В сумерках моря

Несмотря на самозапрет, мысли вновь и вновь возвращались к находке. При этом Феликс понял, что его смутил не сам пистолет… То есть, в первую очередь, конечно же, пистолет, но, когда первая растерянность прошла, внутренний голос удивился тому, что это был за пистолет – ПБ, оружие специальных подразделений. Надёжный, профессиональный ствол. «Жаль, я не обыскал рюкзак, вдруг там ещё и “корочки” под свёртком лежали? Хотя бы узнал, как обращаться к девчонке: товарищ майор или товарищ капитан?» Тоже не получается: если он торговец наркотиками, а она – полицейский под прикрытием, то зачем ей ПБ? Зачем ей вообще ствол, если она играет роль обыкновенной девчонки?

Размышлять, потеряв память, было тем ещё удовольствием. Чащин в очередной раз приказал себе больше наблюдать и собирать факты, вышел из фургона и едва не столкнулся с подошедшей к дверям Джиной.

– Флекс, к тебе пришли.

– Не пришли, а приехали, – поправил девушку плечистый брюнет. И погладил бороду. – По делу.

Феликс щёлкнул зажигалкой, раскурил сигарету и, поскольку брюнет не спешил начинать разговор, вопросительно поднял брови.

– Ты, давай, уходи, – велел брюнет Джине. – Не твоего ума дело.

Девушка фыркнула, но подчинилась, повернулась и, даже не посмотрев на Чащина, направилась на пляж. Брюнет проводил её взглядом, точнее, не столько Джину, сколько удаляющиеся ягодицы, меж которых пролегала едва заметная полоска трусиков, щёлкнул языком и поинтересовался:

– Тебе такие нравятся?

– Какие?

Брюнет несколько секунд смотрел Феликсу в глаза и взгляд его постепенно становился жёстким.

– Ты тупой?

– Нет.

– Ты не понял, о ком я говорю?

– Понял.

– Ты не понял вопроса? Или не хочешь отвечать? Ты решил, что можешь мне не отвечать?

– Ты сказал «они», вот я и не понял сразу, потому что Джина здесь одна и нужно было сказать «она»… Она… – Феликс хотел в очередной раз затянуться сигаретой, но решил не торопиться. – Она – да, нравится. Очень. – И только после этого сделал глубокую затяжку.

Примечания