Когда откроются двери. Эйна возвращается

Глава 5. Новые обязанности

Вскоре после того как Эйна стала полноправным жителем Четвёртой зоны, в школу – теперь у входа висела новая табличка – пришёл Тарий. Дети уже разошлись, Эйна отвела домой малышей и собиралась готовить обед.

– Поговорить надо, – сказал Тарий. – Чаю нальёшь?

Пока Тарий медленно пил горячий травяной чай, Эйна резала овощи, сидя за тем же столом, и поглядывала на старосту. Думала, зачем он пришёл. Может, Эйна что-то сделала неправильно? Но когда Тарий заговорил, она облегчённо вздохнула.

– Хочу рассказать о моей работе. Ты же почти ничего не знаешь.

– Да мне и не надо, – улыбнулась Эйна. – У меня своя работа есть!

Но Тарий смотрел на неё серьёзно, без улыбки, и Эйна опять заволновалась. Он начал рассказывать, чем обычно занимается староста и какие задачи решает: следит, чтобы у всех жителей посёлка было удобное жильё, чтобы у всех была подходящая работа, чтобы люди успевали вовремя выполнять свои обязанности, а если кто-то не успевает, назначать ему помощников.

– Я поняла, – сказала Эйна, – вы просто следите за тем, чтобы у всех всё было хорошо. Как Отец-основатель следил, когда создал наше государство.

При этих её словах Тарий нахмурился, и Эйна пожалела, что упомянула об этом. Детская привычка. В приюте ей вдолбили в голову эту мысль: если бы не Отец-основатель, всем бы сейчас жилось очень плохо. А в школе, где училась Эйна, на уроках устройства общества говорили, что все мелкие проблемы, которые ещё случаются в нашем мире, объясняются тем, что Отец-основатель уже умер, а его сын не может уследить за каждым в такой большой стране. Именно поэтому за порядком на местах следят специальные люди, и надо им подчиняться, чтобы в стране царило благополучие.

Эйна замолчала, а Тарий стал рассказывать о разных мелочах, которые встречаются в его работе. Вот это было совсем непонятно, и Эйна спросила:

– Но зачем мне всё это знать? Это ведь ваша работа, а не моя!

– Она может стать твоей! Я скоро ухожу, в посёлке будет новый староста!

– Как? Почему? Куда вы уходите? – удивилась Эйна.

– На покой. Отдыхать буду. Мне летом пятьдесят исполнилось, имею право больше не работать. Устал я. И здоровье уже не прежнее. Но сначала я должен замену подготовить.

– Вы… Вы хотите меня вместо вас оставить? Но почему? Я же тут новенькая! Не привыкла к вашим правилам. Да и люди меня ещё плохо знают. Как они будут мне доверять?

– Погоди, не пугайся раньше времени! – Тарий впервые за этот вечер улыбнулся. – Ещё ведь выборы будут! Кого выберут, тот и будет старостой. Но ты – один из кандидатов! Потому что грамотная.

– Ах, вот оно что! – протянула Эйна. – Это моё единственное достоинство?

– Какая же ты! – рассмеялся Тарий. – То слышать ничего не хотела, а теперь уже о достоинствах заговорила! Если бы я не считал, что ты на эту должность годишься, не пришёл бы к тебе. Я и с другими кандидатами сегодня поговорю. Посмотрю, как они настроены.

– А кто они?

– Да ты сама подумай: кто у нас в посёлке читать-писать умеет? Ты, механик и ветеринар. Ещё его помощница, но у неё ветер в голове, она не справится. Значит, всего трое. Вот из вас и выберут одного.

Тарий поблагодарил за вкусный чай и ушёл, а Эйна, помешивая суп, задумалась о его словах. «Стать старостой посёлка? Это же огромная ответственность! Надо ли мне это? Справлюсь ли?» – а сама уже почувствовала, как забилось сердце. Эйну охватил восторг: опять ей представится возможность сделать что-то такое, что она всегда считала для себя невозможным. Занять высокую должность, руководить людьми! Неужели у неё получится?

Собрание назначили на выходной. С утра небо затянули тучи, полил дождь. Староста, увидев на площади толпу в непромокаемых плащах, нахмурился. В доме, который он занимал, был зал для собраний, но слишком маленький для жителей целого посёлка.

– Проходите в дом! Плащи тут у входа оставьте, на вешалке! Садитесь потеснее, чтобы все поместились!

Жители кое-как расселись, некоторые остались стоять вдоль стен. Тарий поднялся на небольшое возвышение у самой стены – оттуда его всем было видно – и заговорил.

– Как вы уже знаете, мне пора на отдых. Давайте выберем нового старосту. Кандидатов у нас трое. Подойдите ко мне! Дильян, Нестер, Эйна!

Эйна протиснулась между скамейками, встала рядом с Тарием и почувствовала на себе десятки изучающих взглядов. Хотя, казалось бы, зачем её рассматривать – Эйну и так часто видят и те, у кого есть дети, и те, кто сам ходит к ней заниматься.

– Почему именно они? – крикнул кто-то из зала.

– Потому что староста должен читать и писать. А кто ещё умеет?

– Да почти все! – засмеялись в зале. – Эйна с нами занимается, мы уже все буквы знаем!

– Молодцы, конечно! Вот только старосте мало буквы знать, ему надо и в законе разбираться, и деловые отчёты писать. Справитесь?

– Ладно, ладно, мы пошутили.

– Ну, тогда давайте послушаем кандидатов! Дильян, говори первым.

Эйна повернулась к Дильяну. Она много раз встречала его у Халима, пока ещё жила у них с Анишей. Это друг Халима, он работает в механической мастерской – чинит машины и любую технику. Эйна как-то раз спросила его, всегда ли он жил в Семнадцатом, и Дильян рассказал, что родился в Первом, учился в школе, а потом поступил на курсы механиков. А после курсов его отправили в Семнадцатый, так он и оказался здесь. Получил дом, женился.

Дильян переминался с ноги на ногу, как будто пританцовывал – Эйна и раньше замечала, что он не может спокойно стоять на месте, ему всё время надо двигаться или хотя бы вертеть что-то в руках, если он сидит на стуле. Дильян прокашлялся, как будто прочищал горло – говорить он не любил, он и Эйне-то отвечал неохотно, когда она его расспрашивала. Вот и сейчас сказал всего несколько слов:

– Отказываться не стану. Выберете – значит, так надо. Буду стараться. Но вы же знаете: мне с машинами интереснее возиться. Не хочется тратить время на бумажки.

Дильян смущённо развёл руками, и в зале засмеялись. Добродушного улыбчивого механика, который легко и быстро чинил любые поломки – и чем сложнее, тем охотнее, – в посёлке любили. Называли уважительно: «мастер», здесь это слово не означало должность, как в Третьей зоне, а было чем-то вроде почётного титула. Он остался стоять на сцене, а после него выступал Нестер. С ним Эйна не успела познакомиться: детей у него не было, и сам он не ходил к Эйне на занятия, потому что и без неё умел читать. Знала только, что Нестер работает ветеринаром на небольшой ферме, а помогает ему Гияра – та самая, которая вылечила Эйне ногу. Сейчас Эйна разглядывала Нестера: высокий, худой. Лицо серьёзное, даже сердитое, как будто его оторвали от важных дел и он этим недоволен.

В своей речи Нестер сказал примерно то же, что и Дильян:

– Постараюсь справиться, если выберете. Но предпочёл бы лечить животных. На это и так много времени уходит, а если у меня ещё и должность старосты будет, как я всё успею?

Эйна выступала последней.

– Я тут совсем новый человек, Не думаю, что вы меня выберете. Вы ведь меня почти не знаете.

– Вот именно! – раздался чей-то голос. – Ты откуда такая взялась? Надо ещё разобраться, как тебя в степь занесло!

Эйна растерянно посмотрела на Тария. Он громко сказал:

– Правление зоны уже во всём разобралось. Если у кого-то есть вопросы об Эйне, поезжайте в Первый, там вам всё объяснят.

«Как хорошо он ответил! Вот бы мне так научиться!» – подумала Эйна. Если бы не Тарий, ей бы сейчас пришлось снова рассказывать ту версию правды, которую он ей советовал использовать в разговорах с малознакомыми людьми. Это была совсем коротенькая история о трагической ошибке в документах, которую допустил регулятор во Второй зоне.

Тарий повернулся к Эйне:

– Продолжай.

– Вы уже поняли, что я оказалась среди кандидатов только потому, что умею читать и писать. Но Тарий не всё обо мне знает!

Эйна сделала эффектную паузу. Она совсем осмелела, ей захотелось посмотреть на реакцию жителей посёлка. В зале повисла тишина, и Эйна быстро добавила:

– Он не знает, что я отлично умею составлять планы и графики! Мне это даже нравится. Поэтому, думаю, я бы справилась с работой старосты.

Кто-то крикнул:

– Ну, раз нравится, вот и возись с бумажками! А у Дильяна и Нестера есть дела поважнее!

В толпе засмеялись. Эйна мельком взглянула на Тария: он ведь может обидеться! Как будто работа старосты – это что-то неважное. Но Тарий спокойно улыбнулся и ответил:

– Тогда давайте голосовать!

Эйну выбрали почти единогласно, и она стала новым старостой Семнадцатого.

Первые несколько дней после выборов Эйне казалось, что это сон. Совсем недавно она была нелегальной переселенкой, у неё не было документов, в любой момент ею могли заинтересоваться охранители – хотя они и были здесь не такими суровыми, как в Третьей зоне, однако законы должны соблюдаться везде, и Эйна часто думала об этом бессонными ночами.

Могла ли она ожидать таких перемен? В начале октября Санат рассказал Эйне о Совете зон, где решилась судьба школы. С этого момента новая школа в Семнадцатом посёлке получила статус государственного учебного заведения, Тарий официально устроил Эйну на работу и завёл личное дело в своём архиве жителей посёлка, а это означало, что Эйна стала полноправной гражданкой Четвёртой зоны.

Эйна долго не могла поверить, что в законе есть такая нелогичная лазейка: если ты живёшь в какой-то зоне без документов, то у тебя нет никаких прав, но если ты получил работу, у тебя сразу появляются документы, а вместе с ними и права. Эйна сама навела Саната на эту мысль, когда они говорили об открытии школы. Но до конца не понимала, как это работает, а расспрашивать Саната постеснялась. Но разобраться в этом Эйна очень хотела. Поэтому завела разговор с Тарием.

– Сейчас, минутку! – Тарий полистал текст закона, нашёл нужную статью и показал Эйне. – Тут написано, что любые официальные должности всегда занимают полноправные граждане соответствующей зоны. Понимаешь, что это значит?

– Понимаю! Это значит, что никакую должность не может занять тот, кто не является гражданином.

– А если наоборот? – усмехнулся Тарий. – Ещё можно и так сказать: если человек занимает должность, то он гражданин. Потому что если бы он им не был, то и должность бы не занял. То есть как только получил работу, сразу становишься гражданином.

Эйна приподняла брови и помотала головой:

– Всё равно не понимаю! Глупость какая-то!

Постепенно она свыклась с мыслью, что для неё теперь уже неважно, глупость это или нет. Главное, что ей оформили право на проживание в Четвёртой, и ей больше не нужно бояться, что приедут охранители и снова выселят её в Безлюдные земли. Теперь всё просто: раньше работала во Второй зоне, а сейчас получила должность дарительницы знаний в Четвёртой.

Правда, Эйна всё ещё опасалась, что правление зоны может передумать, если вскроется вся правда о прошлом Эйны – о том, что её лишили прав на проживание в двух зонах, и сделано это было якобы по закону. Эйна ведь не сможет доказать здешним руководителям, что Регулятор Стафен был неправ. Ей просто не поверят.

Тарий знал историю Эйны во всех подробностях: они часто разговаривали, и постепенно она ему всё рассказала. И сейчас, когда она делилась с ним своими страхами, он её успокаивал:

– Ты же не совершала никаких преступлений! И не скрывалась от охранителей. Тебе просто запретили жить во Второй зоне и не оформили разрешение для Третьей. Никакой твоей вины в этом нет! И на твоё право жить в других зонах это не распространяется.

Однажды Эйна призналась ему и в том, что Санат получил донос на неё. Но Тарий только улыбнулся – так же спокойно, как и Санат, когда рассказывал ей об этом. Тария ничуть не напугала эта новость, он почти повторил слова Саната:

– Люди у нас хорошие. Но не всегда понимают, как лучше поступить.

В конце концов Эйна сказала себе: «Стоп. Хватит забивать голову ерундой. Пора заняться делами». Когда она спросила Тария, с чего ей начать работу на посту старосты, он обрадовался:

– Наконец-то! А то я уж думал, что так и просижу в этом кабинете до зимы, пока ты со своими страхами разбираешься! Вот тут, в этих ящиках – личные дела всех жителей. Просмотри все папки, чтобы лучше понимать, что это за люди.

Тарий выдвинул сразу несколько ящиков, и Эйна увидела горы картонных папок, беспорядочно сваленные друг на друга.

– А их точно нужно хранить вот так? – осторожно спросила она.

– Ну извини! – беззаботно улыбнулся Тарий. – У меня тут беспорядок, ты права. Я больше по части разговоров, а вести записи – это мне всегда тяжело давалось!

Пока Эйна рассматривала папки и прикидывала, сколько времени у неё займёт разборка ящиков, Тарий подошёл к столу.

– Вот в этой стопке – распоряжения с новыми задачами. Проверь каждое. Ты теперь будешь сама решать, кому что поручить. Ну, на первых порах я тебе помогу. Старые документы вон в том шкафу, отчёты по ним я уже послал в правление, можешь пока их не смотреть. Потом, когда время будет, почитаешь. Ты пока приступай, а если будут вопросы, заходи ко мне.

Тарий оставил Эйну наедине с горой документов, а сам поднялся на второй этаж, где были его комнаты. Эйну он спросил ещё в день выборов:

– Тебе жильё освободить? У нас так принято, что староста живёт там, где работает.

– А как же вы? Куда переедете?

– У меня домик есть, за полями. Я там раньше жил, пока меня старостой не выбрали. Туда и вернусь.

– Но я не хочу переезжать! Можно мне остаться в школе?

– Можно. Никто тебя не принуждает менять дом. Тогда я пока ещё тут поживу. А то, если перееду, тебе сложно будет ко мне по любому пустяку ездить! Да и машины у тебя пока нет.

Эйна обрадовалась, ей наверняка понадобится помощь Тария! Да и возиться с бумагами приятнее, когда в большом доме старосты есть кто-то ещё. По вечерам за окнами стояла густая чёрная тьма, окно кабинета выходило не на главную улицу с яркими фонарями, а в неосвещённый двор. Деревянные ставни, закреплённые металлическими болтами, скрипели на ветру и похлопывали по стенам. Дождь бился в стекло, напоминая о долгих сумрачных вечерах в приюте, где кровать Эйны стояла между двух окон. И тихие шаркающие шаги Тария над головой успокаивали Эйну. А иногда он спускался к ней в кабинет и приносил чашку горячего чая и печенье. Эйну умиляла такая забота, она вспоминала тётушку Марту и улыбалась.

Она просиживала над бумагами до самой ночи, и если шёл дождь, Тарий отвозил её домой на машине, раскрыв брезентовый тент над сиденьями. А в сухую погоду иногда провожал её пешком. По дороге расспрашивал обо всём, что Эйна успела повидать – о Третьей зоне, о Второй, о полётах на авионе. Сам Тарий, хоть и занимал должность старосты, никогда не выезжал за пределы Четвёртой зоны. Да и никто из его знакомых – тоже. Правда, некоторые старосты ездили на Совет зон во Вторую, но Тария за все годы его работы так ни разу и не выбрали представителем зоны. А те, кого выбирали, не были его друзьями, и Тарию так и не представился случай расспросить их о том, что они видели. Поэтому ему так нравилось разговаривать с Эйной.

Работа двигалась не очень быстро. Эйна всё ещё читала старые документы, а на текущие задачи совсем не оставалось времени, и Тарий предложил временное решение: пока Эйна не освоится с новыми обязанностями, он сам позанимается текучкой. Эйна с облегчением согласилась: она уже поняла, что не справляется, и ей было стыдно перед жителями посёлка. А сдаваться она не привыкла, поэтому изо всех сил пыталась всё успеть.

С утра Эйна работала в школе, в шестнадцать часов отпускала учеников и провожала малышей, а потом шла к Тарию и допоздна читала личные дела жителей Семнадцатого. Однажды днём Аниша встретила Эйну на улице и удивилась:

– Что с тобой? Ты здорова? Исхудала, как скелет. Ты так выглядела весной, когда мы тебя в степи нашли.

Эйна смутилась. Она так увлеклась своими делами, что забывала смотреться в зеркало.

– Ничего страшного. Просто работы очень много…

– Ты вообще обедаешь? – строго спросила Аниша.

– Кажется, нет… – ещё больше смутилась Эйна. – После школы сразу в дом старосты бегу. Но Тарий меня чаем угощает! Ты не думай, я не голодаю!

– Всё понятно. Это никуда не годится! – сказала Аниша.

Через полчаса она заявилась к Эйне с кастрюлькой густого супа, завёрнутой в толстый шерстяной платок, и парой ломтей домашнего хлеба.

– Буду тебя подкармливать. А то ты сама о себе не заботишься!

Эйна почувствовала неловкость, но отказаться не смогла. С тех пор Аниша стала приходить каждый день. Эйна была счастлива: после сытного обеда ей было намного легче работать до глубокой ночи.

Однажды, когда Аниша ждала, пока можно будет забрать посуду, Эйна спросила:

– А ты знала, что Батур и его жена – это две отдельные семьи?

– Как это – отдельные? – не поняла Аниша.

– Ну, у них нет документа об официальном браке!

– А, это! Да тут у многих его нет! Зачем он нужен?

Эйна растерялась. Она никогда не задавала себе такой вопрос. Но Аниша говорила уверенно и спокойно:

– Ты нашу папку ещё не смотрела? У нас ведь тоже нет документа о браке. От него столько хлопот! Вот захочется мне, например, расстаться с Халимом – и что я буду делать? Жильё мне не получить, если у меня муж есть. В другой посёлок с Киликом не уехать, если мы с его отцом в браке.

– Разве ты хочешь расстаться с Халимом? – изумлённо спросила Эйна.

Она прожила в их доме почти три месяца, видела, как они относятся друг к другу, и всегда считала, что у них идеальная семья! Но Аниша засмеялась и сказала:

– Нет, конечно! Нам с ним хорошо вместе! Но какие наши годы? Может, лет через десять и захочу! Килик вырастет, мы состаримся, а вдруг нам надоест быть вместе?

Аниша убрала кастрюлю и тарелки в сумку, весело помахала Эйне рукой и ушла. А Эйна повернулась к окну, закинула руки за голову и задумалась, провожая глазами быстрые серые тучи, летевшие по небу. Её картина мира пошатнулась, и Эйна чувствовала, что ей надо всё обдумать.

В книгах она читала, что в старом мире браки заключались не навсегда. Была такая процедура – развод, после которой брак аннулировался, и бывшие муж и жена расставались. И даже могли вступать в брак с другими людьми! В книгах это обычно было связано с сильными чувствами. Например, замужняя женщина страстно влюбилась в своего женатого соседа, они долго встречались тайком, но любовь не проходила, и они оба признавались своим супругам, что полюбили кого-то другого. Для некоторых развод был облегчением и спасением, для других – горем и потерей смысла жизни.

Но Эйна никогда не пыталась поставить себя на место этих людей. Если бы она вышла замуж… Если бы у них с Кортаном всё не закончилось так печально… Эйна была уверена в себе, она бы ни за что с ним не рассталась!. Ни через двадцать лет, ни через сорок.

А то, что она сегодня узнала о Батуре, стало для неё печальным открытием. Неужели он не любит свою жену? А она такая милая, так нежно смотрит на мужа! В голове у Эйны никак не укладывалось это новое знание. Неужели можно жить вместе, но не вступать в официальный брак? Да ещё и Аниша заявила, что они с Халимом тоже не состоят в браке. Эйна ей не поверила – решила, что Аниша пошутила. Ничего, когда Эйна дойдёт до папки с записями об их семье, она узнает правду.

Эйна подошла к окну и засмотрелась на небо, вспоминая истории своих друзей. Торлан и Астая поженились по специальному разрешению, не дождавшись брачного возраста, потому что Астая была беременна. И они радовались, что им удалось всё оформить официально. Сармат и Валита договорились жить вместе ещё до того, как смогут заключить брак, но оба с нетерпением ждали этого момента. И Эйна была уверена, что получение документа о браке – это важный и логичный этап для тех, кто любит друг друга.