Там, где кончается лес

— Откуда тебе знать о моей боли? — спросил он с вызовом, хотя голос его предательски дрогнул.

— Я знаю всё, что происходит в моём лесу, — она обвела рукой вокруг, и этот жест охватил, казалось, не только поляну, но и весь бескрайний лесной массив. — Каждую сломанную ветку, каждую упавшую слезу, каждый крик, что эхом отдаётся от корней. Твоя боль звенит так громко, что я слышала её ещё вчера, когда ты только ступил под сень этих крон. Она звенит в лад с той болью, что пропитала землю на твоём пепелище. Ты потерял больше, чем можешь вместить. И ты пришёл сюда, сам того не зная, чтобы найти утраченное.

— Это мой дом сгорел, — тихо проговорил Странник, и рука его сама собой потянулась к груди, туда, где под рубахой лежал медальон. — Моя семья... Я ничего не помню. Только видения, обрывки. Я не знаю, что случилось. Может быть, мне и не суждено узнать.

— Суждено, — твёрдо сказала женщина, и в её янтарных глазах блеснула стальная решимость, мгновенно разрушившая образ эфемерного лесного духа. — Иначе ты бы не вернулся. Дороги, что ведут к этому лесу, не случайны. Они сплетаются в узел, и ты стоишь в самом его центре. Но путь к ответам долог и тёмен. Он лежит через самую чащу, через такие дебри, куда даже я не решаюсь заходить без нужды.

Она замолчала и внимательно посмотрела на Странника, словно оценивая его силы и решимость. Лес вокруг них затих совершенно. Даже вездесущие птицы умолкли, и тишина стала такой глубокой, что Странник слышал биение собственного сердца и тихое потрескивание, с которым медальон нагревался на его груди.

— Ты поможешь мне? — спросил он, и в этом вопросе было всё — надежда, страх, отчаяние человека, стоящего на краю бездны.

Женщина улыбнулась. Улыбка её была прекрасна и печальна одновременно, как вид увядающего цветка.

— Я могу указать тебе путь, Странник, — ответила она, делая ещё один шаг к нему. Теперь их разделяло всего несколько метров. — Но пройти его ты должен сам. Я не в силах вернуть тебе то, что забрал огонь, и не в силах исцелить раны, что кровоточат в твоей душе уже много лет. Но я могу провести тебя к Сердцу Леса. Там, где сплетаются корни всех деревьев и где время течёт не так, как в мире людей. Там ты сможешь задать свои вопросы. И, возможно, получишь на них ответы. Но знай, — её голос понизился до шёпота, а янтарные глаза потемнели, — правда, которую ты ищешь, может оказаться страшнее неведения. Готов ли ты узнать, почему твой дом стал пеплом, а твоя душа — пустыней? Готов ли ты увидеть лицо того, кто это сделал?