От рождения до школы. Первая книга думающего родителя

План взаимодействия: подчинение, противоборство, сотрудничество

Наиболее ранняя форма взаимодействия – это чисто эмоциональное взаимодействие матери и ребёнка. Оно осуществляется путём выражения непосредственных эмоциональных реакций – например испуга, удовольствия или недовольства младенца, радости или беспокойства матери. Сами способы выражения эмоций – такие как крик, плач, улыбка, взгляд, ласковая или раздражённая интонация – являются непосредственными эмоциональными воздействиями: так, плач малыша побуждает маму подойти к нему и успокоить, улыбка ребёнка вызывает ответную улыбку матери и так далее. Особым «каналом» эмоционального взаимодействия оказывается и непосредственное заражение эмоциями друг друга: мама чем-то раздражена – и её беспокойство передаётся ребёнку, малыш доволен – и мама успокаивается.

Затем малыш начинает осваивать речь, и появляются всевозможные речевые побудительные воздействия партнёров друг на друга: «Не трогай!», «Иди сюда!», «Мам, посмотри!» и так далее. Речевые побудительные воздействия – это приказы, просьбы, запреты, предложения, повеления, поручения, советы, выражения согласия и несогласия… Они могут быть окрашены эмоционально, но это не обязательно.

А что по мере освоения речи происходит с непосредственными эмоциональными воздействиями?

Во-первых, эмоции могут называться словом («я сержусь», «я возмущена» и так далее), осознаваться и становиться подконтрольными человеку. Иначе говоря, владение речью даёт возможность сдерживать эмоции или выражать их новыми способами.

Во-вторых, эмоция может соединяться со словом, и тогда мы получаем эмоциональные речевые побудительные воздействия: крик («Замолчи!», «Иди сюда!», «Помогите!» и так далее), ругательные пожелания («Чёрт бы тебя побрал!», «Да пошёл ты!»), эмоциональные оценочные воздействия («Ах ты, гад такой!», «Ну, ты осёл!» и тому подобное), мольбы («Умоляю, спасите!») и другие. Эмоциональные воздействия часто являются способом давления на другого человека, т. е. принуждения его делать то, чего он делать не хочет. Формы эмоционального давления могут быть различными – это и повышение голоса, и выговаривание ребёнку, и угрожающие интонации или жесты.

Выбор конкретного побудительного воздействия (например просьбы, предложения или приказа) обычно определяется отношениями власти, связывающими партнёров по взаимодействию.

Система социальных статусов или позиций, складывающаяся в каждом обществе, не только определяет меру уважения, с которым следует относиться к тому или иному человеку, но и задаёт отношения власти и подчинения, т. е. предписывает, кто кого должен слушаться. Так, рядовой член племени выполняет повеления вождя, раб слушается хозяина, секретарша – начальника, рабочий – мастера или бригадира, ученик – учителя.

Обладающий властью человек может не только оказывать эмоциональное давление, но и прибегать к разного рода социальным санкциям: наказаниям (или угрозам наказания) и наградам (и обещаниям наград). Спектр возможных наказаний простирается от самых лёгких (например, когда родители лишают ребёнка десерта или когда начальник объявляет подчинённому устный выговор) и вплоть до наиболее серьёзных, угрожающих самой жизни человека (таких как жестокие побои, увольнение с работы или тюремное заключение). Не менее велик и диапазон возможных наград.

В зависимости от соотношения социальных статусов[22] и целей людей, вступающих во взаимодействие, оно может строиться по типу подчинения, противоборства и сотрудничества.

Если между партнёрами по общению (например, главой фирмы и его сотрудником) существуют отношения подчинения – т. е. если оба партнёра признают, что один из них является главным, а второй должен его слушаться, – то и взаимодействие между ними будет строиться по типу подчинения.

Подчинение – это такое взаимодействие, когда один человек («начальник») ставит цели, даёт задания или указания, а другой («подчинённый») их выполняет (а если у него есть ещё и свои собственные цели, он должен согласовывать их с заданными начальником).

Совместная деятельность людей чаще всего строится именно по типу подчинения или по крайней мере включает в себя взаимодействие этого типа. В каждом обществе выстраиваются иерархические структуры – своеобразные пирамиды подчинения. Яркими примерами таких пирамид могут служить армия, церковная иерархия, структуры государственного управления или любая промышленная корпорация. На основе подчинения строилась и патриархальная семья: младшие подчинялись старшим, жена – мужу. Во многих семьях элементы подчинения сохраняются и до сих пор.

Установление отношений подчинения позволяет объединять усилия многих людей ради достижения тех или иных целей (например, ради строительства пирамид и ведения войны, ради защиты своей территории и выживания, ради производства компьютеров или автомобилей и так далее).

Успешность совместной деятельности, строящейся по этому типу, зависит, с одной стороны, от беспрекословности подчинения (поэтому, например, в армии приказы не обсуждают), с другой – от того, насколько чётко и полно старшие члены иерархии формулируют цели или задания, а подчинённые умеют их выполнять.

Подчинение может быть явным, когда старший по статусу человек отдаёт приказы или команды (как, например, в армии), или более тонким, когда старший лишь просит или советует, но младший чувствует, что невыполнение этой просьбы или совета приведёт к конфликту или каким-либо санкциям.

Подчинение как особый тип взаимодействия имеет место в том случае, когда оба партнёра признают, что они не равны, и осуществляют взаимно дополнительные стратегии поведения по отношению друг к другу: один отдаёт приказы, руководит или даёт задания, а второй согласен ему подчиняться и эти задания или приказы выполнять. Т. е. один командует или повелевает, а другой его слушается. И оба партнёра согласны в том, что их статусы не равны, что один из них имеет право так или иначе командовать или руководить другим.

Иными словами, с подчинением мы имеем дело тогда, когда один человек осуществляет воздействие «сверху» (например, даёт задание), а второй – «снизу» (например, соглашается это задание выполнить).

Воздействиями «сверху» являются команды, приказы, задания, инструкции или даже просьбы, подразумевающие, однако, что они должны быть обязательно выполнены (т. е. когда по форме это просьба, а по существу – приказ). Воздействиями «снизу» могут быть просьбы, выражения согласия, запросы дополнительной информации или дополнительных указаний, ответы на заданные вопросы.

Власть «начальника» над «подчинённым» определяется тем, что «начальник» имеет право и возможность управлять поведением «подчинённого» с помощью разного рода санкций – т. е. различных вознаграждений и наказаний. Например, с помощью денег (зарплаты, штрафов и премий), оценок (в школе), физических наказаний, увольнения с работы и так далее.

В повседневной практике чаще используются даже не сами награды и наказания, а угрозы наказания и обещания наград, а также положительные и отрицательные оценочные воздействия (похвала, одобрение, критика, выговоры и так далее). Если «подчинённый» проявляет признаки несогласия или неповиновения, «начальник» обычно прибегает к давлению – либо к чисто эмоциональному (повышение голоса, властная интонация, крик, ругань, оскорбления), либо к давлению путём различных угроз наказания и самих наказаний.

Если же мнения партнёров по поводу того, кто из них имеет право командовать, а кто должен подчиняться, расходятся – возникает противоборство.

Противоборство может представлять собой борьбу за главенство, когда каждый стремится победить соперника и подчинить его себе, или сопротивление давлению, когда один стремится подчинить другого (или просто исходит из того, что тот должен ему подчиняться и выполнять его требования), а тот подчиняться не хочет и отстаивает свою независимость и право самому принимать решения.

В первом случае каждый из партнёров стремится действовать «сверху» (осуществлять стратегию подчинения другого), во втором – один осуществляет стратегию подчинения («сверху»), а другой – стратегию противоборства: противостоит, оспаривает, отказывается и так далее. При этом в обоих случаях каждый из партнёров настаивает на своём и не хочет уступать другому. Если при отношениях подчинения к давлению на партнёра может прибегать лишь тот, кто находится «сверху», то в ситуации противоборства оба партнёра могут активно пользоваться различными способами эмоционального давления (криком, руганью, оскорблениями, угрожающими интонациями, жестами и позами), а также разного рода угрозами.

Противоборство нередко возникает в отношениях детей и родителей, учеников и учителей, когда дети подрастают и их перестают устраивать отношения подчинения, которые прежде они воспринимали в качестве естественных.

Противоборство может быть явным или скрытым, честным или вероломным, может принимать форму едва заметной враждебности или соперничества[23]. Стратегий противоборства великое множество, и многие из них подробно описаны[24].

При явном противоборстве основной тип воздействия друг на друга – это открытое давление: непосредственно эмоциональное и путём угрозы наказания. Но прямое давление – очень «затратный» вид взаимодействия. Оно требует больших усилий и отнимает много сил. Поэтому с давних времён люди, стремящиеся к власти, прибегали к стратегии скрытого подчинения себе другого человека – к стратегии манипулирования.

Применяющий её человек («манипулятор») вроде бы общается на равных или даже «снизу» – он не приказывает партнёру, а сообщает ему некоторую информацию, выражает своё хорошее отношение к нему или о чём-то его просит. Но эта информация одностороння или искажённа: она специально подбирается так, чтобы побудить партнёра думать и действовать определённым – выгодным манипулятору – образом. Например, продавец, чтобы побудить покупательницу купить ту или иную вещь, может начать восторгаться тем, как «бесподобно» эта вещь ей идёт.

Простейший способ манипулирования – это примитивный обман; более тонкие формы манипулирования обычно связаны с подчёркиванием одних особенностей ситуации и затушёвыванием других. Например, при рекламе дорогого товара подчёркивается прежде всего его качество и почти не говорится о цене, а при рекламе дешёвого товара, наоборот, подчёркивается доступность цены и не говорится о более ограниченных возможностях использования товара.

Формула манипулирования такова: человек делает то, что хочет, а хочет он того, чего желает манипулятор. Иными словами, манипулятор старается воздействовать на желания и чувства человека так, чтобы тот сам захотел сделать то, что требуется манипулятору.

На манипулировании другими людьми во многом строится известная стратегия достижения жизненного успеха Дейла Карнеги. Поскольку манипулирование всегда связано со сдерживанием своих реальных чувств и отказом от искренних отношений с другими людьми, оно обычно приводит к неврозам, упадку жизненных сил и целому ряду других проблем[25].

Наконец, сотрудничество возникает тогда, когда партнёры считают свои статусы равными[26], осуществляют стратегии воздействия «на равных» и объединяют свои усилия ради общих целей (или помогают друг другу достичь свои цели).

Сотрудничество – исторически наиболее молодой и наиболее сложный тип взаимодействия. Взаимодействие «на равных» предполагает, что оба партнёра уважают друг друга и готовы друг с другом считаться. Поэтому воздействия, которыми они обмениваются, это не приказы или команды и не эмоциональное давление, а прежде всего разного рода сообщения (о своих намерениях и чувствах, о своём согласии и несогласии и другие), предложения и попытки убедить друг друга. При этом за партнёром всегда признаётся право самому принимать решение.

Для того чтобы сотрудничество было успешным, важно не только признание обоими партнёрами равенства статусов (т. е. того, что ни один из них не имеет права командовать другим), но и наличие у них «общего языка», а также умение и готовность чётко и ясно излагать своё видение ситуации и свои намерения и понимать точку зрения другого. Кроме того, партнёры должны уметь договариваться и находить взаимоприемлемые решения в спорных ситуациях. В ряде случаев, особенно если мы хотим наладить успешное сотрудничество с ребёнком, важную роль приобретает умение и готовность эмоционально поддержать и подбодрить партнёра.

Сотрудничество может принимать разные формы – от простого обмена (товарами, услугами, мнениями или уступками) до выработки в ходе обсуждения общей или согласованной позиции и осуществления сколь угодно сложной совместной деятельности.

Разумеется, в современном обществе эти типы взаимодействия – подчинение, противоборство и сотрудничество – редко встречаются в чистом виде. Гораздо чаще они «сращиваются» и образуют многочисленные составные и «гибридные» формы. Так, например, подчинение часто включает в себя скрытое противоборство, а под маской сотрудничества «на равных» может прятаться и самое настоящее подчинение, и подспудное соперничество. Причём нередко и сами участники взаимодействия не отдают себе отчёта в том, что под видом сотрудничества они скрыто манипулируют другим человеком или противостоят ему.

Тип взаимодействия определяется соотношением используемых партнёрами стратегий: каждый из них может пытаться действовать «сверху», «снизу» или «на равных», может противостоять партнёру или принимать задаваемые им «условия игры». Несогласованность стратегий взаимодействия – например, если каждый из партнёров пытается воздействовать «сверху» – обычно приводит к противоборству. Согласованное взаимодействие может быть как подчинением (один воздействует «сверху», другой – «снизу»), так и сотрудничеством (оба воздействуют «на равных»). Особое место занимает манипулирование: на поверхностном уровне взаимодействие может выглядеть как согласованное подчинение или сотрудничество, но на более глубоком – это видимое сотрудничество или подчинение оказывается лишь частью стратегии манипулятора.

Перед нами как родителями встают вопросы: как нам следует общаться с ребёнком, чтобы он рос гармонично развитым человеком?[27] Какие типы отношений и какие способы взаимодействия способствуют его личностному развитию, а какие препятствуют? И ещё: как связаны между собой способы общения и типы воспитания? Если мы хотим осуществлять личностно-ориентированное воспитание, какие способы общения для этого подходят?

Рассмотрим сначала соотношение общения и воспитания.

Общение и воспитание

Воспитание – это тоже общение. Ведь, воспитывая ребёнка, мы всегда так или иначе с ним общаемся: запрещаем и разрешаем, уговариваем и убеждаем, ругаем и хвалим, оцениваем и побуждаем, спрашиваем и отвечаем и так далее. Иными словами, воспитание как бы «соткано» из «материала» общения. Но воспитание – это особый вид общения, отличающийся от других его видов прежде всего ответственностью родителей за поведение ребёнка и за его развитие, а также наличием у родителей определённых целей и замыслов, связанных с ребёнком.

Осуществляя разные типы воспитания, родители общаются с детьми по-разному. Отвлечёмся пока от целей разных типов воспитания и рассмотрим эти типы под углом зрения особенностей общения родителей с детьми.

Начнём с традиционного воспитания. Оно всегда строится из позиции «сверху», активно использует оценочные воздействия и ориентируется на беспрекословное подчинение ребёнка родителям («дети должны всегда слушаться взрослых»). При этом ребёнок обязан уважать старших, а они его обычно не уважают, они имеют право не считаться с его желаниями («мал ты ещё, чтобы права качать!»), давить на него (чисто эмоционально и с помощью наказаний и наград) и унижать его (ведь распространённые наказания типа порки или отправки в угол, а также всевозможная брань – это способы унижения человека).

Когда ребёнок подрастает, он обычно начинает «прекословить» родителям, и подчинение превращается в противоборство. При традиционном воспитании принятие ребёнка оказывается условным, т. е. зависящим от его поведения[28], а доверие – ограниченным: как только начинается противоборство ребёнка и родителей, они неизбежно перестают доверять друг другу.

При потакающем воспитании родители, напротив, безусловно принимают малыша (нередко при этом идеализируя его), но в общении с ним фактически занимают позицию «снизу», выполняя все его прихоти. Через какое-то время их терпение чаще всего лопается, и отношения между ребёнком и родителями также приходят к противоборству.

Развивающее и программирующее воспитание могут сочетаться как с традиционным (и ориентироваться на принцип «дети должны всегда слушаться родителей»), так и с потакающим (когда ребёнок оказывается центром семьи). Но в любом случае они связаны с активным использованием оценочных воздействий: ребёнка хвалят за успехи и следование заданной родителями жизненной программе и критикуют или выражают своё неодобрение, когда у него что-то не получается или он отходит от намеченного родителями жизненного курса.

В случае эпизодического воспитания ребёнку часто не хватает ощущения принятия и эмоциональной близости, а основным средством воспитания опять-таки выступают оценочные воздействия и наказания. При этом поведение родителей часто оказывается непоследовательным: они то давят на ребёнка, то уступают и потакают ему, что ведёт к появлению капризов и истерик[29]. Принятие ребёнка в этом случае тоже условно.

Личностное воспитание – это единственный тип воспитания, при котором уважение взаимно: родители уважают ребёнка, ребёнок – родителей. Родители безусловно принимают ребёнка и постепенно строят с ним личностные взаимоотношения на равных, обучая его, с одной стороны, умению сопереживать другим людям, считаться и сотрудничать с ними и, с другой стороны, – отстаивать своё достоинство и свои интересы, ставить и достигать свои цели.

Итак, мы получаем три типа отношения к ребёнку (условное принятие, безусловное принятие снизу и личностное отношение) и три стратегии взаимодействия с ним: подчинение ребёнка, потакание ему и сотрудничество. Наши взаимоотношения с ребёнком и способы взаимодействия с ним всегда тесно взаимосвязаны и взаимно определяют друг друга. Но для того, чтобы нам легче было разобраться в том, к каким последствиям приводят разные варианты взаимоотношений и способов взаимодействия, мы рассмотрим их по отдельности: сначала особенности взаимоотношений, затем – способов взаимодействия.

Условное принятие ребёнка и возникновение неуверенности в себе

Ребёнок с самых первых недель жизни нуждается в эмоциональном принятии взрослыми. Ниже (см. главу 4) мы увидим, что проявления любви и эмоционального принятия со стороны взрослого являются абсолютно необходимым условием для нормального формирования психики ребёнка. Чувствуя себя любимым и эмоционально принимаемым, прежде всего матерью или заменяющим её человеком, малыш ощущает себя комфортно и уверенно и смело учится действовать во всё новых и новых ситуациях. Со временем он перенимает это отношение к себе, и оно становится основой его самопринятия и положительной самооценки.

С другой стороны, если ребёнку не хватает принятия, он всеми доступными ему способами начинает его добиваться: привлекает к себе внимание, старается угодить взрослому, привязывается к человеку (а иногда – к собаке, кошке или другому животному), который его принимает. Если принятия не хватает катастрофически и ребёнок отчаивается его получить, он замыкается в себе, может озлобиться на весь мир или зачахнуть физически.

Как только у ребёнка появляется «я» как особая инстанция управления поведением – он перенимает (или, как говорят психологи, интериоризует) принятие и неприятие со стороны близких и значимых людей, и оно становится его собственным отношением к самому себе, т. е. превращается в глубинное принятие себя или неприятие себя.

Принимающий себя человек уверен в себе, он себе доверяет, и это доверие даёт ему твёрдую почву под ногами – опору в принятии самостоятельных решений и переживании разного рода жизненных кризисов.

Не принимающий себя человек не имеет такой опоры, он зависит от мнения и отношения окружающих, нуждается в постоянной положительной оценке, подтверждающей его ценность. Поэтому таким человеком легко манипулировать, его легко вести за собой, он фактически отказывается от самостоятельности и бессознательно стремится найти авторитетного руководителя (духовного или идеологического), которому передоверяет принятие наиболее ответственных решений. Такие люди часто становятся невротиками.

Понятно, что принимать себя лучше, чем не принимать. Вряд ли какая-нибудь мама захочет, чтобы её ребёнок вырос не принимающим себя человеком. Тем не менее именно родители часто делают первый шаг к тому, чтобы ребёнок учился не доверять себе и зависеть от мнения и отношения окружающих (второй шаг в этом направлении делает школа). Как это происходит?

Дело в том, что эмоциональное неприятие и отвержение человека (в том числе и ребёнка), причинившего нам какое-то неудовольствие, происходит чисто импульсивно, помимо нашей воли. Похоже, что это – естественная реакция, доставшаяся нам от наших обезьяноподобных предков. А малыш вызывает наше неудовольствие довольно часто: он не даёт нам спать, портит вещи, ломает дорогие игрушки, не слушается, залезает в лужи; повзрослев, он приносит из школы двойки и так далее – всего не перечислить. И вот мы раздражаемся на него, сердимся, ругаемся, повышаем голос – т. е. выражаем наше эмоциональное неприятие. Взрослый в аналогичной ситуации имеет возможность защититься, например, ответив нам тем же («сам дурак!»). Правда, не считая случаев, когда его ругает или стыдит авторитетный для него человек.

Маленький ребёнок ещё не умеет защищаться, да и родители обладают в его глазах безусловным авторитетом. И он перенимает наше неприятие и учится не принимать себя сам. Кроме того, в нашем обществе взрослых принято уважать – а значит, сдерживать свои непосредственные эмоциональные реакции, оценочные воздействия и обвинения в их адрес. Детей уважать не принято, а потому им постоянно достаются наши упрёки, выговоры, а иногда и шлепки.

Конечно, мы не принимаем ребёнка далеко не всегда. Есть много ситуаций, где он ведёт себя «хорошо», где он мил и приятен. В этих случаях родители принимают ребёнка, и он тоже принимает себя. Таким образом, принятие ребёнка оказывается условным: его принимают при условии его «хорошего» поведения и не принимают, когда он ведёт себя «дурно». Причём это «дурно» не всегда зависит от его воли – иногда у него просто что-то не получается, а взрослые сердятся и начинают на него ругаться.