Тигран. Украду себе жену.

– Я заберу её у тебя.

Тигран замер у подъездной двери, держа в руке электронный ключ, и, обернувшись через плечо, спросил:

– И как же ты это сделаешь, если я тебе обе руки по локти сломаю?

Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза, напряжение между ними искрило. Затем Тигран приложил ключ, открыв металлическую дверь, и вошёл в подъезд.

Пономарёв буркнул своим людям:

– Поехали…

– Кто? – настороженно спросила Марья Семёновна, когда в дверь позвонили.

– Меня зовут Тигран Гри… – начал он, но дверь тут же распахнулась.

– А ну-ка, милок, дай-ка я на тебя посмотрю, – сказала бабушка, окидывая его оценивающим взглядом. Тигран удивлённо посмотрел на неё, затем его взгляд упал на ружьё в её руках.

Женщина, не теряя времени, внимательно разглядывала гостя.

– Ну проходи… Расскажи, кем ты приходишься моей красавице-внучке, а? – произнесла она, подхватив ружьё и указав им на вход.

– Марья Семёновна, вы что, стрелять собрались? – спросил Тигран, в его голосе мелькнула ирония – он впервые видит женщину её возраста с ружьём.

– Да что ты, сынок, я ж добрая! Но ежели кто мою внучку обидеть вздумает… – она выразительно посмотрела на него.

– Надо сказать, тоньше угроз я за свою жизнь не слышал, – усмехнулся Тигран.

– Угрозы? Скажешь тоже, – махнула рукой Марья Семёновна, улыбнувшись, и прошла к окну. – Что, отогнал Катюшиного ухажёра?

– Отогнал. А вам он приглянулся? – спросил Тигран прищурившись.

– Да какой там… Кащей самый натуральный! – отрезала бабушка, и Тигран усмехнулся, подумав: «Она и не представляет, насколько права, назвав его Кощеем».

– Ну, садись давай, сейчас чай пить будем, – засуетилась женщина. Рядом с высоким Тиграном она казалась совсем маленькой. – С вареньем, домашним, – подчеркнула она, делая акцент на последнем слове. – Заодно расскажешь, какие виды имеешь на мою Катюшу.

Она произнесла это с наигранным равнодушием, будто ей не особо интересно, но её глаза искрились любопытством.

*Кащей- герой русских сказок, славился своей худобой и сухостью. происходит от слова, связанного с сухостью, худобой.

Глава 5.

Тигран прищурился, внимательно разглядывая Марью Семёновну, пока та суетилась у стола, готовя чай. Григорян понял, что бабушка не так проста, как кажется на первый взгляд. Теперь он сомневался, была ли она действительно напугана визитом Кащея. Не желая грубить единственной родственнице Кати, он молча прошёл к столу и сел.

– Ну, милок, рассказывай, где и как познакомился с моей Катькой? – Марья Семёновна поставила на стол вскипевший чайник, и пар от него заклубился, поднимаясь к потолку.

Она посмотрела на Тиграна с лёгкой улыбкой, но в её тоне чувствовалась не только бабушкина доброта, но и что-то выжидающее, словно она испытывала его.

Тигран слегка усмехнулся, уголок его губ дрогнул. «Катька, значит», – отметил он про себя, чувствуя, как это уменьшительное имя добавляет Кате тёплой домашней простоты. Но отвечать сразу он не спешил.

– Ох, погоди-ка, сынок, – вдруг спохватилась Марья Семёновна, хлопнув себя по лбу. – Чуть не забыла! Иди-ка, помоги мне достать с верхней полки фарфоровые чашки с блюдцами. – Она указала на старый деревянный шкаф в углу, который выглядел так, будто пережил не одно поколение.

Тигран поднялся, его высокая фигура мгновенно заполнила пространство маленькой кухни. Он подошёл к шкафу, легко дотянулся до верхней полки и достал две изящные чашки с тонким золотым узором.

– Это сервиз, знаешь ли, не абы какой, а ещё советских времён, сейчас таких уже не делают, – с гордостью сказала женщина, выразительно посмотрев на него своими пронзительными голубыми глазами.

– Польщён, Марья Семёновна, – ответил Тигран, ставя чашки на стол.

– Ну, присаживайся, я сейчас вареньице достану, – сказала она, и Тигран с лёгкой улыбкой на губах проследил за ней взглядом. Эта женщина поднимала ему настроение. «Уверен, бабуля раз в полгода чистит ружьё и при надобности из него выстрелит. С такой старушкой не заскучаешь», – мелькнуло в его мыслях, и он вернулся к столу.

Через минуту Марья Семеновна вернулась с баночкой варенья и поставила её на стол, подвинув к Тиграну чашку с блюдцем и ложечкой.

– Вот пробуй-ка, милок, это моё, домашнее. Катюша ягодки собирала у нас на даче, – сказала она, накладывая несколько ложек варенья в блюдце.

– Ну раз сама Катя собирала, то, конечно, попробую, – ответил Тигран, подыгрывая её тону.

– А это правильно. Ну, рассказывай давай бабушке, где познакомились, какие виды на мою девочку имеешь? Всё выкладывай, не поднимай мне давление. – На последней фразе Тигран поперхнулся. Он не ожидал такой прямоты, напоминающей, скорее, допрос у бывалого следователя. – Она ведь у меня одна, – добавила женщина, её голос смягчился, но глаза остались цепкими.

– Марья Семёновна, – начал Тигран, опуская ложку в блюдце с вареньем, – давайте опустим наше с ней знакомство и перейдём к главному. Я сделал Кате предложение, и она согласилась.

– Что ты такое говоришь? – прищурила она свои светлые, пронзительные глаза, словно сканируя его тёмные, смотревшие на неё в упор. – Это ж радость какая! – растягивая слова, старушка взялась за чайник. – Подолью тебе чайку, зятёк, – отведя взгляд, она налила кипяток в чашку и вернула чайник на стол. – Но вот что странно: Катюша моя всегда делится со мной, и такую новость точно бы не утаила, – её цепкий взгляд снова впился в Тиграна.

Он выдержал его, непринуждённо приподняв брови:

– Она просто шокирована и не может поверить в своё счастье.

– Ах, вот оно что… Ну, пей чаёк с малинкой, пей, зятёк, – подбодрила она его.

– Благодарю, – ответил Тигран, чувствуя себя как на допросе. Ему это не нравилось, но он сохранял спокойствие.

– А где ж работает будущий муж моей внучки? – продолжила она, не давая ему расслабиться.

– Я бизнесмен, – коротко ответил он, не вдаваясь в подробности.

– Ну я вижу, что крутой ты мужик, такой моей Катьке и нужен, чтоб как у Христа за пазухой. Но правду хочу знать: воруешь или честно зарабатываешь? – Она встала и для пущей убедительности стукнула указательным пальцем по столу.

Тигран, сдерживая смех, посмотрел на «пожилого генерала» и ответил:

– Слово даю, что не вор.

– А мне слова – что вода, я всё по глазам вижу… – Выдержав паузу, удовлетворённо кивнула. – Вижу, не врёшь. Молодец, что честно работаешь.

– Ну раз мы всё выяснили, тогда поехали, – сказал Тигран поднимаясь.

– Куда? – удивилась Марья Семёновна, её брови поползли вверх.

– Марья Семёновна, после того, что произошло этой ночью, я не могу вас оставить здесь. Внучка ваша не простит меня. Нехорошо начинать семейную жизнь с обид.

– Ты про того худосочного, что ли? Ой, да брось, он мне не страшен, это я за Катюшу испугалась. А мне чего бояться? Я девяностые прошла! – отмахнулась она. – А вот то, что семейную жизнь с обид не хочешь начинать, это хорошо… Молодец.

– Довольно капризное моё будущее, – с лёгкой ухмылкой заметил Тигран, и в его голосе мелькнуло что-то, похожее на нежность. – Давайте так, – он поднялся и полез в карман брюк. – Вот вам моя визитка, если что-то подобное повторится, звоните мне в любое время дня и ночи, – и он положил визитку на стол.

– Ты за меня не переживай, Катюшу мою береги, а то ведь я не посмотрю, какой ты там бизнесмен, – ответила Марья Семёновна, погрозив пальцем, но с тёплой улыбкой.

– Да что вы, Марья Семёновна, как только вы открыли дверь, я сразу понял, с кем имею дело, – в шутку сказал Тигран, подыгрывая её тону.

– Со мной не забалуешь, – усмехнулась она с весёлым задором в глазах.

– Марья Семёновна, не переживайте, Катя в надёжных руках, – заверил он, его голос был твёрдым, но с ноткой уважения.

– А я вижу, – кивнула она. – Это я так… контрольный, так сказать, на всякий случай.

– Вы замечательная бабушка для Кати, – искренне сказал Тигран и, попрощавшись с родственницей своей будущей жены, покинул квартиру.

Глава 6.

Месяц назад

– Ну наконец-то обед! – воскликнула помощница судьи Ника, свернув судебные акты в папку и выключив компьютер. – Ты пойдёшь в столовую, Армин? – спросила она, вставая с места.

– Угу… сейчас, секундочку, мне осталось пронумеровать пару страниц, и всё, – ответила Арминэ, не отрываясь от документов.

– Давай быстрее, никуда не денутся твои «бумажки», – поддразнила Ника, подкрашивая тонкие губы в зеркальце пудреницы. Она думала: «Через пару дней у меня будут такие же пухлые губы, как у этой Новиковой. Посмотрим, к кому тогда будут благоволить мужчины». С хлопком закрыв пудреницу, она кинула её в сумку.

– Всё, я готова, – сказала Арминэ, убирая документы на полку.

– Отлично. Идём тогда, – ответила Ника.

– Подожди, а Катю ждать не будем? – удивилась Арминэ.

– Ой, да ну её, у неё вечно дел по горло. Пошли, – отмахнулась Ника.

– Вот не обижайся, но складывается впечатление, что ты ей просто завидуешь, – честно сказала Арминэ, когда они вышли из кабинета и уже шли по длинному коридору.

– Это я-то? – чуть не взвизгнула Ника, приостановившись от удивления.

– Ну извини, что озвучила очевидное, – удивлённо приподняла тёмные брови Арминэ.

– Ты серьёзно? – воскликнула Ника, но тут же перешла на шёпот, заметив косые взгляды проходящих мимо сотрудников. Она одёрнула себя, вспомнив, что находится в арбитражном суде. – Знаешь, что я тебе скажу, – поправив стильную стрижку «боб», продолжила путь вместе с Арминэ. – Она мне не нравится, выскочка. Эту должность секретаря Игорь Александрович хотел дать мне, но нет же, вездесущая Новикова обошла меня!

– Ник, никогда такого не было. Это тебе так хотелось, – спокойно возразила Арминэ, кивком поздоровавшись с проходящим коллегой.

– Ну спасибо, а я думала, мы подруги, – фыркнула Ника, нервно поправляя ремешок сумки на плече.

– Вот и снова ты лукавишь, – беззлобно улыбнулась девушка. – Ты здесь ни с кем не дружишь. На работе вообще не стоит дружить, тут ты права, но будь честна, только и всего. Вот когда Кате от бизнесмена Григоряна букет курьер приносил, а ты взяла и сдала её судье, и он её потом отчитывал. Зачем ты так поступила?

– И поделом ей, здесь не дом свиданий, – вскинула подбородок Ника и свернула в столовую, где уже собрались коллеги на обед.

Арминэ, чуть помедлив, удивлённо посмотрела на её чеканную походку и вошла следом. Девушки взяли бизнес-ланч и сели за столик. Арминэ попыталась сгладить напряжённую обстановку, созданную Никой.

– Давай не будем ругаться, мы втроём в одном коллективе работаем, – сказала она, глядя на заострённые черты лица Ники.

– Знаешь, что, Армина! Ты её защищаешь, а ведь она встречается с твоим соотечественником. Того гляди, замуж за него выскочит, а тебе всё равно, да? – бросила Ника раздражённо.

У Арминэ выпала ложка из руки и звякнула о тарелку, но шум в столовой заглушил этот звук.

– Как же ты любишь всё обострять, – тихо произнесла она. – Мне всё равно, с кем у Кати отношения, это её личная жизнь.

– Ой, отношения… скажешь тоже, – усмехнулась Ника, набрав ложку супа и отправив её в рот. – Между прочим, у нас с Тиграном было пару раз, он хотел большего, но я… ему отказала. Извини, Арминэ, не принимай это за расизм, но для серьёзных отношений я предпочитаю наших, русских мужчин. Понимаешь?

Арминэ чуть нахмурила лоб, но продолжала смотреть на бестактную коллегу, которая с деланным равнодушием ела свой ланч.

– Я понимаю одно: когда ты говоришь свысока, то пытаешься придать своим словам больше веса, думая, что другие этого не видят. Но ты ошибаешься, пойми уже наконец. Далась тебе Новикова… Заведи свои отношения и будь счастлива. Зависть порождает желчь, и… думаю, ты знаешь, что дальше, – Арминэ встала из-за стола.

– Ты куда? – жёстко спросила Ника.

– У меня аппетит пропал, извини.

Тем временем Катя работала в кабинете и прервалась на входящее сообщение.

«Цветы получила?» – написал Тигран.

«Вот… даже не поздоровался», – подумала Катя, улыбнувшись, и ответила:

«Хочешь, чтобы меня уволили? Нет ещё. А вообще-то неплохо было бы поздороваться».

«Привет», – тут же прилетело в ответ.

«Очень романтичное приветствие», – поддразнила она.

«Я на совещании».

«А чего тогда пишешь мне?» – усмехнулась Катя, прикусив нижнюю губу.

«Скучаю, вспомнил твои сахарные губки. Представь: мой экономист читает доклад, а я смотрю на него и вижу твои губы», – написал он и добавил кучу смеющихся смайликов.

Катя улыбнулась и буркнула про себя: «Вот дурак».

«Ты ненормальный».

«Так и есть, из-за тебя».

Катя довольно улыбнулась.

«Отвлекаешь, у меня целая стопка судебных актов».

«Хорошо, не буду. Кстати, не переживай, не уволят, я с Игорем лично разговаривал. Вечером заеду за тобой».

Катя в душе возмутилась, что Григорян общался с её начальством, но, зная Тиграна, поняла, что он иначе не поступил бы. Вздохнув не без удовольствия, она написала:

«Договорились, только не домой, я бабушке о нас ещё не рассказывала».

«А когда расскажешь? Когда замуж позову?»

Катя замерла, перечитывая это сообщение, а сердце бешено стучало от мысли, что он позовёт её замуж.

«А кто сказал, что я за тебя пойду замуж? Не выйду», – нарочито с безразличием написала она в ответ.

«Ну, значит, я тебя украду», – ответил он, даже не спросив причину.

«Самоуверенный диктатор», – в шутку подумала Катя и написала:

«Ха-ха! Напугал! Мы живём в цивилизованном мире».

«Ну, значит, я тебя цивилизованно выкраду и сделаю своей».

«Всё, я ушла, у меня куча работы».

«Хорошо, иди, я тоже вернусь к совещанию».

Она вышла из чата и секунд десять влюблённо улыбалась, вспоминая пронзительные глаза Тиграна. У неё было много ухажёров, но никто не действовал на неё так, как Григорян. Он мог молчать, просто глядя на неё – настойчиво, властно, – и у Кати от этого взгляда подкашивались коленки. «Это любовь», – говорила она себе. Всё было хорошо: Тигран не просто крупный бизнесмен, перед которым открывались многие двери, но и достойный мужчина. Он никогда не настаивал на близости, потому что у него на Катю были планы длиною в жизнь.

В тот день Катя получила шикарный букет и занесла его в кабинет. А вечером нашла в своей сумке письмо, написанное от руки. По почерку она сразу поняла, от кого оно. В письме подробно описывались встречи Кати и Тиграна: как он пару раз отлучался по делам бизнеса, как их свидания прерывались по тем же причинам. Но, по словам Ники, в это время Тигран якобы развлекался с ней. В конце письма Ника извинялась, объясняя, что влюблена и не может с этим ничего поделать.

Катя, перечитывая письмо, не могла успокоиться. Слишком много подробностей, чтобы считать это ложью.

На следующий день Ника, сидя в кабинете Кати, в слезах рассказывала, как Тигран её любил, пока не появилась Катя и всё не испортила. Это было и обвинение, и жалоба. Кате хотелось провалиться сквозь землю – ведь она сама по уши влюблена в Григоряна. На вопрос, почему Ника молчала всё это время, та ответила сквозь слёзы:

– Думала, он поиграется с тобой и вернётся ко мне. Так всегда и было, он всегда возвращался ко мне, – невинно произнесла Ника, вытирая слёзы. – Только ты не рассказывай никому, особенно Арминэ, – взяла она с Кати обещание и, высушив слёзы, вышла из кабинета.

Катя перестала отвечать на звонки и сообщения Тиграна, решив вычеркнуть его из своей жизни раз и навсегда. Но Тигран не из тех, кто позволяет себя использовать.