Несущий свет

Глава 1

Свободное падение стало настоящим облегчением.Словно меня поместили в утробу матери, где ощущалось лишь тепло и спокойствие.Мягкая материя обвивала с ног до головы, а движения конечностями ощущались столь лёгкими, будто тело превратилось в лебединое перо.Со всех сторон обдувал свистящий ветер, трепля густые чёрные локоны, сбивая их вихрем в безобразный кокон.

– У меня всегда были такие волосы? – внезапная мысль возникла в голове, моментально растворяясь в блаженной эйфории.

Улыбаясь самому себе, наслаждаясь приятными ощущениями, я совершенно забыл, что же произошло буквально мгновение назад.

Память превратилась в белый лист, обезличивая мою сущность.

Свет внезапно пропал, будто кто-то затушил свечу, освещающую тёмный тоннель. На её место пришла всепоглощающая тьма.Ослепляя меня. Лишая возможности видеть мир вокруг.Тело перестало что либо чувствовать, а разум заволокло тягучей непроглядной дымкой.

–Таким и будет мой конец…

Словно пытаясь удержать меня от сладостной смерти, чужой голос эхом раздался в глубине сознания.

– Ты еще слышишь меня?

«Кто это?! Где я?»

Пытаясь ответить на вопрос из небытия, не понимая откуда он исходит, я не смог произнести и слова.

«Что происходит?»

Спазмы прошлись по моему телу, которое я снова смог ощутить. Выворачивая его наизнанку, оголяя каждую клеточку кожи, выбивая весь воздух из лёгких.

«Как же больно»

Предсмертное падение переросло в попытки вернуть самообладание над своей же плотью. Внезапные, всепоглощающие страх и ненависть облепили моё сознание, спутали мысли между собой.Вся жизнь начала проносится болезненными отрывками перед глазами.

– Очнись!

Хлопая крыльями вокруг себя, как вдруг, до моих ушей доносится любимый смех мамы. Я запечатлел её светлый образ навсегда в памяти.

В лицо ударил ослепляющий свет и перед мной возник тот день.

Сидя на крыльце с мамой, болтая о насущном, солнечные лучи мягко играли с бликами в её зелёных глазах.Они искрились добротой, а улыбка, которую она всегда дарила своим детям, заставляла забывать о всех проблемах. Рядом братья бегали босыми ногами по согретой траве.Их смех и детская беззаботность наполняли моё сердце особой любовью к своей семье.

Таким спокойным и счастливым я не был давно.

В этот день меня приняли в ряды Божественных воинов, и я их не подвёл, стал лучше и сильнее многих из них.

«Меня уважали»

– Если ты еще можешь услышать мои слова, запомни…, – едва различимый голос пробивался сквозь воспоминания.

В один миг, солнечный день окрасился багровым светом. Яркие лучи солнца заволокли тёмные облака.Воздух наполнился металлическим, тяжёлым и тошнотворным ароматом смерти.Я же запомнил этот запах как потерю родных, как неподвластное безумие, как острую нехватку чего-то важного в своей жизни…

Мамы и братьев уже нет в живых.Их бездыханные, обезображенные тела навсегда останутся душераздирающим кошмаром в моей памяти.

Оглянувшись, я понимаю, что стою в поле вырванных крыльев.Окровавленные перья летают по мёртвому небу, а измученные тела уходят из этого мира, так и не получив Святой молитвы в путь к вечной тьме.Ступая на чавкающие под ногами тела, пытаюсь сдержать боль, что засела в сердце, по всему видимому, до конца моих дней.

Впереди раздаются предсмертные вопли воинов, что сражаются до конца.Их кончина уже предписана, но кем, они так никогда и не узнают.

«Ангелы больше не поют свои песни»

Воспоминания снова прервал голос, что так отчаянно пытался докричаться до меня:

– Место избранного твоё, твоё! Ты должен исправить всё, услышь меня!

Картинки сменяются одна за другой , и вот я уже в Вишневом саду после уроков у Одина. Ароматы плодовых деревьев окружают и дурят разум хлеще настоя «Поцелуй Лилит», что льётся реками на каждом застолье.

Рядом друзья что-то громко обсуждают, взрываясь задорным смехом,подначивая друг друга на забавные, по их мнению, проделки перед приближающимся Выпускным.

Сегодня город готовится к празднеству Благословения.Святые подготавливают храмы к посещениям.Семьи высаживают цветы, которые через время будут украшать их лужайки у дома.Небесные Оркестры репетируют выступления, да так громко, что казалось, могли заглушить мысли своими мелодичными звуками.А в небе парят ангелы с большими массивными крыльями, завораживая своей красотой и мастерством полета.

«И у меня будут такие же», – думал в тот момент я, и ведь не ошибся.

«В моих крыльях могущество»

Голос всё сильнее давит на мое сознание:

– …ты смог обрести такую силу, используй её и не давай никому уничтожить тьму внутри себя!

Воспоминания слились в хаотичный неуправляемый вихрь.

Смех и слезы, радость и кровь.

Все смешалось между собой.

Перекроило настоящее.Сломило будущее.

Но кто знал,что это и есть мой конец.

Нет больше никакого будущего.

Нет смысла.

Нет меня.

Резкий яркий свет выжигает мои глаза.Тело выламывает в разные стороны с такой жгучей болью, что я готов рвать плоть на себе, лишь бы испытать облегчение.

«Я всё еще падаю или уже мертв, ничего не понимаю. Быстрее бы всё закончилось»…

– Освободи меня! – отчаянный, рваный крик вышел из глотки… или того, что осталось от нее.

Свет заполнил меня полностью

Глава 2

Сквозь негу сладкого сна слышится нежное пение птиц.Тепло утреннего солнца мягко разогревает тёмное пространство, пребывающего в царстве Морфея.Сладкий запах спелой вишни наполнил просторную комнату, проникая в каждый её уголок.Солнечные зайчики весело гоняются друг за другом по белесым стенам, отражаясь в большом зеркале посреди спальни. Листья горшечных растений едва заметно трепещут от лёгкого дуновения ветра с балкона, открывающего вид на роскошные сады матери – утопающие в зелени и плодовых деревьях.

– Какое прекрасное утро,– думал ангел, укутываясь в лёгкие одеяла, принимая их нежность на своё тело.Каждое пробуждение давалось тяжело.

Ангел желал продлить время в сонном блаженстве, лишь бы побыть в одиночестве.

В утреннем умиротворении, внезапно, расслабленную голову пронзила острая боль.Ощущения были сравнимы, словно в голову забили длинный ржавый гвоздь, острие которого затупилось со временем.

Такие моменты означали лишь одно.

Видение.

Дыхание сбилось, глаза под веками забегали, пытаясь уловить ясный кадр.

Город словно ожил, после затяжной спячки. Листва деревьев давно обрела зелёные цвета, а восходящее солнце начинает приятно припекать затылок. Рядом кучка детей в пёстрых одеяниях громко смеются и играют в догонялки. Ангелы отмечают праздник. Столпившись на Священной площади все взгляды устремлены на большой роскошный балкон, где стоит Главнокомандующий Апостол.В его руках лежит маленький свёрток из которого торчат розовые гладкие крылья. Счастливые выкрики заполонили площадь, а в душе разлилось что-то тёплое и родное, словно этот момент уже был прожит совсем недавно.

Радость момента мгновенно испарилась, как и обстановка вокруг.

Зелёная площадь изменилась – ангел находился внутри борделя, залитым приглушённым светом.

Не понимая, что происходит, он опустил взгляд вниз, полностью погружаясь в иллюзию своего сознания.

Окровавленные руки скользят по голому телу женщины, что лежит под ним, принимая его плоть в себя. Ладони обвели грудь, задевая торчащие соски, пробираясь выше жадными движениями, словно кто-то хотел отобрать излюбленную игрушку. Глаза ангела столкнулись со взглядом, направленным словно в саму его душу. Наслаждаясь чужим телом, мерзкий скрежещущий смех выбился из его приоткрытого рта, когда ладони добрались до хрупкой бледной шеи, безжалостно сжимая до хруста.

До ушей доносятся лишь предсмертные хрипы бьющейся в конвульсиях девушки. Собрав остатки угасающих сил, она плюнула кровавым сгустком в лицо урода, чья безумная улыбка заполонила все свободное пространство перед её лицом.

– Вы сгниёте здесь заживо, мрази! – последние слова девушки повисли в оглушающей тишине.И лишь ангел смотрел на бездыханное тело с особым удовольствием…

– И сегодня без тебя никуда, – морщась от боли, ангел накинул на себя золотой крест, лежавший под одной из многочисленных перьевых подушек.

В мгновение, всё исчезло. Видение оборвал яркий свет, взорвавшийся глубоко в сознание.

Стараясь расслабить ещё не проснувшуюся голову от очередной атаки, как двери комнаты резко распахнулись.

– Хейлель, пора вставать! Иначе я расскажу родителям, что ты снова летал куда не положено!

Приоткрыв глаза, ангел увидел, как маленькая копия отца с двумя золотистыми косичками сверлит его зеленоглазым взглядом на пороге комнаты.

– Какая же ты вредная всё-таки, Лэйм! Встаю я, встаю, только уберись отсюда, маленькая парш..

Лэйм обеспокоено указала пальцем на своё лицо.

– Снова видения?

Хейлель остановил свою брань и мгновенно протянул руку к глазам.

Кровь…

На его пальцах осталась кровь.Тёмная, горячая, тошнотворная.

– Никому не говори! Видимо крест слетел ночью.Иди, я скоро спущусь.

Лэйм пообещав держать рот на замке, закрыла дверь спальни и убежала в глубь дома.

Потянувшись всем телом в постели, Хейлель вдохнул остатки приятных ароматов, витающих в воздухе, пытаясь успокоиться после таких будоражащих сцен утреннего видения.

Расправив массивные белоснежные крылья, он направился в ванную.

Приведя себя в порядок, ангел поднял голову к зеркалу.

Оттуда на него смотрел самый «чистый» и «прекрасный» святой, как обычно про него говорил народ.

Платиновые густые волосы нежно струились по его плечам, доходя вьющимися кончиками до поясницы.Хейлель любил собирать их в высокий хвост, а в дни тренировок и при длительных полётах заплетал их в косу для удобства движений.Позолоченные глаза, светящиеся под лучами солнца, обвели чёткие линии лица, задерживаясь на каждой веснушке, разбросанными будто звезды на тёмном бескрайнем небосводе.

Образ миловидного ангела из отражения, совершенно не был похожим на чудовище, перманентно засевшем в нем.

Сняв золотой крест, Хейлель опёрся о раковину и погрузился глубоко в себя.

– Остров Мазура, учебники Трикса, Святая Россыпь, Запретные писания.. – шептал он.

– Сколько мест я уже облетел, сколько старых книг прочитано, скольким уже пожертвовал, сколько шрамов осталось на моем теле – и все без толку, ничего из найденного не дало ответов, лишь снова обострило мои гребанные видения! Что ещё я должен узнать, чтобы докопаться до твоей правды?! – острая боль в голове прекратила поток мыслей .

Удар.

Осколки.

Хейлель поднял голову и взглянул в зеркало – или, скорее, на то, что от него осталось.

Налитые кровью глаза.Безумная улыбка.Почерневшие пряди волос.

Желваки, ходящие по лицу.

Образ пугал, но одновременно притягивал своей тёмной, липкой, словно дёготь, энергетикой.

Ангел без креста. Дьявол во плоти.

Сколько бы долгих ночей Хейлель не смотрел на себя в таком облике, он не мог до конца понять, что же за сила в нём скрыта – где-то там, глубоко в душе.

– Что же ты за порождение такое? Покажи мне наконец свою истину! – шипение, полное ярости, вырвалось из его рта.

Скрипучий смех, похожий на царапанье по железу, прошелся по комнате:

– ..ха-ха… ха-ха – ХА – фх-Ха, хфх, – эхом прозвучал голос.– Тебе помочь, славный мой ангелочек? Или всё-таки сам откроешь эту тайну? Хочешь сказать, что уже вырос и сможешь выдержать ту мощь, что сидит внутри? Поглотить её полностью?!

– Смогу, слышишь! Я так долго искал ответы, я устал! Почему ты не можешь оставить меня в покое?! Ты травишь мою жизнь с самого рождения! Пугаешь моих родных, скоро и народ начнет сторониться меня и всё из-за тебя, тварь!

Вздох полный удивления, от оскорбительного обвинения в сторону самой тьмы, прошёлся по комнате.

– Очнись, Хейлель! Вся суть перед глазами, её лишь нужно впустить, открыть свою поганую душу! Открой её!!! Открой! Давай же, не стесняйся, мой дорогой! ОТКРОЙ ЕЁ ДЛЯ НАС!!!

Лицо ангела окрасила отчаянная попытка смирить свою тёмную сторону.

– Что-то не так, эта встреча не похожа на прошлые, – успел лишь обеспокоено подумать он, как пространство резко завибрировало.

Воздух наполнился гнилостным запахом.Из углов ванной комнаты поднимался чёрный густой туман, в котором витали образы обезображенных тварей, потешающихся над Хейлелем.

Кривые руки отродий тянулись к ангелу, с каждой секундой приближаясь все ближе. Пытаясь хоть как-то спастись, Хейлель резко отпрянул от раковины, пятясь к выходу из ванной комнаты, которая превратилась в настоящий ад.

– Не дать ему уйти!

По его приказу, твари, будто сорвавшись с невидимых цепей, накинулись на ангела.Сковывая его тело, лишая любого движения.Царапая облупленными когтями белоснежные крылья, окрашивая их в бардовый цвет.Оставляя безобразные следы после себя на коже.Прокусывая нежную кожу острыми клыками.Доставляя столько боли, от которой у ангела перехватывало дыхание. Ни одно скрытое заклятие Хейлеля не действовало против целой толпы.

Креста не было на его шее, а значит и сил было недостаточно перед своей тьмой.

Контроль принадлежал только ему.

Как по щелчку пальцев твари испарились и перед ангелом возникла смутная тень.

– Надеюсь теперь ты понял, на что согласился? Для нас пути назад больше нет.

Тень, что нависла над ангелом медленно приближалась, пока полностью не прошла сквозь него.

Резкая боль разлилась по телу Хейлеля, выламывая конечности в разные стороны. Сердце безжалостно отбивало ритм, а в голове бушевал самый настоящий хаос.

От животной агонии ангел рухнул на пол.

В попытках вдохнуть, густой туман заполнил лёгкие, сжимая их в тиски.

Закашлявшись от удушья, Хейлель из последних сил прохрипел:

– Я… кх… я всё равно доберусь… кха… до правды, сволочь… смогу тебя уничтожить!Ты… кха… будешь просить о пощаде!

Тело горело от глубоких рваных ран.Лёгкие сжались до хруста.Кровь струилась по лицу, выступая из порезов, оставшихся от разбитого зеркала и безжалостных когтей.

В глазах ангела начало темнеть.

На последнем вдохе Хейлея наступила тишина.

Сколько она длилась, ангел не понимал, но точно знал – он рядом и пребывает в полном удовлетворении от властвования над ситуацией.

Щелчок. Туман исчез.

Щелчок. Хейлель смог вдохнуть полной грудью.

Щелчок. Комната снова наполнилась тёплым солнечным светом.

Пространство заполнил голос, в котором промелькнуло неподдельное веселье:

–Ну все, ладно, я наигрался. Ты стал такой упрямый и даже чуточку веселее, мне такое нравится! Все таки, детская беззаботность прошла, но твоя душа так и не окрепла.Надеюсь, наглость и гордыня помогут тебе в дальнейшем. Я даю один шанс. Спаси нас.

С этими словами ангела словно вывернули наизнанку.Он услышал треск, похожий на битое стекло.

Душа. Второй осколок откололся от неё.

– Я так и знал, – прошептал с лёгкой улыбкой, Хейлель.

Внезапно, всё закончилось. Золотой крест снова появился на шее.

Перед тем, как сознание покинуло ангела, он успел лишь увидеть зарёванную маленькую Лэйм, сидевшую над ним с трясущимися руками в луже его крови.

Она надела на него крест.

– Напугал, –…

Тьма полностью поглотила ангела.

Глава 3

Неделю спустя.

Утром семейство Люминар собралось за большим обеденным столом.

Перед каждым завтраком гостиная наполнялась бурным общением – обсуждением плана на день и новыми школьными сплетнями ,которые маленькая Лэйм так обожала обсуждать с мамой.

– …она сорвала с Древа Жизни плод и хотела его съесть, представляешь? Учитель Сильвия так сильно ругалась, что надорвала голос! Бедная женщина, принесу ей сегодня теплого молока с медом! ,– рассказывала ангел, возмущенно размахивая руками в воздухе.

Для совсем молодой Лэйм многие события принимались слишком близко к сердцу. Хоть жизненный опыт ещё был мал, она всегда старалась чем-то помочь или поддержать своих друзей и близких. И, несмотря на свою эмоциональную чувственность, сохраняла внутреннее достоинство и оптимизм.

– Даже самые хрупкие могут быть сильными внутри,– любила повторять она.

И эта фраза слетала с её уст каждый раз, стоило лишь оказаться в затруднительной ситуации.

Ее искренняя доброта и любовь к жизни вдохновляла окружающих на свершение благих дел.Именно поэтому школьные друзья и прозвали её «Малютка-Лучик».

Сидя напротив,Каин ,старший из детей, в обычной себе манере дразнил Хейлеля:

– Слушай, братец, а кто из нас все таки лучше летает? Наверняка, я буду поумнее тебя, как думаешь? А ты сильнее того громилы, который бегал вчера за нами весь вечер?

Вопросы лились рекой, подстрекая Хейлеля на красноречивые ответы в присутствии их матери.

– Чем ты моешь свои пёрышки, ах какой аромат, а какие мягкие, – Каин провёл рукой по крыльям Хейлеля, все таки опаляя внутренний фитилёк спокойного нрава младшего.

– Достал! Я сейчас сам твои перья в порядок приведу!,– подскакивая со своего места, крикнул Хейлель.

Каждые их споры доходили до абсурда, которые веселили служащих в поместье.

В доме Люминар порой было сумбурно, весело и громко, но тепло и уют оставались неизменными за что слуги уважали и с большой любовью относились к семейству ангелов.

Стоило братьям затеять шуточную бойню, как фарфоровые чашки зазвенели по всей гостиной.Вязкий и сладкий аромат свежей выпечки наполнил воздух, заставляя глотать слюни от желания как можно скорее насладиться вкусным завтраком.

Наконец-то усевшись за завтрак, в гостиную вошёл Авдий, одетый в небесно-голубой плащ.

Прямо он выглядел как воин: на лице заметны глубокие мелкие шрамы, но оно не выглядело старым или измождённым после многочисленных сражений.Широкоплечий и высокий.Его властная аура обволакивала пространство.Становилось сразу понятно, что перед тобой стоит Архангел.

Единственное, что выдавало его бессмертную старую душу – потухшие, изумрудные глаза, лишённые блеска.

– Отец, как прошёл утренний вылет? ,– спросил вставая Каин,протягивая чашку свежесваренного ароматного кофе.

Старший сын был правой рукой своего отца – Главнокомандующего Центральной части Цитадели.

– Кто-то снова пытался прорваться через Купол. Уже в который раз, – раздражённо произнёс Авдий, присаживаясь за стол, делая глоток обжигающего напитка. – Но, засечь пролетающего никак не удаётся. Это становится серьёзной проблемой. Приходится ставить Смотрящих чуть ли не на каждом метре!

Лэйм, сидевшая напротив Хейлеля, бросила презрительный взгляд в его сторону.

Она знала, за кем стоят многочисленные попытки пролететь в запретную зону.

Её молчание в этой ситуации было и спасением, и большим обманом для своей семьи.

– Сыновья могут помогать тебе,– предложила Арабелла, мягко улыбаясь.– Не зря ты научил их управлять силой.У них отличная выдержка, а крылья мощнее, чем у многих твоих воинов, дорогой.

Авдий взглянул на свою жену.

Она была так же красива, как в первый день их знакомства. Серебристые локоны переливаясь под солнечным светом.Голубые глаза сводили с ума, а пухлые розоватые губы манили вновь и вновь – её красота и безграничная любовь окутывали его с каждым годом всё сильнее.

Однако, сбросив очарование любимой девы, но всё ещё тепло смотря на неё, Авдий произнёс:

– Нет, я запрещаю им даже близко приближаться к Куполу!, – в голосе прозвучала строгая решимость. – Каин мне скоро будет нужен в Цитадели, а Хейлель…

Переведя свой взгляд на заживающие раны сына, в его глазах вспыхнули злость и огорчение.

– Белль и Лэйм, оставьте нас не надолго.

– Дорогой, может не сейчас? Детям скоро на учёбу, да и ты устал.

Стоило Авдию взглянуть на свою жену, как она отложила столовые приборы и взяв дочь за руку скрылись в отдалённой комнате.Как только дверь захлопнулась, Авдий повернулся к сыновьям:

– Хейлель, как долго это будет продолжаться?Сколько раз нам с матерью ещё тебе повторять? НЕ. СНИМАТЬ.КРЕСТ. НИ. ПРИ. КАКИХ. ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ!

Ангел сидел молча, потупив свой взгляд.

– Ты ведь понимаешь,что натворил?!, – поднявшись со стула, Авдий расправил свои крылья, заполняя ими все пространство. – Из-за тебя Лэйм теперь мучают кошмары каждую ночь! Из-за тебя она боится темноты! Из-за тебя она просыпается со слезами на глазах! Все из-за тебя и твоего эгоизма!

– Я правда этого не хотел, – с горечью произнёс Хейлель.

– Не хотел он…, – подойдя ближе к сыну, Авдий резко схватил его затылок.Больно сжимая волосы, поворачивая его лицом к себе.－Еще хоть раз я увижу, услышу или узнаю, что ты снимал крест, я отрекусь от тебя! Ты больше никогда не сможешь познать, что такое семья.Оставь в покое тьму.Он тебе не подвластен!

Авдий выдохнул, опустив сына. Напоследок он произнёс:

– С сегодняшнего дня в обязанности Каина вносится подготовка Хейлеля к Посвящению.Нам нужно провести ритуал как можно скорее, чтобы избавиться от возможных последствий в будущем.У вас есть месяц.

Братья переглянулись.

У Каина был свой опыт Посвящения.

Хоть оно и было не из лёгких, но он справился – несмотря на изменения в ритуале внесённые Высшими.

После появления ещё одного сына в их семье ,многие законы пришлось переписать.

*

350 лет назад.

Авдий молчал, глядя в ответ на свою любимую.

Он не знал, что произойдёт там, на разломе.

Ангел не боялся.Уверенный в своих силах и воинах, что стояли с ним на каждой битве плечом к плечу.

– Я обязательно вернусь, обещаю, – прошептал он, поцеловав Арабеллу в лоб. – И пусть всё будет как Высшие решат.

Она взяла его за руку, полная тревоги и надежды.

– Сейчас моих сил хватит только на молитвы, будь сильным, мой воин!, – произнеся сквозь горькие слезы, Белль закрыла за ним дверь.

На месте разлома царил хаос.Тяжёлая, чёрная энергия сочилась сквозь образовавшуюся трещину.Обезумевшие крики доносились с обратной стороны, а скрежет когтей разносился неприятной волной по стенам Купола.

– Насколько давно всё началось? Излагай полный отчёт,– строгим голосом, под стать его должности, произнёс Авдий.

– Пару часов назад. Вы, наверное, слышали гул? Он прошёлся по всему городу. Младшие Сторожевые были первыми, кто заметил нарушения.Рядом никого из посторонних не было замечено, всё происходит с внешней стороны Купола.Перед Вашим прилётом энергия возросла и начала пробиваться.Пока не ясно, что спровоцировало такой всплеск.

– Живые души не определяются?,– Авдий настороженно вслушивался в возгласы животной агонии по ту сторону.

– На удивление, ничего не видно.Будто там никого и нет, но аура настолько мощная для глаз, один из наших мгновенно лишился зрения, стоило лишь начать осмотр…

Пока Главный Сторожевой говорил, трещина начала двигаться, разламывая Купол.

Воины в тот же миг встали в боевую позицию.Отработанные за столетия мастерство действий выглядело так, словно они –один живой механизм.

Встав клином, каждый из ангелов занял своё место по рангу, выводя Главнокомандующего в центр, но в тоже время создавая защитный барьер вокруг него с помощью Заклинателей, что замыкали собой исходную позицию.

Первый осколок, с оглушающим звоном разбившись о землю, показал, кто скрывается по ту сторону.

Воины увидели на горизонте сущностей, не похожие ни на одно из порождений.

В агонии, вопящие, умоляющие, захлёбываясь кровью, они отчаянно приближались к разлому.Надеясь на спасение, несмотря на светлых существ внутри Купола.

Они были готовы принять любую помощь, лишь бы не быть поглощёнными им.

– Спаси, спаси нас, о Святой,пощади-и-и..

Мы примем всё, лишь убереги-и-и…

Святой, Святой, мечи не для нас, а для него-о-о…

Защити!, – дикие возгласы тянулись со всех сторон разлома.

Дрожащие твари с протянутыми руками тянулись к свету, что исходил от Среднего Мира.

– Всем собраться! Оборону усилить! Заклинатели, укрепить барьер на разлом, не впускать ни одну тушу! ,– твёрдым голос выкрикнул Авдий, машинально прорабатывая стратегию по защите своего города.