«Инопланетяне в России». Часть 1. «Коты прилетели»

Через двадцать минут после уже известного телефонного разговора к «спортсмену» подошёл «турист» с огромным рюкзаком за спиной.

– Вам финский унитаз нужен? – спросил «турист» с таким видом, как будто этот сантехнический прибор находился у него за плечами.

– Был нужен, да уже взяли.

– А, может, и я на что сгожусь?

– Может и сгодишься, если рот пошире открывать будешь.

Убедившись, что контрольные слова пароля и ответа на него произнесены правильно, «спортсмен» и «турист» обменялись горячим рукопожатием.

– Приказано подключить Бонифация, – сказал шёпотом «турист» и осторожно открыл рюкзак. Оттуда появилась сначала лохматая собачья морда, а потом выпрыгнул громадный кобель настолько беспородный, что невозможно было сразу определить, кто ближе ему по крови: то ли овчарка, то ли такса, то ли пудель. Этого замечательного и даже гениального пса звали Бонифаций.

Два года назад молодым щенком его подобрал на улице некто гражданин Пильгуев. Это гражданин был женат, содержал двух детей и частный дом с мебелью и цветным телевизором. Судьба готовила Бонифацию роль сторожевой собаки. Ан нет. Как говорится, пути Господни неисповедимы. В стране началась антиалкогольная кампания. Очереди за вином и водкой приняли устрашающие размеры. Пильгуев, любивший изредка поддать, но не выносивший часами выстаивать в раздражённых людских колоннах ради получения бутылки не очень качественного алкоголя, загрустил. Однажды ради шутки он дал понюхать Бонифацию самогону и приказал: «Ищи!». Пёс рванул ко входной двери. Пильгуев быстро сообразил, что к чему, нацепил на Бонифация ошейник с поводком, и они вместе шустро выскочили на улицу. Пёс рвался вперёд, бодро натягивая поводок, хозяин быстро скакал за ним. Через три квартала собака рванула в подъезд «хрущёвки» и остановилась на третьем этаже перед квартирой номер шесть. Пильгуев нажал кнопку звонка. Дверь открыл в меру трезвый мужчина. Он внимательно поглядел на Пильгуева, затем на Бонифация и грубо прохрипел:

– Чего надо?

Сыщик-любитель, сжимая одной рукой поводок, пальцами другой щёлкнул себя чуть ниже подбородка.

– Есть?

– Заходи,– чуть подумав, уже более дружелюбно прохрипел мужик в проёме открытой двери.

За бутылкой первача Пильгуев рассказал своему новому знакомому о способности своей собаки. На следующий день слава о чудесном нюхе Бонифация стала расползаться по городу вместе с самогоном из квартиры номер шесть. К Пильгуеву начали обращаться с просьбами: кто разыскать пропавший велосипед, кто мужа. Результаты оказались поразительными, что приносило ещё большую популярность чудесному псу. Собака стала нарасхват. Сначала Пильгуев отдавал своего пса напрокат в обмен на алкоголь, потом, пораскинув мозгами, стал сдавать за плату по часам, по тарифу, как за водный велосипед.

Через пару месяцев в дом к Пильгуеву наведался местный участковый и стал в добровольно-принудительном порядке его уговаривать отдать необыкновенного пса на борьбу с самогоноварением, обещая при этом закрыть глаза на нетрудовые доходы хозяина Бонифация. Но общественность в лице соседей Пильгуева быстро сообразила, чем ей это грозит, и было принято коллегиальное решение: такого пса из своих рук не выпускать. Тут же организовали общество борьбы за трезвый образ жизни из местных пьяниц и самогонщиков, куда Бонифация приняли на должность розыскной собаки с хорошим окладом для его хозяина. Однако эта затея провалилась. Через пару недель после визита милиционера к Пильгуеву явились двое в штатском. Вручив ошарашенному хозяину грамоту «За достойное воспитание млодёжи», они реквизировали Бонифация и увезли в неизвестном направлении.

Для Бонифация началась новая жизнь. Около года он прослужил на таможне, вынюхивая партии контрабандных товаров, получил несколько медалей и заслужил авторитет лучшего собачьего носа в стране. Но внезапно его карьера таможенника оборвалась. Однажды пожилой генерал КГБ сунул под нос Бонифация интимную вещь своей молодой супруги и приказал: «Ищи!». И Бонифаций отыскал генеральшу где-то на другом конце города прямо в постели молодого капитана. Того, как и положено, тут же выгнали из органов по причине служебного несоответствия, а гениального пса на всякий случай засекретили. Ему была выделена отдельная конспиративная квартира, присвоен личный номер и псевдоним Бонифаций Петрович Собакин. Кроме всего прочего был назначен лейтенантский оклад плюс премиальные за особые условия службы. И хотя Бонифаций никогда денег не получал, однако его красивая подпись ежемесячно появлялась в секретной раздаточной ведомости.

Ухаживать за выдающимся псом было поручено вышедшему по состоянию здоровья на пенсию бывшему партийному функционеру. В обязанности ему вменялось вовремя кормить пса, два раза в день выгуливать и втирать в гениальный нос импортные мази для поддержания нюха на должном уровне и в постоянной боеготовности. Бывший второй секретарь КПСС районного уровня выполнял свою работу добросовестно, хотя всё время по привычке нецензурно ругался и называл подопечного в лучшем случае «подлой скотиной». Бонифаций отвечал ему тем же.

В течение года жизнь замечательного пса проходила скучно и безмятежно. Бонифаций и его денщик мирно жирели на казённых харчах. Секретному псу было присвоено очередное воинское звание, а его кинолог получил медаль «За безупречную службу Родине» третьей степени.

И в этот день было всё, как всегда. Вернувшись с прогулки денщик Бонифация налил себе из кастрюли бульону и положил в тарелку смачный кусок мяса, оставшееся вылил в миску Бонифация.

– Жри, собачья морда,– дружелюбно обратился он к выдающемуся псу. Бонифаций в ответ беззлобно рыкнул, показав здоровые зубы, и приступил к трапезе совсем без аппетита.

Надсадно зазвенел дверной звонок.

– Какую… ещё принесло?!– пробурчал кинолог и, нехотя оторвавшись от бульона, прошлёпал на звук звонка. За открытой дверью стоял «турист». Начинал разыгрываться вариант номер два.

Бонифаций стоял посреди парковой аллеи и умным взглядом собачьих глаз вопросительно взирал на «спортсмена». Лейтенант Курочкин подвёл пса к скамейке и, указав на место, где ранее сидел кот-инопланетянин, скомандовал:

– Нюхай! Нюхай!

Затем он ткнул Бонифация носом в землю и приказал:

– Ищи!

Собака сразу взяла след и потрусила в направлении, где не так давно скрылся инопланетянин. Вова Курочкин, передав «туристу» фотоаппарат с отснятой плёнкой, бросился вслед за ищейкой.

Бонифаций уверенно шёл по следу. След пах по-особенному, незнакомо, совсем не кошатиной, перепутать его с чем-то было трудно. Но что-то всё время мешало Бонифацию, раздражало. Это был до боли знакомый запах бездомного кота. Вдруг Бонифаций разглядел в кустах серую бестию. Это был именно тот кот, от которого несло кошачьей бездомностью. Сработал собачий инстинкт, и пёс рванул к прятавшемуся в кустах животному. А оно, моментально оценив ситуацию, с рёвом взлетело на дерево и презрительно улеглось на ветке. Бонифация такой поступок кота раззадорил ещё больше, и он стал лаять, пытаясь в прыжке цапнуть зубами кошачий хвост.