Как я становился офицером, или Заметки о курсантской жизни

Запись 5

Учебные занятия

Меньше знаешь – крепче спишь.

Пословица

Гремит оркестр. Звуки бравурной музыки далеко разносятся в морозном воздухе, отражаясь гулким эхом от стен учебных корпусов.

Мы идем торжественным маршем перед трибуной. Печатаем шаг, синхронно вскидывая прямые ноги. Тяжело держать равнение на промерзшем до скользоты плацу. Но нам не привыкать. Третий курс в училище называется «Веселые ребята». Вот мы и стараемся соответствовать. Позади остались младшие курсы: первый – «Без вины виноватые» и второй – «Приказано выжить». Впереди светлое будущее четвертого курса с его гордым девизом «Господа офицеры!». Нас уже в следующем сентябре ждут хромовые сапоги, а весной – офицерская полевая форма. На ее погонах мы нарисуем красным карандашом заветные звездочки. А пока, левой-левой!

На трибуне наши отцы-командиры

Все-таки, когда в шеренге трое курсантов идти не так уж и трудно. Сложнее будет при подготовке к параду на 7 ноября. Там придется держать равнение в шеренге по двенадцать человек. Вот это уже намного сложнее. Со следующего понедельника нашей роте придется вставать в пять утра. Полусонных нас будут возить на тренировки к параду на военный аэродром «Военвед» в Ростове-на-Дону. Плацем там будет служить взлетно-посадочная полоса. Километра три сплошного бетона. Маршируй, не хочу. Соберется много народу из различных частей и училищ Северо-Кавказского военного округа. Распоряжаться всем, по слухам, будет заместитель командующего округом, строгий генерал. У него дисциплинарной власти хватит надолго посадить какого-нибудь нерадивого строевика на гарнизонную гауптвахту. А туда попадать никто из нас не хочет. Порядки в этой военной мини-тюрьме суровые. Мы, курсанты, знаем об этом не понаслышке. Несли там караульную службу и охраняли-гоняли арестованных солдат. В этом месяце выпала очередь нести службу на гауптвахте солдатам танковой дивизии. А те, ждут не дождутся, отыграться на курсантах. Так, что перспектива попадания на гауптвахту совершенно не радовала.

Прохождение торжественным маршем на строевом плацу

(на заднем плане слева – учебный корпус и техника связи, справа – курсантская столовая, а в просвете между ними виднеется забор автопарка)

К рассказу о подготовке к параду я еще вернусь. А пока не будем загадывать далеко вперед, сейчас нам пора на занятия.

Первое занятие – лекция. В начале семестра бывает до трех лекций подряд. Забегаем наперегонки в лекционный зал. Он большой и просторный, построен с наклоном. Длинные ряды парт и скамеек, а между ними наверх ведут два прохода. Внизу возвышение – сцена. На ней – стол с трибуной, рядом на стене – классная доска. Дежурный курсант уже трет ее тряпкой, удаляя старую надпись.

Бывалые старшекурсники, мы стараемся занять места повыше, подальше от лектора. Я предпочитаю сидеть в среднем ряду. Здесь и слышно достаточно хорошо, и к преподавателю не так близко. У нас есть несколько на «отлично» успевающих курсантов, которые всегда садятся в первых рядах. Сегодня среди отличников затесались несколько хитрецов, желающих произвести выгодное впечатление на преподавателя.

На галерке курсанты достают из полевых сумок… Нет, не конспекты, как вы, наверное, подумали, а резиновые надувные игрушки. Серия резких выдохов, и готова подушка для усталой, переполненной тяжелыми думами курсантской головы.

Есть поговорка: «До обеда боремся с голодом, после обеда – со сном». К курсантской жизни она не подходит. Учась в училище, мы боролись со сном и голодом одновременно, и почти постоянно. К легкому чувству голода постепенно привыкаешь. Но стоило нам, особенно на младших курсах, присесть хотя бы на минуту, так тут же начинало клонить в сон. Порой мы могли уснуть в самой неудобной позе или ситуации. Вспоминаю, как я умудрился заснуть на ходу в утреннем походе в баню. Уснул потому, что было пять часов утра, а не упал, благодаря товарищам по строю, плотно прижавшим мои плечи с обеих сторон.

Готовясь к лекции, большая часть курсантов открыла тетради и приготовила ручки. В нашем училище добросовестное ведение конспектов занятий – непременное условие хорошей успеваемости. В конце семестра преподаватели проверяют конспекты, и по некоторым дисциплинам за прилежное конспектирование можно даже автоматом получить зачет. Я старательно раскрашиваю свои конспекты цветными карандашами.

Мой конспект по ЛРТУ (линейные радиотехнические устройства)

Начинается лекция. Уровень преподавания у нас довольно высок. Занятия ведут как военные, так и гражданские преподаватели. Среди преподавательского состава очень много профессионалов, действительно влюбленных в свой предмет. Из их числа мне запомнился подполковник Алексеев. Он читал лекции по военной истории. Это происходило так интересно и увлекательно, что на его выступления собирались курсанты других рот – те, кому не повезло попасть в его лекционный поток. Одной из любимых поговорок этого преподавателя была: «Чтобы лить воду, нужно иметь кувшин!» На простой язык это можно перевести как: «Чтобы красиво говорить, надо иметь что-то в голове».

Не у всех лекторов получалось донести собственные энциклопедические знания до такой массы слушателей. Одни преподаватели, увлекаясь, отходят от микрофона. Звук тут же гаснет, а вслед за ним и угасает интерес курсантов. У других страдает дикция. Но главное, что в обоих случаях теряется нить лекции. Конспектировать в таких условиях очень трудно.

Нервничаю, но продолжаю упорно записывать под монотонный голос очередного лектора. Неожиданно вздрагиваю. Оказывается, я заснул. Смотрю в конспект лекции. Получилась кривая, чем-то похожая на диаграмму биения сердца, с постепенным сползанием книзу в угол тетради.

Слышу торжествующий голос лектора. Это старенький подслеповатый профессор. Он сегодня пытался донести до нас основы политэкономии.

– Посмотрите! – возбужденно говорит профессор. – Все спят. И лишь один курсант С. меня всегда образцово слушает. С.!

Лектор обращается к курсанту в круглых черных очках, сидящему за первым столом. Надо отметить, что курсант Сергей С. никогда не блистал особым рвением к учебе, учась строго на «удовлетворительно». Обладая слабым зрением, он постоянно носил очки. И как это было тогда (да и сейчас) модно, заказал для них затемненные стекла. Почему нет? Все четко видно, и хорошая защита глазам от солнца. Два в одном, так сказать.

Так вот возвращаемся в лекционный зал. По всей просторной аудитории курсанты, отсидев все, что можно на жестких скамьях, дремали за партами в самых разнообразных позах. Кто-то положил руку на лоб, загородив глаза, да так и заснул. Кто-то, совсем обессилев, сполз на скамейку и полностью на нее улегся. И только за первой партой, откинувшись прямой спиной на спинку скамьи, сидит курсант Сергей С.

Профессор вновь обращается к нему:

– С., вы молодец! Встаньте!

Курсант С. продолжает неподвижно смотреть на лектора. Тот повышает голос, называя курсанта еще раз по фамилии. В его тоне уже сквозит легкое недовольство. Сосед по столу толкает С. в бок, и тот испуганно вскакивает с места.

Все становится понятным. Ушлый курсант, пользуясь черными очками, как шторами, преспокойно продремал всю лекцию под самым носом у преподавателя. А профессор был полностью убежден в его прилежании. Как слушает!

Видимо, курсант С. проделывал этот номер уже не в первый раз. Но теперь его секрет был раскрыт. Старенький профессор ахнул и дрожащей от негодования рукой занес фамилию курсанта в свой «черный» блокнот. Неудивительно, что в конце семестра Сергей готовился к экзамену по политэкономии изо всех сил. Но ему повезло, наша группа сдавала экзамен другому преподавателю. Тот, видимо, ничего не знал об этом случае, а, может быть, сердобольный профессор по доброте душевной простил провинившегося курсанта. Спали ведь на лекциях многие. Зачем же наказывать кого-то одного?

Учили нас в училище хорошо. Единственным минусом, как считали и преподаватели, и курсанты, был широкий профиль обучения. То есть обучали не узкой специальности, а всему понемногу. На этот формат обучения перешли, буквально, перед самым нашим поступлением в училище. Не повезло. Специалисты узкого профиля всегда и везде ценятся выше.

Расписание учебных занятий (фото с сайта НВВККУС)

На групповых занятиях преподаватели тоже были самые разные, но к своему делу все, за редким исключением, относились добросовестно.

Высокой квалификаций и искренней увлеченностью преподаваемым предметом мне запомнился подполковник Анцупов, обучавший нас приему-передаче на слух. Азбуку Морзе мы изучали по напеву. К примеру, буква «а» звучала: ти-та-а-а, где ти – точка, а та-а-а – тире. Напев для этой буквы «ай-да-а-а». Другой пример, буква «ж» (три точки-тире). Звучало это так: ти-ти-ти-та-а-а. Напев «я-бук-ва-же-е-е». Сложно? А вы как думали…

Таким способом мы изучали все знаки. Потом они прочно сидели в голове. Стоило только услышать морзянку, и ты уже знаешь, что это за знак. Кроме приема на слух, нужно было уметь передавать телеграфные знаки. Для этого мы обучались работе на телеграфном ключе. Это тоже целая наука. Сейчас в старом кино можно видеть, как радист легко и быстро выстукивает ключом. А по факту, чтобы достичь высокой скорости передачи нужны были долгие и постоянные тренировки. Одновременно с изучением азбуки Морзе мы учились работать на телеграфных аппаратах СТА-2М. Нас учили печатать всеми пальцами слепым методом (не глядя на клавиатуру). Для этого сначала осваивалась сама клавиатура – какой палец для какой буквы предназначен.

Всеобщим «любимцем» был преподаватель дисциплины «Электронные элементы» подполковник Подлесский. Курсанты дали ему прозвище «Жора-Череп» за большую лысую голову. Это был опытный педагог, досконально знавший свой архисложный предмет. Одна из его любимых фраз в конце занятия, от которой замирали сердца курсантов: «А теперь проведем коллоквиум!»

В отличие от студентов мы, курсанты, были кровно заинтересованы в каждой полученной оценке. Действовало строгое правило: «заработал двойку» – не идешь в увольнение, а сидишь в казарме и зубришь предмет. На семестровых экзаменах цена вопроса возрастала многократно. Ведь двоечники не ехали в отпуск, пока не пересдадут свои «неуды» на положительные оценки. Сами понимаете, стимул был мощный.

Учебная нагрузка возрастала с каждым курсом. В моей памяти всплывает конспектирование бесчисленных первоисточников по общественным предметам, мучительные попытки постигнуть высшую математику, погружение в теорию прохождения радиоволн, выполнение нормативов на технике связи и многое-многое другое…

На групповом занятии

Тренировка в приеме на слух

Настройка радиостанции

Запись 6

Курсантские байки

Смеяться, право, не грешно, над всем, что кажется смешно.

Н.М.Карамзин

Особое внимание в нашем училище уделялось строевой выправке, подтянутости и аккуратности в ношении военной формы. Наши командиры шутили: «Умом ты можешь не блистать, но сапогом блистать обязан».

На строевом смотре

Нас, курсантов, помимо требований Уставов, воодушевляли исторические и духовные традиции офицерства, пример старшекурсников. Иногда по вечерам мы слушали офицерские романсы на простеньком кассетном магнитофоне:

Посему байка, которую мне поведал один знакомый курсант, вполне могла основываться на реальном случае. Итак:

Строевик

Про одного офицера-преподавателя в среде курсантов ходили упорные слухи, как о любителе строевой выправки. Дескать, на его занятии нужно было лишь четко выйти к доске, докладывать громко, командным голосом и тогда докладчику будут большие преференции. Мы между собой шутили: «Подход, отход, фиксация – три балла». С самим преподавателем мы к счастью (или к несчастью) знакомы не были. Шутки так и остались бы шутками, но жизнь распорядилась по-другому. Случилось так, что наш преподаватель по военной радиосвязи заболел, и, к нашему ужасу, на контрольное занятие в группу должен был пожаловать тот самый строевик. Вот тогда-то один смекалистый курсант решил сыграть на его пристрастии. Фамилию курсанта называть не буду. Скажем, Иванов.

Наступил час «Ч». В класс входит незнакомый офицер внушительной комплекции. После доклада замкомвзвода преподаватель здоровается с группой. Мы дружно отвечаем. Голос курсанта Иванова резко выделяется силой звучания на общем фоне. Садимся за парты. Офицер, довольно покашливая, усаживается за преподавательский стол. Начинается занятие. В аудитории воцаряется напряженная тишина. Кажется, можно услышать, как пролетает муха.

Зловеще пошелестев журналом, преподаватель обращается к группе:

– Кто первым пойдет отвечать?

Курсант Иванов тянет вверх руку.

– Пожалуйста, – приглашает «храбреца» офицер.

Курсант с грохотом встает из-за парты. Четким строевым шагом выходит к доске. Красиво поворачивается, щелкнув каблуками. Подтянув живот и выпятив грудь, громким голосом докладывает:

– Курсант Иванов, для сдачи зачета прибыл!

– Тяните билет!

– Билет номер десять. Разрешите отвечать?

Преподаватель удивленно смотрит на курсанта поверх очков.

– Без подготовки? Ну что ж, извольте…

В классе гремит, заставляя дребезжать стекла в окнах, командный голос курсанта Иванова:

– Вопрос первый. Тактико-технические характеристики радиостанции Р-123. Радиостанция Р-123 является ультракоротковолновой радиостанцией и предназначена для радиосвязи. Доклад по первому вопросу закончил…

Примерно так же звучит ответ Иванова по остальным вопросам. Затем следует доклад об окончании ответа по билету. Щелкнув напоследок каблуками, курсант, печатая шаг, возвращается на свое место.

В аудитории устанавливается гробовая тишина. Все ждут продолжения. Преподаватель сидит, низко склонившись над своим конспектом. Он медленно багровел на протяжении всего доклада курсанта, и теперь его лицо стало цвета училищного знамени. Пауза затягивается. У Иванова выступает на висках пот. Он в противоположность преподавателю бледнеет.

Офицер грузно встает. Как привязанный на ниточке, следом за ним поднимается со своего места наш курсант. Краска медленно сходит с лица преподавателя. Физиономия Иванова идет пятнами…

– Ну что ж, курсант Иванов, – тяжело роняет слова офицер. – Благодарю вас за демонстрацию отличной строевой выправки. На занятии по строевой подготовке, я думаю, вы получили бы оценку «отлично»! Но за знания по моему предмету вам пока «неуд». Возьмите со стойки плакат с ТТХ радиостанции Р-123 и изучайте. В конце занятия у вас будет шанс повысить оценку. А на будущее, это касается всей группы, внимательнее смотрите расписание.

Оказалось, что на кафедре произошла замена, и вместо любителя строевой выправки к нам на контрольное занятие был назначен другой преподаватель. Курсант Иванов успел до конца занятия выучить тактико-технические характеристики радиостанции и исправить оценку. А может быть все-таки сыграла свою роль отличная строевая выправка?

Вопросы по билету есть? (фото с сайта НВВККУС)

Связист-танкист

По поводу радиостанции Р-123 у нас в училище ходила забавная байка.

Как-то раз после выпуска из училища приезжает молодой лейтенант в танковый полк. А там, как назло, все должности связистов заняты. На собеседовании командир полка ему и говорит:

– К нам в полк не так часто лейтенантов-выпускников присылают. Если отправим тебя обратно в штаб округа, так вообще больше никого не пришлют. Давай-ка мы тебя пока назначим на должность командира танкового взвода. Через пару-тройку месяцев один из офицеров-связистов уедет по замене, тогда тебя на его место и переназначим. Не пожалеешь, должность капитанская.

Лейтенант подумал и согласился. Неизвестно еще, в какую Тмутаракань его окружные кадровики отправят. А тут как-никак капитанская должность в перспективе «светит».

Неожиданно приезжает инспекция из штаба округа. Построили полк на строевой смотр, вывели технику. Стоит командование полка, ротные офицеры, танковые экипажи, а позади сами танки. Вдоль строя идет невысокого роста старичок – генерал танковых войск, за ним, как водится, многочисленная свита. Подходит к каждому экипажу, задает вопросы. Доходит очередь до нашего лейтенанта. Тот стоит ни жив, ни мертв. О танке он не знает ровным счетом ничего.

Генерал останавливается перед лейтенантом. Тот громко и четко рапортует. Старенький ветеран-танкист довольно улыбается. Нравится ему молодцеватость юного офицера. Свита генерала, как по команде, тоже начинает улыбаться. Только у командира полка лицо бледнеет в ожидании, что же будет дальше. Генерал обращается к лейтенанту:

– Сынок, я тебя об устройстве танка спрашивать не буду. Ты там и так все знаешь. Ты мне лучше скажи, что это за железный ящик, на который ты ногой становишься, когда из люка вылезаешь?

Тут у нашего лейтенанта смутно забрезжила догадка. Он уже успел с десяток раз в танк слазить. Четко, как учили в училище, лейтенант докладывает:

– Товарищ гвардии генерал-майор, это радиостанция Р-123…

И выдает все тактико-технические характеристики радиостанции вплоть до принципиальной схемы. Генерал доволен, прямо лучится от радости. Говорит лейтенанту:

– Достаточно, сынок!

Потом обращается к свите:

– Вот так молодец! Завтра же подготовить приказ о назначении его командиром танковой роты. Все бы так вверенную им технику знали!

Немая сцена…

Запись 7

Самоподготовка

В курсантской жизни всегда найдется место для шалости.

Жизненное наблюдение

Пятница. Время после обеда. В учебном классе тишина – идет самоподготовка. Это такие занятия, когда мы самостоятельно без преподавателей под руководством замкомвзвода грызем гранит военной науки. На доске мелом написан расход личного состава нашей 134 учебной группы: кто-то из курсантов заступает в наряд, кто-то – тренируется в сдаче нормативов на кафедре, а кто-то пошел заниматься в секретную библиотеку. Информационная справка составлена на случай внезапной проверки начальством.

Ну вот, уже все задания сделаны. Чем заняться?

Придумываем себе забаву. Один из курсантов вырезает из бумаги прямоугольник, размером с пятирублевую ассигнацию. Складывает его гармошкой. Как будто настоящую купюру случайно так сплющило. На видимой глазу стороне проказник перерисовывает карандашом с настоящей банкноты, цифру пять и слегка затеняет край. Теперь издалека бумажку не отличить от настоящей денежной купюры. Ну, почти…, если не присматриваться. Всем известно, что у жадности глаза велики. На это и расчет. Прилепляем фальшивую купюру с помощью клея к белой нитке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.