- -
- 100%
- +
И один — от Даши. «Девочки, вы чего? Она мне в прошлом году жизнь спасла».
Под ним — сорок минусов.
Василиса выключила телефон.
Долго сидела на лавке.
Рядом кто-то сел. Тяжело. Знакомо.
— Видел, — сказал Модест. Он пришёл сам. Пешком. Через весь город. Шерсть в пыли. — В окно. С подоконника ДК. Там подоконник широкий.
— Она меня уничтожила, — сказала Василиса.
— Уничтожила, — согласился Модест. — Красиво. — Он помолчал. — Агафью однажды тоже так. В семьдесят шестом. Ревизор. На собрании. При всём Куйбышевском обкоме. Сказал — «товарищи, перед вами пережиток прошлого». Все смеялись.
— И что бабушка?
— А бабушка, — сказал Модест, — пришла домой, поела щей, легла спать. А утром встала и выиграла. — Он посмотрел на неё жёлтыми глазами. — Ты в её нитку смотрела?
Василиса кивнула.
— Видела узел? В начале?
— Видела.
— Вот, — сказал Модест. — Вот там и выиграешь. Не на сцене. Не в чате. Там. — Он помолчал. — Она тебя на твоём поле обыграла — на словах. Значит, иди на её поле. В её детство.
Василиса смотрела на Волгу.
— И ещё, — сказал Модест. — Тебе на тихом часе Алёша кого показал? Под кроватью?
— Шерсть. Баюшкину.
— Вот, — сказал кот. — А сам Баюшка — где?
Василиса медленно повернулась к нему.
— Прячется, — сказала она.
— Прячется, — согласился Модест. — И, по-моему, я знаю где. — Он встал. Отряхнулся. — Пошли домой. Щей поешь. Потом поговорим.
Глава 4. Баюшка
— Под Алёшиной кроваткой, — сказал Модест.
Был вечер. Дети спали. Василиса стояла в дверях детской. Модест — у её ног.
— Я его третий день чую, — сказал кот. — Пылью пахнет. И молоком. Тёплым. Агафья мне такое давала, когда я болел. — Пауза. — Фрол каждый вечер под Алёшину кроватку блюдце ставит. Я думал — от мышей. А утром блюдце — пустое.
— Фрол Евсеич знает?
— Фрол всё знает, — сказал Модест. — Фрол молчит. Это у домовых — профессиональное.
Василиса вошла в детскую. Тихо. Не включая света.
Гаша спала, раскинувшись поперёк кроватки, с вышитым пледом на полу. Алёша спал на боку. С бакенным фонариком на тумбочке — фонарик горел тихо, тепло. Рука свешена через бортик. Вниз. Под кроватку.
И кто-то держал его за руку.
Длинными серыми пальцами.
Василиса опустилась на колени. На ковёр с медведями. Заглянула под кроватку.
Под кроваткой сидело — что-то. Маленькое. Ростом Алёше по пояс. Серое. Лохматое — свалявшейся, вытертой до проплешин шерстью, как старый плюшевый медведь, которого сто лет таскали за лапу. С огромными круглыми тёмными глазами. С мокрыми дорожками под ними.
Оно держало Алёшу за руку. И тихо, хрипло, сломанно пело. Себе под нос.
— Баю-бай… баю-бай…
Увидело Василису.
Замолчало. Сжалось. Отпустило Алёшину руку. Хотело — Василиса видела — уползти. Дальше. Под стену. В темноту.
— Не уходите, — сказала Василиса. Тихо. — Пожалуйста. Я не обижу.
Существо замерло.
— Ведьма, — прошептало оно. — Агафьина.
— Агафьина, — согласилась Василиса. — А вы — Баюшка?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.