Звездное чаепитие. Фантастика и приключения

Благодарю моего друга Игоря Мишина за ценные советы и замечания

1

Транспортный корабль третьего класса «Бродяга» парил в черной пустоте. Бескрайний космос окружал его со всех сторон. Вокруг, куда ни брось взгляд, были звезды. Бесчисленное множество звезд, а кроме них лишь безмолвная тишина и бесконечность. Но неподвижность корабля была кажущейся. Транспортник летел со сверхсветовой скоростью, пожирая парсек за парсеком галактического пространства.

Летящий корабль был погружен в темноту. Необходимости в освещении не было, поскольку почти весь экипаж находился в анабиозных камерах. Свет горел лишь в одном месте – в рубке управления. Второй пилот и единственный бодрствующий член экипажа Присмус Чаюкаквы сидел, ссутулившись, в мягком, глубоком кресле. Прямо перед ним на большом мониторе располагалась доска с шахматными фигурами. Шло напряженное сражение между космолетчиком и корабельным компьютером. Общий счет с начала полета составлял 123:42 в пользу искусственного интеллекта, при 37 партиях окончившихся ничьей. Присмус подозревал, что все одержанные им победы были насквозь фальшивыми. По его мнению, конструкторы установили в компьютерную игру ограничение – поддаваться противнику в соотношении три к одному. Несмотря на указанные сомнения, победы, одержанные в упорном поединке с машинным разумом, весьма радовали Чаюкаквы, а кроме того, шахматы были отличной гимнастикой для ума.

В память компьютера была загружена масса других игр, но второй пилот в этом вопросе придерживался консервативных взглядов. «Похоже, что партия закончится ничьей», – подумал Присмус. Он сделал очередной ход, потянулся всем телом и взял в руку кружку с горячим чаем.

– КЛОПС, сохрани игру в моей папке, потом доиграем, – скомандовал дежурный пилот.

– С Вашего позволения не КЛОПС, а КЛОФС – Компьютер Локальной Оптимизации Функциональных Систем, – обиженным голосом ответил искусственный интеллект корабля. – Если вы забыли, второй пилот Чаюкаквы, то партия сохраняется автоматически…

Столь необычной фамилией Присмус был обязан своим предкам – колонистам на затерянной среди звезд планеты Ксакса-78. Семейная легенда гласила, что давным-давно корабль с земными переселенцами совершил на ней аварийную посадку после столкновения с метеором. К счастью, на Ксакса-78 оказались пригодные для жизни условия. Связь корабля с Землей была потеряна, и люди на столетия оказались отрезанными от родной цивилизации. Большую часть давшей им приют планеты покрывала водная гладь. Суша представляла собой единый материк, который населяли немногочисленные туземцы маленького роста с красной кожей. Все они принадлежали к одной народности юкоси. Внешне местные жители удивительно походили на людей. Высадившимся

на планете колонистам удалось найти с ними общий язык. Гости поделились с туземцами научными знаниями, а затем ассимилировались и растворились среди коренного населения. Детей от смешанных браков юкоси и землян было видно издалека. Они отличались от остальных жителей высоким ростом, крепким телосложением и бледным цветом кожи.

Планета Ксакса-78 была вновь открыта разведчиками с Земли лишь спустя три столетия. Высадившиеся на планете земляне обнаружили обломки транспортного корабля колонистов и смогли восстановить картину произошедшего. Они сразу выделили потомков людей среди местных жителей и стали уделять им повышенное внимание. К этому времени те позабыли язык своих предков, и им пришлось учить его заново. Разведчик-землянин Петр Ивкович, навещавший семью Присмуса, был добряком и большим любителем чайного напитка. Когда он приходил в гости, то щедро угощал чаем всех домашних и интересовался их здоровьем. Родителям Присмуса так понравились слова, с которыми землянин обращался к ним при каждой встрече, что, когда на планете состоялась первая перепись населения, они сделали их своей фамилией. К слову, в тот период появилось много необычных фамилий – «Приветвам», «Будьтездоровы» и другие.

С разрешения Большого совета старейшин юного Присмуса, в числе других десяти мальчиков, отправили учиться на Землю. Их доставили туда на арендованном космолете. По прибытию на Землю ксаксанцев поселили в школе-интернате и уже на следующий день они пошли на занятия. Условия жизни на новом месте были достаточно суровыми. Большую часть времени занимали учеба и занятия спортом, но дети не жаловались. Они помнили о высокой цели, поставленной перед ними старейшинами общины – овладеть знаниями, чтобы принести пользу своему народу. Через четыре года Присмус с отличием закончил школу-интернат и поступил в космическую академию.

2

Однажды ночью во время учебы в академии Чаюкаквы приснился сон, в котором родители настойчиво звали его домой. Присмус знал, что за этим последует. Такое с ним случалось уже не в первый раз.

На следующее утро, стоило Присмусу переступить порог академии, как его вызвали к ректору, где вручили копию официального запроса Большого совета старейшин планеты Ксакса-78, а также билеты на ближайший рейс пассажирского космолета. В академии курсанту Чаюкаквы оформили отпуск по семейным обстоятельствам. Этот внезапный вызов был уже пятнадцатым с момента оставления Присмусом родной планеты. В нем не было нечего удивительного… с точки зрения ксаксанца.

Если чей-то любопытный взор заглянет в Главный космический справочник по внеземным цивилизациям, то на 341-ой странице 15-го тома обнаружит следующую запись:

«… население планеты Ксакса-78 составляет десять тысяч жителей, которые проживают в трех агломерациях. Все они являются представителями одной общины юкоси. По невыясненной наукой причине количество ксаксанцев остается неименным с незапамятных времен (если верить преданиям туземцев).

Поддержание численности населения на уровне в десять тысяч жителей является подтвержденным фактом. Подобный феномен не имеет научного объяснения. По предположениям ряда ученых планета Ксакса-78 представляет собой замкнутое симбиотическое сообщество с тесными межвидовыми связями. Установлено, что при рождении ребенка тут же умирает самый старый член общины. Возможно, имеет место психологическое воздействие или самовнушение. Численность населения находится под контролем Большого совета старейшин. Для того, чтобы завести детей семье требуется специальное разрешение.

В случае внезапной гибели большого количества ксаксанцев запрет на рождение детей снимается, а для формального восполнения численности общины до нужного уровня в него временно включаются дикие животные и даже растения. По определенным признакам определяется их согласие, после чего происходит обряд инициации. Временным членам общины присваиваются имена умерших ксаксанцев, и в этом качестве они остаются до появления новых детей. Затем временщиков переводят в ранг «охранителей», что позволяет им получать почести и различные подношения до конца жизни.

Старейшины общины убеждены, что количество ксаксанцев, превышающее установленный предел в десять тысяч, нарушит существующий природный баланс и приведет к необратимым катастрофическим последствиям. Юкоси верят, что их планета – разумное существо. Она тонко чувствует все происходящие на ее поверхности изменения, а при необходимости умеет себя защитить.

Согласно сохранившимся преданиям, незадолго до высадки землян-колонистов на Ксакса-78 в кровавой междоусобице погибла половина населения планеты. Это объясняет, почему чужаков приняли в существующую замкнутую экосистему…»

Малочисленность населения планеты имела свои положительные стороны. В джунглях всем хватало дичи и плодов. Ксаксанцы редко болели, жили долго и обладали огромным запасом жизненных сил. По представлениям туземцев, между юкоси, животными и растениями существовали некие духовные связи, а сама планета по-матерински заботилась о своих питомцах.

Одной из древних традиций, существовавшей в среде юкоси, был выбор личного тотема. Им могло стать какое-либо животное или растение. Обязательным условием являлось нахождение представителей этого вида среди охранителей общины.

Семья Чаюкаквы на языке юкоси именовалась Брюхоногие. Их семейным тотемом был могучий, покрытый прочным панцирем зверь – брюхоног, обитавший на зеленых равнинах. Острые рога, толстая броня и мощные ноги не оставляли шансов уцелеть его противникам. Удивительно, но по своей натуре брюхоног был миролюбив и флегматичен. Вероятно, причиной тому являлся его пищевой рацион. Зверь был травоядным и питался, в основном, растительностью. Однако при возникновении угрозе жизни или защищая потомство, брюхоног превращался в настоящую машину смерти.

Чаюкаквы, сколько себя помнил, мог мысленно общаться с представителями семейного тотема, чувствовать и понимать разных животных и даже растения. После отбытия Присмуса на Землю его духовная связь с родной планетой истончилась. На время его отсутствия в семью был принят временный член – молодой брюхоног Рогач. Для того, чтобы связь Присмуса с родиной не прервалась окончательно, нужны были периодические посещения. Именно поэтому Большой совет старейшин время от времени присылал по дипломатическим каналам вызовы.

Этот визит на родную планету начинался как обычно, и ничего не предвещало неожиданных поворотов. Родители Присмуса ждали его в космопорту, а после радостной встречи семья отправилась домой. Перед родительским домом их остановили стражники. Хмурые лица воинов внушали тревогу. Присмуса без всяких объяснений взяли под конвой и повели по дороге, ведущей в Священный храм.

Святилище находилось внутри огромной пещеры. В этом полутемном подземелье было прохладно в самые жаркие летние дни. Чаюкаквы с детства запомнилась царившая здесь таинственная атмосфера. Родители приводили его сюда по праздникам. На дальней от входа стене пещеры располагалось Око Бога – барельеф главного божества юкоси, выполненный в виде полусферы из прозрачного камня. По периметру его окружали изображения зверей и растений – охранителей.

Старейшина общины протянул Присмусу кубок с остро пахнувшим травами напитком, и, дождавшись, когда юноша его выпьет, подтолкнул к алтарю. На подгибающихся ногах Чаюкаквы направился к стене. Не доходя до нее нескольких шагов, он остановился и принялся рассматривать изображения. Рисункам было уже не одно тысячелетие. Юноша никогда не видел их так близко. Казалось, что звери и растения двигаются в свете факелов, а изнутри Ока Бога на него кто-то смотрит. Что делать дальше Присмус не знал. Голова слегка кружилась, а мысли путались. Мгновения тянулись чудовищно медленно. Или ему это так казалось?

До Присмуса доходили слухи о подобных испытаниях. Это было чем-то вроде проверки на зрелость. Ее удостаивались лишь немногие члены общины. Юноша вспомнил, как отец шепнул ему при расставании: Прислушайся к себе…

Ну что ж, попробуем.

Чаюкаквы закрыл глаза и постарался успокоить дыхание. Он начал считать вдохи и выдохи. Через какое-то время сквозь прикрытые веки юноша увидел разгорающийся свет, а когда открыл глаза, то увидел, что прозрачная полусфера Ока Бога светится изнутри. Затем засияло изображение брюхонога. «Вот оно!», – понял Присмус.

Юноша шагнул к стене и коснулся кончиками пальцев правой руки рисунка семейного тотема. Сначала он ощутил слабое покалывание, а затем что-то ручейком перетекло в его руку и, пробежав по телу, собралось внизу живота. Чаюкаквы почувствовал прилив необычайной силы, а потом все пропало.

Кто-то коснулся плеча Присмуса. Юноша вздрогнул, придя в себя, и оглянулся. Старейшина общины улыбался ему довольной улыбкой. Поддерживая Присмуса под руку, он вывел его из пещеры. Там стояли отец с матерью, а чуть поодаль столпились жители поселения. Все вели себя тихо, лишь изредка перешептываясь. Старейшина коротко кивнул отцу, и родители облегченно заулыбались.

Присмус чувствовал себя неважно. Его бросало то в жар, то в холод. Юношу отвели домой, где он, с трудом добравшись до постели, сразу провалился в сон. Наутро отец рассказал ему о тайном смысле проведенного ритуала. Душа Присмуса была навсегда объединена с душой молодого брюхонога. Теперь они с Рогачем могли чувствовать друг друга на расстоянии, а при необходимости оказывать помощь.

3

Благодаря разведчику-землянину Петру Ивковичу, Присмус с детства полюбил чай. Обучаясь в космической академии, он прошел факультативный курс, посвященный чайному искусству. Юноша постоянно совершенствовался в приготовлении чая и по окончании обучения в академии вместе с дипломом «пилота космического корабля» получил сертификат «мастера чайной церемонии 1-категории», став продолжателем многовековых традиций.

Приятно сделать паузу в повседневных делах и выпить чаю. Сделав маленький глоток, Присмус закрыл глаза и покатал жидкость на языке. Вкусовые рецепторы просигнализировали о легкой терпкости напитка. «Совсем неплохо для кухонного комбайна MB-31, – подумал Присмус. – Эта железяка каждый раз заваривает чай все лучше. Если так и дальше пойдет, то этот робот скоро превзойдет меня в мастерстве. Хотя нет, для пищевого автомата такое вряд ли возможно…».

По твердому убеждению Присмуса, чтобы добиться совершенства в приготовлении чайного напитка нужна человеческая натура, чутко настроенная на текущий процесс. Ведь при заваривании чая необходимо мгновенно учитывать десятки переменных: качество и температуру воды, скорость ее остывания, сорт и количество чая, характеристики чайной посуды и многое другое. Лишь правильное сочетание всех факторов давало на выходе высококачественный продукт. Для этого надо обладать особой интуицией. Чаюкаквы сомневался, что кухонный комбайн когда-нибудь сможет добиться успеха на этом поприще.

Чаюкаквы был уверен, что человечество слишком полагается на автоматы приготовления пищи, поэтому в результате вместо изысканных блюд большинство людей питается низкосортными суррогатами. Чай здесь не был исключением. Ведь железяка даже не сможет оценить по достоинству произведенный ей напиток. А главное – в процессе приготовления чая не будет души или, иными словами, одухотворенности.

Какую душу может иметь механизм? Ни для кого не секрет, что даже самые простые блюда (та же яичница)

по вкусу будут отличаться, если приготовить их в разном настроении. Поэтому во время чайного действа мастер должен находиться в состоянии душевной гармонии. Тогда и напиток получится первоклассным.

В каюте космолетчика было мало места, но тем не менее имелось все необходимое для проведения чайной церемонии. В периоды дежурства случались дни, когда Чаюкаквы оставлял управление кораблем на автопилоте и на несколько часов погружался в приготовление и дегустирование чая. Ведь любое мастерство нуждается в регулярной тренировке.

Раздался тихий звуковой сигнал из наручного браслета. Пришло время отправляться на обход корабля. Нужно было страховать работу корабельной автоматики, да и пешая прогулка по отсекам будет только на пользу здоровью.

Чаюкаквы принципиально не доверял любым механизмам и предпочитал, как можно чаще перепроверять информацию, поступавшую от электронных систем. И делал это самыми разными способами: от расчетов на карманном калькуляторе до визуального осмотра.

Транспортный корабль «Бродяга» был заслуженным ветераном, избродившем миллионы парсеков космического пространства. Об этом наглядно свидетельствовало буквально все: устаревшее техническое оборудование, претерпевшее многочисленные ремонты; с задержкой срабатывавшие межотсечные двери; архаичная речь искусственного интеллекта и многое другое. А посему дополнительный контроль работы систем корабля был нелишней предосторожностью. Транспортник подарила правительству Землю торговая корпорация «Концерн», а дареному коню, как известно, в зубы не смотрят. Рейс по перевозке колонистов должен был стать заключительным аккордом на жизненном пути космического бродяги.

Пилот проверил свое снаряжение: защитные очки (с регулировкой освещения для полутемных отсеков), респиратор с кислородной таблеткой (в грузовом трюме был разряженный воздух) и магнитные ботинки (генератор искусственной гравитации барахлил и можно было в любой момент воспарить к потолку).

– Внимание! – прозвучал голос корабельного компьютера. – Несанкционированная активность в пятом отсеке грузового трюма!

Ожил динамик на пульте управления. Из него послышался треск, а затем раздался испуганный девичий вскрик. Там явно происходило что-то странное. Присмус нахмурился.

– КЛОПС, скинь маршрут в мой браслет!

Вскочив с кресла, пилот сунул в кобуру на поясе бластер и устремился к месту событий.

– С Вашего позволения не КЛОПС, а …, – неслось ему вслед.

4

На экране идентификационного браслета Чаюкаквы светилась схема звездолета. На ней мигала красная точка – местонахождение источника звуков. Дорога туда заняла пять минут.

Тяжелая дверь плавно отъехала в сторону. Присмус шагнул внутрь и огляделся. Грузовой отсек был плотно заставлен массивными металлическими ящиками. Слева от входа, у решетки вентиляционной шахты, трепыхалось белое полотнище. Поток воздуха здесь был очень сильным.

Что это?

Чаюкаквы внезапно понял, что трепещущая ткань облегает стройную женскую фигурку. Невысокого росточка, но вполне развитую. Лица незнакомки не было видно. Складывалось впечатление, что девушка не могла освободиться из накрывшей ее с головы до ног материи, а лишь еще больше в ней запутывалась.

Так вот кто это кричал.

Присмус шагнул к щитку управления на переборке. После нажатия нужной кнопки вентилятор недовольно затарахтел и вскоре остановился. Полотнище бессильно опало вниз, окутав какое-то громоздкое устройство. Девушка исчезла. Что за…!

Чаекаквы выхватил из кобуры бластер и, осторожно ступая, направился к безвольно повисшей ткани. Приблизившись, он приподнял край полотнища. Громоздкий механизм, спрятанный под защитным пологом, пару секунд помигал разноцветными лампочками, а затем, издав рокочущий звук, выключился.

Сбоку раздался слабый шорох.

– Кто здесь? – грозно выкрикнул пилот. – Выходите или я буду вынужден применить оружие!

Что холодное легонько коснулось щеки Присмуса. Юноша в отчаянии замахал руками и закрутился на месте. Рядом никого не было. Неужели у него галлюцинации? Где-то в стороне послышался короткий смешок.

– Ничего смешного в этом нет! – громко заявил космолетчик.

Тут его осенило. Судя по всему, он столкнулся с невидимкой. Но если применить смекалку, как говаривал инструктор в академии, то и черта можно в угол загнать.

Чаекаквы принялся крутить настройки защитных очков. Знакомый космолетчик за чашкой чая рассказывал, что помимо освещенности очки могут менять диапазон видимости, уходя в высокие и низкие спектры. Возможно, он подшутил над новичком, но проверить стоило…

Подстраивая очки, Присмус медленно вращал головой по сторонам. Картинка меняла цвета и резкость, но больше ничего не происходило. Вдруг что-то мелькнуло в правом проходе между ящиками. Там стояла полупрозрачная фигурка и что-то делала…

– Попалась! Ни с места, не то буду стрелять!

Невидимка замерла без движения.

Чаюкаквы медленно приблизился к смехотунье. Сквозь рябь помех он увидел перед собой девушку с большими глазами, курносым носом и русыми волосами, завернутую в полупрозрачную тогу. Невидимка, как рыба, широко открывала рот, а потом вдруг повалилась на плиты пола.

Уловка?

«Да ведь ей стало плохо из-за разреженного воздуха», – догадался Присмус.

Сунув бластер в кобуру, космолетчик подхватил на руки невидимку (она оказалась почти невесома) и отнес ее в медицинский отсек. Здесь он положил по-прежнему находившуюся без сознания девушку на смотровой стол и подключил компьютерного диагноста. Засветилась панель информационного экрана, утробно заурчали автоматы. Невидимку опутали многочисленные провода и датчики. Компьютерная диагностика началась.

Требовалось кое-что выяснить.

– КЛОПС, что за оборудование недавно работало в пятом отсеке грузового трюма?

– С Вашего…

– Да, знаю, КЛОФС!

– Совершенно верно. Докладываю: в период с 12.15 до 12.30 по корабельному времени в пятом отсеке грузового трюма была активирована кабина телепортации, являющаяся собственностью торговой корпорации «Концерн».

– Ничего себе!

Чаюкаквы присел на стул и, сняв респиратор, задумался о том, что ему теперь делать. Вариантов виделось немного.

По инструкции при возникновении нештатной ситуации на корабле, он должен был немедленно доложить в ЦУП (Центр Управления Полетами). Но что-то мешало Присмусу так поступить. Обычное любопытство или внезапно возникшая симпатия? Судя по всему, нарушительница телепортировалась на корабль, а потом запуталась в защитном пологе. Наверное, испугалась, бедняжка. А вдруг она здесь не одна? «Пока я с ней не поговорю никакого сообщения в ЦУП, – твердо решил космолетчик. – А сейчас не мешало бы выпить чаю…»

На диагностическом аппарате замигало сообщение от робота-врача. На поясе у девушки был обнаружен неизвестный предмет. На экране появилось изображение маленькой коробочки.

Присмус вернулся к смотровому столу. Он быстро обнаружил в складках одеяния невидимки непонятный предмет. Тот легко отстегнулся и выпал на ладонь Присмуса. В тот же миг девушка утратила невидимость. Плоский корпус устройства был сделан из приятного на ощупь металла. На нем имелись две кнопки красная и зеленая. «Понятненько, – подумал Чаюкаквы. – Значит, вот как она становится невидимой…»