Грани любви. Трилогия

"Вот и преступник", — подумал Мухин и позвонил фельдшеру Зине.

— Зина, зови внучку Харитоновича, идем золото опознавать. Само нашлось.

— Уже нашел, Мухин? Вот спасибо-то тебе!

"Кто мужика в речку сбросил? Неужели сам?" — подумал Мухин, хотя знал, что эта задача сложнее будет, но решат просто: виновен сам утопленник. Мухин в Холодном городе как мужчина по вызову: поднять, найти, отдать, утихомирить.

Звонок по телефону:

— Илья Львович, мужик в дверь стучит уже два часа, что делать? К Зине мужик ломится, а его не пускают. — сказала ее соседка.

— А это не он в реке мужика утопил с женским кольцом?

— Илья Львович, а мы откуда можем знать? Устин сейчас в дверь ломится. Так ты приезжай.

— Устин? Знаю такого. А сами не разберетесь, без меня? Ладно. Еду.

Голос Устина из-за двери:

— Что, милиционера вызвали? Зина, ты что, совсем это того? Я сам бывший милиционер!

— Устин, мы вызвали милиционера, дверь-то из-за тебя мы уже меняли, а эту дверь ты не пробьешь, а все страшно.

Крик Устина:

— Все, я слинял, бывайте!

— Бабы, сбежал Устин? — спросил сквозь дверь Мухин.

— Сбег, родимый, сбег, — ответила Зина, открывая двери.

— Подробней рассказывайте: что, почему, где, как?

— Устин приехал на поезде, выходит на перрон, а навстречу ему в вагон лезет мужик с кольцом, а кольцо ему знакомо, сам покупал, у нас в городе таких колец больше нет. Кольцо-то ему и блеснуло в глаза. Устин не знал, что и думать, может, девушка передарила его подарок. Ох, Устин рассердился! Схватил мужика за шиворот и поволок к реке. На берегу выясняли отношения, выясняли, да приезжий и свалился в воду, а вода холодная, нахлебался, любезный...

— Так Устин убил приезжего?

— А кто знает, кто знает?

— Да, сразу не разберешься. У меня письмо есть, баба мужика своего у нас искала, по всем приметам похож он на утопленника, — заметил Мухин.

— Что делается на белом свете! — воскликнула соседка.

Проблема возникла с ушами Агнессы. Пальто выкинуть пришлось. Сережки с бриллиантами пропали. Разорванные уши у нее болели. Шишки на них стали расти. Плохо с ушами. Вспомнила она слова матери, что нельзя было уши ей прокалывать...

Сидит, молчит. Уши Агнессе зашили в медпункте, а болят сильно. Сидит и думает, что золото с бриллиантами больше не наденет! И такое в ней безразличие появилось ко всему на свете от собственной боли, от испорченных навсегда ушей! На ушах у нее выросли шишки вместо мочек. Страшно смотреть. Волосы обстригла и прикрыла уши.

Мухин нашел письмо, где женщина мужика ищет. Перечитал. А в глазах у него стояли больные уши Агнессы. Написал он ей письмо, мол, нашли утопленника, похож на того, кого описали в письме, не написал лишь про то, что он на женщину напал и золото снял.

Похолодало в поселке.

Решили, что труп подождет до приезда женщины. Баба быстро приехала после получения письма. Опознала она утопленника, это был ее муж. На проведении суда женщина не настаивала. Узнав подробности происшествия, сказала, что мужик был задиристый. Попросила помочь его похоронить здесь, где умер, чтобы не возить домой, не поднимать там все дело снова. Чувствовалась, что от мужика этого ей очень доставалось при его жизни. Дело закрыли.

Устин пришел в себя и сказал Мухину, что он невиновен, оба они в реке искупались, да он-то местный, к холодной воде привычный, вот и выплыл. А приезжий быстро отключился от холода, да еще воды нахлебался. Понятно было, что его не откачать, вот и не стал его из воды тянуть. Да и самому холодно.

Городок — спокойный.

Устин умер. И знаете, каким образом? Устин — рубаха-парень, купил в киоске очередную бутылку водки, шел, довольный жизнью, с соседками шутил. Домой пришел, бутылку на стол поставил. Мать ему ужин поставила да пошла в магазин. По дороге заболталась с соседками. умное название про тромб.

А надо сказать, полгода назад гадалка матери нагадала, что с ее Устином что-то произойдет, чтобы она ко всему готова была. Пришлый мужик, похоже, не совсем простым мужиком был. Отомстили за него. Мать Устина поговорила с милиционером. Мухин и решил, что пришлый был авторитетом в своем городе, жена его шибко боялась, поэтому везти в свой город отказывалась.

Мухин обхватил свою голову.

Мать Устина ему поведала:

— Значит, водка была отравлена, бутылку с водкой дома не обнаружили. О бутылке мне сказала соседка, которая видела Устина с бутылкой водки. Устин водку не покупал. В морге не пишут, что был пьян. Бутылку он вскрыл при мне, я ему ужин подала и ушла.

Мухина стали донимать вопросы. Что было в отсутствии матери Устина? Кто ее задержал дорогой? Кто пришел к ним в ее отсутствие? Почему Устин лежал перед входной дверью ничком? Можно не поднимать всех вопросов, если смотреть поверхностно: все чисто и гладко, виновных нет, и человека нет. Он вздохнул и пошел в пятиэтажный дом на пятый этаж, к знакомым.

Кто бы знал, как высок пятый этаж относительно маленьких домиков! С пятого этажа, как с телевышки, видно всю округу, весь городок как на ладошке! Если еще и окна на две стороны дома выходят, то вы все знаете, все видите.

Присосались люди к нефтепроводу — вам видно, подрались на берегу реки — и вы в курсе события. Вытащил человек компьютер из бухгалтерии — и вы видели странного человека. И вы молчите. А что говорить! Житья не дадут, коль кто узнает о квартире наблюдательной. "Моя хата с краю, я много вижу, ничего не знаю", — этот принцип никто не отменял. Мухин значение пятых этажей знал и при необходимости исподволь уточнял необходимые данные.

— Харитонович, это я, Мухин, открой дверь, поговорить надо.

— Илья Львович, куда ты идешь? Дай людям отдохнуть!

— Харитонович, Христом Богом молю, дверь открой! — закричал Мухин.

— А, черт с тобою, заходи! — проворчал Харитонович, открывая дверь.

Два друга-недруга сели в два старых ободранных кресла. Аполлон остался стоять у входной двери.

— Что надо, спрашивай, — предложил Харитонович.

Мухин кратко описал ситуацию с Устином.

— Знаешь, что я тебе скажу, Мухин? Видел я чужака у дома Устина. Сам знаешь, я на пенсии. Ноги плохо ходят, вот смотрю в окно от скуки. Почему его заметил? Чужак шел в дом с пустыми руками, а вышел с бутылкой водки и болтал ею, похоже, она была полупуста. А до него в дом зашел Устин с такой же бутылкой. А на бутылки у меня взгляд вострый.

— Вот спасибо! А человека совсем не признал?

— Нет. Не наш, похож издали на пришлого.

Вот и наблюдательный пункт!

— Харитонович, водки тебе не дам, а сигареты возьми, ты такие любишь.

Мухин пришел домой, механически проглотил еду и сел в свое любимое кресло. Он был в таком отрешенном состоянии, что к нему никто не подходил. Он вдруг подумал о двух погибших из-за простого золотого кольца мужчинах. Да еще и разорванные уши Агнессы были в таком состоянии, что страшно смотреть, и с каждым днем рубцы на ушах увеличивались.

А действительно ли снимали сережки или была просто драка? Или нападение на Агнессу было с другой целью? Что произошло?

Интересно, что утонувший в реке чужих вещей раньше никогда не брал, и жена его говорит, что из дома он уехал с большими деньгами. О том, что его надо искать в поселке, и мысли у нее не было, ехал он с деньгами за новой машиной, работал в автосервисе.

Могли его ограбить и посадить в поезд до поселкового тупика. Есть один железнодорожный узел, где пересекались пути его с деньгами и другого пути, где он оказался без денег. Она сказала, что письма писала во многие города по пути следования поезда мужа.

Писала женщина на всякий случай потому, что было еще одно совпадение: в том поезде, где ехал муж: убили мужчину, на него очень похожего. В поселок она написала совершенно случайно, кто-то ее на это письмо натолкнул. Мухин подумал про все это и сильно устал от такой нахлынувшей на него информации, и решил, что все, надо отдохнуть.

Нет, спать пора. Ночи достаточно длинные.

Утром Мухин пошел в медпункт. Он сказал, что на тему последних краж и убийств думает постоянно, но выводов еще не делал. Его поразила красота жены утонувшего мужчины. Как такая красавица еще к ним приехала, не побоялась дороги? Странно. Все странно. Мухин решил еще раз поговорить с внучкой Харитоновича, из-за нее все произошло: мужчины погибли из-за ее кольца. Девушка пришла в отделение.

— Ты можешь припомнить еще раз тот страшный вечер? — спросил Мухин.

— Если бы я знала, что произошло! Темно было, шла одна, я всех здесь знаю, меня знают, да идти было недалеко. Ко мне подошли двое мужчин. Тот, который потонул, ко мне не подходил. Подошел мужик задиристый, с короткой стрижкой под кепкой, на нем был надет ватник. И золото ему не нужно было. Первый опешил от резкости второго. Второй набросился на меня! Ему я нужна была, как будто он давно женщин не видел! А у меня же Устин, зачем мне кто-то еще?

— Выпей водички, спокойней говори. Тот, кто в кепке, рецидивист известный. Его зовут Фритюр. Он в розыске. Ему всегда рабы нужны. Пришлого его дружки ограбили, но не отпустили, решили, что специалист по ремонту машин может пригодиться.

— На меня этот мужчина в кепке напал. Он целоваться лез, я от него стала вырываться. Он разозлился, мстительный такой мужик. Двумя руками как рванул кольцо, а я еще ногу подвернула, боль адская. Полез после этого он еще раз ко мне, а я от него в слезах в сторону побежала. Он рванул пальто. Я упала. Он на меня упал и сорвал кольцо, потом встал, обозвал меня глупой бабой. Мол, лошадь необъезженная, потом отдал кольцо своему напарнику, а меня отпустил.

— Все понятно становится. Фритюр уехал с бриллиантовыми сережками и золотым кольцом Агнессы, а пришлый с твоим кольцом попался на глаза Фритюру, они вместе, похоже, уезжали. У каждого был свой билет был в виде золота. А пришлый Фритюра и успокоил, — предположил милиционер Мухин.

Он подумал, что такое решение проблемы все ставит на свои места. Надо написать той бабе, что ее муж невиновен, он жертва. Вот в таком Холодном городке, богатом на события, и провел Аполлон два года ссылки.

Уши у Агнессы заросли, но шишки на ушах остались. Поэтому ей было тоскливо. Переутомление и бездействие одинаково плохо на нее действовали. Она в полной мере ощущала отсутствие Ильи Львовича Мухина. Она не знала, с кем он плетет интриги, но без него было ощутимо скучно. Голову сжимало сонливое безразличие, надо было выходить из эмоциональной пустоты.

Прошли года…

Аполлону Петровичу расхотелось работать на фирме своей жены, ему надоело ей подчиняться. Не мог и не хотел. На него напала тоска, он не хуже своей жены Агнессы Ивановны уставился в зеркало, висящее в ванной комнате. Зеркало каркало его внешностью. Он обречено вздохнул, ему захотелось чего-нибудь новенького, хрустального, прозрачного, чтобы душа запела. Душа его не пела. Мужская тоска по былым походам тускнела от неупотребления. Он решил привести себя в порядок, залез на табурет, но неудачно потянулся за краской для волос и упал. Ему стало плохо, защемило сердце, лень стало шевелиться. И дома никого не было...

Медсестра Нина и высокий мужчина подошли одновременно к лифту многоэтажного здания. Мельком посмотрев на богатыря, она подумала, что зря встречалась с доктором Люксом, столько историй произошло из-за него, что вспоминать не хочется. Вот и ее этаж. Нина с сожалением покинула лифт с богатырем, он поехал на этаж выше. Жаль, что это не ее дом, а очередной вызов к лежачему больному, а то бы еще разок его встретила. Всего ничего: в одном лифте вместе постояли, а на душе так славно!

Больной попался не вредный, молчаливый. Нина поставила ему два укола, назначенных врачом, и вышла из квартиры. Выше этажом слышны были встревоженные голоса, доходящие до крика. Нина решила, что статус медсестры дает ей право поинтересоваться тем, что там происходит. Она медленно стала подниматься по лестнице на следующий этаж.

Богатырь стоял рядом с девушкой, которая показывала на дверь и твердила:

— Влад, я не пойду туда! Я боюсь!

— Ангелина, ты со мной боишься зайти в квартиру?

— Я боюсь, мне страшно!

— Что у вас произошло? — спросила Нина. — Я медсестра. Я здесь была по вызову этажом ниже. Вот, услышала крики и поднялась к вам.

— Если Вы медсестра, так и шли бы по следующему вызову, а мы сами разберемся! — зло воскликнула девушка.

— Ангелина, не шуми! Пусть девушка посмотрит на твоего отца. Вдруг он еще жив.

— Ладно, медсестра, зайдите в квартиру, он в ванной лежит.

Нина вошла в квартиру, прошла в ванную комнату, планировка квартиры ей была известна. На кафеле рядом с чугунной ванной в странной позе лежал мужчина. Пульс его еле улавливался. В руках он держал пакет со стиральным порошком. Похоже, мужчина встал на край табурета и с верхней полки снял порошок, но не удержался и упал, ударившись о противоположную сторону чугунной ванны. У пожилых людей ноги — ненадежные товарищи для таких домашних трюков. Медсестра вышла на площадку:

— Вы чего бранитесь? Он слабо дышит, помогите перенести мужчину на кровать.

Богатырь заскочил в ванную, взял осторожно на руки Аполлона Петровича, который потяжелел в расслабленном состоянии, и с трудом пронес его сквозь узкую дверь ванной комнаты. У пострадавшего вырвался слабый стон.

— Девушка, вызывайте скорую помощь! Я сделаю Вашему отцу укол, он снизит болевой шок. У него могут быть внутренние переломы, внешних повреждений нет, только ссадины на лице.

— Принесло тебя на мою голову, — раздраженно сказала Ангелина Нине и стала набирать номер телефона, но не скорой, а матери Агнессы Ивановны.

— Мама, тут папа упал в ванной. Он еще жив. Ему медсестра укол сделала. Приезжай, отвези его в больницу. — сказала Ангелина и отошла от телефона.

Аполлон Петрович после укола уснул. Медсестра Нина покинула квартиру, с сожалением уходя от богатыря Влада. Он ей понравился еще больше, она ощущала его энергетическое поле даже в такой нервной ситуации. Она вышла из подъезда и пошла в поликлинику.

Через двадцать метров ее догнал богатырь:

— Девушка, Вы забыли свои инструменты! — и богатырь протянул Нине сумку.

— Вот спасибо Вам за сумку!

— Можно пройду немного с Вами?

— Мне здесь недалеко идти.

— Пусть недалеко, но с Вами мне идти приятно.

— Вас не ждут в квартире с несчастным случаем?

— Не ждут. Там вся жизнь — несчастный случай. Ангелина меня вызвала перенести отца, а сама в квартиру не пускала. Я мог бы ее переставить и пройти, но ведь это было бы насилие! Спасибо, что Вы выручили. Как Вас зовут?

— Нина. Мне Вы еще в лифте понравились.

— Правда?! И Вы мне сразу приглянулись. Мы еще сможем встретиться?

— Как Вас зовут, господин богатырь?

— Так уж и богатырь! Я крупный мужчина без пагубных привычек. По имени Влад. Так как насчет встречи?

— Сейчас я на работе, вечером свободна.

— Отлично, у Вас есть увлечения?

— Особых увлечений нет, поэтому я не знаю, зачем нам встречаться.

— "Х-клуб" подойдет? Надеюсь, я внушаю доверие? У меня девушек еще не отбирали!

— Тогда проверим! Сегодня в восемь вечера не поздно?

— Договорились! — крикнул мужчина и, резко повернувшись, пошел назад.

Агнесса Ивановна так тихо сидела в своей комнате, что Аполлон Петрович потерял чувство реальности. Неслышно она подошла к мужу и поняла, что ему очень плохо. Вызвала врача.

С врачом появилась медсестра Нина. Врач оставил медсестру присмотреть за больным, назначил уколы. Нина села в кресло в комнате больного и настроилась коротать время. Она грустила. У Аполлона Петровича все было, кроме здоровья. У нее, кроме своего здоровья, ничего не было. Нина вспомнила богатыря Влада и с удивлением обнаружила, что ее подопечный похож на Влада как две капли воды, но разного возраста.

— Аполлон Петрович, извините, а у Вас случайно нет сына Влада? — спокойно спросила Нина.

Аполлон Петрович покраснел до ушей.

— Мою дочь зовут Ангелина, у нее есть муж Влад. Но он не мой сын.

— А я бы сказала, что Влад Ваш сын. Вы с Владом необыкновенно похожи дуг на друга.

— Не шутите так с больным человеком! — громко сказал Аполлон Петрович.

— Какой Вы больной! Вы уже разговариваете. И Вы мне определенно нравитесь.

— Вот за это спасибо, милая девушка, а я люблю нравиться женщинам. — сказал Аполлон Петрович и сжался от очередного приступа боли в сердце.

Нина перестала шутить и сделала укол. Оба замолчали.

— Нина, — опять заговорил Аполлон Петрович, — я, вероятно, стою одной ногой в раю или аду.

— С чего Вы взяли? Вы еще поживете.

— Господи! Неужели Влад — мой сын?! — вскрикнул Аполлон Петрович с отчаяньем в голосе.

— Что с Вами? Я ведь просто так спросила.

— Преступление это! Если Ангелина — моя дочь, а Влад — мой сын...

— Вы в своем уме, больной? Я Вашу жену сейчас позову.

— Не зовите. Дайте сообразить, пока еще жив. Понимаете, в чем дело: я служил на границе, там, где служил отец Татьяны. Она мать Влада. Мы познакомились с ней в горах. Со мной служил Денис. Он чуть не погиб из-за меня. Ему очень нравилась Татьяна, да она там всем нравилась. Я в то время мог любить и не переживать. Сильный я был тогда. Понимаешь, девочка, сильный был. С Татьяной мы встретились в один из выходных дней, ходили вдвоем по горам. Там вообще одни горы. То да се. Обнялись. Упали на травку между валунами. В это время над нами оказался Денис. Он был в дозоре, а мы с Татьяной оказались в позоре. Татьяна встрепенулась, вскочила, платье отряхнула. Смотрит она на Дениса и молчит. Денис как с цепи сорвался. Побежал куда глаза глядят. Вскоре мы его крик услышали. Он свалился в ущелье, но успел уцепиться за карниз, поэтому выжил.

— Аполлон Петрович, успокойтесь, водички выпейте.

— Куда уж успокаиваться! Если только на том свете. А Татьяна тогда все в брючках ходила и прихрамывала. Она рассказала мне, что у нее есть парень, его Денисом зовут. Из-за него она сорвалась однажды с горы, но он ее спас. Денис обещал на ней жениться. А я тут как тут, воспользовался Татьяной, женщиной ее раньше Дениса сделал. Интересно, что она дружила с Денисом, но женщиной не была! Меня тогда это сильно удивило! Да, она ничего мне не сказала. Татьяна тогда все хроменькая была, это позже она хромать перестала. Много боли перенесла, все надеялась, что Денис на ней женится. А Татьяна отдалась мне, извергу рода человеческого. Да я ведь мужик был, хотелось очень любви. Полюбил ее один раз, вот как перед смертью каюсь, а она так и молчит всю жизнь. Потом моя жена Агнесса любовь завела с Денисом. Все к одному. Вот какой я плохой.

— Не наговаривайте на себя, не надо, — успокаивала больного Нина.

— Чего не надо? Надо развести брата Влада с сестрой Ангелиной, чтобы они не были мужем и женой. Детей у них, слава богу, нет.

— Вы с Татьяной поговорите. Мне ее позвать? Сердцу легче станет.

— Звони! Нет, я сам позвоню, раз такое дело.

Аполлон нашел имя Татьяны в сотовом телефоне, позвонил. Ему ответил ее дрожащий голос:

— Аполлон, что случилось?

— Татьяна, приезжай ко мне, умираю я.

— Не шути, я уже еду. — сказал окрепший голос Татьяны.

Действительно, она быстро приехала. Агнесса удивленно пропустила Татьяну. Аполлон попросил всех выйти из комнаты.

— Татьяна, милая, скажи: Влад — мой сын?

— Влад твой сын, Аполлон Петрович!

— Почему ты позволила детям пожениться? Они мои дети! — возмущенно крикнул Аполлон.

— Ты хотел, чтобы я всем это сказала? — спросила насмешливо Татьяна.

— А, так ты скрыла? Надо моих детей развести. Давай, подруга дней моих суровых, скажем всем правду.

— Всему миру эту новость и так разнесут. Чего тебя на правду потянуло?

— С сердцем плохо. Вот, медсестру ко мне приставили. Она сказала, что Влад на меня похож.

— Принесла ее нелегкая на мою голову.

— Татьяна, о чем ты?! Мои дети женаты!!!

— Собирай всех и объявляй! — зло крикнула Татьяна Петровна. — А ты чего хотел? Ты меня бросил.

— Я не знал, что Влад мой сын! Ты ни разу о нем мне не обмолвилась. Зови Агнессу. Ей скажем.

— Да, уж ей придется сказать, — нехотя согласилась женщина.

Агнесса с удивлением вошла в комнату, когда ее позвали. Новость, что у Татьяны и Аполлона — сын Влад, ее покоробила, но она устояла с жевательной резинкой во рту.

Вызвали Ангелину и Влада.

Ангелина, услышав, что ее муж — ей брат по отцу, взяла таблетки со стола отца и отправила их в рот, потом без слов вышла.

Влад очень обрадовался новости, он даже в щечку поцеловал Нину за раскрытие семейной тайны. Он рассмеялся в глаза всем и в шутку сказал, что теперь он женится на Нине. Потом он рассердился, раскричался и внезапно сел рядом с отцом.

— Аполлон Петрович, Вы мой отец?

— Почему бы и нет?

— А у меня нет детей.

— Будут от Нины.

— Нина, ты за меня выйдешь замуж?

— Запросто, но я старше тебя.

— Родители, знакомьтесь, вот моя невеста после развода. — сказал Влад и вышел из комнаты, но вскоре вернулся. — Родители, с вас причитается за моральный ущерб! Где нам с Ниной жить? Ангелина останется в квартире. А я?

В комнату вошла Ангелина с пустым выражением лица.

— Ангелина, что с тобой? — спросила Агнесса Ивановна.

— Мама, я маску с лица из яичного белка смыть не успела. Кожа стянута. Сейчас смыла, но лицо все еще стянуто. Да еще ваша новость. Откололо старшее поколение.

— Ангелина, так ты разведешься с братом?

— Простите, мои многочисленные родители! Где доказательства, что Влад — мой брат?

— Ангелина, это моя вина, я промолчала. — сказала Татьяна Петровна.

— А не могли бы вы все и дальше молчать?! — ожесточенно спросила Ангелина.

— Ангелина, разведемся, порадуем публику. — сказал Влад.

— Порадуем! Разведемся! А я с кем останусь?

— Дочь, вернись домой. — сказала Агнесса Ивановна.

— Где я себе алмазного мужчину найду? Знаю, возьму Дениса у Татьяны Петровны.

— Он старый для тебя, Ангелина. — сказал тихо Влад.

— Зато алмазный.

На следующий день Влад один сидел в квартире, где они жили с Ангелиной. Он страдал от своего нового положения. Был сыном известного телевизионного ведущего Дениса Турина. Стал сыном Аполлона Петровича Аркина. Такая новость царапала по сердцу. Он на людях был с Ниной, изображал бравого гренадера, а оставаясь один, сходил с ума от тоски по Ангелине.

Перед Владом стояла бутылка с крепким напитком, он пил. В дверь позвонили. Влад пошел открывать дверь с большим стаканом коньяка.

— Аполлон Петрович, какими судьбами?

— Привет, Влад, давно не виделись. Поставь стаканчик на место и кончай пить.

— Что мне прикажете делать? Я — всеобщее посмешище!

— У тебя теперь есть Нина!

— Она простушка и старушка в сравнении с Ангелиной.

— Ангелина — твоя сестра.

— Изуверство. Отец Вы мне или нет — вот в чем вопрос.

— Отец наполовину. Но пить я не буду. И ты оставь стакан в покое.

— Хотите, чтобы над Вами потешались те, кто еще надо мной не посмеялся?

— Расплакался. Женись, Влад, на Нине.

— Скучно с ней. Аполлон Петрович, куда Вас занесло! — сказал Влад и оставил в покое толстый стакан с коньяком.

Татьяна быстро почувствовала свою власть в фирме "Блеск", принадлежащей Агнессе и Аполлону. О, она любила унижать все, что исходило от соперницы. Если послушать ее телефонный разговор с любым из собеседников, всегда получалось, что она самая лучшая, она самая трудолюбивая женщина, а вокруг нее живут ленивые люди и алкоголики. Ее свойство подавать себя с лучшей стороны границ не имело. Что, например, делала она в летний отпуск? Татьяна Петровна работала краскопультом. Она красила сама свою дачу снаружи и изнутри, чем страшно гордилась. Она ставни на окнах разрисовывала тремя цветами.