Марго и Великий Портал

Как будто подтверждая его слова, до них донеслось отдаленное эхо взрыва. Через полчаса подтянулись остальные и все приступили к обеду.

– Один датчик зафиксировал нечто, что можно отнести к пустоте, – сказал Виталий Павлович, поедая мясо с бобами. – Но для трехмерной картины, конечно, нужен большой обсчет.

– У нас тут есть спутниковая связь, – заметил Ааст, также налегая на мясо, – давайте ваши данные, отправлю к нам в контору.

– У вас там суперкомпьютер? – Виталий поднял брови.

– Да, на петафлопс, – спокойно ответил Ааст.

– О, я думал, что знаю все суперкомпьютеры такого уровня. Видать, контора у вас богатая. Хорошо, когда скопится достаточный массив данных, так и сделаем.

– Какие наши действия? – спросил Крабов.

– Мерить и мерить. За несколько дней соберем нужные данные. Ваш компьютер должен их быстро обсчитать.

– Если там пустоты, должен быть выход на поверхность? – спросил Ааст.

– То есть мы ищем пещеру? Если бы был, наверное, местные жители его уже нашли. Тут нет воды, поэтому если найдем, то не пещеру, а тектонический разлом, он необязательно доходит до поверхности.

Электростанция сделала пребывание в доме комфортным. Даже телевизор работал: мужчины поймали спортивный канал и смотрели футбол. Николай чистил пистолет-пулемет ПП-2000. Айрин навела порядок и разговаривала с ним:

– Не понимаю, зачем нам защита? Кто тут на нас нападет?

– Операция военная, как же без охраны? Потом, пара сильных и надежных мужчин в экспедиции в горы не помешает. – Он несколько раз передернул затвор.

Девушка окинула взором мускулистый торс мужчины под майкой, чуть заметно улыбнулась и покосилась на что-то обсуждающих Ааста и Виталия Павловича.

– О целях операции лучше не упоминать, – продолжила она, – а то вон Виталий живо интересуется.

– Он ученый, ему положено быть любопытным. – Николай закончил чистку оружия, и с силой вогнал магазин. – Только он ничего не узнает, потому что истинной цели нашего похода не знает никто. Разве что Ааст.

– Ты так думаешь?

– Мое дело маленькое. Я солдат – куда пошлют, там и буду воевать. – Мужчина спрятал автомат в кобуру. – Но я бы не хотел, чтобы его планы угрожали твоей жизни. Ты не солдат.

– То, что ты беспокоишься обо мне, это приятно. – Айрин помолчала, смотря на Николая. – Но Ааст – мой шеф и практически отец.

– Ты взрослая девочка, – ответил мужчина, – пора самой определять свою судьбу. А Ааст тебе не отец, у него свои планы.

– На что?

– На все.

Экспедиция в Непал. Подготовка к проникновению.

Через несколько дней напряженной работы сейсмическая разведка района закончилась. Данные отправили на сервер ААТ и получили результат.

– Как я и говорил, – сказал Виталий Павлович, рассматривая трехмерное изображение пещеры на компьютере. – Вертикальная расщелина, на глубине километр триста метров, двести метров в глубину. Ширина сверху пятьдесят метров, внизу сходится в ноль. Правда, в середине есть некое странное утолщение… – Ученый тронул тачпад, вращая и увеличивая изображение. – Почти сферическое, странно… Наверное, ошибки измерения и обсчета.

– Есть ли выходы на поверхность? – спросил Ааст.

– С километра? – удивленно протянул Виталий Павлович. – Исключено. Может, пару десятков миллионов лет, когда эти горы формировались, и был, но потом все засыпало.

– То есть никак до нее не добраться?

– Не понимаю, зачем это вам нужно. – Виталий посмотрел на Ааста поверх очков. – Но нет ничего невозможного. Буровая установка, человек тридцать рабочих, месяц работы – здесь в основном гранит и гнейсы. Правда, как доставить сюда тонны оборудования?

Полковник Крабов отозвал Ааста в тамбур и сказал:

– Придется испытание проводить на поверхности.

– Дайте мне день, у меня есть кое-какие соображения.

– Хорошо. Срок, запрошенный у правительства Непала, заканчивается. Если у вас случатся накладки с взрывом, на повторный не останется времени.

– Все будет в порядке.

– Надеюсь. Я пока поговорю с Виталием Павловичем, он, похоже, увлекся.

В самом деле, ученый собрал вокруг себя почти всю экспедицию и что-то объяснял, размахивая руками.

– …очень интересный разлом, – донеслось до Крабова. – Если бы я был не ученым, а каким-нибудь эзотериком, то объявил бы его искусственным. Типа ее создали инопланетяне для сохранения сокровенных знаний, видите сферу в центре? – Виталий Павлович ткнул в экран. – Внутри нее не пустота, а какая-то мягкая осадочная порода. Откуда в Гималаях на километровой глубине осадочные породы?

– Виталий Павлович, ваш контракт закончился, – сказал Крабов, подходя к группе. – Большое спасибо за вашу работу, через час прибудут проводники и проводят вас вниз.

– А вы останетесь? – спросит ученый.

– Да, чтобы свернуть лагерь и убрать территорию.

– Я бы мог помочь.

– Для этого у нас есть шесть человек. – Он повел рукой вокруг себя. – Ваше же время дорого. Так что удачного перелета. И помните о неразглашении.

– Так я смогу опубликовать результаты?

– Да… Но попозже. Мы свяжемся с вами.

После того, как экспедиция проводила Виталий Павловича и вернулась в дом, Ааст задержал Айрин снаружи.

– Я получил из ААТ мониторинг астрального поля. Ситуация даже хуже, чем я думал. Возмущение не стабилизируется, оно разрастается.

– Но этого же не может быть! – воскликнула Айрин. – Вы же сами говорили, что помните гораздо более мощные колебания и все утихало со временем.

– Именно, что со временем. Которого у нас нет. Скоро будет максимум солнечной активности, а магнитное поле Земли ослабится из-за возмущений. Все спутники выйдут из строя, будут большие проблемы с электроникой. Но это полбеды, солнечная радиация убьет много людей. Есть и другие последствия, непредсказуемые. Астральное поле ведь действует на всех людей, независимо от того, маги они или нет.

– Думаешь, людям не поздоровится?

– Такого длительного и мощного возмущения еще не было в истории, так что сказать наверняка, какие будут последствия, невозможно. Но уверен, что негативные.

– Я поняла. Вы намекаете на то, что я должна проникнуть в пещеру и стабилизировать поле взрывом.

– Да. Именно об этом мы говорили, когда собирались в экспедицию.

– Я думала, это чисто гипотетическая возможность. – Она помолчала, глядя на Аннапурну, силуэт которой ярко подчеркивало закатное солнце. – Я же не управляю своими способностями.

– Они управляют тобой, я знаю. Но когда цель для тебя значима, ты все делаешь правильно. А что может быть важнее, чем спасение человечества?

– Не знаю… Я никогда не проникала так глубоко и надолго. И потом, как я возьму эту махину с собой? – она показала на груду не распакованных ящиков.

– Это все для военных – бомба должна быть внушительной. Системы стабилизации, защиты и прочее. На самом деле достаточно с собой взять контейнер с темной материей и систему запуска. Все это войдет в небольшой рюкзак.

– Хорошо. Я не уверена, но если нет другого выхода…

– Вся надежда на тебя.

– Знаешь, – задумчиво сказала Айрин, – когда я была в храме бога Вишну в Муктинате, один монах мне рассказал легенду о Таши Махарши. Это какой-то их святой, достигший мокши, спасения. Он якобы ушел в горную пещеру и там предался медитации. Годами ничем не питался, ничего не пил и даже не двигался, но при этом оставался живым. Хотя можно ли это назвать жизнью, не знаю. Уже нет современников, знавших его, но говорят, он по-прежнему находится где-то здесь, под нами. – Она стукнула ногой по камню, на котором они стояли.

– Разве что он забрался туда миллионы лет назад, – сказал Ааст. – Он перехватил нахмуренный взгляд Айрин и добавил: – Или может, это маг.

– Я обмыла руки в священном источнике храма, говорят, он делает человека счастливым на год. Надеюсь, мне повезет.

Собиралась Айрин в тамбуре домика. Ааст подал ей рюкзак.

– Я все приготовил. Снаружи – два таймера. Первый показывает время стабильности темной энергии. Второй – для запуска дестабилизации. В рюкзаке есть мини-акваланг, минут на десять, там может не быть воздуха, фонари, альпинистское снаряжение.

– Насколько взрыв опасен?

– Ты знаешь, что темная энергия почти не взаимодействует с обычной материей. Все произойдет на астральном уровне, внешне просто выморозится кусок пространства. Но это теоретически. Эксперимент и ставится для проверки расчетов. В любом случае лучше держаться от взрыва подальше. Если на таймере стабильности станет меньше десяти минут, бросай рюкзак, где бы ты ни находилась. Но, конечно, желательно поставить его в особой точке астрального поля.

– Как я ее почувствую?

– В особой точке очень высокая напряженность астрального поля, ее почувствует даже обычный человек, а ты – маг.

– Типа такой, как была под школой Марго?

– Может, сильнее. Поэтому не особо там путешествуй, ставь, где окажешься, этого будет достаточно.

В тамбур зашел Николай.

– Собираетесь в поход? – спросил он, оглядывая девушку.

– Прогуляемся недалеко, – ответил Ааст. – С Крабовым согласовано.

– Нужна охрана?

– Нет, – ответил Ааст, – ничего опасного.

– В самом деле? – Шторм с сомнением посмотрел на увесистый рюкзак девушки.

– Это необходимость, – ответила Айрин. – Я скоро вернусь.

Николай покачал головой.

Экспедиция в Непал. Проникновение.

Когда Айрин и Ааст пришли на место, шеф подал ей небольшую фляжку.

– Тонизатор. Немного химии и кое-какая магия. Хватит на час.

– Хорошо, – ответила Айрин. – Но я не собираюсь там надолго задерживаться. При движении сквозь материю не соблюдаются расстояния. Главное – найти цель, а придти к ней можно мгновенно… Если у меня вообще получится, – добавила она после паузы.

– Получится, – твердо сказал Ааст. – Я пойду к дому, не буду мешать. Нужно сказать техникам, чтобы активировали датчики излучения.

Когда Ааст скрылся за каменной грядой, Айрин выпила содержимое фляжки. Тело наполнилось энергией, чувства обострились. Пришло ощущение некой силы, магической, как сразу поняла девушка. Она никогда не понимала Марго, когда тогда говорила, что «чувствует» астральное поле. Айрин мысленно вздохнула, вспомнив подругу. Теперь она знала, что та чувствует постоянно.

Когда-то давно, еще в школе, Айрин демонстрировала феноменальные математические способности. Ими заинтересовались из ведомства, как потом поняла Айрин, «конторы» ААТ и взяли к себе. Девочка получила отличную перспективную работу и широкое применение своим способностям. Со временем к ним добавились еще магические. Ааст убеждал ее, что работать в конторе, контролирующей магию и не владеть этой самой магией, по меньшей мере, странно. И что ее появившиеся умения в этой области – совершенно нормально. Однако Марго считала иначе – она была убеждена, что Ааст нарочно инициировал мага и сделал это отнюдь не из альтруистских побуждений. Со временем Айрин стала приходить к такому же выводу, вспоминая обстоятельства ее инициации – неудачный эксперимент ААТ с астральным полем, лучше сказать – авария. Вполне возможно, все было спланировано именно для того, чтобы пробудить в ней мага. Так или иначе, она получила то, на что вряд ли надеялся даже шеф: прохождение сквозь пространство. Жалко, что умение неуправляемое, почти всегда приходящее в минуту смертельной опасности, грозящей ей или близкому человеку. И вот теперь нужно вызвать его сознательно.

«Странные все-таки эти «законы» магии, – подумала Айрин, – субъективные какие-то. Кроме знаний, большое значение имеет мотивация. Как будто всем управляет некое божество. В обычном мире, сколько бы я не нажимала на выключатель, свет всегда будет, если есть электричество. А в магии надо еще и захотеть, чтобы свет появился. Более того, он может появиться, когда электричества нет. Зачем я хочу проникнуть внутрь горы? Наверное, потому что я человек и боюсь смерти. И знаю, что другие люди тоже боятся умереть. Мы, смертные, защищаем друг друга. Возможно, именно этого не хватает магам?»

Она посмотрела вверх. На ясном синем осеннем небе мелькали красные линии. Айрин сосредоточилась на одной, как ее когда-то учил Ааст. Сейчас это проще, потому что она видела линию. Пустила ее в себя, наполняясь магической энергией. Теперь цель. Девушка посмотрела вниз. Горные породы под ней как будто расступились, подвесив ее в невесомости. Километры сплошного твердого массива – как тут найти маленькую пустоту? Гранитные срезы мелькали перед ней, как страницы быстро перелистываемой книги. Кажется, вот – пещера? Перемещаемся…

Айрин внезапно оказалась в пустоте. «Невесомость» выключилась, и девушка стала падать. С такой ситуацией она никогда раньше не сталкивалась, летать не умела и в панике снова переключилась на свою способность. Переместилась на пару десятков метров ниже, снова вошла в обычное пространство и упала с нескольких метров на камень. В воздухе тяжелый рюкзак перевесил, и удар пришелся в основном на него. Девушка поднялась, перевела дух. Дышалось легко. Послушала напряженность астрального поля – точка максимальной интенсивности где-то выше. Глянула на таймер стабильности темной энергии – еще почти час. Включила фонарь, осмотрелась. Она находилась на дне расширяющейся вверх расщелины. Где-то вверху виден уступ. Сама расщелина уходила еще выше, за пределы светимости фонаря.

Айрин вытащила из рюкзака горсть химических источников света, согнула всю пачку и кинула на пол. В красном свете вытащила молоток, несколько скальных крючьев, альпинистскую веревку. Привязала рюкзак, закрепила фонарь на плече, нащупала стенку и, вздохнув, стала вбивать первый крюк. Уступ находился над ней в метрах десяти, так что она собиралась достичь его за полчаса. Использовать проход в межпространство рискованно – второго падения ей не хотелось. Хорошо, что некоторые альпинистские навыки помогли ей добраться до уступа. Подтянула рюкзак, осмотрелась в свете фонаря.

После недавних догадок Виталия Павловича она почти не удивилась увиденному: келья монаха. Маленькая комнатка метра на два в глубину, такой же ширины и трудноразличимым потолком. Масляный светильник в углублении стены, циновка на полу, какая-то рухлядь вокруг. Удивление вызвало то, что сам хозяин находился тут же – он сидел в позе лотоса в центре комнаты на каменном уступе. Юбка, рубашка без рукавов, жилетка – все серого цвета. Айрин подошла и поняла, что монах мертв, а его одежда, некогда красно-желтого цвета, выглядела серой из-за толстого слоя пыли. Мумифицированное лицо, однако, казалось почти живым, с ясно различимой умиротворяющей улыбкой. Айрин выключила фонарь – все прекрасно видно и так, благодаря свечению астрального поля. Сомнений никаких – оно здесь зашкаливало за все мыслимые границы.

Она посмотрела на таймер: до дестабилизации оставалось двадцать минут. Мумии взрыв не повредит. Теперь главное – выбраться отсюда. Айрин попыталась сосредоточиться на магической линии, но не смогла: здесь их было слишком много. Ирония судьбы: слишком мощное поле препятствовало его использованию. Можно, конечно, попробовать уйти отсюда после взрыва, но его последствия непредсказуемы. Может, поле исчезнет совсем, если она выживет вообще. Впрочем, что еще оставалось делать? Разве что убраться из зоны взрыва подальше. Девушка поставила рюкзак в центр и закрепила веревку на краю уступа, собираясь спустится вниз.

На мгновение она бросила взгляд на монаха… он смотрел на нее. Это было невозможно, у мумии нет глаз! Она присмотрелась повнимательнее: нет, определенно тот смотрел на нее! Неужели жив? Невозможно, судя по обстановке, он тут сотни лет! Она подошла ближе. Монах улыбался и в упор смотрел на нее. Вдруг он шевельнулся и она почувствовала удар. Контакт не был физическим: все происходило внутри. Внезапно она увидела себя со стороны, глазами монаха. Горы. Деревня, цветущий сад, ашрам, ребенок, монах, много-много монахов. Все это пронеслось перед ней с ужасающей скоростью, как во сне. Снова горы, солнечный день, люди вокруг. Это… экспедиция – она оказалась на поверхности и потеряла сознание.

Экспедиция в Непал. Отбытие.

Очнулась Айрин от прикосновения к лицу. Она открыла глаза и увидела Николая, который влажной губкой протирал ее лицо.

– Она очнулась! – воскликнул он.

Девушка осмотрелась – она находилась в домике, на кровати. Приподнялась на локте, прислушиваясь к ощущениям. Вроде все в порядке.

– Сколько пальцев? – спросил Николай, показывая ей четыре пальца.

– Четыре.

– Как меня зовут?

– Николай.

– А где мы находимся?

– Я думаю, по-прежнему, в горах. Что за странные вопросы?

– Видишь ли…

В комнату зашла вся экспедиция.

– Как ты? – тревожно спросил Ааст.

– Нормально, – ответила Айрин, – только немного голова кружится и слабость.

– Это от голода, – сказал Николай, ты же не ела более суток.

– Суток? – удивилась Айрин. – Сколько я без сознания?

– 25 часов. Мы все это время не беспокоились о твоем здоровье… физическом, у меня есть врачебное образование. Но психическое внушает некоторые опасения. Ты в бреду говорила на разных языках, в основном на санскрите.

– Ты знаешь санскрит? – удивилась девушка.

– Я знаю, – сказал Ааст. – Причем ведический санскрит, на нем давно никто не говорит. Что там случилось?

– Взрыв был? – ответила она вопросом на вопрос.

– Да, все в порядке, – ответил Ааст.

– Ничего не понимаю, – сказала Айрин, обхватив голову руками. – Дайте мне сначала поесть.

Кто-то из техников вышел в тамбур и вернулся с тарелкой вареного картофеля с солеными огурцами.

– Там, в центре расщелины, где Виталий Павлович обнаружил расширение, оказалась монашеская келья с… живым хозяином.

– Как ты туда проникла, мне Ааст уже объяснил, – Николай кивнул в сторону. – Но ты не бредишь? Разве расщелина имеет выход наружу?

– Возможно, имеет, – ответила Айрин, – воздух там пригоден для дыхания. Но монах давно мумифицировался.

– Живая мумия?

– Не знаю. Но если бы не он, я так бы и осталась на километровой глубине. Я не умею обращаться с астральным полем такого напряжения, как там. Это как попытаться подключить утюг к высоковольтной линии электропередач.

– Так и должно быть, – заметил Ааст, – это же особая точка.

– Так вы знали, что она может не вернуться?! – воскликнул Николай.

– Почему же, тем же самым путем. Надо было только отойти от завихрения астрального поля метров на тридцать.

– Ширина расщелины в том месте, куда я забралась, метров десять, а летать я не умею, – сказала Айрин. – Но я знала, на что иду, успокойся, Николай. Так о чем я там говорила в бреду?

– Я не очень разбираюсь в древних языках, – сказал Ааст, – к тому же ты говорила быстро и неразборчиво. Но вроде религиозные тексты.

– Одну фразу я даже запомнил, – добавил Николай, – ты ее часто повторяла: «Шри бхагаван увача камянам карманам нясам саннясам».

– Что это? – Айрин посмотрела на Ааста.

– Примерно так: «Человек должен отказаться от деятельности, основанной на желании наслаждаться ее плодами – так сказал Бог».

– Боже мой!

– Именно.

Когда Айрин вышла наружу, лагерь уже собрали. Носильщики унесли основное оборудование, оставив только домик. Техники открыли клапан и стенки начали сдуваться.

– Ты как? – участливо спросил Николай. – Идти сможешь?

– Смогу. Вы что, собирались спускать меня на носилках?

– Если бы еще денек полежала, так бы и пришлось. У нас закончилось время, согласованное с правительством Непала. Все-таки твой поход был совершенно безрассуден. Я предупреждал тебя, ты не солдат.

– Поступок в духе моей подруги Марго, – задумчиво протянула девушка, смотря куда-то вдаль. – Иногда мне ее так не хватает… Кстати, для ускорения процесса я бы посоветовала отдать надувной дом проводникам в счет оплаты.

– Уже сделано. Как и остатки съестных запасов. Возвращаемся налегке.

Муктинат встретил их празднично: повсюду привязывались разноцветные тряпочки, дети одели новую одежду, по улочкам ходили музыканты, оглашая окрестности перестуком мридангов (барабанов).

– Что они празднуют? – спросила Айрин у Ааста.

– Проводники говорят, смерть какого-то Махарши, святого, – ответил тот.

– Празднуют смерть? – удивилась девушка.

– Не смерть, а реинкарнацию. Скоро брахманы объявят его… преемника, что ли. Трудности перевода, в русском языке таких слов нет.

Айрин остановилась и нахмурилась.

– Когда прибывает вертолет?

– Через несколько часов.

– Если возможно, ускорь его. Иначе у нас будут трудности.

– Да? – Ааст в удивлении почесал подбородок. – Ты его убила?

– Хуже. Я дала ему жизнь.