Капитан Бартоломью. По озеру на солнце
- -
- 100%
- +
Растерянный Бартоломью сел на землю. «Что случилось? Кто разорил жилище? Где Матильда? Где ежи? Как мне их найти?» – проносилось у него в голове. Вдруг он услышал знакомый голос:
– Бартоломью! Где ты был? Как хорошо, что ты вернулся!
Мышонок поднял голову и увидел Матильду. Следом шла плачущая Анфиса, а за ее спиной прятались перепуганные ежата.
– Что здесь случилось? – спросил мышонок.
– Мы сидели дома и вдруг услышали лай собаки, – всхлипывая, начала рассказывать ежиха. – Афанасий вышел посмотреть, что происходит, а потом вернулся и велел нам всем скорее бежать. Мы выскочили на улицу и спрятались вон в тех кустах. Прибежала большая собака и начала рыть землю под нашей березой. Она разорила дом и раскидала все наши припасы…
– А где Афанасий?
– Он где-то замешкался, и тут появились люди. Девочка увидела его и закричала: «Смотрите! Ежик!» Афанасий свернулся в клубок, надеясь, что его защитят острые иголки. Но не тут-то было: хитрый мальчик вынул из сумки полотенце, завернул в него Афанасия и посадил в сумку. Потом они позвали собаку и ушли. И Афанасия унесли! – зарыдала Анфиса. К ней присоединились все трое ежат, а потом и Матильда.
– Хватит реветь! – строго сказал Бартоломью. – Нужно спасать Афанасия. Куда они пошли?
– Они говорили, что идут на озеро, – пропищала Матильда.
– Сидите здесь и ждите меня, – велел Бартоломью.
– Можно мне с тобой? – спросила Матильда.
– Нет. Ждите здесь! – приказал Бартоломью и побежал к озеру.
Мышонок уже хорошо знал лес и берег. Он помнил, куда люди обычно ходят купаться, и сразу помчался туда. Издалека доносились человеческий смех и лай собаки. Подобравшись поближе, Бартоломью увидел, что мальчик и девочка сидят, склонившись над большой тряпичной сумкой. Мышонок понял, что именно в ней находится несчастный Афанасий. Он затаился и стал ждать. Вскоре детям надоело рассматривать ежа, они завязали сумку, чтобы тот не убежал, и пошли купаться. Собака потрусила за ними. Бартоломью быстро подскочил к сумке.
– Афанасий, ты здесь? Это я, Бартоломью!
– Да, здесь. Беги отсюда, а то они и тебя поймают! Тут собака! – ответил еж.
– Они все ушли купаться. Я помогу тебе выбраться! – успокоил его мышонок и быстро начал прогрызать дыру в сумке.
Для того, чтобы освободить ежика, нужно было проделать большую дыру, и Бартоломью очень торопился. Его острые зубки резали ткань как ножницы, и вскоре Афанасий оказался на свободе. Друзья помчались в прибрежные кусты. Сзади раздались удивленные голоса детей и лай собаки. Видимо, те вернулись и обнаружили, что пленник сбежал.
– Если за нами погонится собака, мы пропали! – встревожился Бартоломью.
– Да, она нас быстро найдет. Но я знаю, что делать, – прошептал еж. – Я умею плавать. Садись ко мне на спину. Мы поплывем вдоль берега, и собака потеряет наш след. Я так однажды уже спасся от страшного большого пса.
Бартоломью попытался было сесть к Афанасию на спину, но больно укололся и быстро соскочил.
– Не получается! У тебя слишком острые иголки!
– Но куда же мне их девать? Скорее! Мы не можем здесь долго оставаться! Собака уже близко! – запаниковал еж.
Бартоломью быстро огляделся по сторонам и увидел под кустом большую сыроежку. Он молниеносно сорвал с ножки шляпку, перевернул ее, насадил на иголки ежа и вскочил в нее, как в седло. В спешке он даже не заметил, что сильно исколол лапки.
Еж поплыл вдоль берега. Мышонок ехал у него на спине в большой сыроежке. Афанасий добрался до узкого прохода в прибрежных камышах и вылез на пологий песчаный берег. Голоса людей и лай раздавались уже далеко позади. Друзья отряхнулись, отдышались и поспешили к разоренному ежиному жилищу, где их ждали перепуганные Матильда, Анфиса и ежата. При виде Бартоломью и Афанасия они снова заплакали, но теперь от радости.
– Как тебе удалось сбежать? – спросила ежиха.
– Меня Бартоломью спас. Он прогрыз дыру в сумке, и я смог вылезти.
– Спасибо тебе! Спасибо! Спасибо! – наперебой начали благодарить Бартоломью ежиха и ежата.
– Спасибо тебе! Если бы не ты, я бы уже, наверное, никогда не увидел свою семью! – сказал Афанасий.
– Какой ты отважный! – восхитилась Матильда.
– Ладно вам, – засмущался мышонок. – Ничего особенного я не сделал… Но нам надо отсюда уходить. Здесь опасно. Что, если эти люди с собакой придут снова?
– Да куда же мы пойдем? – воскликнула Анфиса. – Нам некуда идти!
– Я отведу вас в надежное место! – решительно сказал Бартоломью. – Быстро собирайте припасы, которые сможете унести, и пошли за мной!
Ежи послушно начали подбирать разбросанные сушеные грибы и ягоды и складывать их себе на спины. Бартоломью хотел помочь, но обнаружил, что все его лапки исколоты ежиными иголками, и нести в них что-то просто невозможно.
Бартоломью повел всех прямо к старому дубу – своему новому дому. Все послушно шли за ним. По дороге ежи немного пришли в себя и повеселели. Афанасий рассказывал о том, как люди пытались накормить его какой-то отвратительной едой, которую они называли конфетами, и как удивлялись, что он воротит нос. Наконец друзья вышли на поляну и увидели дуб.
– Вот наш новый дом! – торжественно произнес Бартоломью, указывая лапкой на огромное дерево. – Добро пожаловать!
– Ух, какой громадный! – пискнула Матильда.
– Да! Дуб – дерево прочное. Оно не гниет. Это дом на века! – восхитился Афанасий. – А где же там жить?
– Смотрите! – воскликнул Бартоломью и исчез в пещерке под корнями.
Все полезли за ним. Для ежей проход был узковат, и его пришлось немного расширить. Пещерка была просторной, теплой и очень понравилась ежиному семейству. Они быстро перетащили туда спасенные припасы.
– Как тут хорошо! – похвалил новое жилище еж. – Можно мы здесь поживем, пока будем строить себе новый дом?
– Если вам понравилось, оставайтесь здесь навсегда! – предложил Бартоломью.
– Спасибо большое, но мы не хотим вас стеснять. Мы лучше поселимся по соседству.
– Хорошо, – кивнул Бартоломью и повернулся к Матильде. – А мы с тобой будем жить на втором этаже, в комнате с балконом! За мной! – позвал он и полез наверх через узкий лаз.
– Ой, как интересно! – радостно пищала Матильда, пробираясь следом за ним.
– Смотри! – воскликнул Бартоломью, помогая ей выбраться из лаза.
Матильда была в восторге. Ее мечта сбылась! У нее был свой дом. Большой, крепкий и надежный! В комнатке было окно, а за окном – ветка, которая служила балконом. Этот дом нужно было убирать, достраивать, утеплять, но это был ее дом! А рядом был замечательный, отважный Бартоломью, который спас ежа и с которым она ничегошеньки не боялась. Здесь они проживут долгие годы и будут очень счастливы.
Дикобраз
Бартоломью с Матильдой обосновались в новом доме. До конца лета они усердно заготавливали припасы на зиму. Крот Федор выкопал для своих новых друзей несколько больших подземных погребов и пару просторных комнат. А еще он прорыл подземные ходы так, чтобы в случае опасности можно было быстро убежать по туннелю подальше в лес. Еще один ход соединял дом Бартоломью с новым жилищем ежей.
Афанасий с Анфисой поселились под большими корнями соседнего дерева. Крот вырыл для них большую нору, до которой не смог бы добраться ни один враг, так как она была спрятана очень глубоко. Все колючее семейство часто приходило в гости к мышатам, и каждый раз ежи приносили гостинцы: грибы, орехи, ягоды и даже сушеных червей.
Когда кладовки были заполнены доверху, Бартоломью с Матильдой занялись обустройством жилой части дома. Вход в дупло Бартоломью загородил ставнями, которые закрывались на ночь и защищали хозяев от холода и незваных гостей. Мышата почистили и утеплили дупло и расширили лаз, превратив его в маленькую удобную лестницу. Теперь можно было потихоньку увеличивать жилплощадь, то есть выгрызать новые комнаты внутри ствола. Острые мышиные зубки оказались прекрасным инструментом! Уже к середине осени в доме, кроме спаленки с балконом, имелись большая гостиная, кухня, маленький кабинет и ванная. И это не считая подземных помещений! Не хватало только печки, но построить ее пока никак не удавалось.
Бартоломью придумал выгрызать комнаты таким образом, чтобы сразу получалось помещение с мебелью. То есть кроватки, столы и кресла – все это мыши выточили из дуба. Таким образом, когда работа была закончена, все комнаты были обставлены красивой и прочной мебелью, а полы в них выстланы чистыми и теплыми коврами из опилок того же дуба. Не успели мышата закончить работу, как листья на деревьях облетели, стало холодно и пошли дожди, а ежи, попрощавшись до весны, залегли в спячку – наступила поздняя осень.
Бартоломью с нетерпением ждал зимы. Он много слышал о ней от Матильды, но ему очень хотелось своими глазами увидеть белый снег. Каждое утро он выглядывал из окошка, проверяя, не началась ли зима, но вокруг стояли голые деревья, а с неба сыпал моросящий дождь. Зима все не приходила.
– Ну когда же наступит зима? – каждый день спрашивал Бартоломью Матильду.
– Я не знаю, я ведь тоже еще зимы не видела. Я весной родилась, – отвечала Матильда. – Но мама мне рассказывала, что листья на деревьях сначала пожелтеют, потом облетят, а потом все засыплет белым холодным снегом. Вот это и будет зима.
Однажды Бартоломью с Матильдой отправились за водой. На улице светило солнце, но было холоднее, чем обычно. Подойдя к ручью, они обнаружили, что вода в нем остановилась и стала твердой.
– Ой, смотри! Что случилось с нашим ручьем? – воскликнул Бартоломью.
– Вот это да! По-моему, это называется лед. Мама говорила, что зимой вода превращается в лед.
– Значит, уже пришла зима? А где же снег? – удивился Бартоломью. С этими словами он с разбегу прыгнул на лед и покатился по нему на всех четырех лапках. – Ой, он скользкий! Прыгай сюда! Мы можем покататься!
Матильда аккуратно ступила на лед.
– Ой! Какой холодный! – запищала она.
– Не стой на месте! Давай я тебя покатаю! – Бартоломью схватил подружку за лапку и потащил за собой.
– Ой, как здорово! Только лапки мерзнут!
– Подожди! – Бартоломью побежал куда-то в сторону. – Я придумал! Сейчас будет тепло. – Он мигом притащил кусочек бересты и положил его на лед. – Залезай сюда!
Матильда быстро прыгнула на бересту и покатилась на ней по скользкой поверхности.
– Теперь не холодно! Подтолкни меня, пожалуйста!
Бартоломью подтолкнул бересту, а потом сам вскочил на нее – и они вместе поехали, как на санках. Мышата долго резвились и громко пищали от радости. Вдруг они услышали у себя над головами громкий стук. Они быстро шмыгнули в сухую траву и затаились. Звук повторился. Малыши выглянули из укрытия и посмотрели вверх. На высокой сосне они увидели странную птицу в красной шапочке. Птица сидела на дереве, опираясь на хвост, и долбила по стволу своим длинным клювом.
– Это дятел Борис! – обрадовалась Матильда.
– Откуда ты его знаешь?
– Меня с ним ежиха познакомила, когда мы грибы собирали. Он добрый и спасает деревья от вредных насекомых. А еще он делает целебную настойку на короедах. Он лечит ею больных и однажды согласился вылечить хорька Ерофея, когда тот простудился. А Ерофей его обманул и пытался сцапать. Дятел увернулся, но два пера из хвоста потерял. На хорька он очень обиделся.
– Ты и Ерофея знаешь? – изумился Бартоломью.
– Да, нам же про него ежи рассказывали, помнишь? Его тут все очень не любят, потому что он злой и всех обманывает и обижает.
– Ничего! Пусть только сунется! – успокоил ее Бартоломью.
Мышата взяли льдинки и поспешили к дому. Лед был тяжелый и такой холодный, что держать его было больно. Однако Бартоломью не растерялся. Он взял два больших опавших листа, положил на них льдинки, и на этих саночках малыши быстро дотащили свой груз до дома. И очень вовремя: как только они юркнули под корни дуба, на поляну вышла лиса и стала принюхиваться. Она быстро нашла след, который привел ее прямо к домику Бартоломью. Поняв, что под корнями дуба находится мышиное жилище, злодейка начала его раскапывать.
Бартоломью с Матильдой успели подняться наверх, в дупло, где рыжей разбойнице было их не достать. Но что, если она разорит кладовки с запасами? Или будет выслеживать своих жертв на улице? Врага надо было отвадить раз и навсегда. Но как это сделать? Бартоломью задумался. Он вспомнил, что перед уходом в зимнюю спячку еж Афанасий принес ему связку острых крепких шипов и сказал: «Я буду спать всю зиму и, если что-то случится, не смогу тебе помочь. Но я хочу подарить тебе оружие, похожее на мои иголки, которые не раз спасали меня от беды. Возьми эти шипы. Пусть они будут под рукой». Тогда Бартоломью не понял, зачем ему шипы, и сложил их под лестницей. А сейчас они пришлись очень кстати. У мышонка родился план.
Справиться в одиночку было невозможно, и Бартоломью поделился своим замыслом с Матильдой. Та сначала захлопала глазами от удивления, а потом засмеялась и с радостью согласилась помочь. Матильда осталась наверху в дупле, а Бартоломью побежал вниз. Лиса в это время продолжала раскапывать землю под корнями дуба. Вдруг откуда-то из ствола дерева до нее донеслось: «Уходи отсюда! Это мой дом!» Голосок Матильды, которая произносила эти слова, отражался эхом от стенок дупла и звучал гулко и страшновато.
– Вот еще! – тявкнула лисица. – Здесь мыши живут. Я их поймаю и съем!
– Здесь живу я, дикобраз! – раздалось в ответ.
– Какой еще дико-брызг? Я таких не знаю! – отмахнулась злодейка.
– Дикобраз – это огромный еж с длинными иголками. Я метаю их в своих врагов и поражаю насмерть! А мыши – мои гости и друзья! Уходи отсюда!
– Не уйду! – заявила рыжая хищница. – Я в этом лесу самая сильная и хитрая. А про каких-то дико-брызгов я ничего не знаю и знать не хочу!
Лиса снова начала копать. Бартоломью уже спустился в подземную часть дома. Вокруг сыпались комья земли. Было понятно, что враг совсем близко! Мышонку нужно было действовать крайне осторожно, чтобы осуществить свой план и случайно не попасть к разбойнице в когти. Он спрятался за толстым корнем и начал наблюдать. Почуяв, что мышь где-то совсем рядом, лисица удвоила свои старания. Уже были видны ее большие лапы, разгребавшие землю. Бартоломью бесстрашно ждал. И в тот момент, когда незадачливая охотница засунула в нору морду и облизнулась, мышонок вскочил и быстро вонзил подаренный ежом острый шип прямо ей в нос.
Злодейка подскочила и завертелась от боли. Увидев это из окна, Матильда поняла, что план сработал, и засмеялась. Потом она сказала так громко, чтобы скулящая лиса точно могла ее услышать:
– Получила мою иглу? Так тебе и надо! Еще раз придешь сюда – я всю тебя обсыплю острыми иглами! Будешь знать дикобраза!
Подвывая на ходу, лисица пулей унеслась в лес.
– Ура! Ура! Она убежала! – встретила Матильда поднявшегося наверх Бартоломью.
– Думаю, она теперь долго к нам не вернется, – довольно сказал он.
– А дикобразы правда существуют?
– Да, на моем острове их было много, и мама мне их показывала.
– Жалко, что мы не сможем рассказать нашим мамам, как прогнали лису!
– Да, боюсь, что это невозможно: моя мама осталась далеко за океаном.
– Моя тоже очень далеко, и я даже не знаю, как туда добраться. А как твой остров называется?
– Понятия не имею. Я ведь был совсем маленьким, когда убежал из дома.
Мышата задумались. К сожалению, они никак не могли сообщить своим мамам о том, что у них все хорошо. Оставалось только надеяться на чудо.
Нос у лисы болел очень сильно, и она долго его лечила. Ей могла бы помочь чудодейственная настойка дятла Бориса, но тот не захотел дать ее плутовке. А по лесу пошел слух, что под корнями старого сухого дуба поселился невиданный еж Дикобраз, который метает во врагов отравленные иголки. И глядя на распухший лисий нос, все хищники, включая хорька Ерофея, решили, что им лучше держаться подальше от колючего чудовища.
Так мышата отвадили врагов от своего жилища. А на следующий день наступила настоящая зима: выпал пушистый белый снег, и лес сразу стал сказочно красивым. В мышином домике было тепло и уютно, припасов хватало, и можно было целыми днями гулять, валяться в мягком снегу, рыть в сугробах мышиные ходы и играть в них в снежные прятки, не опасаясь ни хитрой лисы, ни коварного Ерофея.
Дятленок Стук
Зима выдалась не холодная, но очень снежная. Однажды утром мышата открыли ставни и увидели, что белый снег почти добрался до их окошка и уже засыпал балкончик.
– Отлично! Теперь нам не нужно будет спускаться вниз, чтобы набрать снега и сделать из него воду! – воскликнул Бартоломью и радостно нырнул прямо из окна в глубокий мягкий сугроб.
– Ура! И я с тобой! – запищала Матильда и прыгнула следом.
Мышата долго резвились в снегу, а потом придумали новое развлечение – сделали горку, по которой можно было съезжать вниз с балкона. Они трудились целый день, утрамбовывали спуск и заливали его водой. В результате получилась огромная ледяная горка, с которой можно было скатываться, плюхаясь внизу в рыхлый сугроб.
– Жаль, что ежата спят, – вздохнула однажды Матильда. – Им бы тоже очень понравилось кататься!
– Да. Представляешь, они даже снег никогда не увидят! – посочувствовал друзьям Бартоломью. – Я бы тоже не увидел, если бы сейчас жил на своем острове. Там у нас лето круглый год. Но мне здесь больше нравится. Здесь интереснее!
– Неужели на твоем острове совсем не бывает снега?
– Никогда. Там всегда очень жарко. Часто идут проливные дожди, но все равно жарко, – пытался объяснить Бартоломью. – Там все совсем по-другому. Мыши живут в маленьких хижинах из пальмовых листьев, и эти жилища не нужно утеплять. Никто не делает запасы, потому что еды круглый год очень много. Особенно фруктов. Я просто обожал манго и бананы.
– Ой, бананы я пробовала! – обрадовалась Матильда. – Мама однажды притащила домой кусочек. Правда очень вкусно!
– Но мне больше нравится земляника. И снег я очень люблю.
– Я тоже! А теперь у нас даже есть своя горка!
Иногда в гости к Бартоломью и Матильде по подземному ходу наведывался крот Федор. Кроту было скучно одному в подземелье, и он с удовольствием приходил поболтать со своими друзьями. Особенно ему нравилось вспоминать, как Бартоломью свалился в его туннель, спасаясь от хорька Ерофея. В свою очередь мышата не упускали случая побаловать гостя вкусными припасами. Они знали, что зимой кротам приходится туго, так как становится очень трудно найти пропитание.
Время от времени прилетал дятел Борис. Ему тоже нравились отважные и смышленые мышата. Он наблюдал, как лиса пыталась разрыть мышиный домик, и переживал за судьбу малышей. Дятел здорово удивился, увидев, как лисица вдруг подпрыгнула и с воем понеслась прочь. Когда Бартоломью рассказал ему, почему она убежала, Борис сначала долго смеялся, а потом сказал: «Ты умен, находчив и добр! Многим понадобится твоя защита и твой острый ум. Не отказывай в поддержке тем, кто слабее тебя, и помогай всем, кому трудно, хорошим советом и делом».
Однажды утром Матильда спустилась вниз, чтобы принести из кладовки еду на завтрак, и обнаружила, что подземный этаж быстро заполняется водой. Она позвала на помощь Бартоломью. Вдвоем мышата начали спешно перетаскивать продукты наверх. Когда припасы были спасены, друзья стали выяснять, почему случился потоп. Открыв окно, они увидели, что их горка находится где-то далеко внизу: снег осел и начал таять.
– Мама говорила, что, когда приходит весна, снег превращается в воду, – вспомнила Матильда. – Наверное, это весна. Значит, скоро станет тепло и снова зазеленеют деревья.
– И созреет наша любимая земляника! И ежи проснутся! – обрадовался Бартоломью.
Мышата спустились по лестнице. Все подземные помещения уже были затоплены и вход в мышиный домик тоже. Бартоломью немного постоял и вдруг прыгнул в воду.
– Ой, куда ты? Вода ведь очень холодная! – обеспокоилась Матильда
– Мне не холодно! Я же привык купаться в снегу! – успокоил ее Бартоломью и поплыл.
– А где ты научился плавать?
– Меня еж Афанасий летом научил.
Матильде тоже очень хотелось искупаться, но она так и не решилась залезть в ледяную воду. Наконец Бартоломью вылез и отряхнулся, обрызгав Матильду с ног до головы. С тех пор он каждое утро плавал в бассейне, в который на время превратилась подземная часть дома.
С каждым днем снега за окном становилось все меньше и меньше, и однажды его совсем не стало. Вода из подземного этажа ушла, и наконец можно было выйти на улицу. В лесу уже кипела жизнь. Появились даже первые цветы. Бартоломью с Матильдой пошли проведать ежей в надежде, что те уже проснулись, но в ежином домике они никого не застали. Видимо, хозяева вышли из спячки и куда-то отправились по своим делам. Над головами мышат раздался знакомый стук: дятел Борис, который решил поселиться поближе к своим новым друзьям, строил себе дупло. Бартоломью и Матильда поприветствовали его и побежали гулять по весеннему лесу.
С наступлением весны у всех появилось очень много дел. Бартоломью с Матильдой ремонтировали подземные помещения после потопа и строили водоотвод, чтобы дом больше не заливало. Ежи сначала отъедались после долгой спячки, а потом занялись своим жилищем, которое тоже требовало ремонта. Крот Федор ушел по своим туннелям куда-то далеко, и никто не знал, когда он вернется. А дятел Борис с дятлихой Марфой по очереди высиживали птенцов.
В один прекрасный день из дупла, где жили дятлы, раздался громкий требовательный писк. Гордый Борис, увидев Бартоломью с Матильдой, радостно сообщил:
– Поздравьте нас с прибавлением! У нас уже вылупились четверо птенцов! Двое мальчиков и две девочки. Ждем последнего, пятого!
– Поздравляем! Как здорово! Маленькие птенчики, они такие славные! – восхитилась Матильда.
– Поздравляем! – обрадовался Бартоломью.
– Когда они вылезут из дупла, я вас познакомлю. А пока спешу! Они все время просят есть. Надо наловить побольше личинок! – уже на лету прокричал дятел.
Дятлы целыми днями сновали туда-сюда и кормили птенцов. Четверо деток уже немного подросли, а пятый, казалось, и не собирался вылупляться. Борис с Марфой уже беспокоились, все ли с ним в порядке. Но однажды утром внутри яйца раздался стук – и оно развалилось, выпустив на волю толстенького птенца. Малыш сразу широко открыл клюв и потребовал, чтобы его немедленно покормили.
Его назвали Стуком. Он был самым крупным и самым непоседливым. Еще не успев опериться, Стук пытался летать, за что получал нагоняй от мамы. Марфа предупреждала его: «Подожди, не спеши. Когда у тебя вырастут перышки и окрепнут крылышки, ты полетишь. А пока рано! Ты можешь вывалиться из дупла!» Но Стук мечтал летать.
Он постоянно садился на край дупла и размахивал своими куцыми крылышками. И вышло именно так, как говорила мама. Однажды дятленок свалился вниз. Падая, он пытался удержаться в воздухе, но безуспешно. Непоседа плюхнулся на землю и громко закричал от страха и досады.
Встревоженные дятлы спустились к своему детенышу. Оставлять его внизу было опасно. Правда, хищники обходили это место стороной, остерегаясь страшного Дикобраза, но мало ли что может случиться с беззащитным птенцом на земле! Увидев, что дятлы суетятся под деревом, Бартоломью понял: произошло что-то серьезное – и побежал к ним. Стук вопил так, что заглушал испуганные крики родителей, которые вились над ним, не зная, что делать.
Бартоломью сразу догадался, в чем дело.
– Не кричи! – строго сказал от Стуку, но тот продолжал пищать что есть мочи.
Мышонок быстро поднял с земли какого-то червяка и засунул его голодному птенцу в клюв. Тот ненадолго затих.
– Свалился все-таки? – сочувственно спросил Бартоломью дятлов. – Его здесь нельзя оставлять! Мало ли что!
– Да! Я его предупреждала! А он не слушался! И вот! – причитала дятлиха.
– Есть идея! – сказал Бартоломью. – Ваше дупло слишком высоко. Туда его не затащить. Но мы можем взять его к себе. В нашем доме тоже есть дупло. Мы поднимем Стука туда по лестнице, и пусть остается у нас, пока не научится летать. А вы его кормить будете.
– Спасибо тебе! – расплакалась растроганная Марфа. – Но ведь в этом дупле у вас спальня! Где вы сами будете спать, если в ней поселится Стук?
– Мы переберемся в гостиную и поживем там.
– Бартоломью! Я не знаю, как тебя благодарить! – воскликнул Борис.
– Да ладно! – засмущался Бартоломью. – Стук, пошли к нам!
Птенец так шустро засеменил вперед на своих коротеньких лапках, что его едва догнали. Но тут возникла новая проблема: толстенький Стук не мог протиснуться наверх по узкой мышиной лестнице и чуть не застрял в проходе. Бартоломью с Матильдой пришлось расширять лаз. Наконец дятленок оказался в дупле. Оглядевшись, он сразу полез на окно. Но снаружи, на балконе, уже сидел Борис, который загнал неслуха обратно. Пришлось запереть ставни.