- -
- 100%
- +
Павел:
— Ты должна меня любить! Что за цирк? Я хочу тебя любить и буду тебя любить!
Никса:
— Нет! Отстань от меня! Помогите! Спасите! Хоть кто-нибудь меня слышит из Рати-Воинства Небесного?
Павел:
— Моя богиня, никто тебя не услышит! Я запечатаю любого небожителя Печатью Апокалипсиса перевернутых небес, если кто-то посмеет мешать нашей с тобой любви! Тебе больше не нужно защищать свою честь, ибо я стану твоим мужем и твоей честью!
Принц Света перешел в активное наступление, щелкнул своими волшебными пальцами, и на нем оказалась судейская мантия.
Павел:
— Никса, я буду судить тебя по законам гор!
Никса:
— Я ничего плохого не делала! Я просто пытаюсь защитить свою честь!
Павел:
— Как это не делала? Ты — похитительница!
Никса:
— Стесняюсь спросить, а что конкретно я похитила, если не помню об этом?
Павел:
— Ты похитила мое сердце и ответишь за это! Я тебя накажу!
Никса:
— И как ты будешь меня наказывать?
Павел:
— Я тебя зацелую до смерти!
Ланиты Никсы воспламенились:
— Даже не думай об этом! Я верну тебе твое сердце, оно мне без надобности! Лезвие Оккама отдыхает!
У Павла пошел драконий огонь из ноздрей:
— Моя снежная леди, не смей мне ничего возвращать! Я должен тебя наказать прямо сейчас. Никса, ты, как драконья принцесса роз, можешь усмирить мой огонь дракона?
Никса растерялась и покраснела до кончиков пальцев:
— Я не знаю!
Павел:
— Это чрезвычайно волнительный момент и будоражит мою драконью кровь. Вдохновишь меня огнем твоего драконьего сердца? Усмиришь меня?
Никса:
— Я не стану этого делать!
У Павла изо рта и ноздрей пошел драконий огонь напалмом до мезосферы, и он начал гипнотизировать Никсу, золотой эфир из его третьего глаза проник в звездные очи Никсы.
Павел:
— Это неправильный ответ! Спрашиваю еще раз, Никса, ты можешь усмирить мой огонь дракона?
Принцесса положила свою руку на сердце Павла, и прекратила его драконий огонь из ноздрей и рта. По телу Павла поплыла приятная амурная нега и сладкая дрожь, что он встретил свою судьбу, которая может управлять его сердцем, а, значит, сможет утолить его любовную страсть.
Павел страстно улыбнулся, и хрустальные стрекозы запорхали у него в животе:
— Теперь я вижу, что ты, моя супердетка Никса, настоящая драконья принцесса цветов.
Павел щелкнул своими волшебными пальцами, и на Никсе оказалась тюремная роба.
Павел:
— Будешь вечно на исправительных работах, пока сама не поцелуешь меня!
Никса:
— Лучше исправительные работы, чем твои поцелуи!
Павел гаркнул огнем до Линии Кармана:
— Все, до кого будешь дотрагиваться, превратятся в золото, кроме меня!
Никса:
— Я не буду ни до кого дотрагиваться!
В этот момент в руки принцессы телепортировался Небесный заяц Трилистник-Трискелион, который стал золотым. У Никсы навернулись алмазные слезы на глазах, и она поцеловала Павла в щеку, после чего кровь мгновенно прилила к ее лицу, а заяц опять ожил, и ее алхимическая способность превращать все в золото, испарилась.
Павел принял облик Брежнева и говорил, причмокивая, как он, а потом опять стал собой:
— Мой нежный цветок Никса, будь смелее, моя милая, не надо стесняться, у нас с тобой будет свадьба, этого не изменить, того желают небеса, то есть я! Я хочу именно тебя! Нельзя же быть всегда обладательницей холодного шелкового сердца! Любовь спит в тебе мертвецким сном, но я разбужу в тебе богиню любви и страсти! Хватит держать круговую оборону, я тебя не обижу, в крайнем случае, зацелую до смерти. Очарование твоих звездных очей перванш-барвинок сведет меня с ума! Я тону в твоем бесконечном океане глаз-хамелеонов, словно это мои собственные очи. Странное ощущение! И ты сама виновата, надо было сделать эльфийский жест рукой, и опустить вниз правую кисть для поцелуя руки!
Никса сделала аристократический жест под названием «Целуйте ручку». Павел учтиво поцеловал тыльную сторону ладони принцессы, а потом со сладкими страстными поцелуями пошел вверх по всей руке, и схватил принцессу роз за руку.
Никса:
— Отпусти мою руку!
Павел затаился и перестал дышать от амурного искушения и сладкого наваждения.
Никса:
— Немедленно отцепись от моей руки!
Павел:
— Ты меня слушаешь, но не слышишь! Мне нужна твоя любовь, а не дружба! Прекрати вести отчаянную борьбу со мной!
Никса отдернула руку и холодно произнесла:
— Только дружба! Нет любви — нет боли! Не смей меня трогать! Ты не знаком с элементарными правилами этикета? Это моветон! Очень дурной тон, невоспитанность в крайней степени! Бесцеремонность! Беспардонность! Откровенный ужас!
Павел:
— Тогда я поприветствую тебя, как подобает сыну Салина, одному из Триады. И ты поприветствуешь меня, как положено, без льда и вьюги в речах.
Павел сделал эльфийский жест приветствия Триады, когда поднял правую руку в воздух и помахал кистью. Точно также земные короли и королевы приветствуют до сих пор свой народ, это они переняли от Триады.
Павел:
— Теперь приветствуй ты меня, как положено, преклони, молча, правое колено!
Никса:
— Я не стану вставать перед тобой на правое колено!
Павел:
— Что ты возомнила о себе? Ты дерзила мне, говорила про дурной тон, а сама не знаешь элементарных правил Девяти небес! Вставай тогда на два колена, как перед РА, раз одно колено не преклонила сразу.
Никса:
— Если хочешь меня пристыдить, то ничего у тебя не выйдет, я веду себя порядочно в отличие от тебя!
Фея сжала правую руку в кулак, и опустила большой палец вниз, что говорит о несогласии и даже команде убить, как на боях римских гладиаторов. Павел сжал руку в кулак, и поднял большой палец вверх, что значит не только сохранить жизнь, но и призыв к покорности. Солнечный принц сделал кулаком и раскрытой ладонью эльфийский жест «Кулака великого предела», когда ладонь находится перпендикулярно кулаку, и Никса прекрасно поняла, что это не сердечное приветствие, когда ладонь обнимает кулак-сердце, а воинственный жест, который олицетворяет, что он ей сейчас устроит амурную взбучку. Никса в ответ тоже сделала жест «Кулака великого предела». Павел взбеленился, и начал метать молнии, и рычать, как драконий гром.
Павел-Коляда решил блефовать и искрометно разыграть Никсу, хотя сегодня и не первое апреля. Он ввел ее в состояние глубокого гипноза, она заснула. А проснулась в свадебном платье в объятиях Паши. Никса упала в обморок от страшного шока, а когда пришла в себя, то Солнечный принц сказал, что он просто пошутил, и чистота сердца может творить настоящие чудеса.
Никса сделала жест «руки правосудия Меровингов», а потом нарисовала в воздухе в области своего солнечного сплетения спираль по часовой стрелке, которая символизирует власть Меровингов в спиральной галактике Млечный Путь, и вокруг Никсы возникло мощное защитное энергетическое поле в виде Шапки Мономаха со спиралями. Павел лучезарно улыбнулся, сделал такой же жест в области своего солнечного сплетения, только против часовой стрелки, и защитное поле Никсы растворилось.
Никса:
— Так не честно, а подло! Я откланяюсь и уйду!
Павел:
— Но уж нет! У Солнечной династии царей Сурьяванша одинаковые ключи от защитного поля. Я же не из Лунной династии царей Сомавамша, и поэтому могу с легкостью ликвидировать твое защитное поле! Я не причиню тебе зла! Ты меня боишься?
Никса:
— Нет, я привыкла побеждать и никого не боюсь!
Павел не поверил, потому что у Никсы дрожали руки. Он сделал драконий прищур, поднял правую бровь вместо того, чтобы повысить голос, и обнял Никсу.
Никса:
— Ты развязный!
Павел поцеловал Никсу в губы ванильные, а потом сказал:
— А ты слишком стеснительная!
Никса:
— Какая фамильярность, дерзость и беззастенчивость. Где твоя честь?
Павел опять ванильно-сладко поцеловал Никсу в губы.
Павел:
— Давай я не буду принимать твои слова всерьез, а ты — мои, чтобы не было больше смертельных обид! У нас с тобой уже доверительные отношения!
Никса:
— Какие еще доверительные отношения? Только дружеские! Никакой любви!
Фея сдвинула пальцы своих рук, образовав треугольник, символ божественного вечного драконьего огня, чтобы поразмыслить.
И через минуту замогильной тишины Никса прошептала:
— Я могу просто откланяться и уйти сейчас? Не желаю тебя больше никогда тревожить и видеть!
Павел:
— Нет, не можешь! Будешь меня тревожить по моему желанию, а желание тебя увидеть у меня возникает всегда. У нас впереди еще один товарищеский поцелуй!
Павел хотел опять поцеловал Никсу взасос, как Брежнев, но принцесса ловко увернулась.
Павел:
— Никсочка, давай станцуем с тобой Сердечный вальс!
Никса:
— Ни за что!
Павел:
— Я буду тебе таким ПРОСТО другом, который будет спать в твоей постели и рассказывать тебе амурные сказки на ночь!
Никса:
— С такими друзьями и врагов не нужно. Не прикасайся ко мне! Не нарушай Драконовские законы! Я тебя убью или давай лучше ты поприветствуешь меня кивком головы, склонишь немного голову, а я сделаю королевский реверанс! И на этом разойдемся навсегда, как в море корабли!
Никса завела правую ногу за левую и немного в сторону, касаясь пола только подушечкой стопы, слегка согнула колени, спина осталась прямой, голова делает легкий царственный наклон.
Никса:
— Ты мне сейчас не в глаза посмотрел!
Павел:
— Ты тоже не в глаза мне сейчас посмотрела!
Небесный заяц в меру своей любовной испорченности все правильно понял, и стал нервно грызть морковный попкорн, закусывая сушеными водорослями Порфир из Атлантиды и испанскими изысканными сладостями: турроном, чурросом, фланом и энсаймадой, дабы дождаться, что будет дальше, и не упасть в обморок, потому что заяц может видеть будущее.
Павел:
— Никса, выдыхай гордыню, вдыхай любовь!
Никса:
— Не желаю любви!
Глаза у Никсы начали переливаться сине-сиреневым цветом, а у Павла фиолетово-голубым оттенком.
Павел:
— Давай начнем французский танец-игру котильон!
Павел и Никса стали танцевать. Вдруг фея внезапно остановила танец, сделав эльфийский предупредительный жест рукой, вытянув правую ладонь:
— Павел, ты зачем так близко ко мне прижимаешься? Это не дворянский котильон, а какие-то грязные танцы-обниманцы в углу зажиманцы! Хватит озорничать и хулиганить!
Павел:
— Моя сладкая, моя гордая, мой свет в окошке, ты слишком напряжена, я знаю, как расслабить твои божественные меридианы, а ты мне сделаешь потом массаж с персиковым маслом!
Давайте вспомним, что на теле находятся около 500 точек акупунктуры, которые расположены вдоль двенадцати энергетических меридианов. В этот момент в спине Никсы оказались сотни серебряных иголок для акупунктуры. Никса взвыла от боли.
Павел:
— Вот сейчас энергия ци-живица течет правильно по твоему телу!
Никса силой мысли подняла Павла в воздух, и жесткие щипки прошли одновременно по всему телу, а потом все лицо и тело Паши оказалось в персиковом масле!
Павел:
— Это был очень жесткий массаж, но для первого раза сойдет, очень взбодрил!
Фея насупила брови, как сова, и надула от обиды свои прелестные губки цвета розовых сапфиров.
Павел:
— Никса, ты еще сделай легкий книксен! Совсем страх потеряла? Так приветствуют друг друга низшие эльфийские чины и земные аристократы. Сделай священное коленопреклонение предо мною!
Никса:
— Я не стану!
Павел силой мысли смог поставить Никсу на правое колено. А потом показал правую ладонь как эльфийский знак отрицания!
Никса:
— Что опять не так?
Павел:
— Ты сейчас не входишь в мое Воинство Небесное, поэтому вставай на два колена как низший чин!
Никса встала на два колена:
— Тебе доставляет истинное удовольствие унижать меня?
Павел:
— Ты сама настаивала на соблюдении этикета! Так соблюдай небесный протокол!
Павел хлопнул в ладоши, и на груди у Никсы появилась табличка, на которой начертано, что Никса любит Павла.
Павел гипнотизирует Никсу:
— Я не терплю отказов, теперь ползи на коленях в мою сторону!
Никса под гипнозом поползла к нему, а когда действие гипноза прекратилось, то встала и опустила голову от смертельной обиды, чтобы не встречаться со звездными очами Павла, показав, что она знает свое место, и больше никогда не побеспокоит его.
Павел заключил Никсу в свои жаркие объятия, и положил свою руку в области ее сердца:
— Я буду наши гротескные разговоры называть светской беседой влюбленных с тайными упованиями души! Я хочу коснуться пламени забытых звезд! Или это тоже не комильфо?
Фея вырвалась из неистовых объятий Павла, и дала ему увесистые и заслуженные пощечины, сначала по правой щеке, а потом по левой.
Никса:
— Павел, я тебя ненавижу!
Павел:
— У меня кровь сгущается от твоих жестоких слов!
Заяц в розовых очках, наблюдавший за этой эпичной сценой, лопая персиковый щербет в шоколаде и сливовую помадку, рухнул в обморок. Солнечный принц решил стереть память Никсе, от греха подальше. Фея со стертой памятью пристально посмотрела на Павла, он делал эльфийские жесты, которые говорят о закрытости, нежелании говорить, отрицании и последние о лжи. Например, скрестить ноги, стоя, закидывать правую руку в лацкан пиджака, руки в замке, убрать руки за спину, и касание рукой лица, носа и подбородка. Паша поднял правую руку и показал Никсе ладонь, что значит, разговаривай со своей собственной рукой, потому что я не хочу тебя слушать.
Никса обратила внимание на его жесты и увидела, что его щеки горят:
— К чему такие жесты? Что с тобой происходит? У тебя горят щеки, как спелые вишни! Ты такой стеснительный! Я чем-то тебя смутила?
Павел любвеобильно улыбнулся:
— Гравитация чувств между нами! У тебя сердце из алмазной пыли, как и у меня, я проверил. Твои глаза, словно сад застывших звезд, отражают хрустальные лепестки Небес сотворения. Мне до тебя, как до космоса! У меня возникли срочные дела, мне нужно идти! Пока-пока!
Павел растворился в золотом эфире, а Никса загадочно улыбнулась, словно Мона Лиза. Неуловимая, мерцающая улыбка на устах Никсы напоминает леонардовскую технику сфумато.
Ближе к ночи Павел посетил московскую квартиру и сладко поцеловал Никсу в эльфийский уголок ее правого уха.
Никса:
— Что ты творишь? Это уже не похоже на дружбу! Неужели ты веришь в глупые эльфийские легенды, если поцеловать фею с эльфийское ушко, то она сразу влюбится в тебя до потери сознания?
Павел:
— Да, я верю в это!
В этот момент у Никсы начала кружиться голова и она падает. Павел успел ее подхватить и снова поцеловал в эльфийское ушко. Фея потеряла сознание, а когда пришла в себя, то находилась в пылких объятиях Павла, который ее нежно целовал, словно ангел.
Никса вырвалась из объятий Павла вся красная, как огненная заря:
— Я тебя ненавижу! Не смей ко мне прикасаться, ты нарушаешь Драконовские законы! Прекрати меня драконить! Хватит ко мне льнуть! Скажи честно, что тебе благоугодно?
Павел-Коляда:
— Никса, ты давно ездила верхом?
Никса:
— Что?
Солнечный принц лукаво улыбнулся, стал зажигательно танцевать, словно Баба-яга и Кощей Бессмертный в одном флаконе, ловко телепортировал принцессу к себе на шею, схватил ее за хрустальные туфельки и побежал с космической скоростью, плутовато приговаривая, что с чертом лысым проще справиться, чем найти управу на Никсу, которая не хочет его любить.
Принцесса с трудом спустилась с шеи Павла, и дала ему клубничную пощечину:
— Ты ведешь себя, как черт!
Павел-Коляда:
— А мне весело! Моя принцесса, ты встревожила мою душу сладкой рассветной мечтой, я упоен твоей небесной красотой, твоим вдумчивым, но при этом трепетным и кротким взглядом! Я хочу ребенка от тебя и уже в предвкушении неземного наслаждения от нашей следующей амурной встречи! Удостоишь меня своей нежной предвечной любви? Ты станешь моей? Я знаю заранее, что ты будешь трепетать в моих божественных огненных объятиях, а пока томное упование снедает мою душу! Никсочка, ты по-детски наивна, но я научу тебя любить, мы поднимемся с тобой выше Девятого неба от ликования фантасмагории любви. Сейчас ты не в состоянии понять факелов моих возвышенных мыслей, моей вечной любви, света звезд моей вселенской справедливости и чести, но со временем ты привыкнешь ко мне, и сама попросишь меня о любви и детях! Ты не выходишь у меня из головы! Моя юная прелестница, ты мне даже снилась!
Никса:
— И что я делала в твоих снах? Удиви меня!
Павел:
— Моя прекрасная богиня, ты во сне все правильно делала, снизошла до моих сокровенных желаний и нежно угождала, ублажала и любила меня, стоя на коленях у моих ног, и страстно целовала меня во все части тела, и просила, чтобы я никогда не покидал тебя!
У Никсы затряслись руки и коленки:
— Это явно какие-то очень глупые сны! Не надо к ним слишком серьезно относиться!
Павел:
— Отнюдь! Я всегда серьезное внимание уделяю своим снам, ибо они вещие. Коль ты осмелилась обнаженной прийти в мои сны, значит, будешь любить меня в реале. Попробуем все по списку, что мне снилось в той же последовательности! Я хочу забыться у твоего сердца и дивных очей звездных садов, а то моя томнейшая тоска грез погубит меня своим инопланетным сладострастием, ибо я готов даже пожертвовать тебе ключи от моей личной свободы! Я стал рабом твоей небесной красоты. Никсочка, держи меня на коротком поводке, буду для тебя драконьим рабом, и шутом, и царем, и даже мягким медведем!
Павел-Коляда взял Никсу на руки, подбросил в воздух в 9-кратном сальто, потом поймал ее и ванильно-сладко поцеловал по-эльфийски.
Никса начала гаркать огнем:
— Это харассмент?
Павел:
— Это хардкор! Праздник, который всегда с тобой! Красивую эльфийку надо носить на руках! Если дракон решил добиться принцессу, то он ее добьется, даже если она находится в другом измерении. Ты должна любить меня на коленях! Я уже одержим тобой! Что тебе напоминают мои губы на вкус? Как бы ты отреагировала, если бы я открыл тебе дверь обнаженным? Какая часть моего тела привлекает тебе больше всего? Чтобы ты хотела, дабы я с тобой не делал, но я это сделаю…
Никса залилась такой алой краской смущения, в сравнении с которой блекнут сразу сотни эльфийских ягод багряного барбариса, оберега эльфов Света:
— Павел, как смеешь? Я ничего тебе не должна! У меня такое впечатление, что ты хочешь не добиться меня, а добить меня своим бесцеремонным поведением. Никакие ключи от твоей личной свободы мне не нужны, и рабов я презираю. Милостивый Государь, никаких встреч больше не будет! И вообще я буду называть тебя на вы, ибо мы с вами не настолько близки, чтобы забывать о приличиях. Сударь, вы невозможны и забываетесь, ваш тон оскорбителен для меня! Прошу вас отныне держать себя в рамках дозволенного этикета в высших кругах, ваша фамильярность неуместна, ваша дерзость перешла все красные линии! Я не давала вам повода к подобной амурной непринужденности и мне чужды ваши столь вольные манеры обращения, прошу вас соблюдать эльфийскую субординацию! Вы уязвили мое самолюбие, какой мерой мерите, такой и вам буду мерить!
Принц Света:
— Любимая Никса, я вижу в звездном омуте твоих глаз одновременно лед и пламя, рай и ад, я тебя покусаю от дикой страсти!
Никса обездвижена собственными страхами, расширила глаза в тихом ужасе:
— Павел, ты что ли вампир?
Солнечный принц красноречиво промолчал и укусил Никсу в белоснежную спину, но укус больше напоминал комедийный пламенный поцелуй.
Павел нежно обхватил изящный стан Никсы и тихо прошептал на эльфийское ушко:
— Моя богиня, когда ты называешь меня на вы, это звучит слишком холодно, и сильно отдаляет нас друг от друга. Мои намерения отнюдь не преследуют цель уязвить твое самолюбие! Я просто хочу сделать тебя самой счастливой в трех мирах! Прояви милосердие! Был бы тебе искренне признателен, если ты прямо сейчас встанешь предо мной на колени и будешь меня ласкать! Не нужно опустошать древо моей жизни. Я рассчитываю на продуктивное сотрудничество любой ценой! Бесплодная смоковница должна дать плоды! Надо поднимать рождаемость в стране и смаковать наслаждение! Сочту за долг постоянно контролировать твои сны и твою реальную жизнь, ведь теперь ты моя частная собственность, буду с той делать все, что пожелаю! Скромность украшает эльфийку, но в моем присутствии ты уже можешь снять свои бриллианты скромности и всю свою одежду! Моя мадемуазель, я тебя оприходую! Ты меня не бойся, я не причиню тебе зла, разве что зацелую до смерти!
Никса потеряла сознание от такого сладострастного и дерзкого шептания Павла. А Солнечный принц, сияя от инопланетного счастья, стер память недотроге Никсе и со спокойной душой вернулся на Седьмое небо.
На Седьмом небе заяц Трилистник-Трискелион сразу прыгнул на голову Павлу, чтобы провести с ним супервоспитательную беседу.
Заяц:
— Ваше Высочество, прекратите драконить фею Никсу! Вы напугали принцессу роз! Бедняжка упала в обморок!
Павел:
— А пусть Никса привыкает к моему обществу! Я хочу ее!
Заяц:
— Ваше Высочество, понять страстные порывы вашей души мне немудрено, но грешно так поступать! Не затруднит ли вас сдерживать слишком откровенные устремления! Вы совсем стыд потеряли! Не перебарщивайте! Однажды Никса заметит, что ей стирают память и будет величайший скандал в истории трех миров. Мудрые граждане должны скрывать свои суперспособности, как ястреб прячет свои острые когти, чтобы в нужный момент окрутить кого угодно. Принцесса не должна даже подозревать, какой вселенской мудростью вы обладаете. Пусть думает, что вы капризный ребенок-долбоящер, так будет легче втереться ей в доверие, ибо эльфийки на подсознательном уровне нежно относятся к детям, словно к цветам жизни. Вы должны больше разговаривать с Никсой, ибо душевные разговоры раскрывают сердце.
Павел снял зайца со своей головы, положил его себе на руки и начал усердно гладить, чтобы успокоиться.
Павел:
— Я хочу драконить фею Никсу и буду ее драконить. Она даже не вспомнит о своих смертельных обидах. Я буду дрессировать Никсу и укрощать ее строптивость день за днем. Чтобы принцесса роз влюбилась в меня, она должна испытывать сильные эмоции, и не очень важно положительные или отрицательные. Но я замечаю, что отрицательные эмоции с сокрушительным эффектом воздействуют даже больше на ее драконий дух. Я никому не позволю обижать мою Никсочку, ибо буду сам обижать ее, пока она не влюбиться в меня до порхания эльфийских стрекоз в животе.
Заяц закрыл пушистыми ушками свои фиолетовые глазки:
— Ваше Высочество, я, конечно, дико извиняюсь, но вынужден вас огорчить, вы поплатитесь за то, что стираете Никсе память! Просто помните, что я вас предупреждал! Накал страстей уже нешуточный! Если кто-то предаст это огласке, искры напалмом полетят с вашего господского чела от ударов огненных плетей Пульса де-нура, и сырая могила покажется раем! Я в драконах знаю толк! Вам нужно сначала привязать к себе Никсу эмоционально, а потом уже думать о физической близости с ней. Вы должны больше думать о ее душе, чем о теле!
Павел:
— Я же не дьявол, чтобы думать только о ее душе. Я хочу страстно обнимать ее тело!
Заяц начал фыркать:
— Ваше Высочество, вы должны, как ее лучший друг, больше с ней разговаривать по душам о высоких материях, а не о постели, так она быстрее к вам привыкнет, и потеряет бдительность.