
Она оглядела меня и, всплеснув руками, подбежала к вешалке с халатом, содрала его и со словами: "Да это что ж, такое-то, только после болезни!", – начала на меня его надевать.
Да, не ожидала, что Кина будет так обо мне заботиться. Я вспомнила, что когда просыпалась она иногда сидела возле моей постели. Странное тепло разлилось в районе сердца. Лиса оказалась настоящей подругой. Не каждый способен сидеть возле постели умирающего, да еще и столько времени. Уж я то, точно знаю, два месяца ухаживала, за умирающей тетей. А Кина, так вообще, с ее-то неуемной энергетикой…
Лиса уволокла меня на постель, укутав с ног до подбородка в одеяло. При этом она причитала, и бесконечно ругала меня: 'Зачем ты вообще мыться пошла, вдруг опять заболеешь!'. Сложилось такое ощущение, что передо мной не молодая девочка, а взрослая умудренная опытом тетенька. Я задумалась, вот интересно, сколько Кине лет? Но эта мысль тут же ускользнула, так как неугомонная лиса, сбила меня, выскочив из комнаты со словами: 'Сейчас принесу покушать'.
Сидя на кровати, я размоталась и, раскрыв полы халата, потрогала свою грудь. Мне еще до сих пор не верилось, что я так изменилась. Еще бы, живешь двадцать семь лет серой мышкой, и тут, раз…и появляется голубо-волосая красотка.
Кина, кстати, нисколько не удивилась моему новому образу. Значит я уже давно такая?
Встав с кровати, я подошла к зеркалу. Распахнула полы халата в стороны и рассматривала себя новую. Появившаяся грудь меня очень радовала. Да что уж говорить, впервые в зеркало я смотрела с огромным удовольствием, все никак не могла поверить, что это я. На всякий случай даже вновь к зеркалу пальцем прикоснулась, чтобы убедиться, что не сплю.
Очень порадовалась росту. Уж теперь-то я буду не ниже всех, и могу спокойно смотреть многим девушкам прямо в глаза, а не заглядывать снизу. Даже сравнивая с Киной: на нее я смотрела снизу вверх, сейчас же мы были с ней одного роста. Неожиданно, и очень приятно. Конечно, до Оливии мне еще сантиметров двадцать расти, но на десять сантиметров я точно выросла.
С сожалением завязала халат и вернулась в постель. На себя красавицу хотелось смотреть и смотреть, издалека с кровати было неудобно.
Интересно, это меня тот бог одарил? Или я сама по себе такая была, просто в этом мире, как говорил маг, раскрылась моя магия? Прислушалась к себе, но никакой магии я пока не ощущала.
Что ж, в любом случае, я готова принять новую внешность в подарок, как бонус за страдания. Вот только, как бы у меня с новой внешностью неприятности не появились…
Все же привыкаешь, что тебя не замечают, а красотки всегда заметны. Хотя с другой стороны тут все в гареме красотки, так что в принципе на их фоне я даже затеряюсь. Вот цвет волос только…, я таких не видела в нашем серпентарии… Но их можно и покрасить, а то ведь выделяться из толпы, будет чревато. Я может и умудрилась выжить среди этих гадюк, но лишь благодаря своей неприметной внешности, однако это же не значит, что я и ядом научилась плеваться, так же профессионально, как это делают все вокруг?
И вообще! Вредная я стала, после болезни, что ли? Мне тут, понимаете ли, сам спящий бог, из другой вселенной подарок сделал, а я… Может сходить к нему, потом в храм и крови на алтарь намазать?
Лисичка вернулась с подносом, заставленным едой, и улыбающимся Корном.