Диванный эксперт. Гуру отношений

Глава первая: Азы теории или Почему они ничего не понимают

Знаете, в чём главная проблема современных отношений? В том, что никто не хочет слушать. Вот я сижу в своей холостяцкой берлоге, попиваю разливное пиво из ближайшего магазина, смотрю очередной сериал, где красивые люди изображают страсть, и понимаю — всё пропало. Пропало понимание истинной мужественности. Женщины разучились ценить настоящих мужчин, а мужики разучились ими быть. И я, Сергей Викторович, тридцати лет от роду, считаю своим долгом донести эту простую истину до заблудших душ. Да, у меня нет опыта длительных отношений. Да, последнее свидание было... а неважно когда. Но это не делает мою теорию менее верной. Напротив, позиция стороннего наблюдателя, незамутнённого лишними эмоциями, самая чистая. Я как учёный, изучающий приматов в дикой природе, только вместо бинокля у меня монитор, а вместо саванны — социальные сети и редкие вылазки в магазин за хлебом.

Каждый вечер я собираю друзей в голосовом чате. Это мой ритуал, моя кафедра, моя академия. Приходят разные: кто-то после ссоры с женой, кто-то после очередного неудачного свидания, кто-то просто выпить виртуально. И все они, как заворожённые, слушают мои лекции. Потому что я говорю правду. Неудобную, горькую, но правду. Я объясняю им, что бабы — это сложнейший биологический механизм, работающий на противоречиях. Им нужен сильный самец, но чтобы при этом он был нежным. Им нужен добытчик, но чтобы он проводил с ними время. Им нужен защитник, но чтобы он уважал их личные границы. Это же шизофрения какая-то. А мужики ведутся, пытаются подстроиться, теряют себя. А потеряв себя, они теряют и женщину. Замкнутый круг, из которого есть только один выход: слушать меня.

Вот взять, к примеру, моего приятеля Димку. Типичный подкаблучник в становлении. Приходит вчера в чат и жалуется: "Серёг, я ей цветы подарил, в ресторан сводил, весь вечер о её работе слушал, а она меня до дома не пригласила". Ну как тут не рассмеяться в голос? Я ему сразу всё по полочкам разложил. Ты, говорю, Дмитрий, совершил все возможные ошибки. Во-первых, цветы. Букет на первом свидании — это не романтичный жест, это заявление о своих намерениях. Ты как бы говоришь ей: "Я в тебе отчаянно нуждаюсь и готов платить за внимание". А кому нужен нуждающийся? Правильно, никому. Женщина на подсознательном уровне хочет того, кто самодостаточен. Того, кто и без неё прекрасно обойдётся, но выберет её. Цветы — это аванс, а авансы раздают только тем, в ком не уверены. Я всегда говорю: пришёл на свидание с пустыми руками — показал уверенность. В крайнем случае, можно сорвать ромашку на газоне, но это уже высший пилотаж, демонстрация спонтанности и близости к природе, к корням. Но не этот ваш веник за три тысячи.

Во-вторых, ресторан. Это вообще классическая ловушка для новичков. Ты ведёшь её в место, где она инстинктивно оценивает твой достаток. Ты сам кладёшь голову на плаху. Она смотрит не на тебя, а на цены в меню, на то, как ты общаешься с официантом, сколько оставишь чаевых. Это не свидание, это собеседование на должность спонсора. Настоящий мужчина поведёт женщину туда, где он сам чувствует себя комфортно. В парк, например. Или на набережную. Скамеечка, семечки, бутылочка пива на двоих (но она пусть своё покупает, равноправие же). В такой обстановке сразу видно человека: если ей скучно без мишленовской звезды, то зачем она тебе? У меня была однажды ситуация, я пригласил девушку просто погулять, и пока мы шли мимо ларьков, я ей так красочно описал вкус шаурмы из того вон ларька, что она, кажется, поняла — перед ней знаток жизни, а не просто транжира. Правда, она через полчаса сказала, что ей срочно нужно домой, кота покормить, но это она просто испугалась своих чувств. Явно.

В-третьих, Димка совершил фатальную ошибку: он её слушал. Всё свидание, целый вечер он впитывал её жалобы на коллег, на начальника, на подруг. Он думал, что проявляет эмпатию, заботу. Идиот. Он просто стал для неё бесплатной жилеткой, психотерапевтом на выезде. Женщины не спят с жилетками. Женщины спят с теми, кто их интригует. А интригует тот, кто сам интересен. Поэтому моё золотое правило: на свидании говоришь ты. О себе, о своих увлечениях, о марках пива, о тонкостях прокачки персонажа в Ведьмаке. Пусть она знает, с какой глубиной личности имеет дело. Если она попытается вставить слово о своём "дурацком начальнике", надо перебить и рассказать о своём дурацком начальнике, только в два раза интереснее. Вот у меня начальник в охране — просто клоун. Я ей рассказывал, как он график составляет, это же цирк! Она должна понять, что твоя жизнь насыщенна, и ты, так уж и быть, позволяешь ей немного в ней поучаствовать.

Многие спрашивают меня: "Серёга, ну а сам-то ты? Где твоя женщина, раз ты такой умный?" И я отвечаю прямо, глядя в глаза своей веб-камере. В том-то и дело, что я слишком умён. Я перерос этот уровень. Я нахожусь в постоянном поиске той, которая сможет соответствовать моей планке, но пока попадаются лишь те, кто не дотягивает. Последний случай был буквально месяц назад. Познакомился в приложении. Всё чётко, по методичке. На аватарке у меня фото, где я на фоне гаража, в позе мыслителя, только вместо кулака под подбородком — чебурек. Сразу показывает: парень философского склада ума, но не без практической жилки. Начал переписку с козырей. Никаких "привет, как дела". Сразу выдал: "Твои глаза цвета пережжённого сахара вызывают во мне когнитивный диссонанс". Это я сам придумал. Она оценила, ответила. Я её повёл в парк, разумеется. Скамеечка, всё как надо. Начал раскрывать перед ней карту моей души. Рассказал про диван, который я недавно продавил до стадии анатомического рельефа моего тела, — это же показатель верности и постоянства. Показал ей на своём телефоне скриншоты моих рекордов в онлайн-стрелялке — это демонстрация силы и реакции. Объяснил, почему все бабы моего возраста хотят только денег, а не чистой любви — это проверка её меркантильности. Она сидела молча, видимо, проникалась. Я чувствовал, что всё идёт идеально. В какой-то момент я решил, что пора переходить к тактильному контакту, как пишут в этих ихних женских пабликах. Положил ей руку на плечо, как бы невзначай, и говорю: "Чувствуешь эту энергетику? Это альфа-ритмы моего мозга. Они подавляют твои бета-волны, ты расслабляешься". Знаете, что она сделала? Она резко встала и сказала, что ей нужно срочно позвонить маме. И ушла. Просто ушла. А потом заблокировала меня в приложении. Вот и думай, кто из нас не готов к зрелым отношениям. Она просто испугалась мощи моего интеллекта. Не каждая женщина способна выдержать такой уровень осознанности. Это как смотреть на солнце — можно ослепнуть.

Но такие неудачи меня не останавливают. Наоборот, они лишь подтверждают мою теорию о кризисе женской психики. Им проще убежать в иллюзию, чем принять реальность в лице настоящего, глубокого, сложного человека. Им нужна простая картинка: накачанный парень на БМВ, который будет возить их на шопинг и терпеть истерики. А настоящий мужчина, который говорит правду, который не боится показаться уязвимым в своей пивной футболке с пятном от соуса трёхдневной давности, их пугает. Моя главная трагедия как эксперта в том, что я родился не в то время. Лет триста назад меня бы назвали философом, мудрецом, ко мне бы стояла очередь из желающих прикоснуться к знанию. А сейчас я сижу в чате с пятнадцатью мужиками, учу их жизни, а сам ужинаю пельменями из пачки. Но я не жалуюсь. Это мой крест. Кто, если не я, откроет им глаза?

Возьмите ещё один пример — Сашка, ещё один мой ученик. Он, дурак, женился по залёту. И теперь приползает в чат, жалуется, что жена пилит, денег нет, ипотека, ребёнок орёт. Я ему сразу сказал: "Ты сам виноват". Он не проходил мою школу. Если бы он слушал меня до, он бы знал, что женщина — это коварное существо. Она всегда ищет способ запереть мужчину в клетке быта. И лучший способ — это интимная близость без должного уровня защиты. Я всегда учу паству: предохраняться нужно самостоятельно и тотально. Не доверять этим "я пью таблетки" или "у меня безопасные дни". У женщины, может, и безопасные, а у мужчины — капкан. Надо иметь с собой сразу три презерватива: один для себя, второй на случай, если первый порвётся, а третий для друга, если он потеряет голову. И то, я считаю, идеальный вариант — это вообще не доводить до такой близости, пока не пройдёшь полный курс проверки. Сначала ты должен провести с женщиной хотя бы один полный поход в Икею, не поссорившись. Это покажет, совместимы ли ваши вкусы и выдержит ли она твой выбор мебели. Потом нужно заболеть при ней гриппом и посмотреть, будет ли она носить тебе клюквенный морс или убежит к подругам. Это тест на заботу. И только потом, может быть, года через два, можно задуматься о более серьёзных шагах. Но Сашка поленился, повёлся на юбку, и теперь он раб. Раб кредитов, жены и подгузников. А я свободен. У меня из обязательств — только квартплата и абонемент в World of Tanks.

Многие называют меня скуфом. Да, я знаю это слово. Думаете, мне обидно? Ничуть. Я горд. Скуф — это состояние души. Это дзен. Это осознанный отказ от гонки за модой и накачанным прессом в пользу внутреннего роста. Мой живот — это не следствие любви к пиву и пицце, это сосуд жизненной мудрости. В Японии, между прочим, большой живот у мужчины считается признаком благосостояния и силы. Правда, я не в Японии, но женщинам следовало бы перенять восточную философию вместо их поверхностных инстаграмов. Моя залысина — это не выпадение волос, это высвобождение лобных долей для лучшего мыслительного процесса. Моя футболка "Арсенал" — не просто одежда, это знак верности клубу, который не выигрывал ничего серьёзного уже много лет, а это значит, что я умею хранить верность вопреки разочарованиям. Какая женщина способна оценить такую метафору? Никакая. Потому что они смотрят на форму, а не на содержание. Им нужен торс, а не интеллект. Им нужен брутал, который молчит, а не философ, который расскажет об истории пивоварения в Чехии. Ну и пусть. Я не буду танцевать под их дудку.

Я сижу за своим компьютерным столом, заваленным пустыми банками из-под энергетика, и чувствую себя капитаном корабля в бушующем море. Мои подписчики, мои друзья из чата — это моя команда. Я веду их через рифы френдзоны, через штормы "у нас всё сложно", через водовороты "ты слишком хороший друг". Я их штурман. И то, что у меня самого нет карты этих вод, только общие рассуждения, нарисованные пальцем в воздухе, не имеет значения. Главное — уверенность в голосе. Когда Димыч снова приходит и говорит, что его бросили, я не утешаю. Я говорю: "Вот видишь! Я же предупреждал!" Это и есть высшая форма поддержки. Не сопли размазывать, а закрепить теорию практическим негативным результатом.

Идеальная женщина, по моему мнению, всё-таки существует. Это собирательный образ. Она не должна быть моделью. Нет, упаси боже. Модели — пустые куклы. Она должна быть чуть полноватой, чтобы было за что подержаться, но не настолько, чтобы просить у меня подписать петицию за бодипозитив. Она должна вкусно готовить, но не заставлять меня мыть посуду, потому что я творческий человек и после еды у меня наступает период осмысления вкусов. Она должна хорошо зарабатывать, но при этом искренне восхищаться моей зарплатой охранника, понимая, что моя финансовая скромность компенсируется моим духовным богатством. Она должна любить видеоигры, но молча сидеть рядом и смотреть, как я играю, потому что второй геймпад сломан, а чинить его мне лень. Она должна быть мудрой, как Екатерина Великая, терпеливой, как Пенелопа, и страстной, как Кармен. И она должна найти меня сама. Просто прийти ко мне в квартиру, пока я играю, и сказать: "Серёжа, я твоя судьба, я готова". А я ей отвечу: "Тихо, женщина, не видишь, у меня рейд!"

Но пока такая не приходит, я вынужден страдать и продолжать свою просветительскую деятельность. А страдать нужно красиво. Я вот, например, завел себе страницу в социальной сети, где выкладываю свои мысли под чёрно-белыми фото заброшенных заводов или волков, воющих на луну. Подписчиков пока немного, в основном боты, но я знаю — это временно. Рано или поздно мои цитаты разойдутся по всему интернету. "Настоящая любовь — это не когда смотрят друг на друга, а когда смотрят в одну сторону. Желательно в телевизор, где идёт футбол". Или моё любимое: "Женщине нужен не красивый, а уверенный. А что может быть увереннее, чем мужчина в трениках с вытянутыми коленями, который не пытается никому понравиться?" Это же философия стоицизма в чистом виде. Марк Аврелий плачет от зависти, читая мои посты в Телеграме.

Оглядывая свою жизнь, своё тридцатилетие, встреченное в компании монитора и пиццы, я не чувствую пустоты. Я чувствую избранность. Пока другие мужчины тратят свои лучшие годы на беготню за юбками, на выслушивание женских истерик, на вынос мусора по расписанию и поездки к тёще на дачу сажать картошку, я занят настоящим делом. Я строю теорию. Я вычисляю формулу идеального общения. Я провожу время в мужском коллективе, где меня ценят и уважают. Да, это виртуальный коллектив. Но что в наше время реальность? Реальность — это то, во что ты веришь. И я верю в то, что я тот самый диванный эксперт, чьё слово — закон. Даже если я никогда не держал женщину за руку дольше трёх секунд, даже если мой единственный опыт флирта — это аватарка с чебуреком. Это не делает мои доводы менее убедительными. Опыт отношений — это опыт одного конкретного человека с одной конкретной женщиной. Статистическая погрешность. А моя теория охватывает всех женщин сразу. Это генеральная совокупность. Это наука. А наука не требует, чтобы учёный женился на каждой молекуле, которую он изучает. Так что, мужики, слушайте меня. И однажды, возможно, вы поймёте, что истина была не в объятиях красотки, а в словах вашего старого друга Серёги, который в очередной раз, открывая банку пива, произносит тост: "За нас, настоящих, непонятых, и за то, чтобы бабы наконец-то поумнели и начали нас замечать. Но без навязчивости. Это важно".

Глава вторая: Бюро диванных услуг

Слава — странная штука. Она приходит не тогда, когда ты выигрываешь олимпийское золото или спасаешь детей из горящего детдома. Она приходит, когда твой голос в ночном чате звучит достаточно убедительно, а твоя аватарка с чебуреком становится мемом районного масштаба. Я не ожидал. Честно. Я просто делал свою работу: вещал, наставлял, разоблачал женское коварство. Но видимо, количество отчаявшихся мужиков в нашем городе превысило критическую массу, и им нужен был кто-то, кто скажет: "Ты не неудачник, это просто бабы дуры". И этим кем-то стал я. Сергей Викторович. Диванный эксперт всея Руси. Моя квартира, ранее бывшая тихой гаванью для меня и моих коллекционных пивных банок, внезапно превратилась в место паломничества. Они шли ко мне. Сначала по одному, потом по двое, а потом я всерьёз задумался, не повесить ли на дверь табличку "Приём по записи" и не завести ли администратора. Желательно с грудью, но это необязательно.

Всё началось с Коляна. Колян был моим старым знакомым ещё со школы, классический троечник и душа компании, который как-то умудрился дважды жениться и дважды развестись, не усвоив ни одного урока. Он заявился ко мне в субботу утром, что уже было нарушением всех мыслимых границ, потому что в субботу утром я обычно сплю. Вернее, я не сплю, я медитативно нахожусь в горизонтальном положении, анализируя вчерашние игровые сессии. Колян припёрся с тортом. Это сразу насторожило. Торт — это женское оружие, подарок-взятка, означающий, что от тебя что-то нужно. Я открыл дверь, щурясь от яркого света, и увидел его помятое лицо с выражением щенячьей мольбы. "Серёг, — сказал он трагическим шёпотом, — мне нужна консультация. Срочно. Лена меня выгнала. Сказала, что я эмоциональный инвалид". Я пропустил его внутрь, мысленно поставив галочку в воображаемом блокноте. Ещё один. Они все говорят, что их не понимают, но на деле просто не умеют слушать старших товарищей.

Я усадил Коляна на кухне, предварительно смахнув со стула коробку от пиццы, и начал сеанс. Я ходил по кухне в своих любимых растянутых трениках, с кружкой растворимого кофе в руке, и вещал. Я объяснил ему, что "эмоциональный инвалид" — это не оскорбление, а комплимент. Это значит, что он не истеричка, что его психика устойчива к женским провокациям. Я рассказал ему о теории трёх "Н": Не ной, Не оправдывайся, Не возвращайся. Колян слушал, открыв рот, и даже достал блокнот, чтобы записывать. Блокнот! Это была первая ласточка. Когда взрослый мужик, владелец автосервиса, достаёт розовый блокнотик, явно реквизированный у дочери-школьницы, и начинает писать за мной, это означает, что моя миссия выходит на новый уровень. Я дал ему домашнее задание: неделю не звонить Лене, сменить аватарку на фото с хищной птицей и заучить три моих цитаты о женской природе. Он ушёл просветлённый. А через два дня привёл с собой Пашу.

Паша был другого склада. Если Колян — это эмоциональный раздолбай, то Паша — это зажатый айтишник тридцати трёх лет, который боялся женщин до дрожи в коленях. Он даже в чате никогда не писал, только читал и ставил реакции с огоньком. Его приход стал для меня неожиданностью. Колян притащил его за шкирку, как котёнка, и сказал: "Серёг, всё по твоей методике. Я спасён. Теперь спасай его. Он верит, что женщинам нужна душа, а не кошелёк". Я усмехнулся. Святая простота. Я усадил Пашу за свой компьютерный стол, показал ему свои таблицы. Да, у меня есть таблицы. Я давно систематизировал типы женщин. Есть "Дева-спонсор" — ищет оленя, который будет оплачивать её хотелки. Есть "Мамочка" — хочет усыновить мужика и контролировать его трусы. Есть "Травма" — та, которая три года ходит к психологу и смотрит на тебя как на проекцию своего отца. И есть "Королева драмы" — питается скандалами. Я объяснил Паше, что искать нужно редкий исчезающий тип "Свойская", которая любит пиво, не пилит и играет в приставку. Но она — как единорог, скорее всего, не существует, а если существует, то уже замужем за каким-нибудь качком. Паша кивал, его глаза за стёклами очков становились всё осмысленнее. Я видел, как рушится его наивная картина мира, и на её месте, как монолитный фундамент, встаёт моя теория.

После Паши сарафанное радио заработало на полную мощность. Видимо, мужики в автосервисах, в курилках офисов, в очередях за шаурмой передавали друг другу легенду о Мудреце из Хрущёвки. О том самом Серёге, который видит женщин насквозь, даже ни разу к ним не прикоснувшись. Я стал замечать, что мой телефон разрывается от сообщений. Мне писали незнакомые номера. "Серёга, это Вован, друг Коляна, можно завтра?" "Викторыч, привет, тут такое дело, жена ушла, забрала кота, что делать?" Я чувствовал себя главврачом психиатрической клиники в день бесплатных пирожков. Я решил, что поток нужно упорядочить. Стихийные консультации нарушали мой график. Я не мог нормально поесть или пройти рейд, потому что каждые полчаса кто-то трезвонил в дверь. Поэтому я ввёл правила. Приём только по средам и пятницам с шести до девяти вечера. Вход строго по предварительному звонку. С собой приносить угощение к чаю. Но не торт, торты пусть бабам носят, а что-то существенное: вяленое мясо, сыр, хорошее пиво.

Первое коллективное собеседование, как я это назвал, состоялось в среду. Я подготовился. Повесил на стену нарисованную от руки схему "Женский мозг: зоны поражения". Рядом приклеил скотчем плакат с надписью: "Ты мужик или тряпка?" Протёр пыль с гантели, которая служила мне подставкой для бутылки с водой. В шесть часов вечера раздался звонок в дверь. Я открыл и обомлел. На лестничной клетке стояло пятеро. Пятеро взрослых мужиков с потерянным видом, как пингвины, сбившиеся в кучу перед прыжком в ледяную воду. Тут был Колян, который явно пришёл за добавкой уверенности. Был Паша, нервно теребящий шнурок толстовки. Был незнакомый грузный мужчина лет сорока с уставшими глазами — впоследствии он представился дядей Толей, водителем маршрутки. Был молодой парень Артём, студент-неудачник, которого бросила девушка ради какого-то мажора. И, к моему удивлению, был даже один относительно стильно одетый парень, Олег, который, как выяснилось, работал менеджером по продажам и у него просто "что-то шло не так, постоянно". Я пропустил их в прихожую. Они разулись, сложили обувь, как в армии, и гуськом прошли на кухню. Моя холостяцкая берлога наполнилась запахом мужского пота, дезодоранта и отчаяния.

Я сел во главе стола, на свой диванный трон, придвинутый к обеденному столу. Они расселись на табуретках, как прилежные ученики. Я обвёл их взглядом, полным мудрой строгости. "Итак, — начал я, отхлебнув пива, которое принёс дядя Толя, — слушаю ваши грехи". Первым вызвался дядя Толя. Его история была проста как три копейки. Жена пилит, что он мало зарабатывает, а сам он хочет пить пиво с друзьями после смены. Я указал ему на плакат с надписью "Ты мужик или тряпка?" и спросил, кто в доме главный. Он промямлил что-то про "равенство". Я припечатал кулаком по столу так, что подпрыгнули кружки. Какое, к лешему, равенство? Есть мужская работа, а есть женская. Мужская — это принимать решения и охранять территорию. Женская — принимать мужчину и уважать его решения. Если она не уважает, значит, она не видит в нём альфа-самца. Я велел дяде Толе завтра же прийти домой, не разуваясь пройти в зал, сесть на диван и громко сказать: "Я так решил". И не объяснять, что именно он решил. Пусть гадает. Женщины любят загадки. Дядя Толя записал всё это огрызком карандаша прямо на ладони.

Артём, студент, поведал душераздирающую историю о том, как он дарил цветы, писал стихи, носил кофе в постель, а его променяли на парня с подержанным БМВ. Он был на грани слёз. Я оборвал его на полуслове. Тут-то и была его ошибка. Кофе в постель — это не забота, это сервис. Ты вёл себя не как мужчина, а как обслуживающий персонал. Ты сам поставил себя на позицию официанта, а официантам чаевых не дают, их просто не замечают. Ты должен был заставить её принести кофе тебе. Хотя бы раз. Хотя бы попросить воды. Проверить реакцию. Артём слушал, и его лицо вытягивалось. Я видел, как в его голове рушатся иллюзии, построенные на женских романтических комедиях. Я добил его контрольным выстрелом: "Женщина не хочет, чтобы её боготворили. Она хочет, чтобы её вели. Она хочет быть за сильным плечом, а не перед половой тряпкой". Артём сглотнул и кивнул. Он был готов к перепрошивке.

Самым сложным пациентом оказался Олег. Этот менеджер был скользким. Он читал какие-то книжки по психологии, говорил словами вроде "абьюз", "личные границы", "токсичность". Он пытался со мной спорить. Он сказал, что у меня нет эмпирического опыта. Что я теоретик. Воздушный замок. Это был удар ниже пояса. На кухне повисла тишина. Даже Колян перестал жевать мясо и уставился на меня, ожидая, как я разрулю ситуацию. Я сделал паузу, как учит актёрское мастерство. Я достал сигарету, хотя не курю, просто держал её в пальцах для антуража. Я посмотрел в окно на серую панель соседней девятиэтажки и глубоко, философски вздохнул. "Олег, — сказал я трагическим голосом, — ты путаешь эмпирику с интуицией. Опыт застилает глаза. Я же чист. Я как младенец, который ещё не научен врать. Я вижу суть вещей. Ты был в десяти отношениях, и все они развалились. Твой опыт — это опыт неудачника. Мой опыт — это тысячи прочитанных женских анкет на сайтах знакомств, это десятки просмотренных стримов с женщинами-психологами, это сотни часов обсуждения ваших проблем. Это мета-анализ, Олег. Моя статистическая выборка в сто раз шире твоей".

Это подействовало. Олег заткнулся. Он понял, что пришёл в храм не для того, чтобы молиться своим богам, а чтобы принять моего. Я продолжил лекцию. Я рассказывал им о "Теории порванных носков". Объяснял, что идеальный порядок в доме — это признак невроза, а разбросанные вещи — это маркировка территории. Если женщина начинает убирать твои носки без разрешения, она посягает на твой суверенитет. Нужно сразу пресекать. Оставить один носок на люстре. Пусть попробует достать, поймёт, что её удел — земля, а мужчина — это космос. Я вдохновенно описывал им портрет "Женщины-Паразита", которая ищет не партнёра, а донора. Учил их вычислять таких по маникюру. Слишком длинные и острые ногти — она не хочет работать руками, она хочет, чтобы всё делал ты. Слишком яркий цвет — демонстрация самцу, что она ядовита. Естественный, короткий — возможно, перед вами человек, но расслабляться всё равно нельзя. Они слушали, затаив дыхание, и в их глазах я видел то, чего не видел никогда в глазах женщин, смотревших на меня. Уважение. Признание. Почти обожание. В этой прокуренной кухне, заваленной пустыми пачками чипсов, я был их царём, их пророком, их гадалкой.

В конце приёма я выдал каждому персональное домашнее задание. Колян должен был вернуться к Лене и молчать. Просто молчать весь вечер, загадочно улыбаясь. Паша должен был зарегистрироваться на трёх сайтах знакомств и всем отвечать одной фразой: "Я вижу твою душу, но не уверен, что она мне подходит". Дядя Толя должен был начать носить кепку дома, чтобы подчеркнуть свой статус. Артёму я велел продать гитару, потому что песни под окнами — это унизительно, и купить абонемент в качалку. Олегу я приказал забыть слово "абьюз" и заменить его на "воспитание характера". Они уходили от меня, прижимая к груди листочки с заметками, как рыцари, получившие благословение перед битвой с драконом. Только драконом была их собственная никчёмная личная жизнь, а мечом — мои наставления.