Не злите ведьму. Часть 2

Глава 33. Вещий сон

Мечтать, как говорится, не вредно. Будильник в телефоне запищал ровно в шесть часов утра, я открыла глаза и сразу же встретилась взглядом с Нефёдом, который сидел на полу перед матрасом на корточках, молитвенно сложив перед собой ручки и навострив ушки. И его определённо распирало от любопытства.

– Ну что? Кто приснился-то? – растянул он свой безразмерный рот в улыбке до самых ушей.

Я обвела полусонным взглядом пустую комнату служебной квартиры, снова закрыла глаза и проворчала:

– Так это был сон.

– Ага, – прозвучало в ответ. – В новом жилье незамужним девкам положено перед сном говорить: «На новом месте приснись жених невесте». Ты не знала, наверное, поэтому я за тебя сказал. Кто приснился-то? Высокий, красивый, белобрысый?

Я вытянула руку вперёд, не открывая глаз, нащупала косматую голову домового, погладила его, а потом схватила за шкирку и резко села.

– Ай! – пискнул Нефёд и замолотил в воздухе ножками, пытаясь вырваться. – Ты чего? Отпусти!

– Невысокий, коренастый, бородатый, наполовину седой, – зло сощурилась я. – Назаром звать. Близнец Бориса. Колдун, который тебя ко мне подослал. Сны такие подсовывать тоже он велел?

Домовой ещё пару раз дёрнулся, а потом обречённо обмяк, опустив глаза и прижав к голове ушки.

– Вещий, значит, сон получился, да? Беда-а-а…

– Я тебе сейчас такую беду устрою, что мало не покажется, – пообещала я, встала с матраса и, продолжая держать домовую нечисть на вытянутой руке, направилась в ванную.

– Только не в воду! Пожалуйста! Не надо! – оживился Нефёд и снова принялся трепыхаться. – Я не виноват! Он же хозяин! Я не мог ослушаться! Пощади!

– А я-то думала, что ты мне друг, – укоризненно ответила я и наградила маленького приживалу уничтожающим взглядом. – От предателей лучше избавляться сразу. Что у нас тут есть? Вода только холодная, гель для душа, шампунь…

И кран с холодной водой открыла в подтверждение серьёзности своих намерений.

– Ы-ы-ы-ы… – заныл домовой. – Только не в во-о-о-ду-у-у-у… Она мо-о-о-окрая-а-а-а…

Так жалко его стало, что аж в груди защемило, но оставлять предательство безнаказанным тоже нельзя. Я заткнула пробкой слив в раковине, подождала, пока она наполнится, и сунула домового туда, невзирая на его душераздирающие вопли. Подняла, послушала нытьё ещё с минуту, макнула снова… Не знаю, все домовые так не любят воду или только этот, но Нефёду определённо было неприятно. После третьего омовения я просто разжала пальцы и оставила несчастное существо в раковине – я же не чудовище, у меня тоже сердце есть. Сходила в кухню, взяла там нож, вскрыла линолеум в комнате, где в моём сне Попков прятал компромат на Карпунина-старшего, и вынула из тайника папку с документами.

Вещие сны – штука странная. Ты вроде бы уже прожил какую-то часть своей жизни, но в то же время понимаешь, что всё ещё только предстоит пережить. Мне было обидно, потому что я раскатала губу на счастье. С другой стороны, я хотя бы начала понимать свои чувства к Мирону. И после этого сна я имела приблизительное представление об истинном положении дел. Плохо было только то, что не все детали выглядели логично. Во сне я не задавалась вопросом, где колдун Назар научился водить машину, и как он ездит на ней без прав, если живёт даже без паспорта? И где, собственно, он машину взял? Угнал? Ну это ладно. Потерявшийся месяц жизни – это как понимать? Разное течение времени на дне трясины и в реальном мире? Почему-то эти вопросы возникли только теперь, и имело смысл задуматься, всему ли в увиденном сне можно верить. Компромат на Артура Карпунина реален – значит, и подстава тоже реальна. А дальше? Все события будут происходить по этому же сценарию? Снова ОБЭП, опросы, покалеченный Попков на полу в прихожей этой квартиры… Но если это был только сон, значит, я ещё не успела пожелать ему несчастье, и что-то можно изменить?

– Ы-ы-ы-ы… – приплёлся ко мне домовой, оставляя за собой мокрые следы. – Ы-ы-ы…

– Хватит ныть! – шикнула на него я. – Без твоего нытья тошно. Скажи спасибо, что не утопила.

– Спаси-и-и-ибо-о-о-о…

– Назар правда лесного духа в себе держит?

– Да-а-а-а…

– И в болоте живёт ведьма Белена?

– Да-а-а-а…

– И в деревне есть источник целебной воды, поэтому Клавдия Ильинична живёт так долго?

– Да-а-а-а…

– Как ты оставлял следы, по которым за нами едет Назар?

Нефёд щёлкнул своими крошечными пальчиками, и в воздухе передо мной засветился и сразу же погас огонёк-маячок. Значит, большая часть того, что мне приснилось, было настоящим. Я тяжело вздохнула и осторожно, чтобы не убиться на мокром полу, сходила в ванную за полотенцем. Обтёрла продолжающего ныть домового, переоделась, покидала в рюкзак только самое необходимое, и села ждать. Потом решила позавтракать – нужно же чем-то заниматься два часа до прихода Попкова. Сделала бутерброды себе и Нефёду, накормила предателя, который продолжал заливаться слезами и вымаливать прощение, поела сама.

– Почему ты ему служишь? Ты же домовой. Ты должен быть сам по себе, – спросила, когда Нефёд наелся и перешёл с нытья на горестные всхлипы.

Ну, хотя бы это объяснение оказалось простым. Когда Клавдия в очередной раз принялась орудовать в своём доме ольховым веником, Нефёд выбрался на улицу переждать это кратковременное неудобство и попался в лапы дворовому, который хоть и тоже нечисть, но более крупная и менее дружелюбная. Победителем из этой потасовки вышел, естественно, дворовой, а домовой был основательно помят и выброшен за забор без права возвращения назад. Так тоже бывает, и бездомная жизнь грозила Нефёду скорой гибелью, поэтому он и упросил колдуна приструнить дворового в обмен на обещание служить верой и правдой до скончания времён. Дом для домового – это вся его жизнь, потому и цена за простую услугу не показалась непомерной.

– Тебя же гонят из этого дома постоянно, – напомнила ему я. – Какой в этом смысл? В деревне два пустых дома, жил бы в одном из них.

– А люди? – тоскливо спросил Нефёд. – Без людей-то как?

– Я тебя здесь оставлю, – пригрозила я. – В этой пустой квартире. Людей за стенами слышать будешь, но жить придётся в одиночестве. Зато сам себе хозяин, и своих поступков подлых стыдиться больше не придётся.

Не вариант, конечно, поскольку Назар наверняка заберёт отсюда полезного слугу, но нужно же было как-то припугнуть это существо, чтобы оно перестало мне пакостить. Домовой сник окончательно. Сел на пол в кухне, вытянул ножки вперёд, положил на них ручки, опустил вниз ушки.

– Я так больше не буду… – виновато пробормотал он и поднял на меня умоляющий взгляд.

– Так я тебе и поверила, – скептически отозвалась я и выглянула в окно.

Часы в моём телефоне показывали половину девятого утра. Восемнадцатое июня. По сценарию в это время мне уже полагалось направляться в офис филиала на назначенную Попковым встречу. «А вдруг он следит за подъездом и ждёт, когда я уйду?» – внезапно промелькнула мысль. И правда – если он следит, а я не выйду из подъезда, то всё может пойти совсем не так, как хотелось бы.

– У меня есть предложение, – повернулась я к домовому. – Если ты будешь мне помогать, а не вредить, я разрешу тебе жить со мной везде, куда бы я ни поехала, и при этом не буду заставлять что-то делать против твоей воли.

– Но я же ему обещал… – с несчастным видом отозвался Нефёд.

– Он тебя обманул, – уверенно заявила я. – Он ведь колдун, поэтому знает, что домовому нужен дом, а у тебя ведь нет настоящего дома.

– Он прогнал дворового.

– Но и тебя тоже постоянно гонят. Он ведь мог попросить мать, чтобы она тебя не прогоняла? Мог. Но не попросил. Значит, ему так удобно. Могу даже предположить, что это с его подачи Клавдия тебя ольховым веником регулярно на улицу выгоняет, чтобы ты не расслаблялся.

– Но это же нечестно, – насупился домовой.

– Это подло, – подтвердила я. – А раз он поступает с тобой подло, то и ты не обязан честно выполнять своё обещание. Думай быстрее, у меня мало времени. Либо мы с тобой друзья, либо враги. Третьего варианта нет. С врагами у меня разговор короткий, сам знаешь уже.

Из ванной донеслось подозрительное шипение. Я оставила Нефёда думать и заглянула в санузел. Всё как во сне – труба лопнула под раковиной ниже крана, которым можно было бы перекрыть бьющую фонтанчиком рыжую горячую воду.

– Беда-а-а… – констатировал домовой, притащившийся за мной следом. – Теперь совсем мокро будет.

– Нефёд, я сейчас уйду, а минут через двадцать сюда придёт тот неприятный человек, который приходил вчера. Мне нужно, чтобы ты его задержал здесь до моего возвращения, но без увечий, – попросила я и притащила из комнаты постельное бельё, чтобы не позволить воде вытечь в прихожую. – Это просьба, а не приказ. Сможешь?

– А зачем? – осторожно уточнил домовой.

– Затем, что этого человека могут убить. Он хоть и козёл редкостный, но если есть возможность его спасти, я попробую это сделать.

– Ты слишком добрая, – вздохнул Нефёд. – Ладно, задержу. Но тогда мы будем друзьями, да?

– Да, – кивнула я, сунула в рюкзак папку с компроматом и пулей вылетела из квартиры, намереваясь изобразить, что очень сильно тороплюсь на автобус.

Уже на лестнице поняла, что автобусом к девяти часам я точно опоздаю, поэтому на выходе из подъезда очень громко сделала вид, что вызываю такси к автобусной остановке, и помчалась в ту сторону. Забежала за угол, пробралась через заросли сирени в палисаднике к укромному местечку, откуда можно было наблюдать за подъездом, и притихла.

Без пяти девять из подъезда вышла соседка и нос к носу столкнулась с Русланом Альбертовичем, которого я и поджидала. Это была та самая женщина, которая в моём сне опознала Попкова как владельца квартиры. «Дверь он открыть не сможет, потому что я сменила замок. Попросит инструменты у соседей, будет ломать…» – вспомнила я и набрала в телефоне номер 112.

– Алло, здравствуйте! В мою квартиру ломится грабитель. Нет, я на улице. Выносила мусор, а когда возвращалась, увидела, как он ломает замок, и убежала. Адрес…

Три минуты, пять, семь… Наряд приехал, бравые служители закона и порядка исчезли в подъезде, а я наконец-то выбралась из своего укрытия и позвонила Карпунину, держа телефон подальше от уха, поскольку хорошо запомнила, что он будет орать.

– Эля! Ты почему на звонки не отвечаешь?!

– Карпунин, не ори, – попросила спокойно. – Со мной нормально всё. Лучше скажи, Попкова в розыск уже объявили?

– Вчера ещё, но… Откуда ты…

– Спасибо. Его уже взяли, так что за меня не переживай. Я тебе позже перезвоню.

– Эля!

– За рулём нервничать вредно. И по телефону разговаривать тоже. Всё, пока.

Я завершила звонок, зашла в подъезд и поднялась на второй этаж, откуда доносились возмущённые вопли моего несостоявшегося начальника.

– Здравствуйте, – поздоровалась я с полицейским, который осматривал сломанный дверной замок. – Это я звонила. Квартира служебная, а этот человек в розыске. Попков Руслан Альбертович. Проверьте. На него вчера должны были ориентировку дать.

– Откуда такая осведомлённость? – сощурился парень, который был ненамного старше меня.

– Поддерживаю связь с директором компании Карпуниным Мироном Олеговичем. Он меня в этот филиал на должность юриста прислал. Он и сказал, что Попков тут натворил. Там с ОБЭПом проблемы теперь из-за этого урода. Мы только что с Карпуниным разговаривали. Вот.

Я показала список вызовов в телефоне, после чего ещё раз пережила официальную процедуру дачи показаний, но теперь уже наяву. Дырку в линолеуме объяснила фразой: «Не знаю. Я только вчера въехала, оно уже так и было тут всё. В комнату заходила утром после душа, натоптала, поэтому там мокро, и могут быть мои отпечатки – мне же любопытно было, что там под разрезанным напольным покрытием». Попросила у соседей контактную информацию ЖЭКа, откуда можно вызвать слесарей, пока грязная вода не просочилась вниз через плиту перекрытия. Набросала в ванной на пол ещё тряпок – всё новое, жалко, зато соседку не затопит. Незаметно помыла кухонный нож, чтобы на нём не обнаружились частички линолеума.

У Попкова не было причин скрывать наличие компромата на Карпунина-старшего. Во-первых, эта информация сменила бы статус Руслана Альбертовича с организатора преступления на исполнителя, а во-вторых, Карпунин заполучил бы проблемы, и какое-то время ему было бы не до предателя. Естественно, Попков орал, что это я спёрла бумаги, что вчера всё ещё было на месте, на что у меня имелись возражения – водитель Дмитрий в комнату с тайником вчера не заглядывал, и Роман Альбертович тоже во время своего вчерашнего визита туда не заходил, поэтому он и не может доподлинно знать, было что-то в тайнике или нет. И если я целенаправленно по поручению Карпунина-младшего приехала сюда за чем-то, что было спрятано в этой квартире, то почему я до сих пор здесь? Чтобы подставить Попкова?

Проще говоря, день получился неприятным. И соседей снизу всё-таки залило, потому что у слесарей были задачи поважнее ржавой трубы в моём жилище. Я поставила полицейских в известность, что не буду оставаться в Кирове, поскольку у меня кредиты, и мне срочно нужна нормальная работа с хорошей зарплатой. Дала им адрес в Лесном, где меня можно найти при необходимости, и мы распрощались.

Дальнейшие действия нужно было продумать очень тщательно. Предупреждён – значит, вооружён. Назар приедет за мной утром. Вдали от родного леса лесной дух в нём будет сильно ослаблен, но я не знаю пределов собственных сил этого колдуна. Да, в вещем сне он выглядел уставшим, но позже догнал меня очень быстро и отнял волю – получалось, что колдовских сил у него всё же должно быть довольно много. У меня тоже есть магия, но я не умею ею пользоваться. Могу причинить вред, но не хочу. Нужно было как-то избежать встречи с этим колдуном, но встретиться с Мироном, который приедет ночью. Или мне не нужно встречаться с Карпуниным?

Да уж, зря я отказалась от щедрого предложения Белены научить меня защитному заговору от колдовства. Научилась бы во сне – могла бы в реальности не бояться Назара. «Чтоб у тебя машина сломалась!» – пожелала колдуну, хотя было непонятно, его это машина, или он её угнал. Если угнал, то и другую угнать сможет.

– Нефёд! – позвала домового, который притих где-то в укромном уголке, пережидая бурю этого дня.

– Я тута! – донеслось с кухни.

– Сюда иди.

Он притопал в комнату и сел рядом со мной на надувной матрас, виновато опустив ушки.

– Ругать опять будешь?

– За что? – не поняла я.

– Ну я же ничего не сделал. Ты просила, а я не сделал. Не успел.

– Ну так ты и плохого тоже ничего не сделал, почему я тебя ругать должна?

– Потому что мы не друзья.

– Ты не хочешь быть мне другом?

– Хочу. Но не знаю, как. Я в смятении.

Домовой в смятении… Только этого мне и не хватало.

– Я тоже в смятении, потому что не знаю, можно ли тебе доверять, – призналась я. – Другу я доверяла бы. Я хочу уехать, и мне нужно решить, брать тебя с собой или оставить здесь.

– Оставь, – вздохнул он. – Если не доверяешь, то лучше не рисковать.

Это больше напоминало депрессию, а не смятение, но у меня не было ни желания, ни времени заниматься психоанализом. Тем более с домовым.

– Можешь пообещать мне не оставлять больше маячки для колдуна?

– Пообещать могу.

– А сдержать обещание?

– А зачем, если мы не друзья? Бросишь меня где-нибудь по дороге, и что я делать буду?

М-да. Оставить его в служебной квартире было бы проще всего, но мне было жаль бедолагу, потому что ему наверняка потом влетит от Назара за косяк с вещим сном и за то, что я потерялась. И брать с собой – тоже риск. Хотя…

У меня ведь была фора – двенадцать часов или около того. Два часа из этого времени я потратила на путешествие до банкомата, где сняла все деньги с дебетовой карты и обоих кредиток, после чего посетила местный авторынок. Покупать подержанное авто мне было не впервой, и я примерно представляла, где могут прятаться подводные камни такой сделки. Пришлось действовать нагло, нахрапом и с минимальным использованием магии для устрашения суеверного продавца, который в итоге обеспечил меня более-менее приличным транспортом. Я просто немножко заморозила его уши и пообещала проклянуть, если машина сломается раньше, чем доедет до конечного пункта моего маршрута. Мужик сказал, что мне не на машине нужно ездить, а на метле летать, но всё же продал не слишком убитую старенькую «десятку» василькового цвета с проблемами «только по кузову». И скидку приличную сделал на всякий случай – вдруг и правда прокляну? А после подписания договора, когда я выезжала с рынка за рулём своего приобретения, он истово крестился, плевался и размахивал руками, что-то оживлённо рассказывая своим коллегам. Смешной. Я же ведь его не облапошила даже, хотя могла бы, а он наверняка наврал всем с три короба о том, как пострадал из-за сделки с ведьмой. Да и плевать. Не хватало ещё из-за этого расстраиваться.

Ещё час был потрачен на возвращение в служебное жильё, погрузку личных вещей в авто и построение альтернативного маршрута до Вырвинска. В Киров я ехала поездом, поэтому предположила, что Назар по маячкам Нефёда едет параллельно железной дороге. Прикинула примерно, где он может быть к этому часу, и построила по навигатору такой путь, чтобы случайно не пересечься со своим преследователем. Если домовой и дальше будет пакостить, колдун догонит меня в Лесном часов через десять после того, как я туда приеду – достаточно времени для того, чтобы сходить к болоту и встретиться там с ведьмой, которая может мне помочь. Если же у Нефёда всё-таки проснётся совесть, то будет ещё лучше – Назар потеряет мой след в Кирове. Правда, так появлялась вероятность, что он навредит Карпунину, но если не навредил до сих пор, значит, риск был минимальным.

Я позвонила Мирону и сказала, что возвращаюсь в Лесное. Предложение дождаться его и через несколько дней вернуться вместе отвергла категорически, никак это не объяснив. Про компромат на Артура ничего не сказала – решила, что это будет моим козырем, который пока лучше держать в тайне.

– Я наберу своим ребятам, они тебе ключи от дома привезут, – смирился Мирон с моей упёртостью.

– Карпунин, мне нужны будут деньги, – призналась я. – Сможешь перекрыть мои кредиты, когда счета разморозят?

– Сколько нужно?

– Ну я очередной платёж сделаю и частично верну то, что сняла…

– Сколько?

– Около двухсот.

– Пф-ф-ф… Вместе с ключами привезут, не парься даже. И присмотрят за тобой на всякий случай.

– Хорошо, спасибо, – согласилась я, вспомнив улыбчивого охранника Сергея из своего сна. – Буду ждать тебя там.

Он не спросил, почему я решила вернуться туда, откуда убегала, сверкая пятками. Голос уставший, нервный. А я ведь его люблю. На самом деле люблю, а не во сне.

– Нефёд!

– Ась?

– Забор покрась!

– Какой забор?

– Зелёный, – улыбнулась я, вспомнив о таком же диалоге из вещего сна. – Я тебя забираю с собой. Если совесть есть, пакостить не будешь. Ну а если нет, то верну тебя Назару, понял? В рюкзаке тебе не нравится, поэтому превращайся давай в кошку, и потопали в машину. Только шустрее, пожалуйста. Там в пакете на заднем сиденье пирожки с повидлом остывают.

Через пять минут мы выехали из двора на дорогу, и искусственная тётка в навигаторе повела меня по построенному маршруту. Через полчаса на обочине мелькнул перечёркнутый знак с названием города. Ещё через час я сделала остановку возле придорожного кафе, чтобы купить себе хот-дог, поскольку домовой успел слопать все пятнадцать штук пирожков и прилагавшиеся к ним салфетки, которые хоть и были несъедобными, но зато вкусно пахли.

Глава 34. Не срослось

За рулём автомобиля, особенно в дальних поездках, нужно внимательно следить за дорогой, а не размышлять на отвлечённые темы. Я задумалась о том, зачем на самом деле во сне Назар вернул меня в деревню, позволил старухам обрядить и отправить к Белене, если ему это не нужно. С одной стороны, это ведь был просто сон, хоть и вещий. Было бы неправильно принимать всё увиденное и услышанное за чистую монету, но при таком количестве загадок хотелось уже хоть какой-нибудь ясности. А что если колдун как-то связан с Артуром Карпуниным? Назар сказал, что до меня приводил и других девушек, чтобы покойница Марфа могла передать кому-то свои способности и упокоиться уже с миром, но Белена никого из них не видела. Они не были в трясине, а я была. Что если с моей помощью Назар хочет раздобыть немного грязи для Карпунина-старшего? Вдруг между ними существует какая-то договорённость?

Задумалась, проехала мимо заправки, а до следующей доехала уже практически на бензиновых парах – вот цена невнимательности. Ещё немного, и я застряла бы где-нибудь посреди ночной дороги с пустым баком и не менее пустой надеждой на то, что кто-нибудь остановится и пожертвует мне пару литров бензина. К этому времени была проделана уже половина пути, в общей сложности составлявшего чуть меньше двух тысяч километров. Я устала. Глаза жгло немилосердно. От кофе, выпитого на заправках, уже начало тошнить. Нужно было съехать с трассы на какую-нибудь лесную дорогу и позволить себе хотя бы час отдыха, но это означало потерю драгоценного времени. И не отдыхать тоже опасно – я ведь так и за рулём уснуть могу, а ДТП в мои планы как-то не входило.

Уже под утро меня остановили сотрудники ДПС. Проверили документы, напомнили о том, что машину нужно поставить на учёт в течение десяти дней. И страховку переоформить, но это я и без них прекрасно знала.

– Вы себя нормально чувствуете? – участливо поинтересовался инспектор, заметив моё состояние.

– Я устала, – честно призналась я.

– Надо отдохнуть, – порекомендовал он.

– Надо, – согласилась я и поехала дальше.

Я же ведьма. У меня есть сила, пусть и чужая. «Я бодрая. Я не устала. Я полна сил», – уговаривала я себя следующие два часа, но в итоге всё-таки съехала в лес и вырубилась на целый час. Помню, что Нефёд забрался мне на колени и принялся что-то мурлыкать или бормотать, но мне уже было всё равно, пакостит он таким образом или помогает. Когда проснулась, поняла, что помогал – усталость как рукой сняло.

– Спасибо, – улыбнулась я ему и на следующей заправке купила большой пакет чипсов, которые домовой благодарно схрустел за пять минут вместе с упаковкой.

– Сладенького бы… – мечтательно вздохнул он после того, как подобрал с сиденья все крошки.

– Тебя не разорвёт? – подозрительно поинтересовалась я. – Куда в тебе это всё девается?

– В положительную энергию, – пояснил Нефёд. – Чем больше ем, тем положительнее становлюсь.

– То есть если я не буду тебя кормить, ты станешь отрицательным?

– Не. Я стану голодным.

– И?

– И вредным.

– Понятно, – кивнула я и мысленно ужаснулась тому, сколько денег нужно потратить на то, чтобы прокормить это прожорливое чудовище.

И я тратила – каждый раз, когда делала остановку, покупала своему питомцу что-нибудь вкусненькое. Налаживала дружеские отношения, так сказать. Заодно выяснила, что «положительными» домовые становятся от любого количества «пищи», которую получают от людей. Это необязательно должно быть что-то съедобное – суть во внимании, доброте и готовности идти на контакт. Голодный домовой от вредности может греметь посудой, красть мелкие вещи, морочить обитателям жилища головы, нагонять дурные сны и много чего ещё. А от сытого и довольного сплошная польза.

Нефёда в Лесном в достаточном для сытости количестве подкармливала только Марфа. Клавдия Ильинична ни разу его не покормила. Борис иногда оставлял в укромных уголках кухни конфетки, чтобы мать не видела. А Назар и не обязан был кормить своего слугу, потому что жил в другом месте. Можно сказать, что домовой полвека жил практически впроголодь, поэтому было совершенно неудивительно, что он легко согласился вредить и мне тоже. И тот факт, что я ему в еде никогда не отказывала, оказался незначительным – нельзя же за пару дней полностью изменить характер, основательно испортившийся за несколько последних десятилетий. Но Нефёд пообещал исправиться, если я его не прогоню – это уже было большим достижением. Наверное. С нечистью сложно быть в чём-то уверенным на сто процентов.

В Лесное я приехала к трём часам дня, и меня там уже ждали симпатяга-охранник Сергей, его коллега Виталий и средних лет суровый мужчина, который представился Анатолием Павловичем. Карпунин явно перебдил, что было предсказуемо и создавало определённые неудобства.

– Нефёд, брысь в дом! – приказала я сидящей на переднем сиденье кошке и забрала из салона рюкзак.

Домовой охотно прошмыгнул через двор в открытую дверь дома номер одиннадцать, любезно предоставленного мне Мироном Олеговичем в качестве жилища.