Связь. Два сердца

– Сегодня вы выходите на стражу, – добавил Елеазар, – ты не передумал идти?

Эрик помедлил несколько мгновений, но, в конечном итоге, отрицательно покачал головой.

– Нет, – твердо сказал он, – я пойду. Если вы уверены, что нет опасности оставлять сестру.

– Не забывай, Серафима – такой же сильный стражник.

Серафима все это время стояла рядом и молча слушала наш разговор. Но на последней фразе Елеазара она улыбнулась. Эрик улыбнулся ей в ответ.

– Не сомневаюсь, – сказал он.

– Все будет хорошо! – в очередной раз заверила я его. Вдруг что-то внутри дрогнуло. – Ты сам, главное, осторожнее там.

– Все будет отлично! – Эрик чмокнул меня в макушку. Он повернулся к Серафиме. – В таком случае мне пора. Хорошего вечера!

– Спасибо! – зазвенел ее голос. – Пожалуйста, будь аккуратнее, – добавила она тише.

– Естественно, – кивнул Эрик. Его глаза горели живой энергией. В нем будто медленно разгорался душевный огонь.

После короткой вспышки одежда Эрика сменилась на военный костюм. Джинсы почти не изменились и лишь стали блестеть серебристым оттенком. А вместо рубашки на нем теперь была серебристая куртка, напоминающая кожанку из человеческого мира. Выглядело такое обличье вполне надежным.

Он окинул нас взглядом, улыбнулся и взмыл в небо, помахав на прощание рукой. Мы подняли головы и смотрели на отдаляющуюся от нас точку.

Попрощавшись с Елеазаром, мы вошли в открытый Серафимой портал и оказались на Земле.

Последние сиреневые лучики солнца уже убегали за горизонт.

– Что ж, – пробормотала Серафима, – как будем развлекаться? Есть идеи?

Я задумалась.

– А как вы обычно развлекаетесь? Вы же не постоянно на поле боя.

Мы уселись под дерево.

– В основном тренируемся. Либо вспоминаем Землю, – пожала плечами она, – иногда парни устраивают поединки.

– Почему только они? – переспросила я. – Получается, что парни все же сильнее девушек? Я ни в коем случае не хотела никак вас унизить, – тут же предупредила я, – просто я до сих пор так и не поняла, есть в вашем мире разница на пол, или нет.

– Ну, вообще, – Серафима закусила губу, – фактической разницы нет. Все зависит от генетики, а пол, внешность и национальность не имеют значения. Но мы все-таки пытаемся быть людьми и, по традиции, считаем себя слабым полом. Хотя в бою этого не видно, – легко усмехнувшись, добавила она.

– По тебе не скажешь, что ты через день сражаешься за человечество, – призналась я. Серафима улыбнулась.

– Знаю. Многие удивлялись, когда впервые видели меня в Долине, – девушка начала перебирать тонкими пальцами пряди блестящих волос, – но на самом деле сражаюсь я не так уж и плохо.

– Хотела спросить, – вспомнила я, – у Лизы, Алекса и Фила я видела лук, кинжал, посох. А ты? Ты сражаешься без оружия?

Мне было интересно узнать про Серафиму больше. Она, безусловно, была дорога Эрику, да и мне самой было приятно находиться в ее обществе.

– Без оружия могут сражаться только очень немногие стражники, – ответила она, – это большая редкость. У меня тоже есть свое боевое средство.

Серафима вытянула перед собой ладони, и на них сверкнули маленькие огонечки. Постепенно они принимали форму и металлический блеск.

Мне потребовалось некоторое время на то, чтобы понять, как это может быть оружием. На ладонях Серафимы лежало две плоских металлических фигуры, по форме похожих на розу ветров.

– Это… сюрикены? – спросила я.

– Что-то вроде того, – ответила она.

– Неожиданно, – призналась я, – но очень интересно.

– На самом деле, я больше люблю использовать их для развлечения, чем в бою. Хотя на поле сражения они незаменимы для меня.

Серафима размахнулась и легким движением запустила сюрикены в воздух. Они рассекли небо, подобно бумерангам, и вернулись в ладонь стражницы.

– Энергия всегда возвращается к своему обладателю. Лиза Волынская тоже часто этим пользуется.

– Она ведь сражается с кинжалом, верно? – спросила я. Серафима кивнула.

– Наверное, это самое уникальное оружие среди стражников.

– Почему же? – спросила я.

– Этот кинжал является почти точной копией кинжала темного хранителя.

– Что? – переспросила я. – Серьезно?

– Угу, – ответила Серафима, – она пользуется им не так давно, а мечтала о нем чуть ли не с самого перерождения. Для его создания требуется много сил и времени, хотя по энергетической силе он ненамного отличается от другого оружия. Эрик помог Лизе создать его.

– Здорово… – ответила я, – а как вообще образовалась ваша команда? Стражников же много. Они все объединяются в группы, вроде вашей?

– Стражники никогда не выходят в бой в одиночку, это слишком рискованно. Всегда есть шанс погибнуть в сражении, – ее голос на секунду дрогнул. Я поежилась, – и очень страшно, если о гибели стражника не узнают вовремя.

– Почему? – спросила я.

– Никогда нельзя оставлять границы земли без присмотра. Если стражник погибнет, а рядом не будет замены, то темные души могут пересечь земную границу.

Серафима ненадолго задумалась.

– В целом, общины стражников сформировались уже давно. Каждый новичок примыкает к одной из них. Никакого официоза в этом нет, как правило, все происходит спонтанно.

– А почему ты попала именно в эту общину? – спросила я. Серафима улыбнулась.

– Наша команда занимает западную часть Долины Звезд. Я перешла в Мир Света на этой территории. А новых бойцов всегда встречает кто-то из местных.

– Тебя встретил Эрик? – догадалась я. Серафима кивнула.

– Эрик был первым стражником, которого я встретила. Позже я познакомилась с командой, в которой он сражался. Так в ней и осталась.

Серафима сделала паузу.

– Кто-то говорит, что Елеазар набирает стражников в разные команды в зависимости от их перспектив, и что в западную команду попадают фавориты. Как по мне, это неправда. Западная часть действительно самая незаселенная, и стражники чаще перерождаются в других местах. Но мы встречали много достойных бойцов и в других командах. Так или иначе, вклад в безопасность Земли у всех одинаковый.

– На самом деле, я думаю, что все вы – настоящие герои. Земля бы не выжила без вас, – сказала я. Серафима смущенно заулыбалась.

– Приятно такое слышать, – сказала она. Вдруг ее голос стал грустнее. – Большинство стражников тоже не выжило бы без Долины Звезд. Порой десемгент является единственным выходом, – девушка подняла глаза на звезды, – в моем случае, наверное, тоже так было.

– Ты знаешь, – ответила я, – это может показаться странным, но я очень рада, что Эрик встретил тебя. Вам двоим было бы хуже друг без друга. А так… может, это судьба?

В последних словах я попыталась повторить мамин тон, которым она произнесла их пару дней назад.

Серафима засмеялась.

– Может быть. Но в Долине мы все-таки не люди, и полагаться на человеческую судьбу было бы очень… самонадеянно. Так что я просто радуюсь тому времени, которое могу проводить рядом с дорогими мне людьми.

Я смотрела на Серафиму с пониманием. Она не мечтала о прекрасном будущем, в котором они с Эриком, возможно, могли бы стать одной семьей. Для них это было недоступно. И Серафима радовалась настоящему. Что-то в этом определенно меня восхищало.

Вдруг мозг зацепился за фразу «дорогие люди».

– Серафима, – начала я, – а ты случайно не знаешь, тут поблизости нет места, где можно было бы поймать интернет?

Я на секунду задумалась, насколько конфузно звучит этот вопрос на фоне всего происходящего.

– Я хотела бы написать родителям. Они наверняка беспокоятся, что я пропадаю где-то уже четвертые сутки, – пояснила я.

– А, ты об этом, – кивнула Серафима, – дело не в сети. Высшая магия, скорее всего, не допускает утечки информации.

– И… как теперь? Я не смогу написать им? – переспросила я.

– Не беспокойся. Высшая магия не позволит им паниковать. Она умеет влиять на сознание людей, и в результате делает так, чтобы люди не задумывались о вещах, о которых думать не должны.

– Меня поэтому вырубало каждый раз, когда я сталкивалась с Эриком здесь, на Земле?

– Ну… почти. На твое сознание было очень трудно повлиять, и если в первый раз магия худо-бедно справилась, то позже нам пришлось прибегнуть к помощи Ангелины. Ты, наверное, уже знаешь, что она временщица?

– Угу, – ответила я.

– Эрик до последнего хотел, чтобы ты осталась на Земле. Но тем не менее не мог сдержать себя, чтобы не попадаться тебе на глаза, – на лице Серафимы отразились теплые эмоции, – тебе очень повезло с братом.

– Согласна, – ответила я.

– Когда он увидел, что тебя может сбить машина, – Серафима вспомнила о недавнем случае, и ее лицо помрачнело, – он не мог себя контролировать. Он остановил мгновение самостоятельно, чтобы спасти тебя. Временщикам пришлось потом долго все перекраивать.

– Он остановил время сам? Это возможно? – удивилась я.

– Оказалось, что да. Но я до сих пор не могу понять, как он преодолел границу баланса, – призналась Серафима. – Вероятно, такое можно объяснить только большими чувствами к дорогому человеку. Это единственное, что спасло тогда вас обоих.

– Видимо, так и есть… – сказала я. Поступки Эрика с каждым днем удивляли меня все больше и больше.

Вдруг я почувствовала, как меня внутренне качнуло. В ушах зазвенело. Земля подо мной начала казаться неустойчивой.

– С тобой что-то не так? – спросила Серафима. Видимо, резкие изменения в состоянии отразились на моем внешнем виде.

Голова загудела сильнее.

– Нет, все хорошо, – сказала я. Головокружение – обычное для Земли дело, мне не хотелось на него отвлекаться.

– Голова болит? Может, приляжешь?

Серафима беспокоилась явно сильнее меня. Вдруг ее лицо вытянулось, глаза расширились. А параллельно с этим у меня вдруг резко начал чесаться лоб.

– А это что такое… – сказала Серафима, пододвигаясь ко мне и проводя рукой по моему лицу.

– Ай! – тут же отозвалась я. Я посмотрела на пальцы Серафимы.

На них была маленькая сиреневая капля.

Вслед за лбом я чувствовала, как незначительный зуд покрывает щеки. А вот у верхней губы уже будто был укус. Теперь я сама начала дрожащими руками тереть лицо. Я посмотрела на ладони. На них оставались такие же сиреневые разводы. В какой-то легкой панике я снова поднесла руки к щекам, но меня остановила Серафима.

– Не надо.

Ее голос был напряженным. Лицо – серьезным.

– Это обычные царапины. Но чем быстрее мы попадем к Елеазару, тем лучше.

Она встала с травы и подала мне руку. Я уже дотронулась до нее, как голову разорвало окончательно.

– ААРХ! – неразборчиво вырвалось у меня. Переполняющая боль вдруг начала складываться в размытые образы. И с каждой секундой картинка становилась все яснее и яснее.

Передо мной, со всех сторон, были звезды. Но их свет перекрывали то там, то здесь появляющиеся вспышки.

«Эрик, справа!» – раздался голос Волынской. Я повернула голову. Там прямо на меня стремительно надвигалось черное нечто. Похожее на черную тучу, оно извивало двумя конечностями, напоминающими щупальца. Только очень хорошо вглядевшись, можно было узнать в этом облаке человекоподобные очертания.

– Я не могу послать сигнал. Круг темной энергии слишком плотный.

Я смотрю по сторонам. Они везде. Кто-то дальше, кто-то ближе, Темные души летят на нас, как вороны. Мой взгляд падает на Волынскую. Я понимаю, что впервые за многие годы вижу в ее глазах отчаяние. И вид моего расцарапанного лица уверенности ей не прибавляет. Но тратиться на эмоции некогда. Она отводит взгляд и достает из ножен кинжал. Уже через секунду он бумерангом рассекает воздух, поражая несколько Душ. Но на их место сразу же летят новые.

Я глубоко вдыхаю, ощущаю течение крови по венам. Она начинает покидать конечности и собираться в одном месте. Она наполняет грудную клетку, и в глазах начинают бегать искры. Наконец, вся энергия, что была во мне, собирается в один клубок.

Срывается с губ и разлетается по воздуху рык. Клубок внутри меня взрывается, и от меня во все стороны расходится световой щит. Он касается первой души. Второй. Третьей. Все быстрее вспыхивают по воздуху фейерверки. Я смотрю на Волынскую, Фила, Алекса. Они уже вымученные. Но этот щит выиграет нам пару минут времени, пока не прибудут новые души.

– Не терять духа! Мы справимся! – кричу я, чтобы перебить шум от взрывающихся Темных душ. Параллельно я закидываю Темные души световыми сферами. Алекс натягивает тетиву с очередной стрелой.

Кажется, что мы выигрываем. Хотя и никогда в жизни никто из нас не видел, чтобы столько нападало за один раз, мы выдержим. Я верю в это.

Вдруг происходит необъяснимое. За линией душ, которую мы уже почти уничтожили, появляется новая. Как сплошная черная туча. А через несколько минут щит перестанет действовать.

– Да откуда их столько повылазило? – слышу я Алекса. По небу вновь пролетает кинжал Волынской.

Я тихо выругиваюсь. Кровь снова закипает в жилах.

Лишь бы энергии хватило на новый щит.

– Подожди, не надо.

На мое плечо опускается рука Фила.

– Это бесполезно. Их слишком много.

Он вздыхает и улыбается.

– Выход только один, – Фил протягивает мне свой посох. – Отдашь Алисе. Пусть тренируется. На ее долю еще много неприятностей выпадет, но ты ее хоть научи тому, что мы сами знаем. Может, пригодится.

– Фил, нет! – мой голос одновременно жесткий и растерянный. – Мы и так справимся!

– Даже не думай! – кричит Волынская, за один взмах крыльев приближается к нам. Алекс тоже уже рядом. А Фил продолжает улыбаться.

– В таком случае почему именно ты? Почему не…

Фил не дает Алексу договорить.

– Потому что мне сто двенадцать лет. Я вполне доволен тем, что успел увидеть за свой век. А у нас два варианта. Либо остаться здесь всем, либо мне.

Новый взрыв Темной души раздается совсем по-другому. Намного тише.

Щит разрушился. Огромные стаи душ летят вперед. Мы вновь отбиваемся. Но на каждую душу приходятся две новые. Они подлетают слишком близко. Я слышу отчаянный вздох Волынской. Они окружили ее со всех сторон. Я бросаю несколько сфер в ее сторону. Но и меня уже взяли в кольцо. Я выжимаю из себя всю энергию, какая только осталась. Нужен еще один щит. Но на его создание нужно время.

Я бросаю в Темные души сферу, надеясь, что она отгонит их хотя бы на секунду.

Реакция начинается. Кровь отступает от рук и крыльев. Еще чуть-чуть…

Вдруг одна из душ своей лапой бьет меня по ключице. Затем еще раз. Броня не выдерживает и трескается. Я стискиваю зубы. От каждого следующего удара кажется, что на незащищенную кожу капает раскаленное железо. Но солдатам кричать нельзя. Я из последних сил кидаю в души несколько лучей. Кто-то еще вне круга добивает парочку сферами. Где-то вдалеке я слышу крик Лизы. Именно такой крик означает, что ей осталось немного. Он пробирает до дрожи.

– Лиза, держись, прошу тебя! – кричу я. – Алекс, Фил, что с вами?

Я вижу пролетающую около меня стрелу Алекса. Она пронзает несколько душ. И тут же слышится новый удар.

– Мы справимся! – слышу я Алекса. Он говорит это сквозь зубы. И за словами слышится удар.

– Нет, ребят. Они не успокоятся, пока не добьют нас, – говорит Фил. Его голос абсолютно спокоен.

– О чем ты думаешь! – рычу я на него.

– Просто пожелай мне удачи. Парни, берегите наших девчонок, – кричит он. – И ты, Эрик. Разрушь к чертям это Мироздание, но сбереги Алису.

Я молчу. Он прав. Во всем.

– Удачи, брат.

– Давай, брат, – кричит Алекс.

– Фил! – кричит Волынская. Тихий всхлип.

– Только не плачь, девочка-воин. Ты очень сильная, – у него еще хватает сил смеяться.

Темные души продолжают терзать нас, но нам уже все равно.

– Вы были лучшей командой. Передайте это Серафиме. Я буду скучать по ней. Помните. Наши сердца сгорят вместе с нами…

– …А их пламенем мы зажжем свет во тьме, – договариваем мы вместе.

Еле слышно доносится звук рвущейся брони. Но рвется она ровно и спокойно: Темные души бы так не сделали.

Теперь тьме ничего не мешает подобраться к нему.

Лишь бы он смог поймать эту энергию.

На мгновение слышен хрустальный звон. Все замолкает. Секунда. Еще секунда. Они кажутся бесконечными.

Тишину разрушает гром и свет.

Они заполняют все.