Служба по контракту. ГСВГ – Потсдам

Вино разлили по высоким фужерам простого стекла. Напиток мне понравился. Очень нежное белое сухое вино. Выпили, закусили. Покурили. Товарищ предложил даме потоптаться внизу. Но так как начался какой-то быстрый танец, то меня потащили с собой. Размялись. Вернулись за столик и снова усугубили. На медленный танец Боря ушел со своей товаркой, а я снова сосредоточился на созерцании чужого для меня мира. Но при этом обратил внимание, что за соседним столиком ситуация была противоположная нашей.

Там сидели молодые, примерно, моего возраста немцы. Девочек было двое, а пацан один. Парень тоже танцевал со своею пассией, а вторая откровенно скучала. И регулярно бросала взгляды в мою сторону. Немка была моложе меня года на три-четыре. Очень симпатичная и стройная, но я боялся ее пригласить. Нам ведь строго – настрого было приказано в контакт с местным населением не вступать! Так я и промучился весь вечер, не решившись на контакт. Где-то после двенадцати, Гвоздев созрел на провожание подруги домой. Мы вышли на улицу и разошлись в разные стороны. Они в общагу, я в сторону части.

Надо заметить, что госпиталь и этот гаштет-ресторан были на высоком холме. И мне нужно было спускаться вниз к перекрестку (пять углов) вдоль глухой кирпичной стены госпитального забора. Все улицы и тротуары были ярко освещены. Тротуары мощеные, как и везде, брусчаткой. Народу ни души. Конец августа. Ночь. Тишина. Духота. Вдруг слышу за спиною цокот женских каблучков. Остановился, присмотрелся. Никого. Иду далее, снова тот же звук, только чаще и ближе. Уже спустился к перекрестку. Жду. Шаги замедлились, и из тени от столба на меня выходит… моя знакомая по соседнему столику.

Улыбается. Подходит ближе.

– Здравствуйте, – произносит с акцентом она.

– Привет, -как можно спокойнее и вежливее, отвечаю я.

– Я весь вечер хотела к вам подойти, но стеснялась… Я правильно произношу слова? – довольно сносно начала говорить немочка.

– Да, да, я это тоже заметил. А говорите вы правильно. Я тоже хотел пригласить вас на танец… Но вы ведь наверное знаете…

– О, ja-ja*..я знаю.., вам нельзя с нами общаться. Но вы были так одиноки в этот вечер. Вы руссьишь оффицир, так? – с милой улыбкой то опуская, то поднимая опахала ресниц, спрашивала она.

– Да, офицер. – краснея ответил я.

– Меня зовут Гретта, – протянула девушка мне тонкую ладошку. – А вас?

– Влад, Вольдемар, – произнес я, легонько пожимая ее пальчики. Сердце мое стучало, как в бубен.

Я уже почти полтора года не прикасался к женским рукам. И при этом мы стояли на самом освещенном месте перекрестка. Я уже давно начал посматривать по сторонам, чтобы хоть в какую – то тень отойти. Ведь я всерьез тогда верил, что, если кто – то застукает на месте «преступления», то на этом моя служба закончится.

Словно угадав мои потаенные мысли, Гретта заговорила:

– Влад, я предлагаю проехать ко мне в гости.

Я оторопел.

– Мои родители вчера уехали в двухнедельное турне по Европе. Я дома одна. Можем продолжить вечер… без помех. Я сейчас возьму такси…

Видимо, поняв мою нерешительность, она стала брать инициативу в свои руки.

– А где ты живешь? – спросил я.

Она назвала улицу в новом микрорайоне. И при этом добавила, что учится в 11 классе какой- то специализированной школы.

– Гретта. Я очень бы хотел поехать к тебе. Ты мне сразу понравилась. И я не прочь завязать дружбу, но мне завтра очень рано на службу, – начал я юлить и изворачиваться…

– Ах как жаль. Может ты меня хоть проводишь до дома? – потупила она глазки, а у меня перед глазами мелькали разные картинки из фильмов о шпионах.

«Она заманит меня к себе, а там… Шпионы из ФРГ».

– Нет, нет, сегодня никак не могу… Давай в следующий раз. Дай мне свой номер телефона.. Я позвоню как только освобожусь от службы.

Она быстро достала из сумочки ручку и блокнотик. Чиркнула номер. Я положил листок в бумажник. И в этот момент, как по заказу мимо проезжало такси. Мы дружно замахали руками. Я открыл дверцу… Гретта чмокнула меня в щеку и запрыгнула внутрь.

Прячась по- шпионски, и боясь подойти к телефонной будке, звонил ей спустя пару недель несколько раз из телефонных автоматов. Трубку постоянно брали мать или отец. И я так и не решился на своем ломаном немецком попросить Гретту к телефону. Долго ее вспоминал. Знай мы тогда, что какой – то плешивый Ставропольский комбайнер развалит великий и могучий в одночасье, совсем бы по другому себя там вели. А потом время и другие события притупили чувство.

*служащие, вольнонаемные СА-гражданские лица, работающие в армии по найму.*кельнер-официант.*гросс- (нем.) -большой. *О, ja-ja- (нем.) -О, да-да.

Усатый нянь

Владимир Озерянин

см. ФОТО:1.Так я выглядел тогда.2.Улица по которой находилась наша часть.3.Один из (ДОСов),где проживали семейные офицеры, прапорщики и сверхсрочнослужащие.

– Влад, зайди ко мне, – в несвойственной ему манере, непривычно мягко, позвал меня начальник.

– Есть! -ответил я, заподозрив что-то новое в обращения начальника по отношению к нам, «кускам». Захожу в кабинет.

– Присаживайся. У меня к тебе небольшая просьба. Я уже давно своей супруге обещал сходить в кино, в дом офицеров. Да вот малого не на кого оставить. Ты бы смог посидеть с ним пару часов?

– А сколько ему лет?

– Да уже шесть с половиной.

– Я ничего не имею против и надеюсь, что справлюсь. Только вот давно этим не занимался, и боюсь что нянька из меня, уж очень строгая, не люблю шаловливых деток. Так что уж коли что, не обессудьте…

– Ну, это не страшно. Значит договорились, зайди ко мне домой в восемнадцать часов.

В назначенное время отыскал квартиру начальника. Супруги Доники изображали радушие, а мой будущий подопечный выглядывал из-за угла и корчил рожицы. Его поведение не обещало мне приятного времяпрепровождения.

Так оно и произошло. Как только хозяева скрылись за дверью, отпрыск начальника понесся по квартире и на ушах и на бровях. Я пытался было отвлечься телевизором, но не тут то было. Мальчик, видимо, зная о моем подчиненном положении по отношению к его отцу, совершенно не реагировал на мои замечания.

Угроза отшлепать тоже не действовала. Он наоборот решил доказать мне, кто в доме хозяин. Так как все вещи и предметы по его милости уже находились в невообразимом беспорядке. Я Макаренко и Ушинского не изучал, поэтому пришлось элементарно его выловить и приложиться пару раз ладонью ниже спины. Здесь он изловчился укусить меня за палец на руке. И со злобностью затравленного волченка пообещал нажаловаться на меня своим драгоценным родителям.

После этого зашился на кухню, и даже с приходом родителей больше мне на глаза не показывался.

– Как тут вел себя наш Сережка? – поинтересовались кинолюбители.

– Терпимо, ответил я, но боюсь, что со мною он больше не пожелает оставаться один на один.

Так или иначе, но мне больше не приходилось выполнять подобные задачи.

Накопление опыта

Владимир Озерянин

см. ФОТО: Старший повар-инструктор пр-к А. Матвейчев и я, после очередного смотра. На плацу 63 танкового полка.

Определенный опыт по проверке вечного беспорядка в солдатской столовой я приобрел еще в Недлитцах. Дежуря по приемному отделению, нам фельдшерам, иногда приходилось подменять дежурного врача. А имея большой опыт по несению службы в наряде по той же столовой, я прекрасно ориентировался где, как и что в ней происходит.

Но должен сказать вам правду, впоследствии по долгу службы мне пришлось посетить десятки подобных объектов, но более качественного порядка, чем в столовой артиллерийской дивизии, встречать не доводилось. Чем и как это достигалось точно сказать не смогу, но с моей точки зрения, там был ряд факторов этому способствовавших. Во первых, там был КОМАНДИР ДИВИЗИИ! С большой буквы, (период -76/77 гг). А столовая подчинялась управлению дивизии. Он в свою очередь подобрал начальника столовой, а не пустое место, как это зачастую бывает. Начальник столовой создал команду единомышленников из поварского состава.

Дежурные по столовой, которые заступали от разных частей и подразделений, практически никакой роли в поддержании порядка не играли. Всеми вопросами заправляли повара. Все, как на подбор, под метр восемьдесят и выше, не знаю за какие коврижки, но они прямо с каким-то фанатизмом следили за благополучием своих объектов и столовой в целом. Столовая напоминала хорошее хирургическое отделение, а варочный цех, почти, как оперблок.

Совсем другой была та столовая, в которую я шел сейчас с проверкой. На предыдущих дежурствах уже приходилось ее контролировать. Увы, это было совсем другое заведение, хотя тоже артиллеристы, но танковой дивизии. Конечно, суть не в этом. Суть как всегда в командирах и их заместителях.

Приземистое, серое, двухэтажное здание, сразу со входа в нос шибает застоявшаяся смесь запахов провонявшей рыбы, подгорелого лука и прокисшей капусты. На полах смесь жира и грязи, ходить, особенно по лестницам нужно с опаской, поскользнешься, костей не соберешь. В цехах лужи, посуда жирная, спец одежда лиц суточного наряда и поваров, замызганная. По цехам носятся жирные крысы.

В таких случаях необходимо по Уставу, приказам и наставлениям произвести запись в журнале по контролю, за санитарным состоянием столовой и качеству пищи о том, что санитарное состояние «неудовлетворительное». Доложить об этом дежурному по части. Дежурный в свою очередь обязан определить время дежурному по столовой на устранение недостатков и, соответственно, перенести прием пищи на более позднее время.

В результате чего ломается стройный график работ и занятий, срывается масса всевозможных мероприятий. Об этом необходимо сразу же поставить в известность командира части, а дежурному ой как не хочется этого делать. Первые шишки упадут ему на голову. Первая реакция дежурного:

«Ты че прапор, охерел? А ну пиши что все удовлетворительно! Иначе сегодня сам заступишь в наряд по столовой и будешь устранять эти недостатки!»

Чтобы сохранить лицо перед старлеем, изо всех сил стараюсь изображать, что мне его угрозы по большому барабану, но нужно же как – то выйти из положения, чтобы и волки были сыты и овцы целы. Беру с полки специальный журнал по контролю за качеством пищи и санитарным состоянием солдатской столовой. В разделе для записей дежурного врача (фельдшера) пишу: " Пища приготовлена удовлетворительно, санитарное состояние помещений столовой НЕудовлетворительное. Предлагаю задержать выдачу пищи личному составу до устранения выявленных недостатков» Подпись.

Дежурный по части вытаращив глазенки внимательно следит за каждой буквой, которую я вывожу.

– Ну, все, ты попал, прапор! -хрипит старлей. Я быстро ретируюсь в медпункт. Стучу в дверь кабинета НМС. Докладываю о происшествии своему начальнику. Доника смотрит на меня сквозь толстые стеклышки очков пронизывающим насквозь взглядом.

– Полнейший бардак, говоришь!? А ну, бегом со мной!

Выскакивает из-за стола, и пулей вылетает из медпункта. Я, соответственно, стараюсь не отставать. И снова забегаем в столовую. Встречные лица суточного наряда и повара шарахаются от начмеда по щелям, как тараканы.

Мой начальник с ревом и матами пинает какие – то баки, бачки и все, что встречается на пути. Хватает с полок миски и кастрюльки, проверяя пальцами их чистоту. Они, естественно, даже не обезжирены. Полы скользкие от жира до такой степени, что по ним можно кататься без коньков. Благо покрыты идеально ровной плиткой из гранитной крошки, еще задолго до нас. На встречу снова показывается дежурный по части, из-за его спины трусливо выглядывает прапорщик, дежурный по столовой и прапор – старший повар.

– Кто то здесь собирается оспаривать запись дежурного фельдшера!? -рявкает на всю столовую мой шеф.

– Ннникаккак-нет! – мычит в ответ дежурный по столовой

– То-то же. Я научу вас «Родину любить». Готовься заступить в наряд на вторые сутки, кусссок! – угрожающе сычит мой протектор.

– Командиру уже доложил? – спрашивает начмед у дежурного по части.

– Так точно. -бормочет под нос старлей.

– Тебе же хуже. – рявкает Доника.

– Значит так, обед по распорядку. Порядок наводить в процессе. А с командиром я сам буду говорить. Пошли от сюда! – это он уже мне.

По дороге к ПМП.

– Так ты понял, как надо контролировать такой объект, как солдатская столовая? – спрашивает меня, быстро шагая по дороге НМС.

– Так точно.

– То то же. Учись салага, пока я живой. Может быть когда – нибудь тебе это пригодится.

Забегая далеко наперед, скажу. Пригодилось. Еще много и много раз в дальнейшей службе.

Как прошло объяснение начмеда с командиром по поводу этого мелкого в масштабе части, и огромного для меня, инцидента в столовой, мне никто не докладывал, но и никто меня не тормошил по этому поводу. В дальнейшем я понял, что это совершенно рядовое событие. Никто этим в армии не заморачивается. И порядка в столовой ни на йоту с того момента не добавилось. Да здравствует грунтовой иммунитет*!

*грунтовой иммунитет- эпидемиологический термин.

т.е. иммунитет приобретаемый аборигенами, копающимися в родном навозе всю жизнь.

Наркоман в погонах

Владимир Озерянин

см. ФОТО: «герой» рассказа пятый слева направо, нмс по средине. Я второй справа на лево.

Прибываю в пмп. Периферийным зрением фиксирую какую -то неспокойно-нервозную обстановку среди личного состава. Суетится дежурный Пшенов. Вертятся без дела санинструктора батарей. А на их мордах какая -то тревога. Вдруг резко открывается дверь кабинета начальника медслужбы полка. А из них со скоростью снаряда вылетает и он сам.

– Строиться всем!!! Бегом, на улицу! Построение перед медпунктом, -орет он не своим голосом с перекошенным лицом. Глаза при этом сверкают через стекла, как у уссурийского тигра. Все мгновенно вылетели на улицу и заняли свои места в строю. НМС стал медленно проходить вдоль строя и внимательно смотреть каждому в глаза, как бы пытаясь гипнотизировать. Вдруг один из стоявших в шеренге санинструкторов срывается с места, резко заворачивает за угол забора и по аллейке начинает набирать скорость в сторону штаба полка. Доника мгновенно рванул за ним и, не смотря на измученный табаком и спиртом организм, через десять метров догоняет беглеца, который моложе его на десять лет. Делает подсечку и сбивает с ног, затем берет за шиворот и тянет обратно.

– Держите его! Держите эту мразь и покрепче! – с этими словами он передает младшего сержанта Николаева в руки мне и Макарову. Удерживаем извивающийся, почти двухметровый, но хлипкий организм. Тело, еще нам непонятно в чем провинившегося, обмякло, как будто ему удалили позвоночник. Доника метнулся в помещение, и через минуту появился обратно. С коробочкой в руках. Коробочка типа штативчика с гнездышками под ампулы. Все, кто имел отношение к медицине, начали догадываться в чем дело. А когда он подошел ближе и стал перед строем, то мне и другим стало все понятно. На коробочке сбоку надпись «промедол 2%«*.

Семь ампул были со спиленными и отломанными шейками, но чем – то заполненные. А остальные 13 штук еще целые.

– Твоя работа!? – глядя на Николаева, рявкнул шеф. Он еще ниже опустил и без того уже опущенную стриженный на лысо набалдашник.

– Ммм-ояя, – промычал младший медработник. Хрясь по роже! От души залепил ему пощечину начальник.

– Т-так, в-ведите его ко мне в кабинет, уже сам начал заикаться нмс.

– Остальным разойдись! И находиться на своих местах! Никому никуда не отлучаться из медпункта! -распорядился начальник.

Тащим провинившегося на расправу и присутствуем при разборке. Еще были приглашены в кабинет начальник пмп старший лейтенант Михайлов и младший врач полка лейтенант Гапоненко. Суть происшествия в следующем. Санитарный инструктор 3-й батареи младший сержант Николаев служил второй год срочной службы. (мой однопризывник, о чем, конечно, он не догадывался).По образованию ветеринарный фельдшер. Бывают и такие казусы в армии. Как и многие, ему подобные, допускался до суточных дежурств по пмп. Как я уже писал, на связке у дежурного много всевозможных ключей. В том числе и от кабинета «неотложной помощи».

Само собою там имеется шкаф с обезболивающими и сильнодействующими медикаментами. К обезболивающим относится и такое наркотическое вещество как промедол. Не выдержал ветфельдшер. Соблазнился на втором году службы. Подобрал подходящий момент и попробовал. Видимо, понравилось. Прекрасно понимая чем ему грозит разоблачение, тем не менее укололся и второй раз. А затем по ампуле, на каждом очередном дежурстве. Ничего умнее не придумал, как заливать опустошенные ампулы водой и ставить обратно в гнезда штатива.

Но они же не запаянные, и мгновенно отличаются от запаянных. На что рассчитывал, мне до сих пор не понятно. Просто оттягивал время и ждал, что, авось, не сегодня обнаружится эта утечка. Видимо, он почему – то понятия не имел что в «НЗ» на чердаке, за фанерной перегородкой этого «добра"навалом. В обязанностях всех врачей медслужбы и начальника аптеки расписана кратность проверки хранения ядов и наркотических средств в год, квартал, месяц… Но не всегда это соблюдается.

При приеме аптеки, я должен был в первую очередь обратить внимание на эту сторону работы. Но и Снова Но! Не имел я достаточного опыта и знаний с этой стороной в медицинской службе. Что в принципе мне и зачлось. Ни слова упрека со стороны начальника не было. Кроме многозначительного, острого взгляда в мои глаза. Виноват, конечно, в первую очередь, штатный начальник аптеки прапор Махлай. Это он так торопился в отпуск, что и словом не обмолвился об этих вещах.

НМС само собой при приеме – передаче дел должен был спросить с нас, но тоже не до того. Было заведено, что при приеме дежурства, каждый заступающий должен проверять и пересчитывать эти препараты… Увы! Доверяем все друг другу. И вот только то, что начальник вспомнил о своих обязанностях, прервало цепочку в преступлении. И снова НО! Докладывать вышестоящему командованию о происшествии? Да положено, но это только на свою голову. Доложишь и получишь на весь размер, что положено в таких случаях по Уставу, приказам и наставлениям.

Да ну его… Лучше похоронить проблему на месте. Начальник решает вопрос по своему. Предупреждает командира батареи, что его подчиненный -жуткая сволочь, не вдаваясь при этом в подробности. И, мол, нуждается в переводе в другую часть, туда где Макар телят не пас. С глаз долой. Командир батареи соглашается всегда в таких случаях с начальником службы полка. Даже не задумываясь. И не вникая в подробности.

Затем нмс идет к начальнику кадров полка. И в дружественно-доверительной беседе уговаривает его, что такого- то бойца желательно

куда- нибудь сплавить из нашей части.

– Окей! -отвечает капитан Юрий Жук.– Федорович, какие проблемы!

Решим.

«Фу! Избавился от проблемы,» – решает НМС полка. И забывает о неком Николаеве. Мы тоже мгновенно стираем его из памяти. Проходит неделя.

Напротив нашего пмп, буквально через узенькую дорогу, на расстоянии 30 метров находится еще один пмп. Как я уже раньше упоминал, танкового полка. Наши соседи по городку. И вот идет мой вечно озабоченный начальник в медпункт. И случайно бросает взгляд на крыльцо соседей. И! несмотря на слабое зрение, но усиленное цейсовской* оптикой замечает. На крыльце, в белом халате, курит и нагло лыбится до ушей младший сержант Николаев, не подавая вида, что узнал, начальник чуть ли не бегом торопится в кабинет. И уже из кабинета звонит своему соседу НМС танкового полка. Тот как раз тоже на месте. Кратко вводит его в курс дела.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.