Коронавирус-2030

Расследование приобретает интересный поворот

Виктор узнал новые подробности. Он понял, что ему придется навестить Сергея Егеря. Учитывая, что это человек, который прошел войну, от него можно ожидать всего. Поэтому надо было быть осторожным. Александра говорила, что лучше попробовать найти телефон этого человека и созвониться с ним. Встретившись на нейтральной территории, будет значительно безопаснее. Но на это не было времени, поэтому Виктор отверг данную идею.

Через день после получения информации от коллекционеров было принято решение поехать по адресу Новомытищинский проспект, 82 корпус 8 кв. 62 в Мытищах. Это был далеко не новый дом. Однако площадка вокруг него была ухоженной. Зайти в подъезд было несложно, так как домофон не работал. Поднявшись на нужный этаж, Виктор позвонил в звонок 62 квартиры. Сразу услышал шаги и звук открывающегося замка. На пороге стоял нетрезвый человек.

– Привет, малой. Тебе чего?

– Здравствуйте. Вы Сергей Иванович?

– А ты здесь еще кого-то видишь? Я. Что надо?

– Хотел с вами поговорить об одном деле. Вы недавно покупали снайперскую винтовку.

– А еще говорят, что Москва большая. А сухи расползаются, будто в деревушке из десяти домов. Ладно, я так понимаю, мы надолго. Заходи.

Виктор зашел в квартиру. Уже из коридора было видно, что человек здесь живет один, ему не принципиально, насколько хороший будет ремонт. Мебель была только самая необходимая. На основании этого был сделан вывод: или ВДВшник снимает это жилье, или он не заботится о внешней стороне своей жизни.

– Чего стоишь, разглядываешь все? Пойдем в зал.

Виктор вошел в комнату и увидел, что в ней только диван, стол, два стула и телевизор. Минимализм в действии. Штор на окнах не было, но балкон был застеклен. Возможно, это сделали еще прошлые владельцы квартиры. На столе стояла бутылка водки, дешевая закуска, а под столом стояло две пустых бутылки виски. Явное несоответствие: дешевая закуска и элитный алкоголь. Военный сходил на кухню и принес вторую рюмку, налив Виктору в него водку.

– Садись, давай выпьем за знакомство. Кстати, ты так и не представился.

– Я Виктор.

– А я Сергей. Давай, пей.

Виктор выпил водку, но не стал закусывать, сославшись, что не привык этого делать. Он крайне редко пьет такие крепкие напитки.

– А теперь рассказывай, какое у тебя ко мне дело. Но учти, что информация платная. Если у тебя есть при себе 5 000 рублей, то мы договоримся. И учти, что деньги вперед.

Что-то такое предполагалось, поэтому Вик взял с собой деньги. Но он не ожидал, что информация будет стоить так дешево. Он был уверен, что придется заплатить тысяч 20, как минимум. Достав 5 000 рублей, Сергей воодушевился:

– Вот бы всегда так было! И на работу устраиваться не пришлось бы. Ты интересовался винтовкой.

– Да, я тут узнал, что вы недавно хотели ее купить, верно?

– Я? Нет. Она мне и даром не нужна. Знаешь, что наши винтовки намного лучше. Уж я их испытывал в горах во время войны в Чечне.

– А зачем тогда вы купили оружие?

– Потому что меня попросили.

– То есть, вы его купили и отдали?

– Естественно. Мне дали наличными огромную сумму. И еще немало сверху за мои услуги. Я же не дурак, чтобы отказываться от такого.

– Ясно. А можете рассказать, кто именно вас попросил об этой услуге?

– Зачем говорить, я вас могу познакомить. Мы с ним вместе служили. Только у него изначально было звание выше. А сейчас он перешел на менее опасную службу: в следственный комитет.

– Вот как? И кем же он там является?

– Начальником. Генерал Чесноков. Слышал про такого?

– Руслан Петрович?

– Именно. Вы с ним знакомы?

– Мельком. Я бы сказал, что виделись пару раз. Мы в смежных ведомствах с ним работаем. Я в информационной безопасности, а он во внутренних органах. Но иногда помогаем друг другу.

– Значит, ты точно знаешь, что он классный мужик. Своих не бросает.

– Это точно.

– А он не говорил, зачем ему такое необычное оружие?

– Нет. Но я знаю, что он всегда был слаб к оружию. Видимо, коллекционирует.

– Ясно. Спасибо большое. Ладно, я пойду, а то мне надо еще в одно место успеть заскочить.

– Давай, брат. Пока!

Виктор ехал домой и думал. Он понимал, что Чесноков, судя по всему, предатель. Возможно, он как-то связан с убийством президента. Однако неизвестно, как именно. То есть, на данном этапе нельзя доверять следователю: он будет передавать все данные Чеснокову, после чего все улики будут меняться в необходимую генералу сторону. Вечером Виктором рассказал все Александре. Все прекрасно понимали, что в данном случае никак не получится самостоятельно добыть все необходимые сведения. Борису Дмитриеву тоже не стоит сейчас звонить, потому что он – типичный военный. Не разобравшись в ситуации, будет действовать напролом. Поэтому Александра посоветовала мужу обратиться в детективное агентство.

У детективов есть все необходимое, чтобы проводить тайные расследования в рамках действующего законодательства. Таким образом, полученные улики будут иметь юридическую силу. Они могут помочь, чтобы доказать невиновность Виктора и разоблачить действия генерала Чеснокова. Осталось только выбрать подходящее детективное агентство.

Корея наносит удар

Спустя 6 недель, как и предполагалось, власти КНДР получили необходимое количество вакцины. После этого член ЦК ТПК решил, что пора действовать. Слишком сильно влияние Китая в азиатском регионе. Пора сместить центр силы и заставить китайцев заниматься внутренними проблемами. В это время сами корейцы, обладая необходимой вакциной, смогут получить пальму первенства. Тогда многие другие страны будут делать так, как необходимо КНДР. Однако необходимо действовать скрытно, чтобы лидер страны ничего не заподозрил. Он точно будет против такой операции, потому что является довольно осторожным. Если тайна раскроется, то КНДР окажется в изоляции. Но не об этом думал первый государственный лидер. Он горел идеей.

Было решено, что вирус необходимо распространить в Шеньжене. Это густонаселенный промышленный регион. Обезвредив его, Китай сможет потерять огромные деньги. А новый вирус точно оставит Шеньжень в изоляции. Сегодня здесь находится крупный морской порт, международный аэропорт, большое количество складских помещений. Именно через него проходит масса торговых маршрутов.

Для выполнения задания были задействованы гражданские, которые направлялись в Китай. Им было поручено заразить людей в разных частях города. Всего использовалось пять единиц вируса. Заразить можно было только путем прямого контакта вируса с человеком. Таким образом, надо было найти китайцев, которым можно было ввести модифицированный коронавирус. Было рекомендовано атаковать бездомных китайцев, потому что они бывают в разных местах. То есть, биологическое оружие подействует лучшим образом. При этом атаки должны быть по пяти направлениям:

· центр,

· юг,

· запад, восток,

· север.

Как результат, болезнь будет расходиться по региону довольно быстро.

Дав задание, член ЦК партии потребовал пройти вакцинацию, чтобы граждане КНДР не заразились от смертельного оружия. Также было объявлено по всей стране, что срочно необходимо пройти вакцинацию против нового вида оспы. Под видом вакцины от оспы использовалось лекарство из лаборатории «StopCOVID». Оно должно выработать иммунитет против коронавируса, который скоро начнется в Китае.

В России о смерти президента так и не было сказано в СМИ. Он находится на больничном, согласно официальной версии. На самом же деле его тело было в морге. Настало время еще для одной диверсии. Она должна была нарушить процесс производства новой вакцины для других стран. Да и для россиян, в том числе.

Система безопасности была на высоком уровне. Невозможно было проникнуть извне и совершить диверсию. Поэтому злоумышленники решили проникнуть наиболее неподходящим для ювелирной работы образом. Ночью, когда большинство ученых и рабочих были уже дома, на стену установили небольшой заряд взрывчатого вещества. Он должен был пробить вход в лабораторию. Но нужно понимать, что система безопасности очень хорошая. Таким образом, охрана приедет быстро. Есть всего минут 10, чтобы совершить диверсию и убежать.

Операцию проводило четыре человека. Трое непосредственно выполняли задание, четвертый ждал их в машине. У всех были черные маски. Один из них установил заряд и отошел от стены. Несколько секунд и взрыв. Сработали сразу сигнализация и пожарная тревога. Еще не успела осесть пыль, трое диверсантов уже ворвались в помещение и начали стрелять. К сожалению, двое рабочих были внутри кабинета в момент взрыва. Их не убило взрывной волной, так как заряд был слабым. Зато злоумышленники расстреляли их, как и ту технику, что была здесь.

Внутренняя служба охраны побежала к месту взрыва. Хорошо, что все произошло на первом этаже, потому что добраться до места происшествия будет несложно. Диверсанты успели ворваться еще в соседние кабинеты, которые были пустыми. Понимая, что у них мало времени, решили воспользоваться взятыми с собой гранатами. Они позволили увеличить урон.

Тут подбежала охрана и началась перестрелка. Правда, у секьюрити было немного шансов с их пистолетами Макарова против АК-47. Однако одного из злоумышленников удалось подстрелить. Две пули попали ему в ногу. Он закричал остальным:

– Бегите, я их задержу!

Тогда двое других побежали к машине. К тому же уже на улице были слышны сирены полицейских машин. Диверсанты выбежали, попытались забросить коктейль Молотова в окно второго этажа, но промахнулись. После этого они прыгнули в поджидавший их автомобиль и поехали прочь. Тот, который задерживал охранников, решил последний патрон всадить себе в живот, надеясь, что это его убьет. Действительно, боль была адская. Он закричал, однако сохранил сознание и остался в живых.

Охранник подбежал к диверсанту и увидел, что он живой. Понимая, что сейчас нужно действовать быстро, сохранив ему жизнь, решил позвонить Виктору. Его телефон был у всех охранников. Ему нужно было звонить только в экстренных случаях, как этот. Несмотря на позднее время, Виктор быстро взял трубку.

– Здравствуйте. Извините, что так поздно. Это лейтенант Кочкин. На лабораторию напали. Взорвали стену. Один из нападавших ранен и находится у нас. Скоро приедет полиция.

– Что? Полиции еще нет?

– Пока нет, но они прибудут с минуты на минуту.

– Срочно спрячьте раненого, его нужно допросить. И это должен сделать я. Ни в коем случае не говорите о нем полицейским. Скоро буду. Перенесите его в мой кабинет или в какую-нибудь лабораторию, а также заклейте ему рот. Тяжелое ранение?

– В живот. Кровь хлещет.

– Ясно. Передавите рану и ждите меня. Также приедут военные врачи. Они сохранят ему жизнь.

Было немного времени, чтобы спрятать захваченного нападавшего. Лейтенант Кочкин предупредил своего коллегу, чтобы он не говорил полицейским о наличии заложника. Также ему нужно было показать место преступления. Потом он перенес диверсанта в один из кабинетов на втором этаже, а также заклеил ему рот скотчем. Что касается раны, то решил прижечь ее йодом и перевязать ее. В результате попадания йода на мягкие ткани человек закричал и потерял сознание. Таким образом, появилась отличная возможность спокойно перебинтовать ранение и вернуться к полиции.

Виктор, не говоря ни слова Александре, которая тоже проснулась и смотрела на мужа, позвонил Григорию.

– Гриша, здорово. Витя. Нет времени объяснять: ноги в руки и со своим наборчиком ко мне в лабораторию. Надо спасти одного человека от огнестрел. От этого зависит очень многое. Намного больше, чем ты можешь себе представить. А еще возьми с собой помощников, потому что Сашка останется дома с ребенком. И еще: там у лаборатории полиция. К главному входу не подъезжай, ждите меня у пожарного. Я тоже поехал.

– Ок, понял. У нас капитан классный, он точно поможет. Отец в курсе?

– Нет, я ему позвоню по дороге.

Виктор быстро оделся, сказал Александре, что в лаборатории диверсия и есть заложник. Надо срочно его допросить, но он ранен. Как будет информация, он позвонит ей.

По дороге Вик позвонил отцу и предупредил, что из части поедет машина с медиками. Надо, чтобы он позвонил на КПП и дал разрешение. Все подробности потом. Всего через 15 минут все были на месте. Полиция действительно работала на месте преступления. Виктор, Григорий и врачи зашли через один из пожарных выходов, чтобы их никто не увидел. Перед этим все камеры наблюдения были переведены на режим работы только в онлайн режиме. То есть, запись не велась.

Ребята быстро зашли и поднялись на второй этаж, где находился диверсант. По дороге Виктор уточнил, где именно он находится. Зайдя в кабинет, все видели человека, который был без сознания. Из раны сочилась кровь. Григорий быстро подбежал к нему и пощупал пульс.

– Нитевидный. Помогите мне!

Двое другие армейских врачей положили пострадавшего в нужное положение. Третий подготовил кровь для переливания (все необходимое для первой помощи военные привезли), а также адреналин, чтобы ускорить ритм сердцебиения. Также диверсанта подключили к аппарату для мониторинга функций жизнеобеспечения. К счастью, его удалось стабилизировать.

– Вить, как хочешь, но его здесь оставлять нельзя. Он погибнет.

– И что ты предлагаешь, Гриша?

– Не знаю, но к нам его тоже нельзя.

В разговор вмешался капитан. Тот самый, который когда-то спасал Виктора от огнестрела.

– Теперь здравствуйте, молодой человек. Не думал, что снова придется с вами встречаться. И опять в положении секретности. Притягиваете вы к себе неприятности, как магнит.

– Так уж получается, товарищ капитан. Есть предположения, что сделать, чтобы сохранить ему жизнь и допросить?

– А почему мы не можем передать его властям?

Есть подозрение, а также некоторые доказательства, что в полиции есть заинтересованные лица, которые попытаются убить этого человека. Это им необходимо, чтобы замести свои следы. Учитывая их высокий статус, нужно действовать самостоятельно.

– Ясно. Товарищ майор в курсе событий?

– Частично. Я не успел его полностью проинформировать.

– Настоятельно рекомендуют сделать это сейчас. Тогда появится вероятность, что мы сможем пару дней придержать подстреленного у себя.

– Понял, уже звоню.

Виктор набрал номер отца и коротко рассказал о своих подозрениях, попросив придержать диверсанта пару дней у себя. Только после получения согласия военные медики взяли пациента и перенесли его в машину. Сам Виктор направился к полицейским, чтобы дать показания и получить от них информацию. Что касается камер видеонаблюдения, их подключили сразу, когда машина с медиками уехала.

Заминочка вышла

Вирус в Китае начал распространяться довольно активно. Корейцы были уверены, что их страна в полной безопасности, поэтому не стали предпринимать меры по ограничению транспортного сообщения между государствами. Но постепенно стали фиксироваться случаи нового заражения коронавирусом. Врачи заявили, что это новый штамм, который ранее был неизвестен. Требуется срочно принимать меры по обеспечению безопасности нации. Таким образом, над всем миром снова нависла угроза. А те, от кого она исходила, не могли получить своевременную помощь в виде вакцины.

Корейцы модифицировали первоначальный штамм, от которого было лекарство. Считая, что модификация незначительная, лекарство будет работать. Но это не так. Китайцы тоже достаточно быстро заявили о появлении нового штамма коронавируса. Всего за 3 дня заболело свыше 90 000 человек. Это намного заразнее известных ранее болезней. У больных были схожие симптомы:

· покраснение глаз,

· сильный кашель,

· боль в горле,

· ломота суставов.

В тяжелых случаях диагностировалась дезориентация. Люди не понимали, где они и чем занимаются. В связи с этим они часто попадали в ДТП, падали, получая смертельные ранения. Если у пациентов были другие хронические заболевания, они переходили в острую форму. Нередко случалось кровоизлияние в мозг, участились случаи инфарктов. Новый вирус убивал очень быстро. Требуется полноценное международное сотрудничество, чтобы разработать вакцину. А для этого корейцы должны передать свое модифицированное биологическое оружие. Но тогда страна подставит сама себя. Поэтому виновник всего случившегося решил занять выжидательную позицию.

Первые дни после диверсии

В СМИ заявили, что в диверсии были заинтересованы другие страны. Однако не было информации, кто именно заказал эту операцию. Известно о четырех диверсантах, которые прорвались в здание, взорвав часть стены. Также сообщается, что президент по-прежнему болеет и не может вернуться к выполнению государственных дел.

Виктор не спал всю ночь. После разговора с полицейскими пришлось ехать к следователю. Он вел разговор так, будто потерпевший был еще и обвиняемым. Таким образом, Виктору приходилось оправдываться, говорить о своем алиби. Подобная манера диалога заставила его понять, что его действительно пытаются обвинить в смерти президента. Это было бы идеально для многих, потому что не будет раскрыт заговор. Возможно, дело носит политический или международный характер.

Почти три часа пришлось провести в кабинете следователя. Оттуда Виктор поехал в лабораторию, чтобы посмотреть камеры видеонаблюдения. Преступники, видимо, хорошо подготовились. Они выбрали такое место для стоянки автомобиля, что их невозможно было увидеть. Всего несколько секунд были видны сами диверсанты, после чего они скрылись под камерой. Там они и заложили взрывчатку. А затем интересующая Виктора камера вышла из строя. Он мысленно выругал себя, поняв, что все надежды только на захваченного диверсанта. В связи с этим пришлось ехать к отцу в часть.

Подъехав к КПП, он позвонил папе. Тот встретил его и проводил в свой кабинет.

– Сначала поговорим. Мне надо знать все, чтобы я имел возможность помочь тебе.

– Папа, не стоит…

– Стоит! Мой сын опять в опасности. И на этот раз опасность покруче. Поэтому я внимательно тебя слушаю.

Виктор решил рассказать отцу правду, взяв с него обещание молчать.

– Папа, я нахожусь под следствием. Вроде, я свидетель. Однако следователь разговаривает со мной, как с обвиняемым. Если бы были реальные улики, меня бы давно посадили.

– Ты что-то украл?

– Нет. Хуже. Я разговаривал с президентом во время его убийства. И в комнате никого больше не было.

– В каком смысле убийством? Он же болен.

– Это официальная версия. На самом деле мы сидели и разговаривали. Он мне говорил о своих подозрениях. Ваганов боялся, что корейцы могут использовать штамм коронавируса, который он продал им еще пять лет назад. Он отличается от предыдущего, так как более опасный. А недавно мы отгрузили им последнюю партию вакцины. Заказ был очень крупный.

– Погоди, голова идет кругом. Так, президент убит. Тебя подозревают, но нет улик.

– Охрана была за дверью. Начальник охраны говорит, что знает, что это не я. Но при отсутствии виновника надо будет найти крайнего. Так как я был на месте убийства, то крайним буду я.

– Хорошо, а почему ты не можешь довериться следователю?

– Я тут провел расследование. Убивали Ваганова из редкого оружия. Оно есть только у двух человек в Москве. Переговорил с ними обоими. Оказалось, что один из них продал винтовку. А покупателем был никто иной, как начальник следственного комитета. Как ты думаешь, папа, могу ли я довериться обычному следователю в этом вопросе? Или же его заставят изменить улики, если генерал узнает, что против него копают?

– Да уж. Ты реально вляпался. Надо действовать тонко. Что ты предлагаешь?

– Сейчас надо допросить пленного, а потом буду составлять дальнейший план. Саша согласна со мной, что нельзя действовать напрямую через следственный комитет. Поэтому, видимо, придется нанять частных детективов. Только они не будут знать об убийстве президента. Так как есть высокая вероятность, что у меня дома будут проводить обыски, то предлагаю хранить улики у тебя. Если со мной что-то случится, ты их сможешь обнародовать.

– Хорошая мысль. Так и сделаем. Только детективы тоже должны меня информировать из тех же соображений.

– Согласен с тобой. Когда я могу допросить заложника?

– Сейчас. Пойдем.

Виктор и Борис Дмитриевич пошли в армейский госпиталь. Новый пациент содержался в отдельной палате. Он был связан, рот ему заклеили. Его состояние было стабильным, поэтому возможно было осуществить допрос. Капитан проводил майора и его сына, сказав, что должен присутствовать во время допроса. Дело в том, что состояние может резко измениться. Тогда нужно будет оказать срочную помощь. Борис Дмитриевич согласился с этими доводами.

Зайдя в палату, человеку освободили рот. Начал допрос Виктор.

– Итак, я сейчас задам тебе несколько вопросов. Поверь, искать тебя здесь никто не будет. Если ты будешь говорить правду, у тебя есть шансы выйти отсюда живым. Если же наш разговор ничего не даст, то мы тебя будем пытать. Это будет мучительная боль. И ты нам все равно скажешь все необходимое. Но выбраться живым уже не выйдет. Скажи свое имя.

– Коля.

– Коля-Коля, Николай. Николаша, какого черта вы забыли в моей лаборатории?

– Я не могу вам этого сказать.

– А если подумать?

Виктор взял в руку скальпель, который лежал неподалеку, поднес его к лицу Коли и сказал, что будет вынужден немного надавать. Ответа не было. Майор вмешался в разговор.

– Отойди, не надо. Ты только порежешь его, но ничего не добьешься. Я скоро буду.

Через несколько минут Борис Дмитриевич вернулся с обычными канцелярскими иглами.

– Вот, эти иголки, заходя под ногти, причиняют неимоверную боль. С их помощью удается раскалывать даже самых твердых. А этот таким не выглядит. Буквально пару иголок, после чего заговорит.

Пленник начал кричать и пытаться вырваться.

– Вы не имеете права так со мной обращаться! Пустите. Не надо, пожалуйста! Я вам все расскажу!

Его частота сердцебиения резко выросла.

– Конечно, расскажешь. Но я хочу услышать правду, а для этого нужно причинить немного боли. Иначе ты мне начнешь перемешивать правду с ложью.

– Что б я сдох! Клянусь, что скажу только правду. Только помогите мне потом сбежать из города.

– Сначала информацию. А потом мы решим, насколько она действительно опасна для тебя и ценна для нас.

– Это Чесноков! Он начальник следственного комитета. Он обещал уничтожить наши дела в полиции, если мы совершим диверсию.

Отец и сын Серовы переглянулись, после чего Борис Дмитриевич продолжил:

– Зачем ему это нужно?

– Не знаю. В нашем положении не принято спрашивать.

– Товарищ капитан, дайте, пожалуйста, иглы.

– Нет, пожалуйста. Я говорю вам правду. Я без понятия, зачем ему это нужно. Наверное, это связано как-то с его иностранными счетами.

– Какими счетами и откуда ты про них знаешь?

– Как откуда? Про них все наши знают. Я хакер. Попался на взломе одного правительственного портала. Я так понял, что Чеснокову нередко приходят деньги из разных стран. В основном, из Кореи, Армении и Германии. Да вы и сами это можете проверить. У него счета в Bank of America, Deutsche Bank и Bank of China.

– Почему ты так интересовался его счетами?

– Я пытался нарыть против него информацию, чтобы не идти на это дело. Сами понимаете, что хакеру что-то взрывать очень опасно.

– Что нарыл?

– Недавно ему пришла довольно крупная сумма от КНДР. Он отправил ее на счета различных компаний. Что с ними стало дальше – не знаю. Но точно они под каким-то видом вернулись к Чеснокову.

– Кто твои сообщники?

– Это мои знакомые. Тоже не раз преступали закон, поэтому были заинтересованы в том, чтобы информация о них была удалена.

– Где они живут?