Хроники разбитого неба

Глава 4. Перчатка Пустоты

Восточная равнина встретила их тишиной. Той особенной, звенящей тишиной, которая бывает только перед грозой или перед большой бедой. Золотистая трава здесь росла реже, уступая место каменистой почве, покрытой причудливыми узорами из серого мха. Два солнца Эйорана поднялись уже высоко и палили нещадно, но холод, пришедший с гор вместе с Обратным Водопадом, всё ещё цеплялся за землю, создавая странный контраст — жар сверху и стылый озноб снизу.

Артём и Алиса шли уже несколько часов. Свиток, полученный от Кодекса, пульсировал в руках Алисы, указывая направление. Вторая точка, второе воспоминание, находилась где-то впереди, в месте, которое на карте было отмечено символом, похожим на скрещённые молнии, заключённые в круг. Что бы это ни значило, внутренний компас вёл их точно туда.

Они почти не разговаривали. Увиденное в Зале Молчаливых Зеркал не отпускало, крутилось в мыслях, как заевшая пластинка. Лицо предателя, его искажённая ненавистью гримаса, удар чёрной энергии, разбивающей Зеркало Миров. Кто он? Почему Эйован так доверял ему? И самое главное — где он сейчас? Аэллар сказал, что ищет предателя, но что, если тот сильнее? Что, если он следит за ними прямо сейчас, скрытый пеленой неизвестности?

— Артём, — голос Алисы прервал его мрачные размышления. — Смотри.

Она остановилась и указала вперёд. Горизонт, который до этого был ровной линией, теперь разламывался. Земля впереди словно проваливалась в гигантскую расщелину, над которой дрожало марево горячего воздуха, смешанного с холодными испарениями. Это была не просто трещина в земле. Это был каньон, но такой глубокий, что его дно терялось в сизой дымке. А над каньоном, перекинутый с одного края на другой, висел мост. Вернее, то, что от него осталось. Каменные опоры, оплавленные, словно по ним прошёлся чудовищный жар, обрубки цепей толщиной в человеческий рост и несколько уцелевших пролётов, которые раскачивались на ветру с протяжным, жалобным скрипом.

— Нам туда? — спросил он.

Алиса сверилась со свитком и кивнула.

— Точка прямо на той стороне каньона. Но мост... он выглядит так, будто вот-вот рухнет.

Они подошли ближе к обрыву. Ветер здесь дул сильный, порывистый, он выл в расщелине, словно живое существо, и приносил с собой запах гари и чего-то кислого, химического, как после грозы. Артём подошёл к краю и заглянул вниз. Дна видно не было. Только серая мгла, в которой иногда вспыхивали багровые искры. Где-то там, в глубине, что-то жило. Что-то, чьё дыхание поднималось к поверхности горячими, зловонными волнами.

— Идти по мосту — самоубийство, — сказал он, отступая от края.

— Другого пути нет, — Алиса свернула свиток и убрала его за пазуху. — Если только...

Она не договорила. Ветер внезапно стих. Воздух стал плотным, вязким, как кисель. Перемены произошли мгновенно, словно кто-то щёлкнул выключателем. Артём почувствовал, как волосы на затылке встают дыбом, а в ушах появляется низкий, давящий гул. Пространство впереди, прямо у входа на мост, начало сгущаться. Из воздуха, из пустоты, из самого ничто, сплеталась фигура. Сначала появился силуэт, сотканный из чёрного дыма, потом он обрёл плотность, и через несколько мгновений перед ними стояло существо.

Оно не было похоже ни на Аэллара, ни на Эйована, ни на кого-либо из этого мира. Высокое, под три метра ростом, закованное в доспехи, которые казались выкованными из обсидиана — чёрные, с острыми гранями, поглощающие свет. Шлема не было. Вместо лица — гладкая костяная маска без прорезей для глаз, рта и носа, только в центре лба пульсировал багровый камень, похожий на застывшую каплю крови. От существа веяло холодом, тем самым, что они чувствовали у Обратного Водопада, но многократно усиленным. Это был не просто холод температуры. Это был холод самой Пустоты, вымораживающий не тело, а душу.

Алиса отшатнулась, инстинктивно встав за плечо Артёма. Он и сам невольно попятился, рука потянулась к поясу, где, конечно же, ничего не было. Безоружный против кошмара.

— Кто ты? — выкрикнул он, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем он себя чувствовал.

Существо медленно, плавно, как во сне, подняло правую руку и развернуло её ладонью вверх. На ладони, прямо на глазах у остолбеневших Артёма и Алисы, начал формироваться предмет. Это была перчатка. Левая перчатка из материала, похожего на кожу, но не совсем. Слишком тёмная, слишком гладкая, и она, казалось, едва заметно вибрировала, как струна после удара. Костяшки пальцев были усилены костяными накладками, а на тыльной стороне ладони тускло мерцал символ — круг, внутри которого скрещивались две молнии. Тот самый символ, что был на карте.

— Возьми, — произнесло существо. Голос его был похож на скрежет металла о камень, на шум далёкой лавины, на звук разрушающегося мира. Он не говорил, он словно транслировал смысл прямо в голову.

— Что это? — спросила Алиса. Её голос дрожал, но она заставила себя выйти из-за спины Артёма и сделать шаг вперёд. — Почему ты предлагаешь нам это?

— Это — Перчатка Пустоты, — ответило существо. — Артефакт Предвечной Войны. Она впитывает магию. Любую магию. Враждебную и дружественную, светлую и тёмную. Она выпьет заклинание, направленное в тебя, и сохранит его силу. А потом ты сможешь использовать эту силу против врага. Или для защиты. Или для исцеления. Всё зависит от того, чем её наполнить.

Артём смотрел на перчатку с непреодолимым чувством тревоги. Она была красива в своей мрачной, смертоносной эстетике, но от неё веяло холодом Пустоты, тем самым, что вцепился в осколок Зеркала. Как можно доверять дару от существа, которое явно связано с Пустотой? И символ на перчатке совпадал с символом на карте. Слишком много совпадений.

— Почему ты помогаешь нам? — спросил он. — Ты ведь из Пустоты. Ты враг.

Костяная маска существа осталась неподвижной, но багровый камень на лбу запульсировал чаще.

— Я не враг и не друг. Я — Хранитель Границы. Я был создан Первыми, чтобы стоять на пороге между мирами и не пускать Пожирателей в реальность. Но я был пленён Пустотой много тысяч лет назад. Я не могу покинуть это место. Я прикован к руинам моста, который когда-то охранял. И я чувствую, как вы ищете правду. Я чувствую, как Скверна боится вас. Это даёт мне... надежду.

Он замолчал на мгновение, и тишина, наступившая после его слов, была тяжелее любого звука. Затем он снова заговорил:

— Мост через Бездонный Каньон разрушен не случайно. Его уничтожил тот самый предатель, которого вы ищете. Он знал, что второе воспоминание хранится на той стороне. Он сделал всё, чтобы никто не смог добраться до него. Но с Перчаткой Пустоты вы сможете пересечь каньон. Она поглощает не только магию. Она поглощает гравитацию, пространство, время. В умелых руках она способна создать мост там, где его нет.

Алиса смотрела на перчатку, и в её глазах читалась сложная гамма чувств — страх, недоверие и одновременно какой-то жадный интерес. Карта внутри неё ожила, запульсировала, и она вдруг поняла, что это не ловушка. По крайней мере, не та ловушка, которую они не смогут преодолеть. Перчатка была опасна, да. Но без неё они не пройдут. Им нужен этот артефакт.

— Я возьму её, — сказала она и протянула левую руку.

— Алиса, подожди! — Артём схватил её за плечо. — Мы не знаем, что это на самом деле. Может быть, оно поработит тебя, высосет твою силу, твою душу...

— Может быть, — согласилась она. — Но у нас нет выбора. Если мы не достанем второе воспоминание, первый осколок останется в скверне. А если мы не соберём все осколки, этот мир погибнет. Ты слышал Аэллара. Я слышала Кодекса. Риск — это всё, что у нас есть.

Она мягко, но решительно убрала его руку со своего плеча и шагнула к Хранителю Границы. Перчатка на его ладони запульсировала сильнее, почувствовав её приближение. Когда пальцы Алисы коснулись материала, похожего на кожу, произошло нечто странное. Перчатка словно ожила. Она дёрнулась, изогнулась, как змея, и стремительно обвилась вокруг её левой руки от кончиков пальцев до середины предплечья. Алиса вскрикнула от неожиданности и боли — материал впился в кожу сотнями микроскопических игл, а по венам пробежал жидкий огонь. Она упала бы, если бы Артём не подхватил её сзади.

— Алиса! Что с тобой?! — он с ужасом смотрел, как перчатка срастается с её рукой, как символ на тыльной стороне ладони наливается светом, а по венам под кожей пробегают тёмные волны.

— Больно... — прошептала она сквозь стиснутые зубы. — Но... уже проходит.

Через несколько секунд, показавшихся Артёму вечностью, перчатка замерла. Теперь она сидела на руке Алисы как влитая, идеально повторяя контуры её ладони, словно была сделана именно для неё. Символ на тыльной стороне горел ровным, спокойным серебристым светом, и от перчатки больше не веяло холодом Пустоты. Она стала тёплой, живой, и пульсировала в такт сердцу Алисы.

— Свершилось, — произнёс Хранитель Границы, и в его голосе прозвучало нечто похожее на удовлетворение. — Перчатка признала тебя. Вы связаны одной нитью судьбы. Теперь она будет питаться твоей жизненной силой, но взамен даст тебе силу, которой нет равных в этом мире. Запомни главное правило, Странница: перчатка не различает доброе волшебство и злое. Она впитывает всё без разбора. То, чем ты её наполнишь, определит то, чем ты станешь. Наполни её светом — станешь светом. Наполни тьмой — станешь тьмой. Будь осторожна с тем, что ты позволяешь ей поглотить.

Алиса выпрямилась, всё ещё опираясь на плечо Артёма, и подняла левую руку. Перчатка сидела идеально. Она попробовала пошевелить пальцами — никакого сопротивления, никакого дискомфорта. Только ощущение скрытой мощи, дремлющей под материалом, как дремлет вулкан перед извержением.

— Как ею пользоваться? — спросила она.

— Направь волю, — ответил Хранитель. — Перчатка — это продолжение тебя. Прикажи ей, и она подчинится. Испытай её. Прямо сейчас.

Алиса заколебалась. Испытывать неизвестный артефакт Пустоты на краю Бездонного Каньона — то ещё удовольствие. Но Хранитель прав. Она должна понять, как это работает, прежде чем ступить на разрушенный мост. Она огляделась в поисках цели. Взгляд упал на крупный валун в нескольких метрах от них, покрытый серым мхом. Она вытянула левую руку ладонью вперёд и сосредоточилась. Перчатка отозвалась мгновенно. Символ на тыльной стороне вспыхнул, и из центра ладони вырвался луч чистого, ослепительного света. Он ударил в валун и разнёс его в мелкую крошку. Взрыв был негромким, но земля под ногами ощутимо вздрогнула.

— Ничего себе, — выдохнул Артём.

— Это была твоя собственная энергия, — объяснил Хранитель. — Перчатка пуста. Сейчас она использует твою жизненную силу. Если ты будешь часто пользоваться ею без подпитки извне, ты исчерпаешь себя до смерти. Поэтому запомни второе правило: всегда наполняй перчатку вражеской магией, прежде чем атаковать. Поглощай и возвращай. Это путь Перчатки Пустоты.

Алиса опустила руку. Легкое головокружение подтверждало слова Хранителя. Она истратила на этот пробный луч приличный кусок собственных сил. Перчатка была оружием, требующим ума и осторожности.

— Мы поняли, — сказала она. — Спасибо тебе, Хранитель. Но скажи, почему символ перчатки совпадает с символом на карте Кодекса?

Хранитель Границы медленно опустил руку, которой держал перчатку, и отступил на шаг в тень оплавленных опор моста.

— Потому что Перчатка Пустоты — это второе воспоминание, — произнёс он. — Вернее, ключ к нему. Тот, кто владел этой перчаткой до тебя, был свидетелем падения Зеркала. Его звали Архонт Кейрел. Он был начальником стражи Зала Зеркал и погиб, защищая Хранителя Эйована. Его дух до сих пор привязан к этой перчатке. Если ты хочешь увидеть то, что видел он, ты должна напитать перчатку магией Скверны. Той самой, что окружает первый осколок. Тогда память Кейрела пробудится, и ты увидишь продолжение истории.

— Но для этого нам нужно сначала вернуться к Обратному Водопаду, — сообразил Артём. — А чтобы вернуться, нам нужно второе воспоминание. Замкнутый круг.

— Нет, — покачал головой Хранитель. — Водопад не единственное место, где есть Скверна. Посмотрите на каньон. Посмотрите на мост. Тот, кто разрушил его, использовал ту же тёмную магию, что разбила Зеркало. Его следы до сих пор здесь. Если перчатка поглотит остаточную энергию предателя, этого может хватить для пробуждения памяти Кейрела.

Алиса и Артём переглянулись. План вырисовывался сам собой. Нужно найти на мосту или возле него следы тёмной магии, поглотить их перчаткой и активировать воспоминание. Тогда они получат вторую часть правды о предателе и, возможно, достаточно информации, чтобы окончательно очистить первый осколок.

Хранитель, видя их решимость, снова поднял руку и указал на мост.

— Идите. Я останусь здесь. Моя цепь не пускает меня дальше. Но знайте: предатель знает, что вы идёте. Он чувствует, как Скверна слабеет. Он попытается остановить вас. Перчатка защитит, но не сделает вас неуязвимыми. Будьте настороже.

— Мы будем, — пообещал Артём.

Хранитель Границы начал растворяться в воздухе так же плавно, как и появился. Чёрный дым, обсидиановые доспехи, костяная маска — всё это постепенно истончалось, пока не исчезло окончательно, оставив после себя только холодное пятно на камнях. Они снова остались одни на краю Бездонного Каньона.

— Ну что, идём? — спросила Алиса, поправляя перчатку.

— Идём, — кивнул Артём. — Только давай договоримся: в следующий раз, когда тебе будут предлагать древние артефакты неизвестного происхождения, ты хотя бы для приличия посоветуешься со мной.

Алиса улыбнулась — впервые за долгое время. Улыбка вышла усталой, но искренней.

— Договорились. Но, боюсь, это только начало.

Она первой ступила на уцелевший пролёт моста. Камень под ногами завибрировал, но выдержал. Артём последовал за ней. Они медленно, держась за остатки перил и обходя зияющие дыры, двинулись вперёд над бездной. Ветер выл в оплавленных опорах, серая мгла под мостом клубилась, и в этой мгле иногда вспыхивали те самые багровые искры, которые они видели раньше. Следы тёмной магии. Следы предателя.

Примерно на середине моста, там, где разрушения были особенно сильными, перчатка на руке Алисы внезапно запульсировала, наливаясь алым светом. Она почувствовала отголоски чужой, злобной энергии, пропитавшей камень. Тот самый удар, которым предатель уничтожил мост. Его след.

— Здесь, — сказала она, останавливаясь. — Я чувствую её. Энергию предателя. Она как гнилое пятно в воздухе.

Она вытянула левую руку ладонью вперёд и сосредоточилась. Перчатка отозвалась мгновенно. На этот раз она не выпускала луч, она тянула. Из камней моста, из трещин, из самого воздуха начали вытягиваться тонкие багровые нити. Они извивались, как живые, сопротивлялись, пытались ускользнуть, но перчатка втягивала их в себя, впитывала, как губка. Алиса чувствовала, как внутри перчатки копится чужая энергия — холодная, липкая, вызывающая тошноту. Скверна. Та самая, что отравила первый осколок. Но перчатка держала её в узде, перерабатывала, запирала в своих недрах.