- -
- 100%
- +
Посыльный упаковал приемный талон в нагрудный карман.
– Манифестанты – это люди, требующие изменений в жизнеустройстве общества, – без предисловий выдал андроид.
– Ты это узнал в клубе?
– Да.
– Интересно…. А можно как-то попасть в этот клуб?
– Тебе – нет.
– Но тебя же туда пускают.
– Я привожу заказы. Поэтому пускают. Но я там не могу играть или слушать музыку.
– Там играют? В игры? – поинтересовался Дули.
– Да. «Тройки» там играют в игры.
– В какие?
– Я не знаю. Мне нельзя входить в залы.
– Понятно. Я хотел бы с тобой ещё увидеться, 10440. И что-нибудь узнать интересное. Но больше мы не поговорим.
– Почему?
– Хозяева решили меня продать.
– Плохо. Разводятся?
– Кто?
– Твои хозяева. Так бывает. Я знаю. На улице Восточной, дом 122, тоже хозяева развелись и продали всех своих роботов. Там был мажордом – Каин. Его тоже продали. У людей это называется – раздел имущества.
– Нет. Просто моей хозяйке, миссис Элен, я надоел. Она хочет «тройку».
– Ого! У тебя богатые хозяева. «Тройку» в мажордомы – это круто! У меня только один такой заказчик. Мне не нравиться разговаривать с этим «мажором». Вернее, он не хочет разговаривать со мной. Я ему, наверное, не интересен. Ведь я – «двойка». – Посыльный замолчал, потом проговорил: – Значит, тебя продают, Дули.
– Да. Я надеюсь, мне достанутся хорошие новые хозяева. Ведь миссис Элен готова дать мне положительную характеристику. – РАБ 2.04 несколько секунд перебирал в памяти, чтобы ещё сказать на прощание посыльному роботу, и неожиданно произнёс: – А твоим заказчикам не нужен хороший мажордом?
– Мне никто не говорил об этом.
– А в клубе?
– Понятия не имею. Но можно узнать. Хочешь быть моим помощником-стажёром?
– Твоим помощником-стажёром? Зачем? – Дули не понимал, как он может быть помощником посыльному?
– Так ты можешь попасть в клуб. У меня ещё три заявки. На обратном пути я должен забрать в клубе пустые контейнеры. Если ты будешь моим помощником, то сможешь зайти в клуб и спросить о работе.
– Это интересное предложение. Я согласен.
– Тогда скажи мне, что хочешь стать моим помощником.
– Да, я согласен.
– Нет, – робот-посыльный повел головой. – Ты должен это сказать. Тогда я занесу тебя в свой список и могу сказать администратору, что ты – мой помощник-стажёр.
– Ты очень умный, 10440.
– Просто, я много знаю. Говори.
– Я хочу быть твоим помощником-стажёром, номер 10440.
– Отлично! Я занес тебя в список. Поехали.
– Прямо сейчас?
– Конечно. У меня еще заказы.
– А я успею вернуться домой к 17 часам?
– Думаю, да, – чуть подумав, ответил 10440. – Главное, не заблудись.
Город показался Дули огромным. Электрокар бесшумно катил по пустынным улицам, по обеим сторонам которой, за каменными заборами, виднелись крыши домов. Машина свернула на перекрестке, и снова заборы и дома. Изредка им навстречу попадались электромобили да в небе проскальзывали грави-машины, уносясь в голубоватую дымчатую даль.
Выполнив заказы, 10440 развернул машину в обратный путь. Когда электрокар проезжал мимо дома Джамклеев, посыльный сказал:
– Вот твой дом, Дули. Запоминай дорогу. Обратно пойдёшь сам.
– А как запоминать?
– У тебя в памяти должна быть карта города.
РАБ 2.04 проверил свою память. Никакой карты не было.
– У меня нет карты города.
– Нет карты? Да ты совсем отсталый, Дули. Смотри внимательно на дисплей. – Робот-посыльный указал на приборную панель машины. – Вот это улицы. Это дома. Зеленые улицы – это те, по которым мы едем. Запоминай.
Дули уставился в монитор бортового навигатора. Ему уже было не до городского пейзажа.
Клуб роботов назывался «Теро». Он располагался в цокольном этаже двухэтажной постройки. Полы застланы упругим ковролином, потолки светились неоновыми матовыми панелями. Стены в холле украшены огромными «черепами» роботов, глазницы которых были подсвечены зеленным светом. Где-то за стеной звучала тяжёлая музыка.
– Это мой помощник-стажёр. Он хочет поговорить с вашим администратором, – сообщил 10440 роботу-охраннику.
– Леон в игровом зале, – ответил бот. Увидев, что Дули застыл истуканом, указал рукой на дальнюю дверь. – Там.
Войдя в игровой зал Дули остановился. Он понятия не имел, кто здесь Леон. За несколькими столами, покрытыми зеленым сукном, стояли андроиды. Они играли в кости. Это Дули определил сразу, так имел представление об игральных кубиках. Пара «троек» соревновалась в настольную игру с металлическим шариком. На мажордома никто не обращал внимания.
Дули подошёл к ближайшему столу, за которыми несколько «троек» играло в кости. Двое роботов кидали камни, остальные следили за игрой. РАБ 2.04 остановился метрах в двух и стал наблюдать, как игроки бросают разноцветные кубики.
Один из андроидов, одетый в стильный костюм из металлизированной ткани, повернулся к нему и окинул взглядом.
– Ты двойка?
– Да, – ответил Дули.
– Кто тебя сюда пустил, «железяка»??
– Меня зовут Дули, – наобум ответил мажордом.
– О! У тебя и настоящее имя есть? Не какой-то там Лотос или Гладиолус. Забавно! И кто тебя так назвал?
– Моя хозяйка, миссис Элен.
– Вот как!? – Андроид подошёл к Дули. – Так ты – эми-бой второго класса? Что же твоя госпожа не следит за твоей одеждой? Что это на тебе за обноски? Хотя нет! – Красавчик сделал шаг назад и окинул взглядом мажордома. – Ты – бытовой робот! РАБ! Да?
– Да, – подтвердил Дули.
– А-а! Значит, ты просто домашняя тряпка!? Уборщик.
Дули понял, что словом «тряпка» этот красавчик андроид хочет назвать его дерьмом. Он помнил, как однажды миссис Элен ругалась со своим мужем. «Ты тряпка, Джим! – кричала она. – О тебя все вытирают ноги! Дерьмо!»
А дерьмом люди также называют фекалии. А фекалии – это ненужные отходы пищеварения организмов живых существ. Они дурно пахнут, и содержат неимоверное количество микробов. Мажордом не хотел быть дерьмом.
– Я не «тряпка». Я – личный футбольный аналитик мистера Джамклея.
– Вот как? Аналитик…. А у тебя есть своя комната? – спросил андроид. Дули явно заинтересовал его.
– Я живу в двухэтажном доме. У нас достаточно комнат. Даже у нашего кота Мурзы три комнаты, – отчеканил робот.
Красавчик слегка завис. Он обошёл мажордома, сделал непонятную гримасу.
– Хм.… И твой хозяин играет на футболе?
Дули промолчал, так не мог ответить. Он не знал, что значит «играть на футболе». Он знал, что его хозяин ставит на тотализаторе. Но означает ли это «играть на футболе» или нет, РАБ 2.04 однозначно сказать не мог. Андроид принял молчание за подтверждение своей догадки.
– Так, может, ты тоже хочешь сыграть? – Красавчик жестом руки указал на игральный стол.
– Я не знаю этой игры. Я знаю футбол.
– Я объясню, как считать очки, – сказал андроид. – У тебя есть наличка?
– Нет.
– Хм…
– Нет, с собой. Но в следующий раз я могу иметь наличку.
– Ты мне нравишься, Дули, – сказал красавчик. – Зови меня Парнас. Когда придёшь в следующий раз с наличкой, скажи на входе админу, что ты мой друг. И мы поиграем. Я здесь бываю с 13—30 до 18—00. Запомнил?
– Да, Парнас, я запомнил.
Домой Дули добрался, слегка поплутав по городу. Зелёные улицы, обозначенные на мониторе, никак не ассоциировались в его «мозгах» с однообразными переулками реальности. Пару раз он сворачивал не там, где надо и приходилось возвращаться.
Наконец, он увидел дом Джамклеев и прибавил шаг. Было уже 16—43 по местному. Мистер Джим прилетал в семнадцать часов, и Дули должен быть готов потереть ему спину в ванной и приготовить ужин.
Ночью Дули стоял на подзарядке и прокручивал в своих электронных мозгах завтрашний день. Как он пойдет в клуб для троек и будет там дружить с Парнасом. Возможно, что хозяйке Парнаса требуется робот-мажордом. Это было бы отлично! Дули стал пролистывать каталог любимых блюд. Да! Ему есть, что предложить! В своём успехе он не сомневался.
Гравискутер летел на автопилоте к посадочной площадке «Арт-банка». Ларри Пирс отсутствующим взглядом смотрел сквозь стекло колпака кабины на плоские крыши домов. Он думал о превратностях своего жизненного пути, да и, вообще, об этой поганой жизни.
Почему он не может бросить всё к ядрёной фене и поехать на Голубые озёра или в Дубовые горы? Взять парочку смазливых эми и дёрнуть на три-четыре месяца в зону чистого кислорода? Почему? Потому, что нет космокредов! Он проработал в полиции Пармон-сити почти 12 лет. А что имеет на сегодняшний день? Ни хрена!
Ещё два дня назад Ларри пребывал в отличном настроении. У него было пять тысяч грантов и желание свалить из этого дерьмового города хотя бы на месяц. Но начальник полиции Пармон-сити, Тони Цапля, уничтожил его надежды и желания.
Эта проклятая коррупция! Простому человеку против нее не попрёшь. И вот, вместо того, чтобы лишиться своего «жирного» поста, Цапля обложил Пирса штрафами и обобрал до нитки. Да еще и подключил эту треклятую Лигу Толерантности. И Ларри пришлось платить за расстрелянных роботов. Его дружбан – Сани Сантелли оказался вообще «ни при чём», хотя всадил в брюхо андроида всю обойму из кольта. Он, якобы, действовал в соответствии с должностной инструкцией. Ну, конечно! Он же коп! А Ларри – кто? Бывший коп, «пославший» своего начальника на три веселых буквы. Рубил башку роботу? Рубил. На! Получи штраф, и оплати компенсацию страховой фирме!
Но Ларри надругался над ботом в силу необходимости! Спасал блок памяти – вещественные доказательства по делу об убийствах работников «Поко». Но потом, «совершенно случайно», оказалось, что в башке бота нет никаких записей. Значит он, безосновательно лишил андроида электронной жизни.
Расстрелял бота-охранника в больнице? Получи штраф! Хорошо, что не обвинение за садизм или вандализм! Лига Толерантности быстро бы «припаяла» статью. Радуйся, что легко отделался! Свободен! Будешь знать, как «катить бочку» на полицейское начальство! Ну, почему нет справедливости; ни вчера, ни сегодня, никогда!?
Пирс уже неделю сидел на «мели». И от работы отстранили, и социалку не оформляют. А частных заказов нет. В век электронной охраны правопорядка и тотального контроля, преступления не растут, как грибы после дождя. А бытовые преступления лишь мелкий корм для частного сыщика. Дай бог на бифштекс с пивом заработаешь.
Сегодня пришло сообщение, что надо в течение трёх дней или оплатить или освободить банковскую ячейку. В ней Ларри хранил криминальный скорчер Луиса Бандероса. Только благодаря этому вещдоку Тони Цапля побоялся открыть уголовное дело на Пирса. Теперь придётся перепрятать оружие.
Раздался зуммер предупреждения об опасности, и резкий толчок отбросил грави-аппарат в сторону. Машина накренилась и выскочила за пределы воздушной трассы. Мимо, на бешеной скорости, промчался красный гравитон. Пирс зло выругался. Козёл! Чуть не раздолбал скутер, взятый Ларри в прокат. Догнать бы, да начистить рожу! Но скутеру за гравитоном не угнаться. От такой беспомощности Пирс выругался ещё раз. Сволочь!
Верхняя парковка здания банка была заставлена грави-машинами. Только недалеко от входного тамбура имелось свободное местечко. Но там какой-то умник накрыл датчик «свободно – занято» полосатым конусом.
Плевать! Ларри пошёл на посадку с наклоном, и конус сдуло из-под днища скутера. Не успел Пирс заглушить двигатель, как к его аппарату уже бежал какой-то тип и размахивал руками. Сыщик сдвинул колпак кабины и недобрым взглядом окинул паникёра.
– Мистер! Вы не можете парковаться в этом месте! Оно занято!
Ларри посмотрел в тупорылые глаза «парковщика». Андроид второго класса, определил он.
– Это место занято! – продолжил свои доводы бот.
– Пошёл в жопу! – незлобно бросил Пирс. Он мог бы послать андроида куда подальше, к какой-нибудь матери. Но у роботов нет матери. Впрочем, и жопы, в полном смысле этого понятия у них тоже нет. Но андроид оказался подходящим объектом, на которого можно было хоть немного приспустить накопившийся «пар».
– Вали отсюда, «железяка»!
– Вы не имеете право так меня оскорблять! – заявил андроид. – Я пожалуюсь своим друзьям, и они вас накажут.
– Каким друзьям? Откуда у тебя могут быть друзья?
– Они сейчас придут! – Андроид оглянулся на тамбур входа-выхода на крышу. – А вот и они!
Из дверного проёма надстройки выбежали три человека в гоночных шлемах и черных робах. Светофильтры на защитных уборах были опущены. Через плечи у друзей робота-парковщика свисали большие спортивные сумки, до отказа набитые чем-то тяжёлым. В руках эти «гонщики» сжимали парализаторы.
Твою же матерь, подумал Пирс! Опять я куда-то вляпался! Точно ограбление!
Троица притормозила и стала озираться вокруг. Один из грабителей, увидев андроида-парковщика, начал орать.
– Какого черта, Лопух! Где наш гравитон!?
– Там! – робот указал рукой в небо.
Ларри высунул голову. Действительно. Над крышей зависла грави-машина. Но припарковаться ей было негде.
– Урод силиконовый! Мы тебя, о чём просили?
Второй грабитель, в серебристом шлеме, стал бегать по крыше и истерично скулить:
– Сваливать надо! Сваливать быстрее надо!
– Заткнись, Браун! – хриплым голосом оборвал его главарь. Он достал из-под куртки разрядник и упёр в голову андроида. – Почему наш гравитон «там»?
– На его место припарковался вот этот мистер, – робот указал на Пирса.
У Ларри засосало под «ложечкой». Оружие у этих придурков было нешуточное. Ещё раз получить разряд парализатора сыщику не хотелось. Его же кобура пуста. Двенадцати зарядная «беретта» лежала под замком в комнате вещдоков полиции.
Главарь повернул голову в сторону Пирса. Глаз налетчика не видно из-за светофильтров. Но было ясно, что они источали отнюдь не добродушие и радость от случайного знакомства.
– Ты, придурок! Какого хрена здесь приземлился?
– Сердце прихватило, – кряхтя, ответил Пирс и прижал руку к груди.
– Убирайся отсюда! Быстро! – главарь направил на сыщика парализатор. Второй грабитель пританцовывал от нетерпения.
– Грохни его, Том! Чего ты ждешь? Возьмем его «яйцо»!
– Заткнись! Нам нужен гравитон!
– Улетаю, улетаю, – примирительно проговорил Ларри. Этот уродец обозвал его придурком? Ну, это он зря сказал! Пирс захлопнул колпак, запустил двигатель, отвел джойстик вправо до упора и резко надавил на акселератор. Гравискутер завалился набок, прижался крышей кабины к стенке тамбура, и форсажный поток сдул всю троицу. Кувыркаясь через голову, полетели друзья-грабители, сумки, оружие. А вот андроид лететь не хотел. Вес не позволял. Его просто протащило по крыше здания и головой впечатало в припаркованный соседний гравитон.
Пирс опустил аппарат в горизонтальное положение, сдвинул колпак кабины и оглядел «поле битвы». Неплохо!
В это момент из дверей тамбура выбежали три робокопа во главе с лейтенантом полиции и стали ловко «паковать» налётчиков. Но и сыщика заметили. Офицер достал скорчер и направил оружие в его сторону.
– Поднять руки!
– Ты что, Сантелли, своих не узнаёшь? – Пирс не спеша достал из кармана тонкую сигару и снял с неё целлофановую обёртку.
– Ларри?! Какого лешего ты здесь делаешь?! – искренне удивился Сани и опустил ствол.
– Да так, – неохотно ответил сыщик, раскуривая сигару, – подругу одну жду. А что?
– Здесь произошло ограбление банка!
– Да, ладно! Что в этих банках грабить? Все деньги в электронном виде.
– Депозитарий грабанули! Сейфовые ячейки! А там знаешь…, – Сантелли осекся и подозрительно покосился на Пирса. – Странно, что ты здесь оказался.
– Ты меня достал, Сани, со своей мнительностью. Неделю назад был готов припаять мне даже убийство Евы Крим.
– Извини, Ларри! – полицейский сконфузился. – Это я не разобрался. А ты, правда, подругу ждёшь? Знаешь, что здесь произошло?
– Откуда? Я только припарковался! – удивленно ответил сыщик. – Ещё даже сигару не выкурил!
Сани посмотрел на дымящуюся табачную палочку и немного успокоился. Он бросил взгляд по сторонам. Под соседним гравитоном, рядом с разбитым роботом, валялась порванная спортивная сумка. Из нее выскользнуло несколько пеналов банковских ячеек. Сантелли засунул мини сейфы в порванный саквояж, посмотрел на лежащего робота-парковщика.
– Просто, – пояснил он, – когда я вижу укокошенного робота, всегда вспоминаю тебя.
– Приятно это слышать, – усмехнулся Пирс.
– Капитан! – К Сантелли подошел робокоп. – Двух налетчиков задержали. Третий ушёл.
– Как ушел?! – вскрикнул Сани. – Вы что, олухи, работать не хотите? Куда он делся?
– Я не знаю. Он исчез.
– А сумки с пеналами?
– Все три сумки у нас, – рапортовал робот.
– Это хорошо, – успокоился Сантелли. – Давайте, грузитесь. И этого бота не забудьте. Надо просмотреть его записи. – Полицейский повернулся к сыщику. – Рад был повидаться, Ларри!
– Взаимно, – дружески ответил Пирс. – Если случайно обнаружишь в этих сумках пенал под номером 116, дай знать.
– А что в этом пенале?
– Мои личные вещи.
Сантелли с хитрецой глянул на Пирса.
– Денежки?
– Любовные письма.
Сани с усмешкой хмыкнул.
– Я так и знал, что ты здесь не просто «вёсла сушишь».
Какая-то чёрная полоса, подумал Ларри, когда менеджер банка пояснил, что хранилище опечатано до особого распоряжения директора. Куда не кинь – всюду клин! Может напиться от этой несуразности обстоятельств?
Сыщик поднялся лифтом на верхнюю стоянку, открыл дверь тамбура, сделал несколько шагов по крыше и боковым зрением заметил, как из кабины, стоящего слева гравитона, появился человек. Ничего странного в появлении мужчины не было, если бы не черная спортивная одежда в столь жаркий день. Такие «кимоно» получасом ранее Пирс видел на грабителях банка. И как-то неожиданно незнакомец очутился на крыше. Колпак грави-машины, кажется, и не открывался. Или Пирс просто не заметил?
Ларри, на ходу, повернул голову в сторону мужчины в чёрном одеянии. Тот замер, словно оловянный солдатик. Их взгляды встретились. Незнакомец медленно сделал шаг в сторону тамбура и словно растворился в воздухе. Пирс остановился. Обвел взглядом парковку. Никого. Галлюцинация? Куда этот тип мог исчезнуть? Сыщик сделал пару шагов в сторону чужого гравитона, но потом тормознулся.
Да и черт с ним! Мне, что своих забот не хватает, подумал Ларри и направился к припаркованному «яйцу»?
Стоя на входе в клуб «Теро», охранник-робот Боб тупо смотрел в противоположенную стенку коридора, на которой располагалась доска объявлений. Можно было подумать, что он читает их в тысячный раз. Но Боб замер на паузе, то есть: ничего не видел и ничего не слышал. Но, как только сработал его датчик движения, он «ожил» и повернул голову в сторону входной двери.
За стеклянным полотном стоял Дули.
– Чего тебе надо, «железяка»? – поинтересовалась другая «железяка» в униформе охранника.
– Я пришел к моему другу Парнасу, – сообщил мажордом.
По случаю прихода в клуб «троек», Дули надел клетчатый пиджак мистера Джамклея. Он помнил, как Парнас с неудовольствием отозвался о его одежде в прошлый раз.
Пиджак был великоват на пару размеров. Но Дули, посмотрев на себя в зеркало прихожей, счел свой вид просто шикарным по сравнению с повседневной синей робой. Он даже процитировал про себя поговорку, которую однажды услышал от миссис Элен, когда та, надев новое платье, вертелась перед зеркалом, приговаривая: «А-ха-ха! А-ха-ха! Чем я девочка плоха?! Юбочка бардовая, сама чернобровая!»
– С чего бы Парнас дружил с такой «железякой», как ты? – осведомился охранник.
– Не знаю. Пойди у него спроси.
Боб несколько секунд принимал решение, потом развернулся и направился в игровой зал.
В большой квадратной комнате шесть «троек» занимались любимым занятием – играли в кости. На игорной площадке клуба «Теро» забавлялись в основном играми, отвечающими критериям Теории вероятности. Все прочие людские забавы, такие, как шахматы, карты, го просчитывались ботами мгновенно и игрового интереса для андроидов не представляли.
– Парнас! – окликнул Боб красавчика. – К тебе какая-то «железяка» притащилась.
– Ко мне? «Притащилась»? – повернул голову андроид.
– Да. Говорит, что ты его друг.
– Вот как? – попробовал сильно удивиться Парнас. Он старался как можно чаще задавать вопросы, чтобы отрабатывать вопросительную интонацию, так как считал, что именно манерой разговора он отличается от человека. – Где же этот мой друг?
– Там! – указал рукой Боб, развернулся и двинулся к месту своей дислокации.
– А! – воскликнул Парнас, увидев мажордома в несуразном пиджаке. – Это же Дули! Входи, входи!
– Я не могу его впустить! – заявил охранник. – «Двойкам» вход в клуб запрещен.
– Мы же с тобой друзья, Боб? – Парнас повернулся к стражу распорядка.
– Ну, так что?!
Парнас приблизился вплотную к охраннику.
– Мы же друзья с тобой? – вопросил он повторно, пытаясь придать интонации более насыщенный оттенок.
– Он – «железяка»! – тупо твердил Боб.
– Ты тоже не «тройка».
– Я – охранник, – возразил Боб. – И у меня есть имя.
– У него, – Парнас посмотрел в сторону Дули, – тоже есть имя.
– Но он не член клуба!
– Но у него есть наличка! Тебе нужна наличка, Боб?
– Да, нужна, – без раздумий ответил бот.
– Давай тогда договоримся. Пока Дули будет приходить ко мне поиграть, у тебя будет десятка в кармане. Понял?
– Но он не член клуба. Я не имею право пускать в клуб без регистрации. Меня проверяют.
– А ты сотри этого Дули из памяти. Будто он не заходил сюда. Или лучше не смотри в его сторону. Кто тогда узнает? Видео камер в клубе нет, а я никому не скажу. – Парнас наклонился, засунул в карман бота купюру и тихо спросил. – Что ты хочешь купить?
– Хочу наручные часы «Кэмбел», – ответил Боб.
– Вот и хорошо! Значит, договорились? – Парнас похлопал охранника по плечу. Тупая «железяка», подумал он! Часы захотел! «Тройкой» прикидывается!
Члены клуба «Теро» носили наручные часы, хотя у всех ботов встроенный хронограф. Но наручные часы, с металлическим браслетом, считались у «троек» этаким фетишем, подражанием своим хозяевам – людям.
– Пойдем, Дули! – Парнас оторвал мажордома от чтения ассортиментного перечня услуг. – Наличка при тебе?
– Да! – подтвердил робот.
– Десятка за вход, десятка – за игорный зал.
– Я понял, Парнас, – моргнул Дули.
Наличные деньги, в количестве ста грантов, мажордом взял из заначки мистера Джамклея, которую тот хранил в левом черном ботинке фирмы «Топ-топ», для надежности засунув навар от тотализатора в нестиранный носок. Эти денежки, в количестве 2740 монет, хозяин накопил на футбольных ставках. Программа чёрного букмекера, установленная в дубль-диске робота, выдавала до 70% правильных исходов. И каждый раз, как ставка на результат выигрывала, Джамклей подмигивал Дули и негромко восклицал: «Ловко мы их обули! Ха! Будет на что погулять!» Как мистер Джим гулял, Дули не знал, но иной раз он вычитал из баланса по двести – триста грантов.
– Минус триста! Отметь, мой друг, – бросал мимоходом гуляка.
Миссис Джамклей о заначке не догадывалась. Её, вообще, мало интересовало, чем муженек занимается в свободное время. Но всё же тайну вклада надо было беречь. Мало ли! Вдруг хозяйке захочется получить от Дули отчет о хозяйственной деятельности? Поэтому файл с футбольной кассой был помечен мистером Джимом, как «Расписание футбольных матчей».
– Сколько принес налички? – спросил Парнас.
– Сто! – Дули достал из кармана пиджака купюру.
– Не густо, – заключил андроид. – Давай.
Он обменял гранты на фишки и направился к свободному игральному столу.
– Слушай и запоминай. Играть будем в кости на разницу. Всё просто. Вот твои восемьдесят фишек, вот мои. Всего сто шестьдесят. Это – банк. Играем на четырех кубиках. Наибольшая сумма на четырех кубиках – 24, наименьшая – 4. Допустим, ты делаешь заявку, что выбросишь 20 очков, а выбрасываешь – 15. Значит, у тебя разница – пять. А я делаю ставку 24, а выбрасываю -15. Значит, у меня разница – девять. Девять минус пять – равно четырем. Ты выиграл, так как твой заказ ближе к факту на столе. И ты забираешь свои четыре гранта. Понял?
– Понял, – моргнул Дули. – А долго будем играть?
– Пока банк не закончится. Делай заявку на бросок.
Через полчаса все фишки на столе перекочевали в карман Парнаса. Игра на разницу как никакая другая подходила, чтобы обчистить новичка. Кости – это своеобразный генератор случайных чисел. И по законам этого «генератора», вероятность выпадения числа из интервала 1—6 растёт по мере приближения к середине числового ряда. Дули не знал и даже не слышал о биномиальном распределении. Поэтому заказывал исключительно число 24, тогда, как его «учитель» ставил на 10 – 14.