Ресторан «Кумихо». Воплощение желаний

구미호 식당 4: 구미호 카페

NINE TAILED FOX RESTAURANT Volume 4: Nine Tailed Fox Café

박현숙

구미호 식당 4: 구미호 카페

NINE TAILED FOX RESTAURANT 4: Nine Tailed Fox Café

Copyright © 2022 Hyun Suk Park

Russian Translation Copyright © 2025 AST Publishers Ltd. All rights reserved.

This translated edition was published by arrangement with Special Books through Shinwon Agency Co., Ltd.

© ООО «Издательство АСТ», 2025

© Сок Хёна, перевод на русский язык, 2025

Кафе, работающее при луне

Дождливые вечерние сумерки озарились светом полной луны.

На перекрестке ко мне обратился парень с просьбой поучаствовать в соцопросе. Я пожалел его и взял протянутую мне анкету. Вопросы в ней были самые заурядные – касающиеся сокровенного желания. Не особо раздумывая, я быстро заполнил листок.

Парень, покончив с формальностями, угостил меня леденцом на палочке, к которому был приклеен флаер. На нем бросились в глаза слова: «Вас ждет волшебство наяву», а рядом – схема проезда и приписка о том, что вход только с флаером.

Когда я, сунув в рот леденец, продолжил путь, дождь внезапно прекратился, словно по заказу. Место, указанное на схеме, находилось неподалеку.

«Волшебство наяву? А вдруг там исполнится мое сокровенное желание?»

Конечно, у меня была заветная мечта, тем не менее абсурдность обещания на флаере вызвала усмешку… Впрочем, желание приобщиться к волшебству оказалось сильнее, чем я предполагал. Я как околдованный шел вперед, время от времени сверяясь со схемой.

Район оказался полностью заброшенным: жители успели выселиться из домов, попавших под снос. Атмосфера окутанного сыростью и сумерками места была тяжелой и зловещей. Даже когда темная туча, грозно нависшая над скрытыми во мраке окрестностями, уступила место луне, в ее мягком сиянии пустые дома стали выглядеть еще более убогими и мрачными.

Внезапно поблизости раздался скрип металлической двери, словно ожившей в полнолуние. Я начал озираться по сторонам: неужели кто-то живет в этом заброшенном месте? Вскоре мне стало понятно, откуда донесся звук. Это открылась кованая калитка у дома, стоящего метрах в тридцати от меня. Из-за нее размашистой походкой вышел молодой человек, поставил на землю вывеску и снова скрылся за забором.

КАФЕ «КУМИХО»

– гласила надпись.

Это было совершенно неожиданно. Район, где не осталось ни одной живой души, и действующее кафе никак не сочетались между собой.

Я осторожно заглянул за калитку: от нее до входной двери дома с двух сторон тускло горели фонарики, а сам двор утопал в желтоватом сиянии полной луны и подсветки. Вся стена одноэтажного строения с низкой крышей состояла из стекла, сквозь которое виднелось помещение кафе.

Войдя во двор, я неуверенными шагами подошел к окну. В этот момент резко приоткрылась дверь, и тот же незнакомец произнес:

– Добро пожаловать! У вас есть наш флаер? Пожалуйста, приложите его штрихкод к этому устройству.

Я вытащил из кармана скомканный бумажный листок, расправил его и приложил к терминалу. Раздался громкий звонок, и входная дверь открылась настежь.

Интерьер был выполнен в мрачных тонах: столики и стулья из темного натурального дерева, тех же оттенков паркет. Негромко звучала музыка.

– Добро пожаловать, дорогой гость! Сегодня в честь открытия мы бесплатно угощаем посетителей нашей выпечкой. Вообще-то, кафе имеет долгую историю, но открылось вновь после ремонта. Надеюсь, вам очень понравится здешняя особая атмосфера. Мы будем стараться, чтобы все гости остались довольны. Вон там на стене наше фирменное меню. Ой, одну минуточку! – Он достал из кармана бумагу, исписанную мелким убористым почерком. – Так-так, вас зовут О Сону. Советую заказать наше коронное блюдо «Сытная французская булка». Стоит вам попробовать его, как сбудется ваше самое заветное желание. Я имею в виду, что это блюдо обладает магическими свойствами. А пока я буду готовить, рекомендую осмотреться в кафе.

Официант, он же, судя по всему, и повар, почтительно поклонился и скрылся на кухне.

МЕНЮ

«Сытная французская булка»

«Яблочная нежность»

«Сладкие узы»

Бросив рассеянный взгляд на меню, я огляделся по сторонам. Одну из стен почти полностью занимала довольно длинная стеклянная витрина, в которой были выставлены различные предметы.

Книга, керамическая кружка с нарисованным персонажем, шерстяные перчатки, кроссовки, туфли, карандаш, записная книжка, сумка и ремень, несколько пар разномастной обуви. Хватало одного взгляда, чтобы понять, что все вещи не новые. От них неуловимо веяло следами времени, а в некоторых местах они были потрепанными и засаленными. Увлеченный витриной, я даже не заметил, как подошел официант.

– Дорогой гость! Вам что-нибудь понравилось? В таком случае покупайте не раздумывая: это именно то, что вам нужно.

– Здесь все на продажу? Вы торгуете подержанными вещами?

– Вынужден признаться, что выражение «торговля подержанными вещами» соответствует истине, потому что ими действительно уже пользовались. Но их бывших владельцев больше нет на этом свете, они покойники.

– Что-о? – Я подумал, что ослышался.

– Как ни прискорбно, люди, которым они принадлежали, умерли. Нам же поручено продать их. Ох, вот растяпа, не дай бог, хлеб подгорит! Вы пока хорошенько присмотритесь к ним. – И официант поспешил на кухню. Аромат свежей выпечки разносился по всему кафе.

«И что здесь такого?» – решил я про себя.

Нельзя же выкинуть все вещи только потому, что их владелец покинул этот мир. Часть из них родные и близкие ушедшего оставят себе в память о нем, остальное может очутиться на полках секонд-хенда, а что-то наверняка будет тихо пылиться в дальнем углу кладовки, оставаясь невидимым для окружающих. Не исключено, что некоторые из подержанных вещей, которые я когда-то купил, тоже принадлежали покойникам.

Без особого интереса я разглядывал предметы, выставленные на витрине. Мне ничего не приглянулось – видимо, виной всему были слова, услышанные от работника кафе. Однако мой взгляд снова и снова возвращался к записной книжке.

– Пожалуйста, ваш заказ, – произнес официант.

Внешне блюдо выглядело как обжаренный в сухарях пирожок, а на вкус напоминало свиной шницель, только мясо под хрустящей корочкой оказалось более нежным и сладковатым, чем в отбивной.

– Как вам наша выпечка? – поинтересовался ресторатор.

– Очень аппетитная, сладковатая.

– А вы не чувствуете сытости после всего одной порции? Она способна утолить и вашу заветную страсть. К сожалению, есть у блюда недостаток, если это можно так назвать: быстро проходящее чувство сытости. Ну что ж, раз вы поели, можете еще раз осмотреть нашу витрину, – предложил официант.

«Здесь бесплатно кормят, чтобы заставить приобрести что-нибудь из вещей?» – мелькнула в голове внезапная догадка.

– Разумеется, вам необязательно совершать покупку сегодня. Мы никуда не торопимся. Я невозмутимо и безропотно ожидаю уже очень-очень долгое время длиною в бесконечное множество кальп[1] – что мне стоит проявить терпение? – с легкой усмешкой добавил собеседник.

Я подошел к стеклянной витрине. Взгляд без конца возвращался к записной книжке. Несмотря на то что я умышленно переводил его на другие предметы, раз за разом она притягивала мое внимание.

Даже после возвращения домой на ум то и дело приходил старый потрепанный блокнот. Во мне окрепло ощущение, что он станет моим проводником в волшебное измерение.

Назавтра я снова отправился в кафе «Кумихо». День выдался безоблачным, а ночью ярко светила луна. Только со второго посещения я заметил на вывеске у двери режим работы заведения. Видимо, в первый визит мне просто было не до того. Надпись гласила:

Кафе «Кумихо» работает при свете луны.

Добро пожаловать в полнолуние, новолуние и полулуние!

Мы открыты также при дневной луне.

– Сегодня, в честь второго дня после открытия, все блюда нашего меню снова предоставляются за счет кафе. А вы тем временем можете, не торопясь, оглядеться здесь.

– Как, опять бесплатно?

– Совершенно верно, уважаемый гость.

Ну надо же, вчера угощали в честь открытия, а сегодня – в честь второго дня. Я окинул взглядом помещение: кроме меня, не было ни одного посетителя.

Кажется, хозяин кафе твердо решил прогореть. Какая жалость! Ведь он, наверное, вложил большие деньги в ремонт дома. Во мне проснулось сочувствие к владельцу, которого я ни разу не видел, и одновременно подозрения, нет ли у него какого-нибудь коварного умысла. Тем не менее я был не в силах просто взять и уйти. Таинственная записная книжка обладала надо мной странной властью, притягивая к себе как магнитом.

Я нехотя подошел к витрине. Блокноты всегда казались мне ненужным хламом с запахом макулатуры: кто в наше время пользуется подобными вещами, когда все можно сделать с помощью мобильного телефона? Однако я снова и снова ловил себя на том, что пялюсь на него.

– Дорогой гость, ваша «Сытная французская булка» готова.

Официант поставил тарелку с заказом на мой столик. Откусив немного, я ощутил нечто, чего не заметил в первый раз. Наряду со сладковатым привкусом я уловил знакомый специфичный запах, присущий недожаренному мясу. Помню его с детства, когда от души наедался в гостях у дедушки по матери, который в то время держал мясную лавку. Вне всякого сомнения, это был тот самый вкус.

– Снова уходите с пустыми руками? Что ж, не торопитесь, мы подождем. Вы все равно купите предмет, который заинтересовал вас, – самоуверенно бросил официант на прощание, когда я выходил из кафе.

В следующий раз я пошел туда еще через три дня. На послеобеденных занятиях в школе я заметил высоко в небе за окном белый диск луны, с трудом дождался звонка с последнего урока и, будто ведомый некой таинственной силой, направился в кафе «Кумихо».

В тот день я встретил там Чирэ. Точнее, заметил ее с улицы через окно. Она стояла перед витриной и задумчиво теребила пальцами подбородок. Сердце забилось так, словно вот-вот выпрыгнет из груди, – настолько сильно я удивился в тот миг, когда увидел ее в таком неожиданном месте.

– Добро пожаловать! – поздоровался официант, открывая передо мной входную дверь.

Она оглянулась на его голос, и наши взгляды пересеклись. Казалось, она собирается что-то сказать мне, да я и сам хотел заговорить с ней… Но как обычно, мне не хватило смелости, впрочем, как и ей.

– Посетители, хоть раз побывавшие в нашем кафе, попадают в список постоянных клиентов. Вам больше не нужно носить с собой флаер. Я говорил об этом в прошлый раз, но вы, наверное, забыли. Достаточно всего лишь резко дернуть за входную дверь – и вы внутри. Кстати, я хочу сделать важное предупреждение и прошу вас запомнить: если встретите здесь знакомого человека, сделайте вид, что видите его впервые, – произнес официант, отходя в сторону от двери и приглашая меня войти.

Его слова прозвучали так, будто ему известно, что мы с Чирэ знакомы. Я присел за столик в углу затаив дыхание. Вскоре за окном показалась ее фигурка, выходящая за ограду кафе.

Я подозвал официанта:

– А та девочка, которая недавно стояла у витрины, что-нибудь купила?

– Она очень долго колебалась, взять приглянувшуюся вещь или нет, и в итоге ушла с пустыми руками. Поверьте мне, когда-нибудь она все равно решится.

– А она в курсе, что весь ваш товар принадлежал покойникам?

– Само собой! Мы всегда говорим правду посетителям. В нашем кафе не принято впихивать товар нечестным путем. – Молодой человек едва заметно нахмурил лоб.

– Даже не знаю, удобно ли будет задать вам такой вопрос… А вы, случайно, не заметили, какая вещь заинтересовала ту девочку?

Мне было небезразлично все, что связано с Чирэ.

– Гм, мы обязаны хранить секреты наших гостей, даже самые маленькие. Но сегодня на дневном небе отчетливо видна удивительно большая луна – в такие дни можно раскрывать тайны без последствий. Девочка пристально смотрела на шерстяные перчатки. Кстати, она съела «Яблочную нежность». Заказы гостей отличаются в зависимости от того, чего они страстно хотят, – ответил официант, глядя в панорамное окно. Там далеко в небе виднелась дневная луна.

Я подошел к витрине и поискал глазами шерстяные перчатки. Их лицевые и тыльные стороны были связаны из ярко-красных ниток, а пальцы – из зеленых. Самые обычные, не особо красивые и ничем не примечательные. Мне стало любопытно, почему Чирэ заинтересовалась ими, ведь сейчас не тот сезон, когда нужны перчатки. Рядом лежала маленькая этикетка:

Дата поступления в продажу: май 2022 г.

Информация о заказчике: конфиденциальная.

Особое условие: двадцать дней.

«Особое условие? Что это значит?»

Я перевел взгляд на записную книжку.

Дата поступления в продажу: 3 июня 2000 г.

Информация о заказчике: конфиденциальная.

Особое условие: двадцать дней.

Я обратился к официанту:

– Что такое «особые условия»?

– Я могу сообщить их только при покупке. Вы будете брать эту вещь?

– Нет пока… Я еще немного подумаю.

– Вас смущает, что вещь принадлежала покойнику, верно? Ничего, я могу ждать сколько угодно. Понимаю, вам нужно хорошенько присмотреться к ней, ведь если вы хоть раз скажете, что хотите ее купить, то это придется сделать. Конечно, нужно быть внимательным перед покупкой. Всего хорошего!

Молодой человек почтительно кивнул и отвернулся.

– А цена? Почему она не указана на вещах?

– Цену я сообщу только тогда, когда вы решитесь на покупку.

– Постойте, как так? Вы ведь сами говорили, что если я заинтересовался вещью, то должен обязательно ее приобрести. Но для этого нужно прицениться. Нельзя же взять товар, если не хватает денег. Что будет, если я скажу, что беру записную книжку, а она мне не по карману? Я смогу отказаться от покупки, если цена окажется слишком высокой?

– Нет, однажды выразив желание купить вещь, вы обязательно должны приобрести ее. Сообщите мне, когда сделаете выбор.

– Чушь собачья! Вы что, не понимаете, о чем я говорю?

– Мне все понятно, но, увы, таковы наши правила. Я могу сообщить цену вещи только в том случае, если вы готовы взять ее. Этот секрет не подлежит разглашению даже тогда, когда луна видна на дневном небе. Кстати, дорогой гость, сегодня в честь первой недели со дня открытия кафе мы угощаем «Сытной французской булкой». Очень надеюсь, что вам понравится наше гостеприимство и уважительное отношение к посетителям, мои слова и поведение. Хотя в этом можно не сомневаться, ведь меня обучал сам господин Кандэ, основатель легендарной сети кофеен.

Официант вежливо поклонился и скрылся на кухне, а я начал торопливо искать информацию в поисковике.

Кандэ первым в стране внедрил и адаптировал заимствованную субкультуру кафе. Выдающийся бизнесмен, основатель легендарной сети процветающих кафе, насчитывающей около тысячи точек в Корее. Погиб в автокатастрофе в двухтысячном году.

«Что за ерунда?»

Я с подозрением окинул взглядом официанта: на вид ему было чуть больше тридцати. Вероятность того, что он лично знал человека по имени Кандэ, равна нулю. Похоже, его слова – сплошное вранье. Хотя мне нет никакого дела, учился он у основателя кафе или нет.

«М-да, кафе выглядит все более странным».

Снова закралось то нехорошее предчувствие, возникшее в самый первый раз, когда я пришел сюда. Все-таки в этом сомнительном месте клиентов угощают выпечкой, чтобы заставить купить вещи покойников. Наводило на подозрения и нелепое условие обязательно приобрести вещь, если однажды сказал, что берешь ее. Еще и все время пытаются накормить одной и той же бесплатной булкой… И это в наше-то время, когда принято требовать деньги обратно после покупки вещи только по той причине, что она не понравилась? Хватает и таких, кто возвращает товар, уже не раз попользовавшись. И только в этом странном заведении совершенно абсурдные маркетинговые приемы. От обещаний волшебства и свершения сокровенных желаний тоже попахивает аферой, причем ощутимо. После съеденной в третий раз «Сытной французской булки» я еще отчетливее почувствовал неприятный привкус.

Нарушитель моего спокойствия

«Гондола-2», «Манду-3»…[2] Всю неделю бушевали тайфуны, принесшие с собой сильные ливни. Мощные потоки воды лились с неба, не прекращаясь ни на миг и угрожая наступлением всемирного потопа.

«Прежде чем пойти в кафе ‘’Кумихо’’, придется дождаться луны…»

Когда я побывал там в третий раз, пришел к мысли, что место довольно сомнительное. Заподозрил, что там орудует шайка мошенников, и пообещал себе не попасть в их ловко расставленные сети. Для этого лучшим способом было никогда больше не ходить туда, однако, сам того не желая, я с нетерпением ожидал появления луны. Казалось, меня охватило колдовское наваждение: я постоянно проверял прогноз погоды, чтобы узнать, когда закончится дождь и небо прояснится.

В пятницу поздней ночью тайфун «Манду-3» передислоцируется в акваторию Японского моря, а с субботы ожидается типичная для сезона осенняя погода.

– Эх, когда уже погода наконец нормализуется? – вздохнул Чжеху, уже почти полчаса простояв перед зеркалом и без конца укладывая свои короткие, стриженные под ежика волосы то дыбом, то зачесывая их набок.

– Откуда ты знаешь, что я гуглю прогноз погоды?

– Есть способы.

– Я спрашиваю: откуда ты знаешь?

– Ты чего бесишься? Зачем лезть в бутылку по пустякам? Интересно, откуда я знаю? Ты ведь только что взял в руки мобильник со словами: «Когда уже прекратится этот долбаный тайфун?» Не будь такой колючкой.

Чжеху в очередной раз поставил зачесанную набок челку дыбом.

Мне хотелось огрызнуться, что нечего подслушивать мои бормотания, но я передумал. Это было бы чересчур, даже несмотря на то, что я терпеть его не могу.

– Как лучше: зачесать их или поставить дыбом? – спросил Чжеху, оглянувшись на меня.

Высокий лоб, точеные ноздри, довольно большие добрые глаза без двойного века, четко очерченные губы наряду с совершенной формой лица и отличными пропорциями тела – у него все идеально независимо от того, как он уложит челку.

Вместо ответа я встал и с недовольным видом вышел из комнаты, буркнув на ходу:

– Достал ты меня!

В один прекрасный день Чжеху ворвался в мою размеренную жизнь и полностью нарушил ее покой. Каждое его слово или действие вызывали во мне недовольство, раздражение и просто бесили. Меня трясло от злости даже при виде его затылка. Иногда я представлял себе, как было бы здорово, если бы кто-нибудь подхватил пинцетом его за голову и изъял из моей привычной жизни.

Чжеху – сын моей тети, уехавшей на год с мужем в заграничную командировку. Вот почему двоюродный братец появился в нашей квартире и мне пришлось делить с ним комнату. Тетя, видите ли, решила, что для третьеклассника средней школы[3] рискованно надолго уезжать за границу: якобы там слабо обучают математике, и она боится, что, вернувшись домой, сын безнадежно отстанет от программы и сделается неудачником. Стоит ли говорить, что ее опасения были совершенно напрасны, ведь Чжеху и так не питал тяги к знаниям, а потому его успеваемости ничто не угрожало, проживи он за границей год или даже десять лет. Вряд ли тетя, как его мать, не понимала того, что было очевидно даже для меня. Судя по всему, она просто не хотела возиться с ним, предпочитая развлечения и путешествия. Хотя, боюсь, в ее случае сказать «предпочитая» недостаточно – видимо, ей хотелось беззаботно прожить целый год, вовсю наслаждаясь очарованием и экзотикой одной из стран Юго-Восточной Азии, куда отправили ее мужа по работе.

Наверняка кто-то возразит: «Да ну, не может быть, чтобы родная мать бросила сына-подростка в такой важный период жизни». Однако мир многогранен, и матери в нем попадаются разные. Кто-то из них жертвует всем ради детей, а есть совершенно другие. Насколько много на свете непохожих сыновей и дочерей, настолько же сильно различаются родители.

И тогда наши семьи заключили сделку. Вполне возможно, что ее инициатором стала мама, догадавшись о скрытых мотивах сестры. А может, тетя сама предложила эту идею, прекрасно зная, что та неравнодушна к деньгам.

Тетя была очень обеспеченной. Ее свекор в богатстве не уступал владельцам чеболей[4], и потому муж унаследовал здание в центре столицы, где цена квадратного метра земли приближалась к астрономической. А моя мама, ничуть не стесняясь, при каждом удобном случае выставляла напоказ свою бедность и жаловалась на злую судьбу, связавшую ее с мужем-неудачником, зарабатывающим, как она считала, сущие копейки. Мама с тетей родились в семье хозяина мясной лавки и росли в одинаковых условиях до окончания университета, после замужества уровень жизни сестер стал очень разным, но они сохранили теплые отношения. Наверняка и об опеке над Чжеху договорились на условиях, выгодных для обеих.

Единственной жертвой сделки стал я. Невозможно передать словами, как неудобно мне жилось с Чжеху в моей комнате. Мало того что я был вынужден делить свой крохотный угол с родственником, мы попали с ним в один класс. А больше всего меня бесило то, что он запал на Чирэ.

Хон Чирэ, девчонку, покорившую мое сердце с первого дня учебы в средней школе! Ту, которой я робко любовался на расстоянии, не помышляя подойти, потому что она казалась существом из другого мира, как девочка с картинки. У меня есть возможность заговорить с ней, которой я могу воспользоваться, – эта мысль иногда проносится в моей голове, когда наши с ней случайные взгляды мимолетно встречаются, однако я по-прежнему не осмеливаюсь приблизиться из боязни, что она отбреет меня. Чжеху же начал общаться с ней с первого дня в школе: ему хватало уверенности в себе, которую я в нем терпеть не мог.

«Нашел к кому клеиться. Она никогда не поведется на такого, как ты», – злорадствовал я про себя.

Чирэ была недотрогой и очень трепетно относилась к учебе, ни с кем особо не дружила и не любила болтать. Благодаря своей неразговорчивости она выглядела еще более высокомерной и недоступной. Что касается Чжеху, то у него было все, кроме одного: он безнадежно плохо учился. Тем не менее Чирэ очень легко подружилась с ним. В тот день, когда они улыбнулись друг другу, мне стало так тошно, словно я потерял весь мир. Было грустно, обидно, больно, а еще душила злоба.

Чжеху обладал всем тем, чего нет у меня, и обиднее всего, что этого невозможно добиться своими силами: он-то красавчик и сын богатых родителей. Я же был ничем не примечательным пацаном, и единственное, чего мог достичь сам, – это хорошая успеваемость. Вот почему я так усердно учился. Мне быстро стало ясно, что я не очень способный и не склонен к учебе. Но все равно зубрил как сумасшедший, потому что это был единственный доступный мне козырь. Казалось, я перестану уважать себя, если не добьюсь хотя бы одного преимущества. И благодаря моим стараниям мне с трудом, но все-таки удавалось удерживаться в числе отличников нашего класса. Вот только полученные с рождения достоинства Чжеху оказались весомее, чем то, что далось мне ценой огромных усилий. Я осознал это, увидев, как Чирэ улыбается ему.

Высокий рост, под метр восемьдесят, и стройное сильное тело, накачанное в спортзале; почти совершенные черты лица; идеальные пропорции фигуры, которым могли позавидовать даже айдолы; миролюбивый, как успокаивающая музыка, взгляд… Однако самое сильное чувство собственной неполноценности вызывала во мне не его внешность, а присущая ему харизма. От него исходил стойкий запах денег, не поддающийся подражанию и недостижимый за один день. У него был тот нимб, который ничем не скроешь, даже если оденешься в отвисшие на коленях треники и начнешь ходить в дешевых резиновых тапках на босу ногу. Стоит ли говорить, что он отличался от жалкого меня, как небо от земли?

Отправившись на кухню, я залпом выпил холодной воды, чтобы хоть как-то утихомирить бурю в душе. Со стаканом в руке я вышел на балкон. На улице по-прежнему лил дождь.

– Вот уж не ожидала, что рисоварка сломается. Было бы здорово, если б бытовая техника предупреждала, что в скором времени выйдет из строя. В таком случае можно будет своевременно ее починить. Запеченные яйца на столе, съешьте по одному и ровно через десять минут ждите в прихожей полностью готовые, – доносился из родительской спальни голос мамы.

Точно в указанное время она подошла к двери, с гордостью поигрывая ключами от тетиного авто с выбитым на них логотипом иномарки. Перед поездкой за границу нам оставили машину, разрешив пользоваться ей, – вот почему мать с большим энтузиазмом ездит на ней по поводу и без повода.