Пойзон Хранители Миров

«Три ведьмы»

Ашэ открыл глаза. Сквозь дыру в своде пещеры проникал тусклый утренний свет, рядом догорал костер, а голова была на удивление ясной. Он приподнялся на локти и понял, рана все еще была на месте и болела, но уже не причиняла той жуткой боли, от которой он терял сознание. Рядом с ним лежал кожаный бурдюк. Ашэ схватил его, открыл пробку и жадно начал пить прохладную воду. Никогда в жизни он не пробовал такой вкусной воды. Он не отрывался, пока не выпил все до капли. Однако сжигающая его жажда никуда не делась. Воды больше не было, и капитан бросил бурдюк на землю.

Попытался подняться, тело пронзила острая боль. Он отодвинул плащ, куртка и рубашка были расстёгнуты, а на рану наложена чистая белая повязка. Поморщившись, собрал все силы, со стоном встал и чуть не рухнул обратно на землю. В ногах была слабость, они затекли и ужасно болели. Неуклюже он походил туда-сюда, чтобы немного размять их. Потом остановился и прислушался: вода, в темном углу пещеры по стене струился тонкий ручеек, капли падали в небольшое наполненное углубление. Он выругался, взглядом изучая брошенный на землю бурдюк. Поднять его стоило неимоверных усилий, проклятий, срывавшихся с его губ, боли и времени. Помучавшись у ручейка, ему все же удалось наполнить бурдюк. Воды было достаточно, и он вновь попытался напиться, но жажда так и не покидала его, будто бы он и не пил вовсе.

Медленным шагом, опираясь на скалистую стену пещеры, Ашэ вышел наружу. Уже светало, а небо затянуло пушистыми облаками. Он не помнил, как попал сюда. Логово арканов находилось в километре, а корабль – примерно в тридцати. Можно было срезать путь через долину, тогда вышло бы километров пятнадцать. Немного подумав, Ашэ решил двигаться к кораблю. Даже если его друзья улетели, они оставили тайник с лекарствами и провиантом. А вот логово, скорее всего, сровняли с землей и ему вряд ли удастся найти там что-нибудь полезное. Опираясь на выступающие камни, он медленно поплелся, то и дело останавливаясь и сгибаясь от боли. На белой повязке появилась кровь, но он продолжал идти. Двигаться по полю без какой-либо опоры было еще тяжелее. К тому же из-за облаков выглянуло солнце, оно пригревало и периодически бросало в жар. Спустя примерно час он присел, чтобы перевести дух, оглянулся, оценивая пройдённое расстояние, оно оказалось скромнее, чем он рассчитывал. Потряс бурдюк, тот оказался пуст. Теперь его знобило и теплое солнце, казалось приятным, он закрыл глаза.

Его окликнули:

– Эй, ты! – перед ним стояла женщина с намотанным на голове платком, одетая в простые стеганные одежды. Он давно таких не видел, такие носили фермеры, когда он был маленьким. – Откуда ты здесь взялся? – она внимательно осмотрела капитана, потом приложила руку к его лбу.

– Астрид… – тихо прошептал Ашэ, холодное прикосновение руки напомнило ему о девушке.

– Тебя зовут Астрид? – спросила женщина. Капитан попытался объяснить, но вышло нечто невнятное. – Плохи твои дела, Астрид! – уверенно заключила женщина и крикнула: – Лота, пойди сюда! – Теперь перед ним стояли уже две женщины. Вторая была моложе, одета в такую же простую одежду, только волосы спадали на плечи, и на голове не было платка. Она внимательно смотрела на него, уперев руки в бока.

– Что нам с ним делать, Хесис? Как он вообще здесь оказался? – возмутилась она.

– Может, Ал знает, – пожала плечами озадаченная Хесис. К ним приблизилась еще одна женщина. Она была старше двух других, и на голове у нее был тюрбан. Женщина взглянула на Ашэ, и на ее лице отразился испуг. Ал настороженно протянула:

– Зачем вы его сюда притащили?! Он еще не исполнил свою судьбу! – она ударила его ладонью по лбу. Капитан тут же провалился в темноту. А когда открыл глаза, сидел у костра посреди долины, слышал бой барабанов и радостные крики. Множество молодых женщин водили хоровод, смеялись и пели:

«Взявшись за руки, бегом

Вкруговую в пляс пойдем.

Замелькает хоровод,

Из-под ног земля уйдет.

Девять раз кругом, кругом

Обежим и круг замкнем.

Круг заклят, и слово наше крепко!»4

Хесис, Лота и Ал взявшись за руки, начали водить хоровод вокруг Ашэ, приговаривая:

«Пепел к пеплу, прах к праху!

Пепел к пеплу, прах к праху!

Пепел к пеплу, прах к праху!

Пепел к пеплу, прах к праху!»

Они звонко расхохотались и побежали врассыпную. Перед ним из воздуха возникла Ал. Она близко наклонилась к его лицу, уставилась ему прямо в глаза и громко проговорила:

– Велика твоя судьба, Пепел, так угодно богу! Запомни: пепел к пеплу, прах к праху! – Ашэ снова провалился в темноту.

«Cinis ad cinerem, pulvis ad pulverem5»

*пепел к пеплу, прах к праху

Ашэ открыл глаза. На улице была лунная ночь, в пещере было тепло и вкусно пахло жареным мясом, незнакомый мужчина, сидя к нему спиной стучал посудой у костра. Капитан почти с болью ощутил жажду.

– Воды! – слабо сорвалось с его губ. Незнакомец повернулся, взглянул на него, расплылся в радостной улыбке и начал вытирать руки о грязную одежду.

– Наконец-то ты очнулся! – оживленно произнес он, взял бурдюк, приподнял его и дал Ашэ попить. Капитан сделал два глотка и закашлялся. Мужчина легонько похлопал его по спине и помог лечь обратно. – Еда скоро будет готова, – заявил он и вновь занялся котелком, висящим над костром.

Ашэ начал внимательно рассматривать его, это был тот же мужчина, что танцевал у костра в медвежьей шкуре. Он был одет в теплые, толстые штаны, набитые шерстью, и такую же куртку. Разобрать цвет его одеяния было невозможно из-за грязи, которой она была покрыта. К тому же она сильно выцвела на солнце. Шкуры, как прошлый раз на нем не было; Ашэ понял, что она лежит под ним. Незнакомец был крепко сложен и достаточно высокого роста, с отросшими волосами и бородой. Его глаза были коричневыми, но вряд ли он был субстантом – медведи давно уже не водятся в Мундусе. Он мог быть пришлым из другого мира.

– Кто ты? – спросил капитан, но голос его подвел, и вопрос получился хриплым и невнятным.

– Я? – удивился незнакомец. – Я – Ияр.

– А я… – попытавшись приподняться, начал капитан, но закашлялся. Мужчина снова помог ему лечь и укутал его плотнее в шкуру.

– А ты – Пепел! Я знаю! – договорил за него незнакомец. – Аш… Аш… Ашэ! – все еще кашляя, тихо поправил он. – Так назвала меня мать… – Ияр усмехнулся.

– Так тебя назвал я! – тихо сказал он и начал раскладывать еду по помятым металлическим мискам. Он помог капитану сесть, оперев его спиной на большой камень, и, устроившись рядом, подавал ему еду ложкой. От каждого, даже незначительного движения, Ашэ пронзала невыносимая боль. Проглотив пару ложек, капитан снова зашелся кашлем, но Ияр дождался, пока он успокоится, и протянул ему следующую ложку.

– Зачем ты помогаешь мне, если знаешь, кто я? – спросил Хранитель, покончив с едой и опершись головой о камень.

– Потому что ты оказался в беде! – мужчина отсел к костру, взял чашку и принялся за свою порцию.

– Разве я заслуживаю… – начал Ашэ, прикрывая веки, но Ияр его перебил.

– Каждый заслуживает помощи, прощения и покоя! – твердо заявил он. Капитан, не открывая усталых глаз, горько улыбнулся.

– Я устал! – тихо протянул он.

– Я на это и рассчитывал! – усмехнулся мужчина. – Только уставший способен обрести покой! Пойдем со мной, Ашэ, ты с лихвой наслужился этому миру. Что будет с ним дальше – не твоя забота! – тихо и задумчиво продолжил Ияр. Капитан открыл глаза. Мужчина медленно поднялся и протянул ему руку. – Пойдем! Настало время!

Ашэ смотрел на мужчину ясным, пронзительным взглядом. Если бы кто-то мог представить, как он устал жить, воевать, бороться и лгать. Устал от боли и чувства вины, как ему хотелось протянуть свою руку Ияру. Каким соблазнительным казался ему обещанный им покой. Но разве мог он уйти сейчас? Так уж вышло, слишком много жизней зависело от него, в том числе и самая важная —жизнь невинной Астрид, в мир которой он ворвался как незваный гость и все там поставил с ног на голову. Капитан медленно покачал головой. Ияр улыбнулся и легонько коснулся пальцем его лба. Ашэ провалился во тьму.

***

А когда он очнулся, в пещеру через дыру ярко светило полуденное солнце. Он вскочил, боль вновь пронзила его так, что в глазах на секунду все померкло. Капитан осмотрелся – не было ни Ияра, ни костра, ни котла с едой, ни бурдюка, ни повязки на его ране, только грязный кусок его плаща, которым он сам ее перетянул, и горшок с маленьким бонсаем. Ашэ Отчетливо слышал вой Разлома и размеренно капающую воду. Он, невзирая на боль и отсутствие сил, опрометью бросился к маленькому ручейку, стекавшему по скале, упал на колени и жадно начал пить. Наконец напившись, он устало откинулся на каменный выступ, сунул руку в карман, достал капсулу с ядом, швырнул ее как можно дальше от себя и закрыл глаза.

– Достала меня эта многоуровневая фигня со снами, как у Нолана, – повторил он слова Астрид, которые однажды показались ему такими странными, а теперь, напротив, были простыми и понятными. Он скучал по ней отчаянно, как никогда и ни по кому не скучал. Сейчас он отдал бы все, чтобы только вновь оказаться на ее диване, увидеть ее улыбку и еще раз вдохнуть аромат ее лимонного шампуня.

«Таинственные незнакомцы»

Ашэ брёл по пустыне уже около недели, а до этого ещё четыре дня ушли на то, чтобы добраться до корабля и немного восстановиться. Он направлялся в Турфан, ближайший к границе город. Путь был далеки, а рана – глубокой – кровоточила, болела и отнимала много сил. Корабля на месте не оказалось, но, как он и предполагал, там был тайник. А значит, и надежда, что его люди остались живы и, возможно, даже успели спрятаться или сбежать в Разлом. Это не могло его не радовать.

Капитан понятия не имел, сколько провёл в бреду в той пещере – может, день, а может, пару недель. Многое могло случиться за это время. Вдоль границы не было никаких поселений на многие мили вглубь: давным-давно, после оплошности Ашэ и последовавшей за этим войны с миром Аврора, по приказу короля всё население переселили на север, чтобы было проще вести военные действия при вторжениях, а вторжения были делом частым. Мундус и его короля ненавидели многие. Кроме того, эта местность была усыпана множеством пещер, целыми подземными лабиринтами, и поселения на границе создавали массу сложностей, так что король решил эту проблему быстро и, как считал капитан, довольно мудро.

Теперь приграничная зона представляла собой унылую безжизненную пустыню с множеством постов Восьмого Легиона, о которых никто не знал до тех пор, пока не натыкался на них. Они были скрыты волшебством. Легендарная Южная граница была поистине непроходима. Капитан не был до конца уверен, что и он сможет пройти приграничную зону незамеченным, пусть это и была его идея, и именно он с Гвиневрой долгими вечерами рисовал схемы расположения этих самых постов.

Все эти одинокие дни в пустыне он снова и снова задавался одним вопросом: неужели даже Гвиневра сможет поймать его и выдать королю? Одна из восьми легендарных Хранителей Миров просто хладнокровно предаст его? Ему это казалось чем-то невероятным, беспрецедентным, неслыханным. Всю его жизнь сначала ему твердили о доблести и чести, о честности и благородстве, о верности. Потом и он сам начал повторять это снова и снова, пока не поверил. Он никогда не ставил под сомнение ни неписаный кодекс чести Хранителей, ни власть короля, ни возложенную на них великую цель. В его мире не существовало причины, по которой кто-то из Хранителей мог бы выступить против другого. Они не предают друг друга; они как семья, принимают друг друга со всеми их недостатками.

Даже Грум с его скверным характером никогда бы не поднял руку на субстанта и тем более на Хранителя. Однако капитан уже открыл на него охоту, но это по приказу короля. Никто из восьми никогда не ставил под сомнение его приказы. Даже если Грум сам и отправлял наёмников, то только потому, что знал, что они не причинят Ашэ настоящего вреда. Как минимум капитан в это искренне верил, ему не хотелось и думать, что во всей этой истории кто-то из них может пострадать. Ашэ никогда не относился к Груму как к настоящему врагу, скорее, как к сопернику. Это было не удивительно, ведь по большому счету, ему не за что было злиться на друга, у Грума же напротив была масса оснований ненавидеть его по-настоящему. Их же бесконечные выяснения отношений капитан воспринимал скорее, как соревнования, чуть не дошедшие до смертоубийства лишь раз.

От всех этих мыслей ему хотелось уйти к границе, убраться прочь, прыгнуть в Разлом и пусть судьба решит, где ему оказаться. Он горько усмехнулся: вряд ли существовал мир, в котором не известно его имя и где его не хотят убить. Разве что мир Астрид, в который ему теперь ни за что не попасть. Однако, если Хведрунг и арканы ошибаются и мир Астрид всё же в хаосе, король найдёт его. Только мысль об этом заставляла Ашэ всё ещё идти в Турфан. Там он планировал спрятаться, найти целителя, выяснить, где его люди, а уже потом решить, что делать дальше.

Сначала он хотел идти по пещерам – это сократило бы путь и дало ему возможность передвигаться и ночью. Он двигался на север, и температура с каждым днём опускалась всё ниже. Однако в пещерах могли быть засады, контрабандисты, беженцы и ещё бог знает кто, да и в них было легко заблудиться. Капитан неплохо ориентировался в этих лабиринтах, но сейчас он не очень-то доверял своему уставшему от боли рассудку. К тому же там обитали всякие мелкие хищники, забредавшие сюда из других миров, а защищаться Ашэ был не в состоянии. Поэтому он всё же решил идти по долине. Его перемазанный грязью коричневый плащ служил отличной маскировкой.

Еды в тайнике было немного, но продержаться хватало. К тому же он время от времени ловил ящериц, единственных оставшихся коренных обитателей этой пустыни. Как они выживали здесь и чем питались, он не знал, но на вкус они были ничего. Он жарил их вечерами на костре, устроившись в какой-нибудь пещере на ночлег. Рана всё ещё болела, сильно воспалилась и иногда кровоточила, но уже не заставляла останавливаться каждый час, чтобы отдышаться. Поэтому двигался он теперь быстрее. Волшебство к нему тоже не возвращалось, и, скорее всего, не вернётся до тех пор, пока рана окончательно не затянется. Какой прок в даре целителя, если ты не можешь исцелить самого себя, негодовал Ашэ каждый вечер, когда терпеть боль и усталость больше не было сил.

Он миновал пограничную зону около трёх дней назад, искренне радуясь тому, что не встретил ни одного легионера. Убивать своих ему крайне не хотелось. Как и умирать самому, что при сложившихся обстоятельствах было наиболее вероятным исходом. Но с пограничной зоной исчезли не только посты легиона, но и пещеры. В эту ночь он не нашёл укрытия, и ему было так холодно, что зуб на зуб не попадал. Он расположился за небольшим камнем, развёл костёр, уселся, чтобы обработать рану.

Внезапно он услышал шорох за спиной. Сначала подумал, что это ящерица, но всё же положил руку на нож, который был спрятан в сапоге, единственное оружие, оставшееся при нем. Ашэ пожалел о том, что не вернулся в логово за мечом, который обронил, когда его ранили. Теперь у него не было сомнений: за его спиной был человек. Капитан быстро поднялся, схватил его, перекинул через себя, прижав к земле, занёс над ним нож и в изумлении застыл.

– Астрид?! – выдохнул он. Ашэ не мог поверить своим глазам. Перед ним на земле, в тусклом свете костра, с округлившимися от удивления глазами, действительно лежала Астрид.

– Пойзон?! – узнав его, воскликнула она в недоумении, приподнимаясь на локти. – Что с тобой? Ты… Ты… – прошептала она в изумлении. Он убрал нож, поднялся, уселся на колени, притянул девушку к себе и поспешно заключил её в объятия.

– Астрид! – едва слышно вымолвил он, прикрыв глаза, касаясь щекой её виска и с наслаждением вдыхая до боли знакомый аромат её шампуня. Ему казалось, что мир вокруг замер, а время остановилось. Возможность того, что она и правда здесь, будоражила его разум, растекалась тёплой радостью и волнением по телу. – Астрид! – томно повторил он, потершись щекой о её волосы. Она уткнулась лицом в его плечо и крепко сжала его в объятиях. Боль вернула капитана в реальность, и его тут же захлестнули сомнения. Он боялся открыть глаза и убедиться, что на самом деле он один посреди этой пустыни. Он был уверен, что Астрид не могло быть здесь. Он провел ладонью по её спине, выпустил из объятий, быстро отстранился, опустил голову и, часто моргая, покачал ей.

– Что с тобой, Пойзон? – обеспокоенно спросила она, дотронувшись холодными пальцами до его щеки. Он поднял взгляд – Астрид всё ещё была здесь, сидела прямо перед ним на коленях в странной одежде, с ненавистным Ашэ пучком на голове и раскрасневшимися от холода щеками. Неспособный оторвать взгляд, он невольно любовался ей, пытаясь вспомнить каждую маленькую деталь: морщинку между бровями, едва заметный шрам над губой, родинку на щеке. Её лицо было удивительно прекрасным. Девушка, в свою очередь, с любопытством разглядывала капитана. Больше всего её привлекали его глаза. Она заглянула в них, и морщинка между бровей стала глубже. Ашэ смутился, пугающий ало-красный цвет его горящих глаз наверняка казался ей ужасным. Капитан опустил голову, лишая её возможности смотреть в них. Девушка ещё ни разу не видела его таким, в его настоящем облике: беспощадным и безжалостным воином. Он вдруг с сожалением понял, что она ничего толком о нём не знает. Астрид возненавидит его, как только поймёт, кто он и что натворил. Это обстоятельство омрачало его радость, хотя она и была во много раз сильнее.

– Что… – язык его не слушался, а мысли больше не складывались в слова. – Что… Почему ты здесь? – наконец прошептал он, неловко поднимаясь на ноги. Капитан подал девушке руку и пошатнулся, чуть не свалившись на землю от резкого удара. Кто-то сжимал его в крепких объятиях. Ашэ мучительно простонал от боли, только теперь в полной мере ощутив, как она заметно усилилась из-за его необдуманных резких маневров.

– Пойзон, наконец-то я тебя нашёл! – радостно прокричал знакомый голос. Капитан замер, не двигаясь, лишь осторожно повернул голову и взглянул на того, кто сжимал его в объятиях.

– Эмеральд! – с удивлением и долей отвращения выдохнул он и тут же перевёл раздражённый взгляд на девушку. – Какого… Астрид… Что он… Что происходит? Где Адам? – заикаясь от возмущения, выпалил капитан. Он рассчитывал увидеть в этой пустыне кого угодно, но только не этого недотёпу Эмеральда, да ещё и в компании Астрид. – Господи! Что он здесь делает? – отчаянно взмолился Ашэ, выбираясь из крепких объятий зеленоглазого парня. Капитан отшагнул, пошатнулся, прикрыл глаза и сжал пальцами переносицу. – Это всё не по-настоящему! Не по-настоящему! – тихо пробормотал он и тут же получил пощёчину. – Ау! – простонал Ашэ, ухватившись за горящую щёку и удивлённо уставившись на девушку. Её взгляд пылал. Для иллюзии удар был слишком ощутимым.

– Ты бросил меня! Как ты мог?! Зная, что в моём доме этот чёртов портал? Как ты мог, Пойзон?! – негодовала она. Ашэ выпрямился и снова открыл рот.

– Я… – только и успел сказать он, когда Астрид врезала ему другой рукой по другой щеке. На этот раз удар был ещё сильнее и больнее.

– Это – Разлом! И я вас спрятал! А ты всё должна была забыть! – злобно выругался он.

– Вот именно! И у тебя ещё хватает наглости! – продолжала она. – Ты стёр мне все воспоминания! Манипулировал моими чувствами! – она снова занесла руку для удара. На этот раз Ашэ остановил её у самого лица, крепко сжав. Девушка вскрикнула от боли. Капитан тут же ослабил хватку, но руку не выпустил. Он уже начал забывать, какими на самом деле были их отношения с Астрид; безоблачными их назвать было сложно, а ведь в его воспоминаниях всё было иначе.

– Не смей меня бить! – ледяным голосом процедил он. Девушка замолчала, с опаской уставившись на него. Ашэ с досадой вздохнул, смягчил тон и, оправдываясь, пояснил: – Шуметь здесь опасно! Нас могут услышать! – его до боли расстраивал страх в глазах Астрид. Ей не за чем было его бояться. Он ни за что не причинит ей вреда; он разорвёт любого, кто посмеет ей навредить. – Как вы узнали про Разлом? – устало спросил он, выпустив её руку. Перед глазами плыло. Ноющая боль раздражала. Всё же это была иллюзия, решил он. Девушка не могла его помнить; он стёр ей воспоминания перед тем, как спрятал её мир с помощью медальона.

– Где твой медальон?! – неожиданно громко выпалил он. Звук собственного голоса вернул его в реальность. Ашэ сделал быстрый шаг и сунул холодную руку за шиворот Астрид, ухватившись за цепочку на её шее.

– Что ты делаешь? – возмущённо воскликнула она, отшагнула и шлёпнула его по руке. Голова пошла кругом. Он так и стоял с протянутой рукой, медленно открывая и закрывая глаза, ему казалось, что он вот-вот упадёт.

– Дай его мне! – обессиленно проговорил он. – Пожалуйста! – она сняла цепочку и небрежно сунула её Ашэ. Он сжал медальон в руке – всё волшебство из него исчезло. Это точно была его больная фантазия. Медальон должен быть волшебным, только если… Он схватил Эмеральда за воротник, уставив на него свой пылающий взгляд. – Это всё ты! – рявкнул капитан так, что парень подпрыгнул.

– Я? – удивлённо воскликнул он. – Это не я… Я не брал, я даже не знал про медальон! – испуганно оправдывался Эмеральд.

– Пусти его, Пойзон! – Астрид вцепилась в руку Ашэ. – Он спас меня! – сквозь зубы процедила она. Капитан пошатнулся и отпустил парня, тот выпал, как тряпичная кукла, из его рук. Несмотря на свой внушительный рост, Эмеральд казался на фоне капитана щуплым и маленьким.

– Спас? – недоверчиво хмыкнул Ашэ, незаметно прижав рукой рану под плащом, тщетно пытаясь унять боль.

– Да! – возмущённо заявила она, уперев руки в бока. – В моей квартире появился человек из снов в плаще, как у тебя, но только чёрном, в маске, такой на пол-лица, и глаза были красные, как твои! Он схватил меня, а Эмеральд дал ему отпор. Потом мы прыгнули в портал… то есть в Разлом, чтобы убежать от него…

– Дал отпор? – не удержавшись, усмехнулся капитан. Его сознание снова помутилось. Грум добрался до Астрид? Нет, этого не могло быть, волшебство медальона ему не подвластно. К тому же Эмеральд ни за что бы не справился с капитаном – в этом он был уверен.

– Да, он теперь умеет колдовать! – слова девушки снова вернули капитана в пустыню.

– Колдовать? – недоверчиво протянул Ашэ, отчётливо ощущая каждый удар своего сердца в висках. В голове тут же прозвучали слова Хведрунга: «Мир Айлет становился волшебным».

– Что ты сказала? – резко выпалил он, сделав решительный шаг к Астрид. Она с опаской отшатнулась.

– Вот в такой маске! – испуганно пробормотал Эмеральд, указывая пальцем на пояс Ашэ. – Это был ты? – поражённо прошептал он, вытащив свой кухонный нож и выставив его вперёд. Капитан мучительно выдохнул и закатил глаза.

– Убери! – рявкнул он и одним лёгким движением выхватил нож из рук парня. – Этим ножом ты мне не навредишь! А в доме Астрид был не я, а Грум! Ты видела его в видениях! – пытаясь удержаться на ногах, отстранённо пояснил капитан, потом снова схватил Эмеральда за воротник. Тот с ужасом смотрел в его горящие красные глаза.

– Откуда у тебя волшебство? – процедил он сквозь зубы. – И не вздумай мне врать!

– П-помнишь? Ты превратился в гигантского кота, ну, такого в доспехах, чтобы защитить Астрид от меня. Ты должен знать! За это я тебе невероятно благодарен! – дрожащим голосом торопливо начал Эмеральд. – Когда я увидел тебя тогда, я всё понял! Понял, что существует волшебство и ещё много чего! Это было как озарение! С тех пор я умею колдовать, но так, по мелочи. И я подумал, что должен найти тебя – ты меня всему научишь! – нервно сбиваясь, тараторил он. – Я изменился, нашёл работу, бросил играть. Представь моё удивление, когда я пришёл к Астрид, чтобы расспросить её о тебе. А прийти к Астрид было совсем не просто! Во-первых, я боялся! Во-вторых, ты, наверное, помнишь, у меня даже был судебный запрет на приближение к ней, что сильно усложняло наш контакт. Да и она не очень хотела меня видеть, по понятным причинам, конечно. Но постепенно я узнал, что она ничего о тебе не знает. Сначала я думал, что она врёт, но потом догадался, что по какой-то причине ты ушёл, и она просто всё забыла. Я был уверен, что ты способен на такое! И я был прав! – гордо заявил он. – Потом я обнаружил портал.

– Разлом, – поправил его Ашэ.

– Разлом! – быстро согласился парень и увлечённо продолжил. – Постепенно я помог Астрид всё вспомнить: не без помощи колдовства, конечно. Но признаться честно, я в колдовстве полный профан! Мне нужны знания, мне нужен учитель, понимаешь? Поэтому я и искал тебя! И вот нашёл!