Решать тебе

Ирландия в мире Дэвида занимала главенствующую позицию и рулила всем миром. Знал ведь, что пока не увидим собственными глазами, не поверим. Но что нам оставалось.

– Из моего отряда я остался один, – продолжал солдат. – Все прошедшие аномалию на территории нашего мира стали ходячими мертвецами. Лишь я смог вернутся обратно, и получил ответ от генерала, говорившего об ошибке направления атаки. Я имею ввиду, ваш посёлок.

– А как же русский язык? Да и мне в момент нападения приказали – молчи, русский. – Я, прищурившись, смотрел в глаза Дэвида. – Ирландия в состоянии войны с Россией?

– К сожалению, так было до появления вируса. Потом естественное дело никаких боевых действий никто не вёл, однако вражда осталась. Она проявлялась даже в мелочах, когда по идее мы все должны объединиться. Я пошёл в армию как раз для того чтобы отбивать атаки русских.

– И как? – почему-то насмешливо поинтересовался Харли, удивляясь, отчего собеседник так запросто нелицеприятно отзывался о пусть и далёких, но всё-таки людях одной с нами нации. – Кто кого обычно побьёт в драке? Русский или ирландец?

– Наш враг всегда оказывался на шаг впереди. Порой нам казалось, что они умели читать даже наши мысли. Но если дело касается боя, тут всё выходило по-разному. Не хочу настраивать вас против себя и своих людей. Если б генерал оказался тут, он бы точно принёс извинения. Никто не знал, что мы оказались в другом мире. Получили задание уничтожить колонию повстанцев, среди которых находили русские агенты…

– А местность не смутила вас? – спросил на этот раз я. – Где Ирландий и где Россия.

– У нас всё иначе и это долго рассказывать. Даже материки другие и расположены не так, как здесь. Поговаривают, что параллельных миров невероятное множество, и кто-то из наших ребят попадал в другие реальности. Возвратилось двое. Больше ни у кого не вышло. Генерал умный человек, а не только солдат. Именно ему пришла мысль, что вирус блуждает по мирам. Если открылись аномалии-порталы, значит всё, что может находиться в другой реальности, может проникнуть к нам. Кто-то запустил процесс, и нам надо как-то это остановить.

– Ох и взяли вы на себя миссию! – рассмеялся Харли, откидываясь на спинку стула. Вынул из нагрудного кармана потёртый портсигар, вытаскивая цигарку. – У нас тут средневековье, даже свет восстановить не в силах…

– Это пока, – вставил я, всё ещё надеясь на наши общие усилия. – Так что же ты хочешь от нас, раз явился сюда?

Дэвид потёр виски и зажмурился.

– Всё очень странно. Природу аномалии мы не сумели раскрыть. Но необходимо отыскать людей, способных переходить из мира в мир и не получать губительных мутаций.

– Это как же? – скептически отозвался Харли, затянулся и выпустил в сторону струю сизого дыма. – Методом проб и ошибок?

– И почему мы может доверять тебе? – поинтересовался я. – Да, ты с виду хороший, правильный и честный парень. Но мы не знаем тебя.

– Я это предусмотрел, поэтому принёс его с собой.

– Кого? – спросили мы с Харли хором. Переглянулись и рассмеялись.

– Позволите? – солдат вопросительно взглянул на нас. Я кивнул, мой товарищ тоже. Дэвид расстегнул военную куртку и сунул руку во внутренний карман. В его руках появился небольшой кубик размером с игральный. Да и похож он на него и сделан из блестящего металла. На этом сходство заканчивалось. Солдат коснулся пальцами необычного устройства. Из него появились прозрачные нити, которые оплели его палец. Коробочка засветилась зелёным светом и тихо пискнула.

– Таких как я, называют странниками. Зелёный свет – высший уровень. Если индикатор загорится красным, человек не подходит для межпространственных перемещений. Если же синим, то он способен переходить между моей реальностью и вашей. Так мы проверили Анну, ту самую женщину, что проникла вслед за нами сквозь туман. Мне нужен «странник», потому что именно с группой легче будет перемещаться по мирам, чтобы отыскать, где всё началось и прекратить возникновение аномалий. Вы можете отказаться. Понимаю, не каждый согласиться пуститься в это опасное путешествие. Да и кто-то скажет не нужно мне это. Говорят ещё, что лишь странник понимает чужой язык, даже если не знает его. Часто мы сами не знаем, какой нас наделила способностью судьба. Ну, так что скажете?

Я молчал. Перед глазами сразу встали образы Нюты и Вани. Не могу их оставить, сказал об этом Дэвиду. Харли слушая наш разговор, внезапно согласился, говоря, что у него никого не осталось здесь и терять ему нечего.

– Решать тебе, Дэн, – проговорил он глядя на меня. – Ты слишком правильный и упорный для этого места. Защитить всех не сможешь всё равно. Рано или поздно придёт такой как Одноглазый и не один. Давай попробуем хотя бы пройти идентификацию?

Дэвид закивал, а я услышал шум за дверями бара. Подскочил, чувствуя, что-то там происходит снова. Солдат окликнул меня и попросил быть осторожным.

– Бывает, туман появляется в том же самом месте. Аномалия словно запоминает прежнюю локацию. Будь осторожен…

Я не слушал его. Распахнул двери нашего штаба и в темноте позднего вечера увидел зарождающуюся воронку, танцующую на выжженной земле, где ещё утром появился смертоносный туман.

Со стороны ворот услышал крики, видя, силуэты бегущих в нашу сторону людей. Что же это такое?! Нет! Я замахал руками, умоляя оставаться в безопасном месте.

– Они не слышат тебя, – услышал я голос Дэвида. – Харон решил за тебя кому отправиться в путешествие.

С удивлением и какой-то злостью я глянул на пришельца. Понимая, что мои люди, в числе которых вернувшиеся сын и Рогач в опасности, рванулся к ним. Воронка аномалии вспыхнула зелёным светом и превратилась в густое расползающееся облако. Теперь я мог лучше разглядеть аморфное тело портала.

– Всего одно касание и ты сможешь оценить свои способности, – продолжал настаивать Дэвид. Туман внезапно увеличился в размерах, понёсся, словно лава в сторону колонистов. Я протянул дрожащие пальцы чужаку, не видя, как индикатор прибора вспыхнул зелёным светом и торжествующую улыбку Дэвида. Ванька и Нюта исчезли в клубящейся аномалии. Кто-то ещё из моих людей, я уже не смотрел, кто оказался в ловушке убийственной субстанции или портала. По щекам текли слёзы, я заложник этого ужаса и отчаянием делу не помочь. Теперь уже никому не прийти на выручку, осталось самому шагнуть в портал и верить, что кто-то из тех, кого я знал, любил, оберегал, окажется в живых.

Это потом я буду искать ответы, обвинять кого-то. В этот момент тело сковал страх, я помнил лишь крик Харли и толчок в спину. Нарастающий гул сдавил виски. «Ванечка, Нюта, – шептали губы, – господи, ну помоги же! Разве я был плохим человеком? Разве дети достойны смерти»?!

***

Серая пустошь встретила завыванием ветра. Он дул, словно кто-то играл на расстроенной скрипке. Неумёха какой-то, издевающийся над слушателями. Я тяжело поднялся на локтях. В теле ломота какая-то и в голове туман. Помотал ей из стороны в сторону, и затылок пронзила боль. Встав на четвереньки, огляделся, вспоминая, как оказался здесь. Память возвращалась медленно и болезненно. Дети. В сознании вспыхнули воспоминания – туман, бегущий Ваня, рядом Нюта, Ник, Рогач. Остальное словно забыл напрочь, кого ещё поглотила аномалия, кто остался в посёлке. Вспомнил слова Дэвида о каком-то Хароне. Где Харли и этот чужак? Куда же нас забросило?

Местность вокруг голая. Холодно, будто не лето, а начавшаяся осень. Редкий кустарник и тела. Я увидел их, и сердце содрогнулось от боли и ужаса. Кого из них судьба пощадит как меня. Для чего я вообще ей нужен?

Звук шагов за спиной, я снова упал лицом вниз. Сил нет, а лёгкая тошнота сжала желудок.

– Папа, что случилось? – услышал я голос Нюты. Обернулся, боясь не узнать её. Она застыла в двух шагах от меня. Лучи солнца светили ей в спину, и я не видел лица дочери. – Как странно, – продолжила говорить она. – Я вижу всё как-то не так.

Она склонилась ко мне, и я увидел лицо девчонки, ставшее чужим. У неё нет глаз. Точно что-то стёрло с лица моей девочки их. Разве это, возможно, спрашивал себя. Она снова сказала, что не понимает ничего. В голосе даже что-то изменилось. Тёмные волосы растрепались, и я смотрел на её лицо без глаз с желанием зажмуриться и не видеть ничего.

– Нютка! – крик Ваньки отрезвил. – Ты жива? Я иду к вам…

Она обернулась на звук голоса брата. Свет солнца осветил ей лицо, и Ванька замолчал на полуслове.

– Ваня, мы здесь! – крикнул я. Увидел краем глаза движение возле редкого кустарника. Это Рогач, поднимающийся на колени. – Слава Богу, жив, – прошептал одними губами.

– Нет, пап, – качнула головой Нютка. – Он уже мёртв. Он опасен и надо прикончить его. Смотри, тут же Линь, Семёновна, Винт – они уже стали ими.

– Кем? – спросил я, не веря ей, нет, они не могут вдруг превратиться в каких-то чудовищ.

– Ты же сам знаешь папа, – несколько обречённо проговорила Нюта и выхватила из-за пояса длинный нож.

– Остальные, ты видишь их? Как ты видишь?! У тебя же нет глаз?! – закричал я. Дочь обернулась, приложила палец к губам и ответила, что отлично видит живых мертвецов. Ник с рёвом кинулся в нашу сторону. Как же так? Ник, мы ведь только стали командой!

Те, кого я раньше считал товарищами, медленно поднимались на ноги. Неестественно передвигая конечностями, подёргивали головами и вытянули перед собой руки, словно плохо видели цель. Нюта первым сразила Рогача, снесла ему голову одним ударом. Она отделилась от туловища, с чавкающим всхлипом выбрызгивая вверх фонтан крови.

– Я с вами! – услышал я голос Харли. Лицо его перепачкано пылью, бандана съехала на брови и в целом, в его облике что-то появилось от знаменитого «коммандос». – Рогач тоже стал мертвяком. Дерьмо! – он сплюнул сквозь зубы.

Не в первый раз обращались в плотоядных зомби наши товарищи. Их так мало осталось и теперь после этого перемещения в неизвестность терять людей ставшими близкими не просто больно. Говорить себе, они уже не ваши друзья трудно. Мы, переглянувшись, двинулись короткой шеренгой навстречу живым мертвецам. Я не видел появившуюся Ленку, ловко орудующую мачете. Потом только заметил, что нас уже не четверо, а пятеро. Благо, все мы не расставались с холодным оружием, а вот огнестрельного ни у кого нет. Семёновна с невероятной прытью бросилась к Ваньке. Мальчишка увернулся и с разворота ударил ей по лодыжкам лезвием ножа, перерезая сухожилия. Старуха, клацая зубами, упала и поползла к Нютке, но тут же в голову зомбячки вошёл клинок Вани.

Харли прикончил Ника, одним выпадом, воткнул в глаз тому нож и, провернув, вырвал его, отбросив от себя ударом ноги дёргающееся в конвульсиях тело мертвеца. Ленку атаковал Винт с кривой улыбкой на светлом лице. Нютка с душераздирающим криком снесла ему голову, подоспев на помощь. Женщина пырнула Винта в шею и пинком в живот повалила навзничь, чтобы прикончить. Остался Линь, он с рычанием кинулся на меня и, не добежав, споткнулся о тело поверженного Винта. Харли добил его, вонзая клинок в затылок.

– А где Макар? – выкрикнул я. – Тоже обратился?

– Не знаю, – переводя дыхание, ответила Нюта. – Тихо всем. – Она прижала палец к губам и повертела головой, словно оглядываясь. Жуткое зрелище, глаз-то у неё нет. Слава богу, жива и не обратилась, размышлял я. – Вижу. Эй, Макар. Выходи не бойся. Не тронем. Ты ж остался человеком.

Я вдруг подумал, где же Дэвид, куда он делся или остался в нашем мире? Как же узнать, кто из нас всё-таки странник кроме меня? Чужак устроил всё это или происходящее просто стечение обстоятельств? На душе гадко. Из одной жути попали в другую. В своём мире мы знали хоть что-то о мертвецах, заражении и как с ними бороться. Что делать здесь и как вернуться назад не знал никто.

Из-за кустарника вышел Макар или существо, носившее имя парня. Переход в иной мир изменил и его, как Нюту. В отличие от моей дочки он выглядел как настоящий мутант. Его тело покрывала чешуя, как у ящерицы, глаза с двойным веком, и жёлтые зрачки сделали из пацана монстра.

Он выставил руки перед собой, словно извиняясь.

– Я не опасен, я всё тот же… Просто… что-то… Что-то, – он упал на колени и, обхватив голову когтистыми лапами, заплакал, как ребёнок. Да, по сути, он ещё совсем мальчишка размышлял я. Что за подлая шутка природы, судьбы или чёрт его знает ещё чего.

– Макар, – я подбежал к нему, склонился, прикасаясь ладонью к плечу. – Разве что-то изменилось?

– О чём вы, Дэн? – непонимающе спросил мальчишка. – Я теперь кто? Ящерица?

– Разве это так плохо? – вопросом на вопрос ответил я. – Ты не стал ходячим мертвецом и это лучше. А кто его знает, может у тебя особенности какие-то есть, о которых пока не знаешь. Помнишь, я обещал, что защищу тебя.

Макар закивал, вытирая слёзы на чешуйчатом лице.

– Не переживай! – подал голос Ванька. – Слышал, истории про супергероев? Я комиксы как-то видел старые. Это же круто стать человеком ящером!

Нютка подбежала и тепло обняла мальчика, он сжал её за талию и прижался лицом к плечу. Посмотрел на девушку и вдруг спросил:

– А что с твоими глазами?

– Я так и знала, что-то с ними не так. – Она коснулась лица ладонью, провела по гладкой половине, где они полностью отсутствовали. – Странно, но я всё вижу. Только немного иначе не так, как раньше. Ты будешь Дино, а меня можете звать Слепой. – Она рассмеялась, а я не узнавал Нютку. Что-то и правда, в ней стало другим.

Харли сказал, что темнеет тут странным образом быстро. И в самом деле, появились мы здесь на рассвете. Отчего же небо сделалось тёмным. Нет, это не заход солнца или затмение. С неба надвигалась гигантская туча. Это стрекочущие существа. Спрятаться в пустоши негде.

– Папа, что делать? – Голос Нюты дрогнул. Я смотрел в небо, видя приближающуюся стаю гигантской саранчи и в какой-то момент ждал появления аномалии, чтобы сбежать в другой мир от надвигающейся угрозы. Харли говорил, что будет отбиваться и жизнь свою так дёшево не отдаст. Выхватил из ножен мачете и приготовился. Что он хотел доказать, как умело станет отрубать головы насекомым, летящим на обед?

Саранча налетела с треском жёстких крыльев. Нютка с Леной закрыв головы, упали в сухую траву. И только Макар не сдвинулся с места. Я отбивался вместе с Харли и Ванькой от мерзких насекомых. Они, правда, не кусали. Пока. Однако воздух стал горячим, и дышать становилось труднее.

Внезапно Макар открыл рот, который больше напоминал пасть ящера. Изрыгая пламя на несколько метров он сжёг много особей жесткокрылых и теперь направил огонь в нашу сторону, прежде крикнув не своим голосом:

– На землю!

Над головой пронёсся жар, потом словно дождь падали трупики крупных насекомых. Они усыпали всё вокруг, трава дымилась, зато снова стало светло. Я перевёл дыхание и увидел, как мальчик-ящерица, высовывая длинный язык, поедет поджаренных тварей. Заметив, что я наблюдал за ним, он отвернулся. Не знаю, что он испытывал в тот момент, когда наставник Дэн понял его природу. Промолчал, как и я. Он спас нас и следовало сейчас идти вперёд, не оставаться же на месте.

Ванька вдруг вспомнил о рюкзаках, они с Рогачом так и не сняли их, когда оказались в тумане. Он слетел с него во время перехода, и сын предложил отыскать поклажу, потому что помимо медикаментов там находились рации и немного провизии. Вокруг и спрятаться негде, не то, чтобы не заметить рюкзаки.

– Я вижу, – вдруг проговорила Нюта, приказав всем замолчать. – Тихо. Она приложила ухо к земле. Смотрел на дочку и не мог до сих пор привыкнуть, что у неё теперь другое, чужое лицо. Как такое возможно спрашивал себя. – Папа тихо, ты слишком громко думаешь! – прошипела она, как будто что-то слышала, и это что-то могло помочь ей отыскать потерянные вещи. – Песком засыпало. Они говорят, что рюкзаки попали в воронку. Там не так глубоко, но надо быть осторожными.

– Кто говорит? – поинтересовалась Лена. – С тобой кто-то общается из-под земли?

– Не спрашивай, Лен, – отмахнулась Нютка. – Идите за мной.

Она ползла на четвереньках и снова вслушивалась во что-то происходящее под землёй, пока впереди неё почва не пришла в движение.

Мы увидели выбравшееся существо, напоминающее карлика. Ростом он не больше метра с лысой головой, носом, как у крота и маленькими красными глазками. На коротком туловище покрытый пылью комбинезон, на ногах ботинки с толстой подошвой. Следом за этим существо вылезло второе, оно крупнее и вместо лысины у карлика короткие чёрные волосы на макушке. Он глянул на нас, потом на Нютку, и я услышал:

– Та у кого нет глаз, ты видишь и слышишь не дурнее нас. Но под землёй мы лучшие. Следуй за нами.

Дочь, не поднимаясь на ноги, касаясь ладонями каменистой почвы, ползла вперёд за существом. Пока оно, повернувшись к ней, велело не двигаться.

– Там воронка, там топь, но ваши вещи мы достанем.

– О чём говорят они? – тихо спросил меня Ваня.

– Наверняка видят…

– Да тихо вы – повернувшись к нам, прошипела Нютка. – Не мешайте, пока пасть не захлопнулась. Оно там, в яме сидит и рюкзаки приманка. Разве не поняли?!

Я прижал палец к губам и велел остальным из товарищей застыть и ждать тихо. Карлики снова скрылись под землёй, как кроты-землекопы. А я не мог понять, как моя дочь понимала их и слышала ещё в тот момент, когда они находились под землёй. Потом спрошу, решил. Огляделся. Странный мир, непонятно здесь всё устроено мы тут чужие. Кто из нас странник, и кто, перейдя в иной мир, не изменится как Макар и Нюта? Кто останется в живых? Этот переход почему-то напомнил мне «русскую рулетку», где решала судьба жить тебе или умереть.

Услышал голос дочери и вдруг почувствовал вибрацию под ногами, словно, что-то промчалось под землёй. Подумал о необычных, похожих на гномов существах. Рюкзаки лежали на поверхности. Мы смотрели на них и как только сделали несколько шагов к ним, услышали гул за спиной. Поднялся сильный ветер. Запах сероводорода ударил в нос. Я обернулся и увидел приближающийся туман. Облако зелёной субстанции точно охотилось за нами и, потеряв добычу в этой реальности, жадно накинулось на нас. Мы бессильны против него или нет?

– Бежим?! – закричал я и, помогая подняться Лене, схватил её за руку. – Быстрее!!!